Это точно не наш мир

Проды долго не было, потому что мама не хотела платить за инет, намекая на мою успеваемость .____________. С этой главы я буду писать почти полностью не по манге. Так что не удивляйтесь, если ничего не будет совпадать с событиями аниме. «Все, больше не могу, ещё немного, и я отпущу её. Быстрее, Сасори.» Мы не смогли уложиться в данное нам время, труп нукеинина Тумана лежал бездвижно, с окровавленным лицом. Он покончил с собой, откусив себе язык. Я же в это время держала его душу на тоненькой нити чакры. Сасори в это время вступил в бой с Кабуто, который явился сюда совсем не в тему. Я думала, что если ему не получится с помощью техники вызволить с того света Акацук, он не придет на этот остров, но очкастый Гарри Поттер все равно приперся. Ему нужен Ямато для завершения армии Зецу. -Сасори… - прошептала я, чувствуя, как нить начинает исчезать в моих руках. Я подтянула душу Кисаме как можно ближе к себе, но даже такое маленькое расстояние не помогало. Марионеточник успевал сражаться с Кабуто, отбиваться от Коноховцев, которые видимо ещё не осведомлены о организации, что встала на их сторону, и через нити чакры, присоединённые к моей спине, либо откидывать меня от атак, либо впускать в меня свою приятную теплую энергию. -Считай до пяти, - ровным голосом, но в то же время громким, оповестил меня Акасуна, и я принялась исчислять это длинное для меня время. «Пять… четыре… три… два… один.» - вижу, как в меня летит свиток, на котором хорошо виднеется кровь Сасори, значит, сейчас используется техника. Сверток приземляется возле моих ног и открывается, сияя нежным голубым, словно, пламенем. Моментально появилась кукла, пустая, которая явно предназначалась для Кисаме. Я прислонила два пальца к груди куклы и упала на колени перед этим, ещё не задышавшим, телом. «Успела.» -Сасори, сюда! – Акасуна рывком приземляется возле нас и, схватив куклу с душой Кисаме, обнял меня за талию, обхватив нежными гибкими руками. Я открыла другой свиток, где хранилась уже открытая техника с телепортом. Момент, и мы исчезаем из того мира. -Ааа! – закричала я, уже лежа на поляне в своем мире. Живот разрывало от боли, мне казалось, что меня сейчас что-то порвет на мелкие кусочки. Сасори тут же подошел ко мне и взял меня за плечи, явно растерявшись. Но боль резко прекратилась. Прямо как тогда, когда мы с Саске были одни дома. Да, тогда был такой же приступ. Да и вообще-то он был уже не раз, просто я не хотела об этом никому говорить, тем более врачи сказали, что все нормально. – Все, отпустило… -Что с тобой произошло? – он, не стесняясь, оголил мой живот и принялся нажимать в разных точках. Сасори видел, как я держалась ладонью именно за животик, с каждым днем округлявшийся все больше. – Это уже было раньше? -Было, но боль каждый раз проходит, так что я не хотела никого беспокоить. – я убрала руку Сасори и немного отодвинула его от себя, потому что он чуть ли не лежал на мне, погрузившись в свою медицину с головой. А откинула я его, потому что увидела Кисаме, потихоньку приходящего в себя. Кукла полностью приняла его обличие, и теперь его ничем нельзя было отличить от «бывшего» Кисаме. -Нээ??? – он почесал затылок. Ха, спалился Хошигаке. -Ку, - сказала я, подняв два пальца вверх, как бы здороваясь. Сделав милую рожицу, я уставилась на его ошарашенную. На самом деле я чувствовала невероятную усталость, а после этой боли так вообще вырубалась, но рассказывать Сасори не хотела, потому что он опять будет вертеться возле меня и учить жизни. Улыбка исчезла с моих губ. «Какая же эта техника сложная. Не удивительно, что когда Итачи приходил домой, сразу падал