Eric, Hyesung and other animals

- Ты был на высоте, - убежденно говорит Джини, протягивая руку, чтобы погладить Хесона по плечу, но передумывает, потому что Хесон очень злой. Злой Хесон - опасный Хесон, так что с прикосновениями придется подождать. - Я ненавижу вас всех, - говорит Хесон, улыбаясь, и закрывает лицо руками. - Нет, ну надо же, кошмар, ужас! Джини думает, что такие улыбки не сулят ничего хорошего, и понимает, что держать от Хесона в секрете его выход в сцене с байками и сообщить прямо перед эфиром - была отличная идея. - Тебе очень идет эта красная куртка, кстати, - на всякий случай сообщает Джини. Вдруг он потом забудет. - Да ты нас просто спас, - поспешно говорит Мину. - Без тебя бы сценка провалилась. - Да-да, - горячо поддерживает Джини. - Ты просто великолепен! - Ну а что мне оставалось, - Хесон смеется, и Джини немного неуютно от такого смеха, а Хесон смотрит в потолок, нервно поправляя челку. - Оставалось только быть великолепным. Лучше так... Чонджин сочувственно кивает, заговорщически переглядываясь с Мину. Главное, чтобы Хесон думал, что это режиссер поменял сценарий в последний момент, и что никто из Шинхва не в курсе, что Хесон должен был стать звездой вечера. Джини представляет, как Энди и Эрик быстро одевают упиравшегося Хесона, и умирает от любопытства, кто же смог вытолкнуть Хесона на обозрение камерам. Они с Мину до последнего беспокоились, что Хесон не выйдет - момент затягивался, и зрители, наверное, заметили, что Хесон влетел немного боком, хотя, возможно, только Чонджину показалось, что это заметно. Хорошо все-таки, что Эрика заменили на Мину. Хесону так определенно было намного проще, да и ускорение ему, наверное, придал лидер - ведь Хесон, судя по этим диким улыбкам и пробирающему до костей смеху, явно задумал план мести. К тому же с Донваном и Энди он спокойно общается, а Эрика показательно игнорирует весь день. Джини не завидует Эрику, и ему немного даже жаль лидера - только они с Хесоном начинают нормально сосуществовать, происходит что-нибудь в этом роде, и начинается очередная война. Тысячу раз пройдено, и будет пройдено, наверное, еще десять тысяч раз. Никто из этих двоих не умеет учиться на своих ошибках, да и, если честно, не хочет. Чонджин решается и присаживается рядом с Хесоном. В конце концов, ну что он сможет ему сделать? Ну, даст в челюсть - не смертельно, он, чай, не из 2pm, вон какие у него тонкие руки. Тем не менее, Хесон не собирается бить Джини, он даже, напротив, закидывает руки на спинку дивана - из такого положения разве что придушить можно, а никак не бить по лицу... Чонджин прогоняет чересчур подозрительные мысли, потому что Хесон продолжает смотреть в потолок, переживая свой позор или славу - Хесона иногда очень трудно понять, с одной стороны, он любит популярность, с другой, ему сложно со многим мириться... Исчезнувший куда-то Мину тащит упирающегося и смеющегося Донвана, и Чонджин слышит, как о отчитывает его: - Сказали, посиделки всей группой, значит, всей группой... - Но ведь завтра сложный день! Нельзя пить, нужны силы, - слабо вырываясь, смеется Донван, но Мину вцепился в него как клещ, приговаривая: - А ты не пей! Просто сиди. Это, знаешь, как приказ в армии. Понял, рядовой? - Так точно, - бодро салютует Донван. Чонджин наблюдает их диалог, думая, что Мину совсем необязательно так крепко хватать Донвана за руку и плечо, потому что тот никуда не собирается сбегать, хотя, Мину, конечно же, лучше знать. - Хен лучший, - мило улыбаясь, говорит Энди, совершенно без страха, садясь рядом с Хесоном, и Чонджину немного стыдно. Макнэ так легко бежит на огонь, как мотылек, и совсем не боится обжечься. - Энди-я, - страдальчески говорит Хесон, сразу повисая на младшем, хотя Джини чувствует, как от этой простой похвалы тот воспрял духом. Джини оглядывается, потому что не видит Эрика, но тот стоит в дверях помещения, оглядывая свою группу. Чонджин встречается с ним взглядом, кивает на молчаливый вопрос в глазах лидера, и тот расслабляется, понимая, что Хесон в порядке, Энди молодец, Донван не сбежал, а Мину как всегда. Все это Чонджин говорит безмолвно, одним взглядом - за 15 лет и не такому научишься - и вдруг осознает все прожитые годы разом. - Ты чего? - удивляется Хесон, поворачиваясь на шмыгающего носом Джини. - Ничего, - поспешно говорит Чонджин, трет нос ладонью, и Хесон умиляется, и Эрик кричит, быстро приближаясь: - Наш Джини расчувствовался! Плакса мелкая... Мину тянется через стол, чтобы обнять Чонджина, все смеются, и тогда Эрик говорит: - Ну что ж... Время для тоста, и скажет его... человек, который сегодня всех поразил! Хесон напрягается, и Чонджин усмехается - риксоны в своем репертуаре... Энди что-то шепчет на ухо Хесону, и тот начинает улыбаться. Благодарно и восхищенно взглянув на Энди, Хесон встает и торжественно произносит: - За красные трусы нашего лидера. До дна!