Смертельный возраст

Она была ничем не примечательным подростком, жила счастливо с семьёй, имела много друзей, как обычный человек. Но, к сожалению, жила она не совсем в обычном городе. Наступили времена, когда полиция стала ходить с оружием по каждой улице, дежурить. Каждый месяц они проверяли дома, а когда находили то, за чем пришли, забирали с собой. Город потерял радостные краски жизни. Трупы подростков часто лежали посреди дороги, пока их не соберут и не вывезут за город. Там разжигали огромный костёр и бросали весь ненужный мусор туда. Запах дыма обгоревшей плоти был слышен через весь город. Там никогда не пахло цветами или цветущими деревьями. Сотни родителей склоняли колени перед пеплом их мёртвых детей. Со временем вирус пробирался к каждому подростку, не щадя никого. Пораженных было очень легко вычислить: они вели себя неестественно, кричали утробным голосом и имели красные глаза. Мало кто знал, что чувствует ребенок, поддаваясь ужасной хвори. Бедных детей расстреливали на месте, если видели на улице. А всех, кого нашли в доме, кого родители хотели уберечь, забирали с собой для неизвестных опытов и экспериментов. Родителей, что пытались уберечь своё чадо, сразу арестовывали. Девушка знала, что рано или поздно она заразится, и её безжалостно расстреляют, бросят где-нибудь в канаве, пока не приедет общий сбор, и её останки не сожгут в общей могиле. Она начала активно «увлекаться» этим вирусом. Много узнавала о возможном лекарстве, ходила на приемы, которые устраивали раз в неделю стражи правопорядка и несколько докторов, которые якобы искали способ лечения. Они показывали разные колбы с бесцветными препаратами внутри, в стеклянном ящике под ключом, говорили, что это прототип лекарства, которое вот-вот выйдет на свет, и всё станет хорошо. Говорили много и красиво, только никакого смысла их слова не несли. Они забирали много детей для своих опытов, изучали, как распространяется вирус, а что в итоге получали? А в итоге все дети и подростки сами погибали со временем. Их организм не мог выдержать боль, что причиняла злосчастная хворь. На очередном приёме рассказывали о препарате, что ненадолго устраняет внешние факторы вируса, а над внутренними они ещё работают. Получается, если выпить данный препарат, то все симптомы: красные глаза, неестественные движения и крики — пропадут на неопределённое время. Приём проходил возле центрального рынка, куда приходит большинство жителей за новой одеждой, продуктами и прочими мелочами, необходимыми для жизни. Злата пришла со своей мамой сюда, чтобы выбрать подарок её новорождённой сестре. Когда родительница пошла вглубь рынка, смотря на маленькие пелёнки и распашонки, Злата услышала, что рядом за ширмой снова собрались доктора и полицейские. Она не хотела пропускать мероприятие и еще больше не хотела, чтобы мама об этом узнала. — Мы сделаем мир лучше! Благодаря этому препарату заражённые будут чувствовать себя легче и смогут прожить дольше! — говорил толстый мужик с лысой головой, когда Злата просунула голову за занавес. Он размахивал стеклянной коробкой перед носом у всех присутствующих в зале. Люди сидели на стульях по обе стороны зала, был лишь небольшой проход вперед. Лысый мужик в белом халате стоял на выступе, сбоку находились полицейские с ружьями наперевес. Они следили за порядком: никто не имел права подойти к доктору ближе, чем на два метра. В зале все затаили дыхание, внимательно слушая. Девушка прошла на третий ряд и села на свободное место с краю. Её взгляд был направлен только на белую жидкость в колбе. Когда доктор открыл коробку, достал оттуда заветный препарат, при этом восторженно расхваливая его, у Златы заболела голова. При том, что раньше такой сильной боли она не ощущала. Ей хотелось взяться за голову, выбежать оттуда и закричать во весь голос, но тогда её могут сразу пристрелить, не узнав причины. Из чёрного чемодана с кодовым замком, доктор достал большой шприц. Он вставил в него колбу, прокрутив два раза, поднял над своей головой и стал снова говорить. Его мерзкий голос бесил девушку, она хотела, чтобы он заткнулся. Ей казалось, будто этот голос и есть причина её головной боли. Она опустила голову и зажмурила глаза, крепко-крепко, а когда открыла их, то увидела, что её руки бьёт мелкая дрожь, и это очень заметно. Злата спрятала их в карманы своей чёрной толстовки. Оглянувшись по сторонам, она заметила, что полицейские стоят и на выходе. Девушка была уверена: когда она туда входила, их не было. — При полном приготовлении препарата и его тестировании выяснилось, что заражённым нужно вводить его именно в вену. Он начинает действовать не сразу. Сначала будут адские боли в области головы, но я уверяю вас: это того стоит. Мой препарат будет действовать на все