спать.» -Сасори, я не могу, прости меня… - я сказала эти слова перед тем, как почувствовала, что глаза закрываются. Я хотела сказать Сасори, насколько мне надоело быть обузой, но похоже по пробуждению, снова буду выслушивать нотации о моей глупости. Достало. -Очнулась, - сердитый, но до ужаса красивый и ровный, голос марионеточника. А ведь я ещё глаза не успела открыть. Я же говорила, что мне попадет от него. – Чтобы я ещё раз послушал Яхико… -И тебе доброе утро, - я, наконец, открыла глаза. Я лежала на диване в зале, а Акасуна сидел возле меня на краю дивана, снаружи спокойный и расслабленный. Ну, его внешность всегда такая, а глаза все говорят сами за себя. Я улыбнулась. – Не сердись. -Почему ты раньше не сказала про боли? – боже, какой же у него гневный голос. Он почти не открывал рта, но казалось, будто он кричит на меня, до того он громко говорил. Но в отличие Итачи, в нем не было той ненависти что ли, одна лишь забота. И от этого вновь захотелось улыбнуться. – Что ты улыбаешься? Ты почему никак не можешь понять, что это серьёзно? -Прости, Сасори, - он был ошеломлен моими извинениями, но, знаете, я не чувствовала того, что я в чем-то не права. Обычно, я не прошу прощения за такое. – Молоко с медом? – прочитала его мысли я. -Да, я сейчас налью, и только попробуй не выпить. – он встал и вышел из комнаты. На его лице не было улыбки, Акасуна находился не в лучшем состоянии из-за того, что я никогда его не слушаю и делаю все наоборот. Но я все равно улыбалась. Почему, не знаю сама. Через пять минут передо мной на маленьком столике стояла кружка теплого молока и блюдце меда, который я так ненавижу. Но раз Сасори говорит, что мне нужно это пить, значит, нужно, и я не имею право это оспаривать. Пока он делал для меня завтрак, я успела сходить почистить зубы и расчесаться, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Я не стеснялась Сасори, могла хоть в трусах и длинной футболке Итачи при нем ходить, но сейчас у нас появился новый житель в доме, который, собственно, сейчас заходил в комнату. -Здравствуй, больная, - ухмыляясь, высказался тот, усаживаясь в кресло, почти напротив меня в углу возле входа. Я улыбнулась на его слова, ничуть не расстроившись. Я даже была рада видеть Акульего нукенина у себя дома. – Что ты улыбаешься? В таком положении тебе нельзя болеть. Да и цвет кожи у тебя какой-то нездоровый. -Кто бы говорил, Кисаме-сан. – со смехом намекнула на его цвет кожи я и снова заулыбалась, сияя, как солнышко. Почему, когда ты начинаешь давить из себя непроизвольную лыбу, все думают, что ты замышляешь что-то неладное? Я просто счастлива. – Что-то сегодня вы оба недовольны, что я в хорошем настроении. -Потому что я не вижу повода радоваться. – чуть ли не прошептал Сасори, зная, что даже чуть-чуть меня этими словами не расстроит. Странное у него сегодня пессимистическое настроение. -Сасори, - он посмотрел на меня, а я на него. – Ты будешь крестным отцом моей дочери. – если бы возможно было передать то, какое лицо сейчас пребывало у Акасуны. Он был ошарашен, что я, даже не обратив внимания на его слова, продолжала думать о своем, и сказала ему такую новость. Я же говорю, это просто не передать словами. -Ну пожалуйста! – молила я марионеточника, целый день надоедая ему своими упрашиваниями, переместиться в другой мир. Я хотела увидеть Лиями, Итачи, тем более хоть чем-то помочь. Я же поклялась, что не буду лезть в бой, буду только лечить. – Сасори! -Я сказал нет. Итачи-сан дал мне свиток, так что у меня есть один телепорт в другой мир. Я отправлю туда Кисаме-сана, узнаю обстановку и вернусь с помощью Учихи. Не дай Бог, не обнаружу тебя в квартире по