Дилемма заключенного

      Сокка сидел на краю матраса Азулы, когда она проснулась, положив руки ему на колени и опустив голову она задумалась.       — Водный крестьянин. — тихо вздохнула она. Звук ее голоса заставил его вздрогнуть.       — Сокка это ты? "Сокка" Это был первый раз, когда он услышал ее обращение к нему по его имени, а не какое-то элитарное оскорбление. Он не ожидал, что это прозвучит так мягко. Не от ее острого языка.       — Ты спас меня, почему? — тихо спросила принцесса.       — Я... — задыхаясь, произнес Сокка. У него не было для нее веской причины. Для нее это было неприемлемо.       — Что ты мог получить? — ее тон немного усилился, как будто она злилась на него за то, что он ее спас.       — Ничего! — он повернул свою верхнюю половину своего лица к ее лицу. — Я просто видел тебя там и не мог позволить тебе умереть, хорошо? Азула нахмурилась. Она слегка покачала головой.       — Я не понимаю. — черствость ее голоса полностью утихла. — Я-Я твой враг!Я могу убить тебя, прямо сейчас!       — Но ты не хочешь. — бросил он вызов, глядя ей прямо в глаза. К его удивлению, она отвела свой взгляд. Тишина наполнила всю комнату. Его суровое выражение было омыто торжественностью и намеком на сочувствие.       — Как долго ты там была? — настороженно спросил воин. Она покачала головой и пожала плечами.       — Минут? Часов? — на секунду замолчал, а затем продолжил. — Дней?       — Я не знаю! Я не знаю! — заплакала она.       — Как ты... кто сделал это с тобой? — он говорил медленно, с настораживающим тоном. Она не сразу ему ответила. Она даже не могла смотреть на него – она просто смотрела на его колени.       — Мэй и Тай Ли. — ее голос дрожал, не в состоянии скрыть боль от их предательства. Его глаза расширились неверием.       — Они ... думали, что я убью Зуко.       — Почему они?       — Отец сказал мне.       — Ну так ведь? — Он не мог пропустить ее мимо.       — Нет. — Наконец-то она подняла глаза на Сокку. — Конечно, нет. Он мог видеть честность в этих янтарных кругах. Но, опять же, он знал, насколько искусна она в искусстве лжи.       — Я была зла на него, когда он ушел. После всего, что я сделала, чтобы помочь восстановить его честь и привести его домой. И... я сказала, что убью его, я не могу ослушаться отца! Я... — замолчала она. — Я сказала Мэй и Тай Ли, что не могу дождаться, чтобы отпраздновать, когда стану единственным ребенком, но... я не собиралась причинять ему боль. — она снова замолчала, чтобы прочесть его лицо. — Ты мне не веришь?       — Не знаю, Азула. — вздохнул Сокка. — Если ты не собиралась убивать его, то зачем вообще выслеживать его здесь?       — Я не отследила его! Начальник немедленно сообщил нам, когда он узнал, что Зуко ворвался в его тюрьму, поэтому отец послал меня сюда, чтобы покончить с ним, но я только собиралась поговорить с ним, попытаться с ним поговорить и... поговорить почему он оставил меня. То, как ее голос затих в конце, дал ему понять, как сильно ее брат, должно быть, причинил ей боль. «Значит, у нее есть чувства». Он никогда бы не догадался.       — Я не жду, что ты мне поверишь. — пробормотала принцесса. — Мэй и Тай Ли, конечно, не делали этого, когда я пыталась объяснить. Как только мы добрались сюда, Тай Ли заблокировала мне энергию Ци и они бросили меня в холодильник. Я слышала, как Мэй сказала начальнику тюрьмы, что я пришла спасать Зуко, что я была предателем своей нации, как и он.       — Зачем надзирателю принимать ее сторону?       — Он ее дядя.       — О... я не вижу такого сходства. Она ударила его руку своим локтем.       — И тогда они зашли так далеко, что даже взяли мои доспехи. Она сместилась под одеяло с дискомфортом, убедившись, что он надежно покрывает все ее тело. — Мои единственные два друга в мире... оставили меня здесь... умирать. Именно в этот момент он действительно почувствовал жалость к ней. Он не знал, что делать или говорить, чтобы утешить ее.       — Мама сказала, что я должна это сделать. — ее голос был устрашающе тихим. Он поднял бровь. — Твоя мать?       — Да, она пришла навестить меня. Несколько раз. Разве это не мило?