Радио для одного

Ямада был горд собой. Нет, не так. Он был горд ими обоими. Они успешно прошли в финальный этап. Они оба. С Айзавой. Вместе. В одиночку он бы точно не справился. Айзава бы сумел, а он, Ямада, – точно нет. Хотелось бы искренне верить в обратное, но он прекрасно осознавал – если бы не прикрывающий со спины друг, он бы отсеялся ещё на забеге. Они преодолели конницу. Не сказать, что с трудом – Ямада вообще считал их результат просто потрясающим. Айзава бы с ним не согласился. Ладно, может, Ямада слишком часто срывался на комментирование вслух – сложно было не вовлечься в происходящее – за что получал по затылку. В своё оправдание он мог сказать, что держал ситуацию под контролем – хотя Айзава в это не верил. Ни тогда, на арене, ни сейчас. Это недоверие Ямаду оскорбляло – но только совсем чуть-чуть. Просто они оба переволновались и показывали это по-разному. Айзава, правда, не выглядел взволнованным – скорее, усталым, – но это только снаружи. С ним так всегда. Ямада чувствовал бушующие внутри друга эмоции. Да и в нём самом переживаний было не меньше. При этом казалось, что победа Айзаву не радовала от слова вообще. Он, кажется, наоборот – унывал всё сильнее. Ямада, конечно, привык к такому настроению у Айзавы, но ему всё-таки казалось, что подобное должно хотя бы немного поднять ему настроение. Тем не менее, оставался ещё один этап. Сражение один на один. Может, в этом и кроется причина угрюмости Айзавы? Он ведь не хочет лишнего внимания к себе. Ямада, правда, считал, что уже поздно отступать, и сейчас пришла пора выложиться по полной – потому что зрители на самом деле были в восторге от тактики Айзавы. И причуды. А казалось, никто на него ставок не делал. Радость от победы омрачалась только одним обстоятельством. Приблизилась самая пугающая часть фествиаля, от которой Ямаду бросало в дрожь (поэтому он старался о ней не думать до самого конца) – финал. И вместе с ним вероятность того, что… Перед вторым этапом Ямада в шутку предложил Айзаве: — Давай в финале ты будешь с трибун блокировать причуды моих соперников, и я буду сносить их звуком, и тогда я займу первое место! На что тот ответил холодным и лаконичным «нет». Но это не удивительно. Наверно. Ямада заламывает руки и нервно смеётся. Да, это та ещё глупость. Он не питает ложных надежд о том, что сможет пройти далеко в последнем испытании. Относительно своих результатов, он, конечно, здорово продвинулся. Только вот остальные тоже на месте не стояли. В любом случае, идея с жульничеством. Ямада предложил её скорее в шутку, понимая, что это максимально нечестно и как-то даже некрасиво. С другой стороны, никто бы и не заметил. Может, конечно, совсем немного бы заметил. И сразу понял, кто за этим стоит. Забавно было наблюдать за лицами ребят из параллельного класса, когда они понимали, с кем имели дело. Ямада смеялся так, что они буквально падали с ног. И их дисквалифицировали. Сейчас ему было не до смеха. Потому что третий этап – бои один на один, где соперник тебе выпадает по жеребьёвке. И Ямада искренне хочет справиться, хотя и знает – в рукопашном бою он слаб. А значит, весь бой будет состоять из сплошного крика. Если оппонент не сумеет его заткнуть, то победа у Ямады в кармане. Если только… Если только ему не придётся драться с Айзавой. А такое было вполне возможно. Их в финале – шестнадцать человек. Потом станет восемь. Потом четверо… На каком-то из этапов – если он сможет пойти, если они смогут пройти, – им придётся обязательно встретиться. …Ямада ходит по кругу в комнате подготовки. Пытается собраться с мыслями и придумать тактику. Честно говоря, он совершенно не ожидал того, что их встречей станет первый бой. Самый первый бой. Это вообще законно – сразу ставить друг против друга ребят из одной команды? Может, они заметили их взаимопомощь на первом этапе? Но это ведь не так страшно, верно? Драться с другом – это даже интересно. Они знают слабости друг друга. И сильные стороны. И тактики. И… Ладно, Ямада почти ничего не знает. И это его пугает. Он вроде и знаком с тактикой Айзавы, знает, чего от него ожидать – а всё равно ощущение, будто бы он идёт на бой с незнакомцем. Незнакомцем, который знает тебя, как облупленного. Ямада редко корил себя за болтливость, и сегодня был неподходящий для этого день. Сейчас наступит чуть ли не ключевой момент жизни – а он проболтал впустую все отведенное на подготовку время. Ямада судорожно прогоняет в голове одни и те же мысли, надеясь найти в них что-то новое, открыть для себя некую лазейку, но загоняет себя в новые старые тупики. Айзава объективно сильнее – как минимум потому, что легко он может обезоружить противника. Любого. Самым его первым шагом будет использование причуды. Значит, они начнут с рукопашного боя. В котором Ямада был очень, очень плох. И Айзава знал это как никто другой. А если не начинать бой с крика?.. Нет, Айзава в любом случае пойдёт в атаку сразу. Хотя он быстро устанет от использования причуды. Но вытолкать его с поля криком?.. звучит невероятно. Держать оборону долго не получится. У Ямады не было шансов. Но, по крайней мере, это будет интересный опыт, да? …Ямада рад, что надел солнцезащитные очки. Не то чтобы солнце светит ослепительно-ярко – просто так он был уверен, что Айзава никак не прочитает его. Айзаву прочитать тоже невозможно. На его лице непроницаемая маска – впрочем, как и всегда. Он безэмоционален. Чего от него, чёрт возьми, ждать? Он ведь наверняка раскусил тактику противника. Правда, он совсем не выглядит напряжённым. В отличие от Ямады, который уже принял боевую стойку. Раздаётся сигнал старта… У Ямады, конечно, не самое острое зрение на свете. Честно? Он даже линзы носит. Только то, как Айзава пытается посмотреть ему в глаза, он видит через всё поле. Это… странно? Он пытается предугадать его действия? Потому что Ямада решил не предпринимать ничего первым. Сориентируется по ситуации. Айзава смотрит ему в глаза, делает несколько шагов назад и… разворачивается. И идёт прочь с поля. По толпе пробегает удивлённый вдох. Никто даже не начинает шептаться – все в каком-то трансе. Но больше всех шокирован Ямада. — Эй!.. — звук слетает с языка слишком быстро. А ещё – непривычно тихо. Не потому, что Айзава его затыкает. Просто в горле непривычно пересохло, дышать тяжело, да и голоса почти нет. Вау. Поразительно. Просто невероятно. Куда он, чёрт возьми, направился? — Куда ты!? — Ямада берёт себя в руки и пытается кричать, не применяя причуду. Чуть громче, чем говорить. Хотя всё тело у него дрожит – будто бы сдерживаемые вибрации разрывают его изнутри. И пальцы не слушаются – он пытается сжать их в кулаки, но даже просто согнуть их не получается.— Вернись! Вернись и дерись со мной! Айзава решил пойти по лёгкому пути, да? Решил вообще не драться. Просто выйти из соревнования. Всё это походило на какую-то злую шутку. Однако Айзава не умел шутить. И останавливаться, кажется, тоже. Он был уже у самого конца поля. — Только попробуй выйти за линию! Айзава, чёрт возьми, не слушает. Ямаду посещают ужасные мысли в духе «если он шагнёт, то нашей дружбе точно конец». Следом – что, может, дружбы никакой и не было. Может, он поспешил с выводами. Опять. Его накрывает волна злости – и на себя, и на Айзаву, и на весь этот дурацкий фестиваль. Он даже не знает, кого винить и на кого кидаться. — А-айзава-кун за границами, — растерянно говорит судья. — Ямада проходит во второй раунд. Он сам не может сдвинуться с места. Внутри плещется ярость, а оболочка растерянно вибрирует всеми невыпущенными децибелами. Айзава быстро оборачивается и – нет, это издевательство, – кланяется ему. Ямаде нужно столько сказать, но он просто не может. Слова доползают до сознания слишком медленно. «Ты можешь лучше», – стучит в голове. Да, конечно, может. Это был прекрасный момент это доказать. Только, кажется, на самом деле Айзава в свои же слова не верил. Всё это просто насмешка с его стороны. Недостаточно хорош, чтобы драться с тобой, да? Ямада трясёт головой, как будто это поможет избавиться от назойливых голосов в голове. Вызволить их не получится – только зря связки надорвёт. Да и как это сделать? Он пытается смотреть на происходящее с положительной стороны. Например: он точно прошёл дальше. У него есть шанс на победу. К тому же, не пришлось напрягаться. Да?.. Да нет у этой ситуации никаких положительных сторон! Это не шанс, это… подачка. Да, хорошее слово. Немного грубое и злое, но… Айзава позаботился о том, чтобы Ямада прошёл дальше, как будто бы без его помощи он бы этого сделать не смог. Какая-то часть его понимала, что, конечно, Айзава, скорее всего, следовал каким-то своим туманным целям. Тем не менее, эта загадочность раздражала не меньше, чем его высокомерие. Может, он вообще Ямаду как серьёзного противника не воспринимает? Может, он просто раздражающее радио, жужжащее над ухом, которое невозможно выключить? Даже сейчас. Ямаду собственные мысли раздражают не меньше. Он снова сидит в комнате подготовки, не находя в себе сил выйти на трибуны к остальным. Скоро всё равно следующий раунд – не важно даже, с кем. Следующий этап, проход на который ему даже не подарили – просто дали и ушли, мол, ты же понимаешь, что сам не справишься. Остаётся совсем немного времени, а Ямада продолжает думать о том, что, наверное, он и правда не может лучше. Он вообще никак не может, видимо. Раздирающая грудную клетку ярость сменяется отчаянием – хочется доказывать обратное, и одновременно на это попросту нет сил. ...Ладно, второй раунд он тоже проходит. С трудом, со скрипом, но проходит. Почти не вышло сосредоточиться на противнике. Но он все равно выложился по полной. Почти не кричал даже. Забавно вышло. Выиграть помогла случайность. Может, конечно, не случайность, а просто погрешность тактики – противник в какой-то момент запнулся, как будто не успев активировать причуду. У него было несколько секунд, в которые Ямада буквально вцепился, вырвав победу. Ямада вспоминал их с Айзавой диалог. В самом начале. Про помощь с трибун. В нём говорит паранойя, да? Не стал бы Айзава ему помогать ещё и сейчас. Он ведь и тогда-то сразу отказался. Это казалось безумной идеей. Шуткой. Но без этого Ямада бы попросту не прошёл. Так что, если?.. Он встречает Айзаву на трибунах. Ямада сам не знает, зачем поднялся туда – может, просто деть себя было некуда, и сидеть на месте не было никаких сил. Но факт остаётся фактом – они встречаются взглядами. Ямада уже по привычке теряет голос, и, как и всегда, в этом виноват Айзава. — Молодец, — эта похвала Айзавы звучит довольно холодно. Но он смотрит на Ямаду вполне… дружелюбно? А Ямада теряется, растягивая губы в нервной улыбке. И не может выдавить простое «спасибо». Благодарить тут не за что.