Один день. 40

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ao no Exorcist

Пэйринг и персонажи:
Рин Окумура/Юкио Окумура
Рейтинг:
R
Размер:
Мини, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: ER Вымышленные существа Нецензурная лексика ООС Повседневность Твинцест

Награды от читателей:
 
Описание:
Рин топает большими грузными шагами и при каждом порыве ветра сжимает зубы по плотнее, чтоб не стучали так громко, иначе Сюра мигом вольёт в него добрую порцию из своей фляги, и вряд ли там будет какой-то согревающий отвар из травок.

Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде

Примечания автора:
Сегодня так холодно, что оно само напилось за пару часов.
Рин уже экзорцист.
Меня тянуло на романтик, так что постели почти нет.
22 ноября 2018, 12:09
Рин топает большими грузными шагами и при каждом порыве ветра сжимает зубы по плотнее, чтоб не стучали так громко, иначе Сюра мигом вольёт в него добрую порцию из своей фляги, и вряд ли там будет какой-то согревающий отвар из травок. После последнего такого раза его мутило целую неделю. У него вообще стойкая непереносимость к сомнительным рода жидкостям, от того у других на этот счёт всегда найдётся какая-нибудь ехидная фразочка. Сегодня вообще паскудный день. Ректор как будто в душу насрал, когда отправлял их по отдельности, ведь прекрасно знает, что друг без друга они становятся нервозными и не в своей шкуре. Продолжением этого всего был демон, которого они никак не могли поймать. В итоге он в конец заебался и сжёг всё к чертям. Получил смачную затрещину от Сюры и выговор от старшины их отряда плюс отстранение от заданий и бумажную работу. Настроение упало в нуль. Именно поэтому открывать дверь за которой сидит мужик с козьей бородкой легче как никогда. Рин прикрывает за собой дверцу, проходит по ковру, замечая, что химчистка обойдётся в колоссальную сумму, и останавливается посреди комнаты. Мефисто отрывается от стопок с документами, рассматривает пристально, чуть ли не под кожу забирается и кивает на комод у стены, на нём три больших коробки и маленькая папка сверху, как вишенка на торте. - В коробках отчёты. Проверишь, поставишь подпись. - В папке что-то особое? – он подходит ближе, убирает резинку, пролистывает несколько страниц. - Не для чужих глаз. – усмехается демон. А Рин отчётливо слышит: «Не для Юкио». - Ага. Понял. – равнодушно отвечает он, поднимая всё на руки. У него в голове только одна мысль: поскорее залезть в горячую ванну. А с остальным разбираться лучше на свежую голову. Он проходит по всё тому же пути, маленькая месть слишком сладкая, чтобы от неё отказываться. Одним ловким движением и ключ оказывается в замочной скважине и меньше чем за минуту комната встречает своей тишиной. Юкио ещё где-то там, и без него дом — это просто пустое слово. Коробки приземляются у кровати, Рин немного задумывается и прячет верхнюю вещицу в шкафчик под нижним бельём. Пока вода набегает, он вытягивает конечности в стороны и отдаётся накатившемуся кайфу. Кожа краснеет, дышится слегка сложно от горячего пара, а мышцы всё меньше напоминают дерево – и так хорошо, что двигаться вообще не хочется. Лежать вот так днями напролёт и ни о чём не думать. Смотреть за капельками, как они скатываются вниз, когда вытягиваешь ладонь вверх и как та вновь согревается стоит руку опустить обратно в воду. Он закручивает кран, когда вода шпарит пятки и возвращается обратно, к прохладному кафелю за спиной. В голове мешанина и ничего одновременно. Так классно, что приятно до дрожи. Глаза сами собой закрываются, на поднятие век требуются огромные усилия и Рин устало выдыхает, обещая себе, что это на пару минут. Сон уходит, когда его лба касаются холодные пальцы, убирающие прилипшие пряди в сторону, он приоткрывает сначала один, а потом и другой глаз, щурится слегка от яркого искусственного света и улыбается мягко. Рядом Юкио, смотрит взволнованно-укоризненно и Рин знает, что те обещанные минуты превратились в часы. - Ты говорил, что больше не будешь спать здесь. Клялся же… - Иди сюда. Да, он знает, что брат не станет кидаться в его объятья, пока один из них не станет сухим, а второй как следует не помоется. Но зачем оттягивать неизбежное? Юкио не успевает за что-нибудь схватиться, когда рука старшего резко тянет на себя. Раздаётся громкое плюх!, словно кто-то прыгнул «бомбочкой» в бассейн, половина из ванной оказывается на полу, а одежда, которую Юкио так и не переодел, адски липнет к телу. - Чёрт возьми, Рин!.. К шее прижимаются губы, целуют жарко, кусают за выступающие косточки позвонков и потираются носом о короткие волоски у основания. Он пускает в ход зубы, ласково зализывает место укуса, когда ладонь ласкает грудь сквозь рубашку под всем ворохом одежды и слышит возбуждённую дрожь, стоит стянуть брюки вниз. Рин облизывает пальцы, касается смазано и входит медленно. Младший скулит что-то неразборчивое, толкается бёдрами назад, призывая действовать более активно. Вода плещется туда-сюда, вырывается наружу, превращая пол в огромные лужи. И нет ничего более важного, чем их сплетённые руки. Никакие демоны, люди, дурацкие задания – ничего так не имеет значения, как их нежная, полная страсти и безумства любовь. Юки держится за чужой затылок, пока Рин пытается стащить с его ног такие неприятные штаны и ругающийся брат с хмурой складочкой между бровями такой милый, что улыбка выходит сама собой. - Люблю тебя. Старший замирает на мгновение. Осторожно убирает ладошки со своей головы и смотрит удивлённо, слегка приоткрывая рот. Требуется ещё чуть-чуть чтобы прийти в себя. - Я тоже. День может быть паршивым, уныло-дерьмовым или таким, когда хочется покончить со всем разом: спалить чёртову Академию, натянуть ебучию ухмылку ректора на яйца и перевязать бантиком или превратиться в камень. Но такие вечера заставляют вкушать сладость жизни. Упиваясь до отвала. The End.
Примечания:
Не бечено.