Я буду рядом

       Жизнь Алексии Вуд медленно налаживалась: она обрела любовь, почти отпустила прошлое, на работе был взлет. На самом деле прошлое она не отпустила, но горечь по Костии осталась позади. Осталось только теплое чувство, которое грело душу. Она ее не забудет никогда. И до сих пор любит. И это нормально. Нельзя заставить человека стереть все абсолютно полностью, словно желая начать заново. Так не бывает. И не будет. Кларк прекрасно это понимала, и Лекса была безумно благодарна ей. Да, пускай и существует примета «мертвые в прошлом, а живые хотят есть», Вуд вряд ли сможет отпустить это все полностью, но сейчас она живет дальше и не зацикливается.        Может она и влюбилась в Кларк безумно быстро и почти сразу была готова переметнуться, Лекса была более чем уверена, что Кос безумно рада за нее. Она никогда не любила, когда Лекса грустила, а тут она чуть не впала в депрессию…        Говоря о Костии, Лекса решила сегодня с утра, что она должна съездить к ней. Кларк напрашивалась поехать вместе, но Лекса попросила ее остаться дома, потому что сейчас Вуд было необходимо побыть одной. Именно с Кос.        — Привет, красотка, — улыбается девушка, кладя цветы на могильную плиту, а сама садясь на землю. И плевать, если она испачкается.        Брюнетка подняла взгляд к небу и сделала глубокий вдох, все еще продолжая улыбаться.        — Помнишь как мы с тобой смеялись, думая о том как отпразднуем твое двадцатишестилетие? Помню как ты сказала, что хотела бы уехать к морю и отпраздновать со мной и Кларк где-нибудь на диком пляже. Ты говорила, что мы бы точно нашли общий язык. Черт, Грейн, если бы ты могла напомнить мне всегда тебе верить. Ты была так права. Жаль, что познакомились мы с ней при весьма неприятных условиях.        Она усмехнулась, проведя рукой по камню. Она до сих пор помнит какая бархатная была ее кожа.        — Я жутко скучаю по тебе, детка. Мне бы так хотелось отвезти тебя сейчас к морю. На тот самый дикий пляж.        Лекса поднялась на ноги, утирая слезы. Она отряхнула джинсы и еще раз взглянула на камень. Костия Грейн.1992-2017. И красивая фотография, на которой она смеется. Лекса настояла именно на этой фотографии, потому что она была живая, и это грело сердце Вуд.        — С Днем Рождения, Кос. Я всегда буду любить тебя, — шепчет брюнетка, прежде чем уйти.        Да, она обещала Гриффин, что сразу же вернется, и они отметят этот день, отпразднуют ее день. Но откуда Гриффин могла знать сколько Лекса там просидит, верно? Она поехала в офис, чтобы наконец забрать распечатки, которые Октавия ей достала. Ей было необходимо знать правду и вообще как можно быстрее разобраться с этим.        Она была на мотоцикле, что значительно ускорило процесс. Как-никак, Лекса та еще хитрая и проворная задница.        Приехав в офис, она зашла в свой кабинет, обращая на себя внимание Октавии, прося зайти ее. Конечно, а кто еще может ей разложить все по полочкам и помочь продумать хоть какие-либо теории.        Когда Октавия заходит и закрывает за собой дверь, Вуд кивает ей на диван, предлагая присесть. Сама же она, взяв бумаги со стола, села рядом. Они сидели молча минут пятнадцать пока девушка изучала содержимое бумаг. Когда же она наконец оторвала глаза от бумаг и начала массировать пульсирующие виски, Октавия осмелилась заговорить.        — Знаешь, эти бумаги лежали тут четыре дня. Какого хрена тебе была нужна такая спешка, если ты начала читать это только сейчас? — недовольно бормочет Октавия, глядя на Лексу, которая явно пыталась на чем-то сосредоточиться.        — Чщ, дай подумать, — шикнула на подругу Вуд.        Она продолжает массировать виски, прикрыв глаза, а после открывает их и еще раз пробегается глаза по именам, что были обведены в кружок.        — Рей могла послать тебя и, возможно, тебе понадобилось бы больше время, чтобы добыть информацию, поэтому я тебя и поторопила. Мне нужно быстрее решить это, — все же отвечает на вопрос Блейк Лекса.        — Ну… Мне она определенно была рада больше, чем тебе. Хотя оно и ясно, — криво усмехается Октавия.        Лекса проигнорировала ее слова, только кинув на нее строгий, словно, предупреждающий, взгляд.        — Давай лучше по делу. Что вы узнали. Тут я вижу лишь четыре человека. Почему двоих вы обвели в кружок? — спрашивает девушка, поворачиваясь лицом к Октавии и внимательно ее слушая.        — Такая машина с такими номера есть у 4 человек. Один из них выпадает, так как он перекрасил машину полгода назад, и она висит на ebay. Не знаю что она там забыла, но это чистая правда. Рейвен все еще тот мастер, — усмехается Октавия, показывая на следующего мужчину.        — Элиот Нейсен. Живет в Лос-Анджелесе, поэтому тоже не думаем, что это было бы вероятно, — тараторит девушка.        Лекса узнала в нем своего конкурента, которого она за день опустила на самое дно. Он правда ничего не предпринял и, казалось, был даже не очень то и расстроен, но кто знает сколько можно вынашивать гениальный план отмщения? Его люди могут находится где-то рядом и легко сбить девушку. Так что снимать со счетов нельзя.        — Джеймс Бергман. Тот самый бизнесмен, что хотел засадить Рейвен. Мы не нарыли ничего насчет него, вся информация то ли скрыта, то ли очень грамотно засекречена, — выдыхает Октавия, показывая на мужчину в кружочке.        Хорошо, возможно его Лексе стоит навестить первым. Им определенно найдется о чем поболтать, даже несмотря на то, что это мог быть и не он.        — И последний — Оливер Гарсель. Работает медиком в одной из больниц Нью-Джерси. Я решила обвести его, потому что это Нью-Джерси. Мало ли какой семейкой были Грейн… — осторожно информирует Октавия, стараясь не спровоцировать агрессию Лексы своими словами.        Лекса задумалась, пытаясь вспомнить были ли враги у семьи Костии, но почему-то она все равно не могла ничего вспомнить. Наверно это обычный гражданин, но все же Вуд доверяла Октавии как себе. Тем более у нее была отменная интуиция. Этому нельзя было сопротивляться.        — Хорошо. Спасибо, Октавия. Я подумаю над этим, — заключает Лекса, вставая с дивана и подходя к своему столу.        Октавия встала следом и была готова уже уйти, но так много хотелось сказать. Все таки, Октавия переживала за Лексу: они слишком долго знакомы и однажды Вуд очень хорошо помогла Блейк. Она была у нее в вечном долгу.        — Лекса… — подала голос брюнетка, прежде чем выйти из кабинета.        Когда Лекса подняла на нее глаза, Октавия слабо улыбнулась.        — Только не натвори глупостей.        Лекса не смогла сдержать улыбки, просто осознавая, что в ее жизни еще есть люди, которые продолжают беспокоиться за нее, несмотря на просто глобальное количество ошибок.        — Не натворю, — спокойно говорит девушка, проводив Октавию коротким кивком.        Она просидела в своем кабинете еще час, изучая адреса и поднимая некоторые архивы фирм. Ей это было необходимо. И плевать что где-то ее ждет Кларк, которая с ума сходит, наступая на те же грабли. Пытаясь дозвониться Вуд, которая вновь отключила свой чертов телефон. Серьезно, зачем ей телефон, если он вечно отключен? Это бесило Гриффин, из-за чего она сорвалась с места и поехала на кладбище. Если все же Лекса там, то она хоть не будет переживать и даст нужное расстояние. Ей было действительно важно знать, что она в порядке. Ведь зная Вуд и ее любовь находить неприятности на свою задницу, Кларк не могла просто сидеть на месте и ждать.        А тем временем Лекса собрала все бумаги, положив их в сумку, и направилась домой. Она попрощалась с Октавией, заодно попросив связаться ее с адвокатом, который должен был помочь ей при очередной сделке. Кажется, ее энтузиазм вернулся и касаемо работы. Это, конечно, не могло не радовать. Но то как горели ее глаза, когда дело дошло до мести за Кос… Октавия находила в этом прежнюю Лексу. Ту самую, которая разрушила все, что имела. И, несмотря на этот энтузиазм, она не могла перестать волноваться за подругу. Если Кларк не может ее остановить, значит никто не сможет. Лишь бы она не сломала все вновь. Потому что иначе все они потеряют Вуд.        