Peach love

- Море. Я люблю море, - сказал Юнги, сделав милую улыбку. - Там закат красивый. Если поедем сейчас, то сможем его увидеть, - глаза Чимина сияли, и никто бы не догадался, что буквально час назад у него была паническая атака. Юнги открыл дверь машины для Пака, от чего тот немного растерялся, но все равно сел, пробормотав под нос что-то похожее на «спасибо». Выглядело это неловко и неуклюже, но Мин привык к такому поведению друга, и порой его это очень забавляло. Он незаметно усмехнулся и захлопнул дверь. Юнги сел за руль. Перед тем как завести машину, он вздохнул, проникаясь ностальгией. Все воспоминания проносились в его голове. Они причиняли боль, но в то же время доставляли радость. Поморщившись, Мин все-таки завел машину. Вот они и поехали. От чего-то Мин был так счастлив. Он давно не был на море, и не мог упустить такой случай. Чимин не был настроен говорить о всякой фигне, как он обычно это делает, поэтому рэпер решил включить музыку. - На этой флешке скачаны очень старые песни. Все они напоминают мне о детстве. Ты, наверное, их даже не знаешь, - неожиданно сказал Юнги, вновь проникшись странной ностальгией. - Я действительно знаю мало старых песен, но хотел бы их послушать, - ответил Чимин тихим голосом. Юнги просто нажал какую-то кнопку и откинул голову назад. Заиграла нежная, спокойная мелодия. Если включить воображение, то перед глазами сразу возникала чашка горячего какао, кресло-качалка, плед и граммофон с этой музыкой. Что-то теплое звучало в этой, на первый взгляд грустной, мелодии. Спустя несколько секунд какой-то мужчина запел своим мягким голосом. Он был похож на голос Тэхёна. Чимин незаметно наблюдал за Юнги, слушая песню. Хотелось подпевать, но никто не знал слов. Певец так чувственно пел, пытаясь доносить до слушателей свои мысли и чувства. У него это прекрасно получалось. Песня была иностранной, но даже ребенок мог предположить, что в ней пелось о любви, и, скорее всего, неразделенной. Всю песню парни сидели, словно вкопанные, не проронив ни слова, а под конец они готовы были рассуждать на великие темы, думать, в чём смысл жизни и гадать, одни ли мы во вселенной. Музыка делает с сознанием что-то удивительное, и вот сейчас Чимин уже открыл рот, чтобы сказать что-то умное, как заиграла какая-то веселая песня, полная противоположность той, которую парни слушали до этого. Рок-н-рол кажется. - Эта песня из восьмидесятых? – поинтересовался Чимин. Юнги только кивнул. Атмосфера разрядилась, поэтому Чимин снова превратился в себя и стал нести всякую чушь, которую Мин слушал лишь на половину, хоть ему и нравилось слушать младшего. Сам он иногда вставлял какие-то комментарии, но в основном это выглядело, будто Пак говорит сам с собой. От такой мысли Юнги стало немного смешно. Он незаметно усмехнулся и продолжил кивать на лепет Чимина о танцах. - Давай заедем в магазин и купим коробку с пирожными? – предложил Юнги. Как он и думал, Чимин не смог отказаться от такого предложения, поэтому лишь самодовольно улыбнулся на детские привычки Пака хлопать в ладоши. Он остановился у ближайшего магазина, осторожно припарковав машину, и вышел на свежий воздух. - Нам еще долго ехать, - простонал Чимин, следом выходя из машины. - Это пустяки. Зато мы сможем полюбоваться закатом на море, кушая пирожные. Что может быть лучше? - Ничего, - радостно сказал Чимин, смешно щурив глаза от ветра. Парни зашли в магазин. Никто из них никогда там не был, поэтому, чтобы найти пирожные требовались усилия. Снаружи магазин казался гораздо меньше, чем был на самом деле. Первый отдел, в который зашёл Юнги, был хлебо-булочным. Он не спеша его прошёл, вдыхая запах свежего хлеба. Чимин, кажется, решил пройтись по другим отделам. Зайдя в отдел с напитками, Мин решил взять воду в дорогу. Он пошёл дальше на поиски пирожных и Чимина. Одному ходить по магазину не очень ему нравилось. Юнги зашёл в отдел с овощами и услышал крики Пака где-то вдалеке, от чего он даже подпрыгнул. Кажется, танцор кричал что-то похожее на «нашёл!!», но Юнги не был в этом уверен, поэтому пулей выбежал из отдела с овощами и направился в сторону, откуда только что шёл звук. Добежав, он увидел улыбающегося до ушей Чимина с коробкой пирожных в руках. - Я нашёл, - радостно сказал он. - Ты