Вдохни мою пыль

Всю следующую неделю решался пожалуй главный из вопросов: где? Где именно будет размещена площадь проекта. Вариантов было не много, точнее, их было три: США, Китай или Россия. Наиболее подходящие по площади страны. США, как известно, всегда сует свой нос во все дела и хочет быть впереди планеты всей. Они просто не могли упустить столь масштабного проекта. Тем более — когда проект возымеет грандиозный успех, они заявят на то, что это благодаря им люди создали идеальный мир, следовательно, они самая выдающаяся, развитая и заботящаяся о людях страна. Их утопия удастся, в отличие от Российской. Так же их политика стала знаковой для многих капиталистических стран. США, можно сказать, стало отцом-основателем демократии и, безусловно, они знали, точнее считали, что знали, что нужно людям. Кстати, о России. Ну разве может страна с великолепной культурой, великим национальным достоянием (которые, к слову, нещадно уничтожаются и растрачиваются), да еще и имевшая опыт в построении равного общества, пропустить парад и упустить шанс утереть нос наглым америкашкам? Более того — в России есть подходящее место — Сибирь. Малонаселенная, почти не освоенная местность с богатыми почвами, с великолепными лесами... Практически то, что нужно! Но огромных затрат потребует осушение болот, вырубка некоторых лесов (все же, их там слишком много). Китай же сразу отошел на скамейку запасных: слишком много людей пришлось бы переселять, слишком много строений разрушать и, как следствие, пришлось бы придумывать куда девать бесчисленное количество мусора. Томас предложил как вариант пустить его на постройку купола, но это бы потребовало еще больших затрат — переработка, очистка и т. д. Убедить страны участвовать было не особо трудным делом. Сыграло роль две вещи: 1. Желание страны отличиться и показать свою власть и могущество. Это поднимет авторитет глазах всей планеты и, как бы это не скрывалось, у всех же людей в крови желание равенства, сделает должником Англию впредь. Мол — мы помогли вам с построением проекта, выделили территорию, а сейчас (каким бы это «сейчас» ни было) помогите вы нам. 2. Это была идея Томаса Немора. Убежденные в непогрешимости его идей — Англия значительно выбилась вперед, благодаря им — все свято верили, что этот проект станет грандиозным, значимым. А внести свою лепту в сохранение человечества немаловажно, верно? Люди не сомневались в нем и старались поддержать идею, пусть и путем некоторых совсем не малых затрат. Политики многих стран обговаривали этот вопрос, иногда спрашивая себя: «А оно нам вообще надо?» Эта призрачная идея, кажущаяся безумной. На самом деле, каждый из них понимал — это чертовски необходимо: мир разваливается, система стареет и начинает требовать отправки на пенсию, следовательно, нужен приемник — другая система. Но какой грамотный политик согласится с тем, что его правление не дает нужного эффекта? Ни один из них не хотел признавать несовершенство, надеясь на то, что признаются другие. Итог: горячие споры и мысль в глазах: «Признайтесь уже, что это необходимо и разойдемся по добру, по здорову». Решение было вынесено на четвертый день переговоров, споров и упрямства. Проект одобрен. Огромный «купол» будет возведен в Западной Сибири. Пришлось немного сократить масштаб «предприятия» - до двух миллионов квадратных километров, ибо площадь большего размера было бы организовать и оградить немного сложнее. Были запланированы массовые осушения болот и вырубка части лесов для очистки пространства. Россия оказывалась не в самом лучшем положении: нужно было перестраивать дороги, переселять людей, заново организовывать деление на края, области, и, что самое главное, объяснить людям, что это не причуда старых маразматиков, сидящих у аппарата управления, а запланированный проект, который послужит на благо общества в масштабах мира. Последнее оказалось крайне сложным — люди не хотели покидать обжитые места, поэтому сетовали на власть и пытались пропагандировать бредовость этой идеи. Но, так как власть пообещала помощь в обустройстве на новом месте: квартира, работа, устройство детей в образовательные учреждения, а так же материальную помощь по началу, люди соглашались. Капиталистическая