прибытию. – он посмотрел на меня так, что дрожь по телу пошла. -Я хочу к Итачи! Хочу, понимаешь, Сасори! – я чуть ли на себе волосы не рвала от того, как сильно хотела в тот мир. Что-то безумно сильно тянуло меня туда, и иногда мне казалось, что это делает моя дочь, а болит живот при перемещении домой, потому что она не довольна этим. Меня чуть ли не изнутри прожигало нетерпение, а ещё больше угнетение, потому что я не смогу ничем помочь на войне. – Сасори… я вернусь с тобой сюда обратно. Обещаю, я только увижу их краем глаза и вернусь. -Одевайся. -Урааааа… Мы переместились на поляну, и я моментально почувствовала боль в животе, и в то же время легкость, но лишь немного поморщилась, чтобы Сасори не волновался. А то отправит меня обратно, а я этого ой как не хочу. Да и со мной вроде все в порядке. Надеюсь, малышка не чувствует тоже самое. Или она сама вызывает эти боли для меня? «Итачи. Лиями. Дейдара. Черт, как же я соскучилась, как я волнуюсь, а!» -Только не отставай. Если почувствуешь боль или устанешь, скажи мне. – и он рванул, как я поняла, в сторону деревни. Я сразу же побежала за ним, чувствуя непередаваемое ощущение легкости и полного равновесия. Как приятно снова ощущать эти глаза с узкими зрачками! Так мы передвигались, ну, наверное, часа три. Один раз мы остановились по моей просьбе, так как я очень сильно устала. Хоть в этой теме до меня доходило, что себя надо беречь в таком положении. Нда, Сасори не скрывал всей злости на меня. Возмущению Кисаме не было предела. Кто мог подумать, что он такой ворчун? «Хоть кто-то ещё не разучился чувствовать.» -Это были взрывы? – такой тихий вопрос мечника к марионеточнику. Они лишь переглянулись. Сасори сбавил ход, и я почувствовала, как еле уловимые нити чакры касаются моей спины. «Твою мать…» Не могу передать словами то, что я увидела вовремя подхода к деревне. Развалины. Повсюду. Грохот мы услышали ещё полчаса назад, но этот вид леса, гор и деревни мерцал перед глазами из-за нового нападения армии со стороны Мадары. В ушах звенел противный звук скрежета стали куная о кунай, в горле жутко нудело. Запах крови сбивал меня с мысли, зачем мы вообще сюда пришли. Кто-то кричал, плакал ребёнок. Даже на небе находились эти гребаные шиноби! -АА! – крикнула я, когда увидела рядом вылезшего из земли Зетсу, улыбающегося, как никогда раньше. Я помню его, хорошо помню. Никогда не общалась с ним и почти не разговаривала из-за отвращения. От него всегда пахло гнилым мясом. Мгновение, и меня откидывают нити чакры за Акасуну, а огромная Самехада ловко разрезала жалкое склизкое тело двухцветного пополам. Ни капли крови. Ни капли сочувствия. -Только не война… - со слезами пробормотала я, снова услышав плач ребёнка. Звонкий, то разносился по уголкам местности, то замолкал, и от этого становилось ещё страшнее. Сначала я подумала, что его нашли, но звонкий крик ребёнка повторился. – Лино?.. – я рванула с места, чувствуя, как нити марионеточника бесшумно спадают с моей спины, ног и рук. Похоже, он не думал, что я буду убегать. «Нет, пожалуйста, хоть бы это была не она! … К черту!» -Лино! – крикнула я и нагнулась, зажав свою голову чуть ли не между колен. Взрыв раздался так близко, что мое тело содрогнулось в приступе страха. Возможно, это была взрывная волна, но меня это уже не волновало. Я хотела защитить ребенка, больше не слышать этот крик и плач, закрыть собой, защититься самой. Наверное, это называется материнским инстинктом. -Рини! – сквозь всхлипы услышала я совсем близко. Сомнений не было, это Ли. Но как она оказалась здесь? Какого черта?! Снова взрыв. -Вы что, бл*ть, не видите, что я своя?! – обернувшись, выкрикнула