странный, - озвучил мысли в слух Юнги. - Это плохо? – Чимин сделал милое выражение лица, когда задавал этот вопрос. Юнги посмотрел на это личико, с трудом сдерживая улыбку и лишь сказал: - Пойдём на кассу? Чимин кивнул, и парни отправились оплачивать покупку. Кассирша оказалась милой и приятной девушкой, она улыбалась, когда пробивала товары. Чимин, взяв пирожные, быстро побежал к машине. Он открыл дверь на задние сиденья и залез туда, как в нору, а потом вылез с улыбкой до ушей. - Смотри, что я нашёл, - радостно сказал он, показывая вещь, которую отыскал на заднем сиденье. - Это полароид, - ответил Юнги, вспоминая, что забыл его в последней поездке. - Улыбочку! – закричал танцор, делая фотографию. Юнги никогда не любил фотографироваться. Его мама постоянно просила о совместной фотографии, на что Мин редко соглашался, поэтому у него очень мало снимков с мамой. И, наверное, это то, о чём он жалеет больше всего в жизни. Если бы была такая возможность, он бы вернулся в прошлое и фотографировал бы мать, делал бы совместные фотографии. Но уже ничего не изменить, и всё, что может Юн - это наслаждаться тремя фотографиями с мамой и вспоминать хорошие деньки. - Чимин, убери полароид и садись в машину, - строго сказал Мин. Только Пак не стал его слушать, а достал фотографию и начал смеяться. - Хён, посмотри на себя. Ты получился просто ужасно. У тебя один глаз больше другого, - сказал Пак сквозь смех, протягивая снимок. Юнги даже смотреть не стал, только угрюмо сказал: - Ненавижу фотографироваться, - он вздохнул и открыл дверь машины, - Если ты не сядешь сейчас же, то я уеду без тебя. - Не уедешь, - сказал Чимин, но все равно поспешил сесть в машину. Юнги усмехнулся и тронулся с места. Он решил поехать коротким путём, хоть и не очень хорошо знал эту дорогу, а с ориентацией на местности у него всегда были проблемы. Но сейчас важно было успеть до заката, а ехать долго, поэтому Мин, подумав, решил, что «кто не рискует, тот не пьет шампанское». - Наверное, поехать коротким путём, было не очень хорошей идеей, - озвучил Чимин мысли Юнги. Они уже три часа едут, но пока даже не приближаются к морю. Более того, они понятия не имеют, где находятся. – Просто признай, что мы заблудились. - Нет, - угрюмо сказал Юнги. - Ты слишком упрямый, - Чимин смешно надул губки и скрестил руки на груди, показывая, что обиделся. Юнги усмехнулся, но вдруг осознал, что они действительно заблудились. - Нужно выйти из машины и посмотреть, где мы, - предложил Юн. Он остановился на какой-то тропинке у леса. – Здесь какие-то джунгли. Пойдём через них. - Ты издеваешься? Через этот лес? Там же ничего нет. Только ещё больше леса, - Пак явно не был доволен этой идеей. - Я чувствую. Моё чутье меня ещё ни разу не подводило, - на самом деле у Мина просто не было других вариантов, но танцор поверил (или притворился, что поверил). Парни пошли через лес, гадая, к чему это приведет. Им пришлось лезть через ветки, прыгать, ползти. После десятого падения Юнги сказал: - Мы дебилы. - Нет. Ты дебил, - с усмешкой ответил Чимин. – И, кажется, чутьё твоё подвело нас. - Мы ещё не вышли, ты не можешь знать этого наверняка, - упрямился Мин, хотя сам понимал, что это ни к чему не приведет. Пак вздохнул, но пошёл вперёд. - Я люблю лес и только поэтому иду за тобой, - решил уточнить он. Юнги посмеялся. На самом деле, он поперся в лес не просто так. Однажды он ездил по этой дороге и примерно понимал, где здесь море, но очень сомневался. Он шёл, смотря под ноги, поэтому не видел ничего вокруг. Вдруг Чимин радостно закричал, заставив Мина поднять глаза. Впереди было… - МОРЕ! ЭТО МОРЕ! МЫ УСПЕЛИ! МЫ НАШЛИ ЕГО!! – танцор был на седьмом небе от счастья. Юнги, который уже отчаялся и не верил в успех, тоже вмиг повеселел. - Ура! Парни со всех ног помчались к нему, спотыкаясь и смеясь при этом. За метр до воды Чимин остановился. Он посмотрел на Юнги, который тоже остановился, последовав примеру Пака. - Дай мне руку. Зайдём в воду вместе, - сказал Чимин, пытаясь выглядеть уверенно, но вмиг покрасневшие щёки его выдавали. Юнги протянул свою ладонь. Пальцы Пака были такими маленькими и пухленькими, прямо как лапка какого-то милого животного. Пока Юнги умилялся Чимин начал считать: - Раз! Всё тело напряглось, немного чувствовалось приятное волнение. - Два! Странные, но приятные ощущения охватывали его с головой. - Три! Бежим! И они побежали. Побежали в море. Всего лишь в воду, но такое чувство, что навстречу мечтам, целям, амбициям. К свободе, счастью, [???]