Уже сев на мотоцикл, Лекса включает телефон, но, не посмотрев на дисплей, даже не дождавшись когда он окончательно включится, Вуд кинула телефон обратно в карман сумки и завела своего железного монстра. Она надела шлем и рванула с места домой. Кларк наверняка уже заждалась ее…        А тем временем Кларк приехала на кладбище. Она прошла к нужной могиле, увидела, что Лексы тут нет. Внутри закипела кровь. Ну хоть цветы свежие. Значит она все же была тут. И то хорошо.        — И как ты ее терпела? — спрашивает Кларк, кинув взгляд на фотографию подруги.        Не отходя от могилы, Кларк зачем-то вновь звонит Лексе, будто продолжая верить, что она возьмет телефон. И она оказалась права, эта бестия включила его. Ее шансы узнать что происходит с девушкой сейчас немного, но все же возросли.        Благо Лекса уже успела доехать до дома. Она загнала мотоцикл в гараж, как услышала звонок. Кларк. Нетерпеливая какая. Сколько ее не было? Часа три? Это не так и много, верно же? Зачем вот так паниковать?        — Детка, я уже дома, не надо паники, — нежно говорит Лекса, как только сняла трубку.        — Где ты была? — спокойно спрашивает Кларк, но Лекса слышит в ее голосе разочарование.        Она явно в курсе, что Вуд не все время была тут. Стоит ли тогда ей врать? Нет-нет, Лекса, опомнись. Костия научила тебя быть честной и уважать друг друга. Ты не можешь соврать Кларк, нельзя причинить ей эту боль снова. Но ведь если она скажет не всю правду… Это же не ложь?        — Я ездила в офис. Через несколько дней у нас важная сделка. Я хотела узнать у Октавии насчет нашего адвоката. Все нормально, Кларк, не переживай, — сказала Лекса, открывая дверь в дом, в котором было так пусто.        — А ты сейчас где? — спрашивает брюнетка, ставя сумку на полочку и взяв телефон поудобнее.        — Ездила тебя искать… Думаю, сегодня я поеду к себе, — тихо добавляет Гриффин.        — Что? Но Кларк, ты обещала мне… Что я сделала не так, Гриффин? Я тебе не вру. Пожалуйста, приезжай, — словно молит Лекса, вновь чувствуя укол вины.        Она точно потеряет ее, если будет продолжать в том же духе. Она врет Кларк, она бежит от нее, не доверяет. А после еще спрашивает, что не так. Прямо комедия какая-то. Нет, нужно срочно что-то менять.        — Ты могла хоть позвонить и сказать мне об этом, Лекса. Но ты предпочла оставить телефон выключенным, а я сидела и целых три часа не знала где ты и что с тобой. Это ненормально, Вуд. Я не могу так продолжать. Ощущение, будто ты совсем не дорожишь нашими отношениями, — разочарованно вываливает Кларк, заставляя Лексу просто встать на месте.        Ну конечно, а как еще это может выглядеть? Лекса просто спит с ней и ни во что не ставит. Лекса бы тоже не потерпела такого отношения к себе. И все внутри нее предательски сжалось. Нет, она не может и не хочет терять человека, который заставил ее вновь дышать полной грудью.        — Кларк, прости меня. Я забыла его включить. Мне очень жаль. Я дура. Пожалуйста, не оставляй меня. Я обещаю исправиться. Ты дорога мне, — все также с мольбой в голосе продолжает говорить брюнетка, готовая сделать все что угодно, лишь бы вернуть ее.        На той стороне трубке слышалось молчание. Кларк просто не могла злиться, когда она вот так сломлено говорит с ней. Такая сильная и непреклонная Лекса сейчас буквально молит ее не уходить и не оставлять ее. Что, черт возьми, она может сказать и сделать против этого?        — Где ты? Я сейчас приеду за тобой, — тихо с надеждой в голосе говорит Лекса, слушая эту злосчастную тишину.        — На кладбище… — тихо выдает блондинка, закрыв глаза и опустив голову.        Лекса кладет телефон и срывается с места. Если исправлять, то прямо сейчас, безо всяких промедлений. Она уже потеряла семью и Костию. Она не может позволить себе потерять еще и Кларк.