Радио для одного

— Ты собираешься участвовать… в них? — слегка удивлённо спрашивает Айзава. Ямада поправляет свои бессменные очки и гордо кивает. — Ты уверен? — На все сто! — Ямада вертит головой, демонстрируя себя под разными углами. Это не было необходимостью, ему просто нравилось красоваться. В очках, был уверен Айзава, не было никакой практической пользы. Разве что они могли бы защитить от солнца – если бы оно сегодня хоть немного слепило. А так – солнце как солнце. Идеальная погода. — Как знаешь, — Айзава пожимает плечами, возвращаясь к шнурованию своих ботинок. — Волнуешься? — Ямада садится рядом на скамейку, вытягивая ноги вперёд. Айзава, конечно, не волнуется. Спортфестиваль его совершенно не волнует. Единственный, кто здесь переживает – сам Ямада. Вслух он этого не говорит, но трясущиеся руки выдают всё. Он нервно поправляет очки. — Я никогда не волнуюсь,— отрезает Айзава. — …Попытайся посмотреть на это с хорошей стороны, – Ямада ободряюще улыбается. И против его улыбки у Айзавы оружия попросту нет. Стереть её причудой не было никакой возможности. — Если нас заметят профи… — Это будет ужасно. Он целиком и полностью осознаёт важность этого мероприятия. Знает, насколько это необходимо для успешного будущего. В теории. На практике он собирался выбыть в первом же туре и благополучно забыть об этом фестивале на ближайший год. В геройской профессии было множество путей для становления достойным «работником», и Айзава предпочёл не самый распространённый. А Ямаду просто распирает от предвкушения. Ещё он сияет от радости, вызванной эфемерной возможностью быть замеченным. Радости от возможности оказаться - в очередной раз – в центре всеобщего внимания. Он это обожал. Ямада был похож на радио – никогда не замолкающее и вещавшее обо всём на свете. Радио одного слушателя – потому что кроме Айзавы никто не мог выносить этот треск достаточно долго. И сейчас оно снова в эфире. Ямада снова пускается в экскурс по своим любимым героям, красочно расписывая перспективы, которые может дать стажировка у них. Что может дать топ героев. Что может дать популярность. Всеобщее признание – его мечта. Вернее, одна из множества. И любимая тема для разговоров. Например, вчера он рассказывал о том, что хочет стать ведущим телепередачи. Потому что обычно герои светятся на ТВ только в качестве эксклюзивных гостей – а это не так интересно. Исключение, конечно же, студенты ЮЭЙ, которых вся страна увидит сегодня в прямом эфире. Айзаве, на самом деле, никогда не нравились СМИ. Никакие. И светиться по телевизору на всю страну ему тоже не особо хотелось. Первоначальный план звучал как «держать свою причуду в секрете от общественности как можно дольше». Потому что гласность никогда не шла на пользу – она лишь давала потенциальным противникам козыри. Айзава вообще считал, что чем меньше людей про тебя знает – тем лучше. Однако Спортфестиваль был обязательным мероприятием. Он знал это, когда шёл в ЮЭЙ. На самом деле, это было одной их причин, почему он рассматривал иные академии – но потом понял, что лучше поступать в самую лучшую. — Будет весело! – обещает Ямада. Ему, конечно, будет весело – с его-то любовью привлекать к себе всеобщее внимание. Уж он-то ждал этого события с нетерпением. И упускать свой шанс блеснуть он не собирается. — Дело не в веселье, — Айзава качает головой. Неприятное чувство скручивает живот, и он ещё сильнее хмурится. — Я знаю. Но, раз уж ты не можешь избежать этого, почему бы не… — Нет. — Окей! Ямада пытается улыбнуться, но получается слишком разбито. Ладно, может, Айзаве было даже немного стыдно за это. Ямада, конечно, пытается сделать что-то хорошее. Не только ради себя. Довольно по-геройски, да?.. …Первым испытанием объявили забег с препятствиями. Мудрое решение – слабые быстро отсеются, и из нескольких сотен учеников останутся самые способные, стойкие и попросту изобретательные. Айзава готов делать ставки, что пройдут оба геройских класса в почти полном составе; забег – идеальная возможность выбыть из соревнованиях на первых парах. Он просто аккуратно окажется в самом конце, и пропустит вперёд кого-нибудь, кому победа действительно нужна. Ямаду, например. Именно он сейчас пристроился рядом с ним у стартовой линии, покачиваясь из стороны в сторону, чтобы хоть как-то унять дрожь в руках. — Помнишь нашу стратегию? — спрашивает он, поворачиваясь к Айзаве. У них нет стратегии как таковой. Ямада просто предложил ему держаться вместе, используя причуды на соперниках и помогая друг другу пробиваться. Может, это и не плохая тактика. Айзава не спешит уточнять, что здесь каждый сам за себя. Просто кивает – потому что так Ямада чувствует себя увереннее. И дрожь в руках у него успокаивается. Айзава не пытается нагнать других игроков – просто держаться ближе к Ямаде, который, кажется, вообще не обращает внимания на соперников. Только и успевай, что страховать его, да одёргивать из-под обломков, вызванных уже развернувшейся стычкой между участниками. В правилах, конечно, прописан запрет на подобное, но вокруг стоит облако пыли, и совершенно непонятно, что происходит. Но они недалеко ушли от первой десятки, и это одновременно пугает и радует. Айзава мельком смотрит на нескольких вырывающихся вперёд участников – и вот они уже отстающие. Ладно, это, может, даже немного забавно. В нём разгорается азарт, и он попросту не знает, что теперь с этим делать. Пока что его