. Они побежали в жизнь. Они побежали от проблем и страхов. Они словно кричат, что никто их не догонит. И вот они стоят по колено в соленой воде, раны жжет, но это неважно. Чимин брызгает его, а Юнги смеется и хватает мелкого, понарошку топя в воде. И сейчас он чувствует себя восемнадцатилетним мальчишкой, который только что осознал весь вкус жизни и не может сдержать улыбку. Он чувствует себя так хорошо. И сейчас он готов кричать о своей любви к миру. Пусть ему завидуют, пусть его презирают, пусть за него радуются. Ему плевать. Мин Юнги любит жизнь, и именно сейчас он самый счастливый человек на планете. Весь мир в его руках. - Мы все мокрые, хён. Чимин. Его личный лучик счастья. Он помог Юнги почувствовать весь вкус жизни. Он изменил его и научил видеть хорошее в плохом. Именно ему Мин благодарен сейчас больше всего и готов сделать всё, чтобы этому ангелочку стало хорошо. - Да. Пойдем на берег? – спросил Мин и, дождавшись утвердительного кивка, вывел Пака из воды. - У нас есть полчаса до заката, - проинформировал Чимин. – Давай разведем костер? Юнги и сам хотел это предложить, так что просто радостно кивнул, пытаясь найти место для костра. Пляж, на который рэпер завел Чимина нельзя было назвать полноценным пляжем. Это было маленькое песчаное место среди леса, до которого было трудно добраться, поэтому здесь не отдыхали люди, и это даже к лучшему. - Пирожные остались в машине. Также там есть спички для костра. Кто пойдёт обратно в лес за всем этим? – спросил Юнги. - Я могу сходить, - сказал Чимин, со слишком странной улыбкой на лице, из-за чего Мин даже не хотел его пускать, но самому идти в лес не особо хотелось, поэтому он лишь улыбнулся, знаком показывая Чимину, что тот может идти. Когда танцор скрылся в лесу, Юнги улыбнулся, чувствуя счастье, которое переполняло его. Ещё никогда ему не было так хорошо. Он оборвал ветки с деревьев для костра. Их оказалось не так много, тем более без топора это было трудно сделать. Найдя хорошее место, он попытался развести костёр, как несколько столетий назад, потирая палочку о палочку, но ничего не получалось. Немного огорчившись, он поднялся с земли и увидел Чимина. Тот шёл с пирожными и чем-то ещё. С полароидом. Теперь понятно, почему этот мелкий засранец так хотел пойти к машине через лес. Парни развели костер. Как раз к этому времени небо начало розоветь. Выглядело просто чудесно. - Давай сфотографируемся? – послышался робкий голос сзади. Юнги оглянулся и увидел Чимина, смотрящего на него щенячьими глазками. - Пожалуйста. Юнги ненавидит фотографироваться. Он терпеть не может это. Он никогда не получался на фотографиях. Но… Чимин просит. А этому ангелу невозможно отказать. - Хорошо. Но только одно фото. Чимин послал ему такую счастливую улыбку, ради которой Юнги готов был бы сделать тысячу фотографий. *Щёлк*. Мин как всегда вышел не очень, зато Чимину точно нужно быть моделью. Посмеявшись, Пак заявил, что оставляет фото себе, на что рэпер даже возражать не стал. Юнги подошёл ближе к морю, любуясь великолепным розовым закатом. Жижа хлюпала под подошвами кроссовок. Ветер пробивал его насквозь. Он повернул голову в сторону. Чимин сидел на земле, прижав колени к груди и вдыхал запах соли и морского песка, чувствовал удары брызг о кожу, ощущал спокойствие. Юнги подошёл и аккуратно сел рядом. И вот они вдвоём сидят на пляже и провожают закат. Шум прибоя придает ещё большей атмосферы. Они разговаривают обо всём на свете, от холода прижимаясь все ближе и ближе друг к другу. Чимин кладет голову на плечо Юнги. Они наслаждаются моментом. Они рядом, они есть друг у друга. Близился завтрашний день со своими сюрпризами, но сейчас они всеми силами пытались ухватиться за эти маленькие моменты счастья. Пирожные в коробке постепенно заканчивались, а ведь они купили много. Так же заканчивалась и прошлая жизнь. Пришло время меняться, становиться другим… Под ухом слышалось сопение Чимина. «Я хочу быть счастливым, но больше всего я хочу, чтобы Чимин был счастливым» - именно с этими мыслями уснул Юнги.