Изувеченный любовью

Это было невероятно больно, приходить в себя после длительного обморока. Каждая мышца словно ломалась под натиском легкого кислорода, горло жгло от жажды. Не в силах идти, я просто медленно стек жалкой жижой на мягкий лиловый ковер и попозл по мягкому ворсу. Шипя от ощущений, трение приносило не только красноту, но и острую боль. Задница остервенело пульсировала, слезы ненависти к одной сволочи, скатывались к пересохшим губам. Таким макаром медленно с тяжелым дыханием, я мыслено телепортировался к раковине, встал на холодный кафель коленями и открыл кран, жадно принявшись пить. Стало относительно легче, сердцебиение пришло в норму. На дрожащих ногах, после того как мне удалось встать в полный рост, я направился на кухню, обнаружив там пустеющий холодильник. Сил выходить на улицу не было, поэтому из морозилки я выудил мороженные блинчики со сгущенкой и принялся их грызть. Сознанние было туманно, понять день сейчас или ночь было нереально, переодически перед глазами все плыло. Закончив же пир, я держась за стенку побрел к выходу в коридор. Понимая что в проеме тело словно заморозили, так как ноги подогнулись, а чернь застелила и так мутный взгляд. — Черт. Прошипел я, падая безвольно на твердый пол. Но удивление захлестнуло, когда ощутил на талии болезненную хватку. — Ну, привет детка-конфетка! Прохрипел мой спаситель и мне захотелось убивать, эта сволочь снова в моем доме. — Какого хера, ты забыл в моем доме паскудная шавка? Спросил я, чуть не скуля от боли в горле Получил за наглость нещадящий укус в плечо и тихий угрожающий ответ: — Не зарывайся, если не хочешь повторения моих жгучих ласк. Я тут чтобы Чимин меня потом не прибил, так что лечись и не вякай. Бета за время ворчания при спокойно дотаскивает мою жалкую сущность до кровати, а потом осматривает, почему-то излишне долго задерживаясь на моих свежих шрамах. Кожа не чувствительна в подобных местах, но жгучие пальцы Юнги обжигают, страх сжимает крепко, почти что как за яица. Весь дрожу, однако язвить не прекращаю: — Мне вот интересно в кого из сладкой парочки ты влюблен, в шлюхастую омегу или альфу переростка? Бета на мою наглость не реагирует, оказывается подначить его не так то легко. Думаю я и понимаю что глубоко ошибаюсь когда в сфинкт проникают четыре длинных отростка ублюдка в мази. Киллер делает это не то чтобы неакуратно, он с злостью трахает меня чуть ли не четырьмя пальцами. Пытаюсь отстраниться, тогда его свободная рука впечатывает мою голову в подушку, а во рту поселяется большой палец что не дает языку дергаться. Боль от нажима проходит по гортани, желудок отдает спазмами, обещая прощания с той малой порцией еды что греет пищеварительную систему. Но дергаться не могу совсем, меня пригвоздила к кровати не сила придурка, а то что в животе расползается приятное тепло, отчего член успел налиться и пульсирует пуская слюняювую смазку. Скулеж и рычание сливается в просторной комнате, а потом одеяло покрывается сгустками моей же собственной спермы. Бета улыбается победно, вытирает свои пальцы об мою футболку, и кидает небрежно. — Сейчас разложу еду в холодильник и тут же свалю, не волнуйся это наша последняя встреча. Завтра к тебе обещал заглянуть Чанель. Не помри альфо-подобная омежка. Летящая подушка пущенная в полет слабой рукой, вызывает на наглом лице счастливую улыбку. Пока стекаюсь в единное целое из лужицы, он шлет мне воздушный поцелуй и уходит. Слышу после как на кухне шуршит пакет, выдергиваю из тела последние крупицы сил и по стеночке иду на звук. В том же самом дверном проеме встречаясь с Юнги, что непривычно серьезен. Даже теряюсь от его внимательного взгляда, внутри что-то необьяснимо тянет. Отвожу свои опухшие глаза быстро и впадаю в ступор когда пальцы впиваются в мои щеки, а губ касаются те что напротив. Поцелуй выходит грубым с привкусом солоноватой крови. Оталкиваю бету грубо, до синяков благо что впервые будут не на мне и сплевываю свою слюну на пол, зря конечно, потом мыть придется. Повторная яркая для изверга улыбка и тихие довольные слова исходят от сатаны: — До встречи… — В следующей жизни. Договариваю фразу и отбираю из чужих рук ключи, Юнги намек понимает быстро. Уходит с хриплым томным смехом. Я же оседаю по двери и раслабленно вздыхаю, лишь спустя полчаса закрывая входные двери и снимая пижаму что как-то умудрился надеть в бреду прошлой ночью. Пусть до кровати размывается как в памяти так и перед глазами, но все уходит на задний план, как только голова соприкасается с подушкой. Надеюсь скоро все мои силы вернуться, альфа я или тряпка? Ответа нет, связь с космосом прервана, мне светит новая сонная кома.