Я буду рядом

       Прошло уже пять дней как Кларк и Лекса не виделись. Они иногда обменивались сообщениями, где Лекса дружелюбно спрашивала о здоровье Гриффин, а Кларк все норовила прийти. Правда, Лексе так хорошо было от ее одиночества, что она совершенно не спешила к встрече с блондинкой. Собственно, отмазывалась как могла: то работа, то устала, то надо съездить к дальним родственникам, так как кто-то заболел. Родственников у нее, конечно, не было и все это было не более, чем просто ложь, но сейчас так было нужно. И Лекса не могла сказать, что причина была в Кларк, которая так ее раздражала, нет, дело вовсе не в этом, просто Вуд было нужно время. И оно у нее было. Было, чтобы подумать, чтобы осознать и принять. Она все же наладила отношения с Блэйк, поговорив по душам о жизни. И поэтому, когда было особенно грустно и плохо, они с Октавией напивались в пух и прах. И вот, сегодняшнее утро началось далеко не с кофе, а со звонка блондинки.        — Привет, Лекса. Как ты? — с энтузиазмом спрашивает голос на той стороне телефона.        — В норме. Вот собираюсь на работу, что насчет тебя? — не так бодро, но тоже не без интереса спрашивает Лекса.        — Я у тебя где-то забыла свои часы. Они тебе не попадались? Ищу уже где только можно, а все никак не найду, — как-то разочарованно говорит блондинка. Лекса, которая сейчас наливала себе горячий ароматный напиток, осмотрела комнату беглым взглядом. Вроде, ничего подобного она не видела.        — Может тебе стоит приехать и поискать самой? Я понятия не имею где они могут быть, — пожав плечами, отвечает брюнетка, абсолютно не задумываясь, что Гриффин этого не видит.        — Отлично. Тогда когда я могу подъехать?        Лекса нахмурилась, вспоминая свои планы на день. Они с Октавией собирались уйти пораньше с работы и напиться, потому что Лекса опять не спала всю ночь, думая о Костии и аварии. Несколько дней назад ей позвонил прокурор и сказал, что, возможно, авария была подстроена. Это не давало Лексе покоя.        — Как тебе удобнее. Я сегодня задержусь на работе, бумаг гора. Ключи у тебя есть, так что… — протянула Вуд.        Наверно это выглядело так, словно Лекса избегает Кларк. Возможно, это было правдой, Лекса чувствовала ее чрезмерную опеку и беспокойство, Гриффин просто не хотела ее оставлять одну, а Лекса так грубо могла ответить на ее заботу, что было честно стыдно.        — Хорошо. Я могу приготовить тебе что-нибудь, если ты поздно, — словно само себе разумеющиеся говорит Кларк.        Ну вот опять. Это то, что так пугало Лексу — о ней заботились. Она никогда не знала как на это отвечать и никогда не была готова принять к себе подобное отношение. Она боялась причинить Кларк боль, оттолкнув ее.        — Черт, Кларк, не стоит. Я могу позаботиться о себе сама, помнишь? — как можно мягче старается произнести Вуд.        На той стороне слышится огорченный выдох. Да, Кларк очень старалась идти на компромисс, не лезть в жизнь Лексы, держать дистанцию, но как истинно она этого не хотела. Она чувствовала, что им нужно быть рядом друг с другом, а не врозь, избегая вот так, как это делает брюнетка.        — Хорошо. Тогда пока? — неуверенно произносит блондинка, словно спрашивая.        — Хорошего тебе дня, Кларк.        Лекса положила телефон и села с кружкой готового горячего кофе за стол. Она медленно попивала напиток, думая о том, почему Кларк так важно видеть ее, помогать, заботиться и быть рядом. Это было странно, ведь они совершенно не друзья, они вообще никто друг другу.        Собравшись на работу, Лекса садится в свою машину и мчит на всех порах в свой такой любимый офис. Любила ли она это место всей душой? Нет, наверно. Но ей было комфортно и эта работа подходила под ее характер.        