Live in M-Style

- Да-а-а... Мину вздыхает, оглядывая свою группу, и его руки сжимаются в кулаки, а на языке вертятся не самые цензурные выражения. Мину просто не может понять, кто нанимал этих стилистов. И как они вообще смеют называть себя стилистами. Он знает, что они, стилисты, ненавидят его, но хорошие отношения - это то, что волнует его в последнюю очередь, если его друзья похожи на группу бомжей-уголовников. Он думает о том, что они, стилисты, станут ненавидеть его еще больше, но смело подходит и не скупится на выражения, борясь с их ленью и равнодушием, чтобы придать одногруппникам более-менее приятный вид. Сам он выглядит отлично - они, стилисты, даже боятся влезать в то, как и во что он одет, потому что он - модный плохой парень, и президент компании лично дал добро на неприкосновенность "того скандального, который пониже ростом". Мину считает, что все парни из Шинхва обалденно красивы. И он не понимает, как это можно не видеть. Фотографы же видят? Режиссеры тоже. Почему тогда так сложно, мать-перемать, подобрать нормальную одежду? - Хорошо-хорошо, только не орите, - поднимает руки испуганная стилистка, и Мину с сожалением думает, что она симпатичная, а он теперь не сможет к ней подкатить. Не потому, что ему на это совести не хватит или она захочет его отшить - это не проблема, а потому, что она посмела одеть его друзей в "это кошмарное бесформенное барахло". Мину всегда смотрит на старые выступления с ужасом - широченные штаны и огромные пиджаки... Боже, он уже тогда начал выступать против, но, будучи пока никем, не мог что-либо изменить, как ни пытался. Годами он выбивал себе право голоса, прежде чем к нему начали прислушиваться, и вот, он теперь не позволит никому издеваться над его чувством стиля и... - Все нормально, - успокаивающе гладит его по шее Донван, задевая щеку большим пальцем, и Мину улыбается, в основном из-за того, что ему щекотно, ведь пальцы Донвана холодные, а еще Мину очень любит прикосновения - так проще почувствовать необходимое тепло или поделиться радостью. - Все отлично просто, - убежденно произносит Мину, потому что Донван, вне сомнений, выбрал самый быстрый способ его утешить, и возвращает ласку сторицей, гладя друга по плечам, но тут на ему на глаза попадается Хесон, и Мину понимает, что тому просто необходимо, прямо сейчас и немедленно, подвести глаза. - Хесон-а, - мягко начинает Мину, думая о том, как бы его так половчее скрутить, чтобы он не рыпался, потому что в силу своих слов Мину не очень верит. Нет, Мину умеет убеждать, но с Хесоном не прокатит. Убеждать Хесона - не его конек совершенно. Чтобы убедить Хесона, понадобится все семейство Шинхва и связанный Хесон, причем, желательно, с кляпом во рту. - Не знаю, чего ты там хочешь, но сделай это с Чонджином, - говорит Хесон, даже не собираясь его выслушивать, и Мину готов спорить до посинения, но, оглядываясь на Чонджина, решает, что тому тоже пойдет подводка. Чонджин не спорит - Чонджин никогда не спорит с тем, что ему говорят, тем более, что для него Хесон - самый весомый аргумент. А потом, когда глаза младшего стали выглядеть так, как Мину того хотелось, Мину долго ругается с парикмахером, который непонятно что творит с волосами Энди, долго потому, что сначала Мину не может остановить смех, и, на всякий случай, делает несколько фото на телефон, чтобы поднимать себе настроение скучными вечерами. Но Мину продолжает переживать. Он не может не понимать, что слишком тонко чувствует других, и ему неприятно ощущать себя сосредоточением ненависти. Поэтому, когда переодетый Донван успокаивающе обнимает его сзади, Мину обхватывает его руки с каким-то отчаянием, шепотом сообщая: - Кажется, сегодня я увеличил список тех, кто мечтает о моей смерти, еще на двух человек. Донван смеется, и Мину, придирчиво оглядывая его в зеркале, остается довольным их совместным видом. Потому что Донван в этой светлой рубашке безумно красивый, особенно когда улыбается так искренне, как сейчас, когда Мину может слышать его беззаботный смех и ощущать крепкие объятья. И Мину готов кому угодно глотки перегрызть, но не даст прятать красоту своего друга. Ни одного из своих друзей. - Если хочешь подвести глаза Хесону, то скажи об этом Эрику, - предлагает Донван, целуя Мину в шею, и тот жмурится, растягивая губы в улыбке, потому что Донван - теплый и сильный, и Мину приятно чувствовать, что тот любит его чуть больше, чем стилисты могут ненавидеть. Равновесие возвращается, ведь для Мину очень важно чтобы его любили, а Донван продолжает, - думаю, он захочет на это посмотреть... - Гениально! - восхищенно шепчет Мину и ощущает себя счастливым, отлично зная, что на концерте Хесон точно будет сиять подведенными глазами. А до этого они, кажется, неплохо повеселятся.