Дилемма заключенного

      — Каков твой план побега? — Сокка зарычал от ярости, ворвавшись в дверь. Она была прижата в углу камеры, прижав колени к груди, раскачиваясь взад-вперед, рыдала и что-то бормотала про себя.       — Азула... — он не мог смотреть на нее вот так. Это была пытка. Он смягчил свой тон. — У тебя нет плана побега, не так ли. — это был не вопрос.       — ДА!       — Взрыв заставил его отшатнуться. — ТОГДА ЧТО ЭТО ТАКОЕ?! Она встала, не глядя на него, и начала время от времени ходить по комнате: — Ну, когда надзиратель неизбежно найдет меня и бросит меня обратно в эту холодную адскую дыру… я выстрельну молнией в пол. — Она остановилась, замерзла на месте. Медленно повернулась к нему. — Ты умный мальчик, Сокка. Я уверена, ты знаешь, что происходит, когда молния попадает в металл.       — Я... — задыхался Сокка. — Не знаю. Она вздохнула и продолжила расхаживать. — Когда я была маленькой девочкой, у отца был этот металлический сейф с ценностями и семейными секретами. Но он не стал бы делиться ими ни с кем, даже со мной. Ну, очевидно, это беспокоило меня до конца. Я была полона решимости выяснить, что было в этой коробке. Однажды, когда он был на военной встрече, я пробралась в его комнату, схватила сейф и попробовала все ключи, которые я собрала. Но все безрезультатно. Я пыталась физически открыть его, но это было бесполезно. Я так расстроилась, и я не выдержала и мне пришлось выстрелить в него молнией. Внезапно, удар невыносимой боли пронесся через мое тело, все волосы на моей голове резко поднялись, а потом я упала в обморок. — она перестала ходить. — Итак... в чем смысл этой истории? Его голубые глаза увеличились в четыре раза. — Нет... НЕТ. НЕТ!!!       — Ну... я предполагаю, что ты можешь себе представить, что произойдет в гораздо большем масштабе. Именно тогда он почувствовал, как его сердце полностью рассыпалось и распалось на части. — Что?... — он дрожал. — Так это все? Ты просто сдаешься?       — У меня нет вариантов! — она обнажилась, ее дыхание становилось все более и более неровным.       — Решение есть всегда.       — НЕТ! У меня нет друзей, мне некуда идти! Я...       — Как насчет...       — Я не могу пойти домой. Я ослушалась отца, он будет недоволен. По его телу хлынула сильная дрожь.       — Разве ты не понимаешь? Мои друзья оставили меня умирать. Зуко ненавидит меня! Ты ненавидишь меня! НИКТО ненавидит меня!       — Нет Азула, это не так.       — Сокка. — закричала она. — Ты должен был просто оставить меня там.       — Не говори так. — больше всего его мучило то, что она тщательно продумала это. Действительно, у нее был план побега. Окончательный побег.       — О, какое это имеет значение? Скоро ты воссоединишься со своими друзьями и выиграете войну. Ты обо мне забудешь. Вы все забудете обо мне.       — Я никогда.       — Это будет так же, как будто я никогда не существовала. Кроме того... мама говорит, что это хорошая идея. Она говорит... это единственный способ искупить свою вину.       — Но это не так! Я могу придумать другой способ. — его голубые глаза сияли. Она смотрела на него со смесью тоски и сомнений.       — Ты могла бы помочь Аангу с магией огня. Она моргнула. По ее щекам текли две слезы. — Что?       — Если Аватар собирается сражаться с твоим отцом, ему нужно научиться справляться с молнией. — Цель. Он подарил ей цель. Слезы продолжали скатываться по ее щекам, хотя и не так устойчиво, как раньше. — Что ты хочешь сказать?       — Я еще не нарушил свое обещание. — он взял ее за плечи и привел к матрасу, где он заставил ее сесть, отметив, что она не сопротивлялась его прикосновению на этот раз. — Теперь оставайтесь на месте. — он наклонился к ее уровню глаз, его лицо было всего в одном дыхании от ее, голубые глаза превратились в янтарь. — Я собираюсь сказать Зуки, что ты идешь с нами и мне плевать, что она скажет. Она слабо улыбнулась ему. Ее глаза блестели.       — Даже если ты решишь, что не хочешь помогать Аангу с его огненной магией, я вывезу тебя с этого острова. — искренне пообещал он. — но… — он улыбнулся. — Я действительно надеюсь, что ты поможешь. — Затем он выбежал за дверь и направился к камере Зуки, его пульс все время нервно пульсировал в горле. Он тяжело сглотнул и открыл дверь.       — Сокка! — радостно произнесла Зуки, обняв его шею. — Мы все готовы идти?       — Да! — Он положил руки на ее талию, но не углубил их связь. — Но есть одна вещь, которую ты должна знать. Ее лицо упало, услышав мрачность его тона.       — Азула идет с нами. И это окончательно.       — НЕТ! — она опустила руки и отпрыгнула от него подальше. — Ты не всерьез выбираешь ее из-за меня!       — Я никого не выбираю из-за кого-либо. Мы все можем поместиться в холодильник. Нет необходимости выбирать, и это несправедливо с твоей стороны, чтобы заставить меня!       — Я не могу в это поверить! — прорычала она. — Ты собираешься ей помочь. Девушка, которая в первую очередь посадила меня в тюрьму! Или это ускользнуло от твоего разума вместе со всем твоим здравым смыслом?       — Зуки, пожалуйста! Ты не понимаешь. Она сейчас в очень плохом положении.       — О, буху! — она притворно вытирала слезы с глаз: — Эй, дамы, угадайте, что! — она насмешливо мелодизировала: — Неважно, сколько людей ты мучаешь, сколько жизней ты уничтожаешь, сколько раз ты лжешь. Пока Сокка находит тебя обнаженным и уязвимым, он будет патетически спасать тебя. Его глаза потемнели, ноздри начали вспыхивать.       — У меня есть половина ума, чтобы снять мою собственную одежду и прыгнуть в...       — Хватит! — взревел Сокка. Она замерзла. Он заговорил низким рычанием. — Я никогда не говорил тебе, что она голая. Ее темно-синие глаза расширились от паники.       — Ты знала, что она была здесь все это время? Ты была в этом замешена? — обвинил он, выплюнув от ярости. — Что ты с ней сделала?       — О, я удивлена, что она еще не сказала тебе, учитывая, насколько вы стали близки!       — Ты взяла ее одежду?!       — Я бы даже не была здесь в первую очередь, если бы не она! Она это заслужила!       — ТЫ ВЗЯЛА ЕЕ ОДЕЖДУ?!       — Да! — она призналась: — Я... шла по коридору и увидела, как Май и Тай Ли бросили ее в холодильник. Сразу после того, как они ушли, я пробралась внутрь, полагая, что принцесса заблокирована. А потом… — Она вздохнула с сожалением. — Я… я была в ярости из-за нее, из-за всего, через что она заставила меня пройти, из-за всего, через что она заставила пройти моим друзьям! И поэтому я взяла ее одежду. Я почти мгновенно пожалела об этом, но что я должна была сделать, вернуть все это назад? В любом случае… Я полагала, что проблема скоро решится сама собой. Он содрогнулся от ее последних слов. — Ты... не та девушка, которой я тебя считал.       — Да? Ну, ты не тот человек, которым я тебя считала.       — Все кончено, Зуки.       — По крайней мере, у тебя есть одно право. — горько огрызнулась она. Он глубоко вздохнул. — Ну... я думаю, я должен идти. Ты... идешь?       — Ч-что?!       — Ты идешь с нами или нет?       — Ты все еще позволяешь мне участвовать в своем плане даже после того, как бросил меня? После того, как узнал, что я сделала?       — Ну да, я имею в виду... мы в этой войне вместе, не так ли? Слеза скатывалась по ее щеке. — Мы... но... я не пойду с тобой. Я сама найду свой путь от этого острова. Извини. Он кивнул, его черты напряглись от боли, не в состоянии понять ее решение. Он повернулся к двери.       — Сокка. — прошептала она. — Будь здоров, хорошо? Он подарил ей улыбку. — Ты тоже, Зуки.