Приехав на место, весь день начинает идти в какой-то суматохе: бумаги, очередные договора, конкуренты, сделки, разъезды по городу в поисках нужных зданий. Всего этого было много. Когда после очередной поездки в офис своим конкурентов, которые хотели предложить ей сотрудничество на якобы «выгодных» условиях, Лекса в ярости вернулась в свой офис. Она мигом забрала свои вещи и так же в ярости выйдя, она раздала какие-то указания своим подчиненным. Понятно почему ее называли Командующей. Взяв Октавию под руку, она лишь наотмашь бросила ей:        — Мы уходим.        Оказавшись уже в баре, где громыхала музыка, Лекса заказывает им выпивку.        — Ужасный день! — рычит Лекса.        — По тебе видно, — усмехается Блэйк.        Злобно стрельнув глазами на подругу, Октавия лишь дергает бровями в усмешке, из-за чего Вуд закатывает глаза. Почему иногда она забывает сколько они уже знакомы и подобные выходки никак не подействуют на девушку. Особенно с ее то характером.        — Эти уб… очень хорошие люди реально думают, что я тупая как пробка и не замечу, что под своим сотрудничеством они несут только разрушительный характер для моей компании. Мне даже не пришлось читать для этого договор. Но они подумали, что если я без адвоката, то мне можно вешать лапшу на уши. Бесят.        Октавия лишь усмехается на ее слова. Эти ребятки и вправду ничего не знают о Лексе, если пытаются обвести ее вокруг пальца.        — Костия всегда знала как тебя успокоить в таких ситуациях. Знаешь, думаю, тебе не помешает отвлечься и расслабиться, — как само себе разумеющиеся говорит Октавия.        Лекса бросила на нее очередной злой взгляд и была готова убить ее одним лишь взглядом. Но выдыхает.        — Мне звонили и сказали, что ее убили намеренно, — тихо говорит Лекса, опустошая шот.        Глаза Блэйк полезли на лоб. Она сейчас не ослышалась?        — Черт, Лекс. Поэтому ты не могла уснуть?        — Да, — выдыхает Лекса. — Не представляю как скажу об этом Кларк. Она винила и до сих пор винит себя во всем. А я винила ее. Долго, да даже пару дней назад. В сердцах.        Лекса опускает глаза и дает отмашку бармену, чтобы тот повторил ее заказ.        — Отстойно. Мне жаль, Лекса.        Брюнетка криво улыбается. Неделя прошла как она без Костии. Все внутри жжёт и разъедает ее: ее злость на недосказанность, на себя, на Кларк, которая, конечно же, ни в чем не была виновата. Лексе было ее истинно жаль, ведь она потеряла подругу и, глядя на то, что Кларк готова прийти к ней в любую минуту, потому что ничем кроме работы не занята, единственную.        — Мне ее не хватает. Да еще и эта Гриффин так похожа на нее этой своей заботой. Не могу находиться рядом с ней. Но, кажется, жизнь как назло сводит нас вместе.        — Не поняла, — усмехается Октавия.        — Да она… То ли чувствует себя обязанной мне, то ли… не знаю. Короче она пытается заботиться обо мне, видеть чаще…        — Да она втрескалась, Лекс, — перебивает Окставия, смеясь.        — Вот еще выпало горе, — смеется Вуд, опустошая шот.        Что вообще за бред? Кларк? В нее? После всех брошенных в лицо слов, после всего произошедшего? Нет-нет, быть не может. Лекса усмехается своим мыслям, потому что прекрасно понимает насколько бредово это звучит.        — Что, Вуд, блондиночка совсем тебя не привлекает? — усмехается девушка.        Лекса смотрит на Блэйк с такой усмешкой, словно та говорила анекдоты или вовсе какие-то нелепые вещи. А ведь дело серьезное… Любовь. Лекса была хорошо с ней знакома, несмотря на то, что любила лишь раз в жизни. Вуд была всегда красивой, людей тянуло к ней и, дабы скрасить свое одиночество, Лекса могла позволить себе играть людьми — спать с теми, кого она совершенно не любила, разбивая тем самым сердца. Лишь бы не чувствовать себя уязвимой. Вуд всегда просто утоляла свои потребности, не более того, ведь любовь — это слабость. Она так думала, пока не встретила Костию. Тогда Лекса успела пожалеть о каждом человеке, которого она использовала. Ей было стыдно. И все просто потому что Костия не реагировала на нее, не замечала долгое время, причиняя брюнетке боль. Костия спасла Лексу, и она же ее и убила. Вуд считала, что любовь опасна, она забирает жизнь и разум человека, играет и вертит ими как хочет. И это ужасно.        — Мы почти незнакомы, Октавия, — отрезает Лекса, считая это весомым аргументом.        — Нашла отговорку. Вспомни как мимолетно ты втрескалась в Костию. И ты ведь ее почти не знала.        Слово за слово, девушки долго просидели в баре. Разговаривая и споря обо всем на свете. Обе успели сильно захмелеть, а ведь завтра еще на работу идти как на зло. Точнее, Лекса и могла отлежаться дома, а вот у Октавии такой прием на вряд ли бы прокатил.        Вызвав такси, шатаясь и смеясь, они сели в машину и поехали по домам. Лекса успела заснуть на плече Блэйк, как минимум, потому что она была гораздо сильнее пьяна, нежели ее подруга. Разбудив Лексу уже у дома, Вуд рассчиталась с водителем и на ватных ногах, шатаясь и чуть ли не падая, вошла в свой дом. Девушка открыла дверь, скинула обувь и верхнюю одежду, прошла вглубь дома, вслушиваясь в посторонние звуки. В ее доме кто-то был. Но ведь она никого не ждет и, вроде, не приглашала.        Из кухни вышла Кларк. Глядя на завалившуюся на диван пьяную Лексу, глаза Гриффин поползли на лоб. В смысле она пьяная? Она пьет на работе? Из-за Костии? Кларк почему-то резко почувствовала себя виноватой. Стоило догадаться, что Лекса пьет, залечивая свои раны. Ей стоило быть внимательнее к брюнетке и предотвратить это.        Лекса заметила ее, повернувшись к блондинке и широко улыбаясь.        — О, привет, Кларк. Какими судьбами? — заплетающимся языком пробурчала девушка.        Кларк закатила глаза. От Лексы несло перегаром за квартал, наверно. Ну нельзя же так пить.        — Господи, Лекса, где ты так надралась? — бурчит под нос Гриффин, подходя к Лексе и садясь на край дивана.        — Да мы там, в баре. С Октавией. Это моя подруга. Ты подожди. Я сейчас что-нибудь сделаю. Кофе, чай? — все так же, почти не членоразборчиво говорит Лекса.        В груди Кларк что-то кольнуло, сжалось и с силой ударило под дых, не давая дышать. Лекса соврала ей. Хотя, чего она ожидала, они ведь не друзья, с чего вообще Лекса должна говорить ей правду? Она избегала Кларк. Было паршиво. Хотелось уйти, но ведь не оставит она Вуд в таком состоянии?        Лекса предпринимает попытку встать, и Кларк встает за ней следом, взяв за талию и прижимая к себе.        — Нет, Лекса, сейчас ты идешь спать. Поговорим завтра, — раздраженно отвечает Кларк и тащит ее в спальню.        Лекса что-то бурчала, опираясь о Кларк и волочась за ней следом. Она отпиралась, но слабость в теле и приятная теплота, которая разлилась из-за алкоголя, утаскивало ее в царство Морфея. Поэтому, дойдя до комнаты, Лекса буквально спала на плече Кларк.        Гриффин кладет брюнетку на кровать. Та залезает дальше на кровать (спасибо Господу, что она не успела до конца уснуть). Стянув с себя футболку и кинув на пол, Лекса падает на подушку.        — Помоги мне, — сонно бурчит Вуд, стреляя полузакрытыми затуманенными глазами на Кларк, которая уже направлялась к выходу из спальни.        Она обернулась и взгляд завис на темном силуэте Лексы. Свет был выключен и только фонари на улице и луна освещали ее тело. Кларк видела упругую грудь, благо в лифчике. Шумно выдохнув, она подходит к кровати и расстегивает джинсы Лексы дрожащими руками, стянув их чуть в низ, касаясь бархатной кожи, Кларк затаила дыхание, а сердце бешено билось в груди. «Что за дурная реакция, Гриффин?» — подумала Кларк.        Лекса слегка поднимается на локтях, помогая Кларк стянуть джинсы, после чего залезает под одеяло. Кларк шумно выдохнула, кладя штаны на стул и направляя с к двери.        — Спокойной ночи, Лекса, — шепчет Кларк, почти выйдя из комнаты.        — Кларк, — зовет ее брюнетка.        Кларк обернулась и посмотрела на девушку.        — Останься со мной. Пожалуйста, —также тихо и уже почти сонно бормочет Лекса.        — Уверенна, завтра ты пожалеешь об этом. Приятных снов, Лекса, — с некой усмешкой, но больше какой-то грустной, отвечает блондинка, выходя из комнаты.