не замечают ни комментаторы, ни другие участники – что ему только на руку. Ладно, может, он пройдёт этот этап – но только потому, что отступать сейчас достаточно глупо. Да и команда у них вышла… неплохая. Да, командная работа. На расстоянии. …Они заняли двадцать второе и двадцать третье места соответственно. Это был даже сносный результат – учитывая, что они сотрудничали в тайне от всех. И Айзаве понравилось. В какой-то степени. Но нужно было срочно выбывать из соревнования. Затеряться в следующем этапе, отойти на второй план – пройдут всего шестнадцать участников. Надо просто не оказаться среди них. Однако следующим состязанием выпадает «конница» – командное соревнование. Айзава просчитывает, каким образом можно завалить команду так, чтобы никто не догадался о его намерениях. Выставить случайностью их проигрыш. Это ведь соревнование, так бывает, - всегда есть проигравшие. Или подобные мысли – это уж слишком низко? Рядом, как назло, возникает Ямада и непринуждённо дёргает его за рукав. — Кого возьмём? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам. Вокруг уже начали образовываться небольшие группки одноклассников – они перешёптывались, оглядываясь по сторонам и что-то считая на пальцах. А Ямада наклонил голову, заглядывая Айзаве прямо в лицо – мол, давай, решай что-нибудь. Почему он решил, что они обязательно должны быть в одной команде? Это ведь индивидуальное соревнование. Можно выбрать себе какого угодно союзника – главное, чтобы он согласился. Ямада же понимал, что Айзава – не лучший вариант. Или… — Айзава-кун, присоединяйся! — несколько одноклассников уже пробивали локтями толпу, подбираясь к нему. Ямада кинул на них раздражённый взгляд, но они этого не заметили из-за всё тех же самых очков. А Айзава почувствовал – по тому, как Ямада напрягся и пододвинулся к нему ближе. — Не… — Дайте нам подумать! — Ямада хватает его за предплечья и поворачивает к себе. А затем шёпотом – который всё равно получился недостаточно тихим для шёпота – добавляет: — я уже приглядел пару ребят из параллельного класса. — Почему из параллельного? — тихо спрашивает Айзава, наклоняясь к нему вперёд. Они почти соприкасаются лбами. — Потому что мы знаем слабости наших одноклассников, а они знают слабости своих одноклассников. Вместе мы всех порвём. Ямада азартно улыбается – предвкушение соревнования распаляет его не на шутку. Айзаве хочется снять его руки с предплечий и отказаться, найти себе других товарищей по команде – желательно, малознакомых, – и завалить их. Точнее, себя. У этого плана даже есть некая положительная сторона – он легко выведет минимум трёх соперников для Ямады. В общем, он продолжает убеждать себя в состоятельности этой идеи – хотя, на самом деле, она разваливается на глазах. Это было бы очень низко, особенно по отношению к Ямаде, который буквально сходит с ума от распирающего его желания кинуться в бой вот прямо сейчас. Они, вроде как, стали друзьями. Вслух они этого ещё не произносили. Никто из них. Это просто стало внезапно очевидно для каждого. Что они друзья и должны работать в команде. Что они не могут завалить этот этап. — И кого мы возьмём? — Айзава слегка хмурит брови, окидывая взглядом остальных участников, почти сформировавших союзы. Ямада убирает руки и потягивается. Союз – это в принципе такая себе идея. Айзаве было бы хорошо и в паре – но он понимал, что только вдвоём они это соревнование не выиграют. Несмотря на то, что Ямада – единственный, чьё присутствие ему удавалось выносить. Надо искать ещё кого-то, желательно – быстрого и согласного встать сзади. Потому что Ямада никому не отдаст своё звёздное место, с которого его будет видно – да и главную роль он с трудом уступил Айзаве. Потому что умение блокировать любую причуду – их козырь. Айзаве не нравилась идея возглавлять их команду – это бы значило выставить себя напоказ. То, чего он так старательно избегал. — Ты мастер стратегии, — говорит Ямада, тут же отвлекаясь и от вопроса, и от разговора, чтобы окликнуть кого-то на другом конце поля. Айзава обычно всегда знает, что делать. А сейчас собраться с мыслями совсем не удавалось. Стратегии у него не было – вернее, она рассыпалась у него в руках. Надо было сосредоточиться. Ямада наверняка наберёт кого-нибудь быстрого или проворного. Потому что сам он встанет впереди, а Айзаве отдаст роль наездника. В этом был смысл. Ямада притащил каких-то ребят из параллельного класса, которых он, конечно же, знал. По крайней мере, это было понятно из его болтовни. Хотя Айзава считал, что человек, знающий Ямаду достаточно, не полезет с ним никуда. Айзава знал Ямаду даже слишком хорошо. Ребята, однако, выглядели вполне довольными сложившейся командой. Айзава думал о том, что в финале им всем придётся сражаться один на один – так что подборка команды в этом этапе просто рытьё могил самим себе. Без сильных сторонников не пройдёшь, с ними же – рискуешь проиграть им позже, выдав все свои козыри сейчас. — Главное – не отвлекайся, — бурчит Айзава, завязывая повязку на голове. До старта осталось совсем немного. Ямада гордо дёргает плечами (отчего Айзава на мгновение теряет равновесие), мол, не переживай об этом. Ему приходится думать о них двоих одновременно. Это сложнее, чем действовать в одиночку. Но Ямада не дурак, так что Айзава уверен, что при правильном использовании ресурсов они легко справятся. Вместе. Звучит обратный отсчёт. Три. Два. Старт.