жилка, требующая денег, присутствовала у любого люда. Таким образом, все решилось относительно быстро и без каких-либо огромных проблем. Страны оставшиеся «в стороне» помогали материально. Инженеры начали разрабатывать план построек города: были нужны фермы, для выращивания скота и сельскохозяйственной продукции, университеты и школы, для того, чтобы дети, растущие под куполом, получали достойное образование, мастерские и заводы для производства бытовой продукции и, разумеется, сами дома. Их было решено выстроить по типу английских деревень: небольшой одноэтажный домик с садиком спереди и маленьким внутренним двориком. В центре «мира» было решено разместить главное здание, то есть, огромный многоэтажный биологический центр, ознаменованный РИМом (Реализатор Идеального Мира) , в котором жители будут проходить проверку на «качество» (отсутствие генных мутаций, отклонений и тому подобное). На последнем этаже будет находится резиденция Томаса Немора, где он будет принимать основные решения по управлению. Но об одной детали РИМа все умалчивали. Подвалы. Под центром располагалась целая сеть подвалов и камер, обустроенных, к слову, ничуть не хуже основного здания. В них предполагалось держать «бракованных» людей, которые должны будут подвергнуться чистке. Какой именно не знал никто, кроме Томаса и одного инженера из его знакомых. Они тет-а-тет обсудили, что именно должно быть в подвалах, и ученый взял обещание с Джона Кресакра, так звали инженера, что он никому ничего никогда не расскажет. Обещание, к слову, было дано не просто так: Джон попросил Томаса о какой-либо из управляющих должностей в РИМе; Немор согласился, зная способности этого человека. Об этих подвалах не говорили, если бы люди узнали о них, проект бы тут же с треском провалился. Никто не хочет крови в идеальном мире. От этого центра шла кольцевая система дорог. И выражение «Все дороги ведут в Рим» было как нельзя кстати, поскольку из любой точки «мира» можно было прийти к центру. Все вопросы с людьми, рабочими, материалами и организацией пространства были решены за год, что не могло не порадовать Томаса. Старт строительства был назначен на двадцать шестое мая, день рождения Томаса Немора. Это было самым великим подарком, о большем можно было и не мечтать. Кому-нибудь дарили их собственный мир? Ему исполнялось тридцать шесть лет и вот — исполняется мечта всей его жизни. Двадцать седьмого мая, собираясь на работу, люди включали утренние новости. Приятный мужчина лет сорока в белоснежной рубашке и темно-синем пиджаке рассказывал о происходящих в мире событиях с голубых экранов телевидения. Глотая кофе, наводя марафет, люди слушали его, надеясь ухватить что-либо интересное для обсуждения в течение дня. Мужчина заговорил привычно-безэмоциональным голосом: - Со вчерашнего дня дан старт строительству проекта английского ученого Томаса Немора, основанного на создании утопического общества... Многие из взглядов впились в лицо диктора. Словосочетание «утопическое общество» вызвало у людей недоумение. Неужели и вправду люди снова сделают попытку? Диктор продолжал читать текст, бегущий в нижней строке экрана. - Огромный купол будет возведен в Западной Сибири, куда после и направят людей «нового мира». На постройку самого ограничения и всех зданий данного проекта официально выделено четыре года. Почти каждая из стран внесла свою помощь в реализацию. Лучшие умы человечества трудились над созданием плана строений... На экране замелькали кадры с вертолетов, показывающие ограниченное пространство для будущего купола. Затем дали крупным планом лицо Томаса Немора. Оно не выражало особых чувств, хотя, казалось бы, должно торжествовать. Победа лишь слега проглядывалась в глазах. Голос ученого прозвучал во всех телевизорах, включенных утром двадцать седьмого мая: - Этот проект будет грандиозным. Он обречен на успех — об ошибках не может быть и речи. Под моим руководством люди смогут объединиться и научится абсолютному равенству. В моем мире каждый сможет найти место по душе и заняться любимым делом. Люди увидят, что всеобщее равенство, утопия, счастье — это реальность, а не мечта. Они поймут, что мир может стать идеальным. Уголки губ ученого дернулись в едва заметной ухмылке.