сто процентов и совсем скоро выйдет в продажу. Доктор продолжал говорить мерзким голосом, а Злату всё больше пробирала дрожь и головная боль. Она вспомнила своего лучшего друга Фёдора. Когда они вместе играли на улице, у парня неожиданно заболела голова. Он смотрел на свою подругу красными глазами, и ей казалось, что взгляд его наполнен злобой и ненавистью. Злата испугалась и закричала, закрыв глаза, когда лучший друг бросился на нее с ужасными криками. Тогда его убили почти сразу после того, как он добежал до девушки. Она не могла пошевелиться: страх сковал всё тело. Ей ничего не объяснили, просто сказали идти домой и забыть о произошедшем. Ей долго снились кошмары, которые перерастали в её собственную гибель, девушка боялась кому-либо рассказать об этом. Но именно тогда она поняла, что весь этот кошмар начинается с головной боли. Когда вирус охватывает твоё тело. Злата испугалась: неужели она так же выглядит со стороны? Дикие красные глаза, ужасный оскал, и она сейчас кинется с криками на этого мерзкого доктора, который её так раздражает? Наверное, поэтому полицейские сменили позу из расслабленной в более напряжённую, готовясь запустить кому-нибудь пулю в лоб, а именно — Злате. Она не хотела умирать, тем более в столь раннем возрасте. Завтра её сестренке исполнится месяц, бабушка начала жить собственной жизнью: нашла себе спутника жизни. Девушка всегда радуется, когда смотрит на них, они ведут себя как маленькие: играют, дурачатся, часто шутят и подкалывают друг друга. А мама с папой с новой силой и с новым ребёнком стали вновь счастливыми, их глаза искрятся жизнью и надеждой, несмотря на то, что происходит в городе. И если Златы не станет, это будет сильным ударом для её семьи. Горем, которое испортит всё новоприобретённое счастье. Она не хотела этого, не хотела, чтобы её семья страдала. Поэтому единственным вариантом было достать препарат из рук толстого доктора. Девушка не знала, что делает. Перед её взглядом был только шприц с введённым уже препаратом. Нужно его достать. Любой ценой. Злата надела капюшон на голову, почти полностью скрывая своё лицо, она старалась быть незаметной, ещё когда только вошла сюда, сидела, ссутулившись и прячась за чужими спинами. Девушка умеет быстро бегать, тем более ей на руку то, что здесь много людей. По счастливой случайности, в кармане находились ножницы, девушка положила их туда, когда помогала маме с её хобби, шитьём, и благополучно забыла о них. Это было единственное оружие, которое помогло бы закрыть рот доктору. Он не был высокого роста, что играло Злате на руку. Когда она подбежала в мужчине, смогла свободно дотянуться до его шеи и со всей силы всадить туда ножницы. Он схватился за рану, и прежде, чем выпустить из рук заветный шприц, Злата успела забрать его. Девушка присела за стол, обходя его с противоположной стороны от правоохранителей, которые уже пустили огонь в девушку. Её спасением было то, что она увидела луч солнца из зала, который был просто огромной палаткой. Она нырнула в щель и оказалась в толпе людей. Все начали паниковать, бежать и кричать, головная боль только усилилась, и в этой суматохе никто не заметит, если девушка тоже покричит. Спрятав шприц в карман, она побежала к приблизительному месту, где могла находится её мама. Девушка хотела только сказать, что всё будет хорошо, чтобы она бежала домой. Много людей сбивали друг друга с ног, некоторые бессознательно лежали на земле, но никто не стремился помочь им: каждый сам за себя. Так было всегда — так есть и сейчас. Девушке удалось найти маму. Она была перепугана, в руках крепко сжимала розовый подарочный пакетик. Подбежав к дочери, она крепко её обняла, не замечая её внешнего вида. Они отошли в сторону ближе к какому-то зданию. — Девочка моя, как ты? Говорят, там нашли заражённого, но он убежал. Пойдем отсюда скорее, — женщина отпустила Злату из крепких объятий и, посмотрев на нее, ахнула. Она выронила пакет и взялась за голову, в её глазах отчетливо читался ужас. Мать поняла, что тот заражённый, которого ищут правоохранители — её дочь, её кровиночка. Увидев реакцию матери, Злата заплакала. Она совсем не думала о том, как сейчас выглядит. Красные глаза и уже побледневшая кожа её выдают каждому прохожему. Девушка готовила речь, когда искала маму, думала, как ей всё объяснит, что скажет. Но сейчас она поняла: это бессмысленно. Её слова не помогут горю, не успокоят маму. — Я вернусь к вам, — тихо произнесла Злата, глотая слезы и, обняв родительницу, добавила: — здоровая… И она побежала. Бежала так быстро, как только могла, не разбирая дороги. Падала и снова вставала. Вытирала слезы, несмотря на ужасную головную боль. Она бежала долго и упрямо. Пока в очередной раз не упала, но на этот раз не смогла подняться.