я куда-то в небо и, вновь побежала к Лино. Из-за кошачьего слуха я прекрасно слышала её дыхание, неровное и очень громкое. Я чувствовала испуг в её теле, как она трясется от каждого звука. Я уже чуть ли не плакала. – Лино, девочка моя! – подбежала я к напуганной грязной девчушке, сидящей в разрушенном доме за стеной. Да, как я и думала. Все пошло совсем никак в аниме. Коноха почти вся разрушена. -Рини… - запинаясь от страха бормотала та, хватаясь за мои руки своими дрожащими и цепкими пальчиками. Косичка, которая была и так заплетена, как попало, вся растрепалась и покрылась грязью. Бледная кожа стала невероятно темная от пыли, лишь только дорожки от слез показывали её настоящий цвет лица. – Папа… -Где твой отец, Ли? Ты слышишь меня? – я обнимала её, стараясь защитить. Мне самой было страшно, слезы лились рекой. Тянущее ощущение в горле, противное чувство на душе. Страх, адреналин, боль, паника. Хотелось кричать, но нельзя. Я не хотела пугать эту маленькую девчушку, которая так и искала во мне спасение. Ли видела мои слезы, осознавала мои чувства, но молчала. – Где твой папа? -Он ушел, оставил меня со всеми… сражается… - и она снова заплакала, так тихо и беззвучно, что, казалось, будто это слезы радости. Я знаю, грешно сравнивать это, но я хочу лишь передать то, что я думала в этот момент. – Я за ним побежала! Хотела помочь! -Тише, - я прижала её к груди, понимая, что у Лино начинается паника. «Думай рассудительно, спокойно, Рин.» -Где отряд медиков? Они должны расположиться где-то в деревне, ты помнишь где? – из-за запаха крови, пыли и грязи, я не могла почувствовать запах медикаментов. Нос забился. -Нет, - лишь кивнула в знак отрицания девочка, смотря на меня красными от слез глазами. Я схватила её за руку, на руки не осилила, потому что в таком положении мне это просто нельзя. Выглянув из-за угла дома, я побежала в глубь полуразрушенной деревни, крепко держа руку Ли. Та старалась догонять, но всё же отставала, чуть ли не телепаясь на моей руке. Но иначе быть не может. У нас нет выбора. «Черт, Сасори будет меня искать, и все это очень плохо закончится.» -Неджи! – крикнула я, увидев знакомого по аниме парня. Он в непонимании повернулся, вглядываясь мне в лицо и стараясь вспомнить, но мы уже были около него. – Где пункт помощи? – Неджи глубоко дышал от усталости и всматривался в нас, ища подвоха. Через секунду мы обе были подвержены технике бьякугана. Если честно, я даже покраснела. Мало ли, что он там видит. Снова взрыв, я прижала малышку к себе, но на этот раз грохота почти не было слышно, и я увидела себя прижатой к стене телом Хьюги. Его отнесло взрывной волной, и он закрыл нас от взрыва, пыли и осколков, значит, верит, что мы свои. -Где вы были во время эвакуации жителей? – зло высказался он, тяжело отрываясь от нас. Я приложила руку к его груди и произнесла технику, начиная лечить. «Меньше слов – больше дела.» -Слушай, мы здесь вместе с братьями Учиха. Меня зовут Рини, и я из другого мира. – он удивился, увидев красное свечение на груди, но с помощью генома своих глаз прекрасно видел, что я его лечу. Неджи выслушал нас, внимательно, смотря точно в глаза и не обращая больше внимание на мое лечение. Лино прижималась к моей ноге, громко шмыгая носом и что-то ворча про своего отца, иногда даже ругаясь, плача под новые взрывы. – Где пункт помощи? -Идем, быстрее, - он рванул с места, а я за ним, крепко держа Лино за руку, которая совсем за нами не успевала. Можно сказать, она летела, держась за мою руку, из-за своего маленького веса. Через несколько секунд я почувствовала легкость на руке и увидела, как Неджи взял девочку на руки. Похоже, он уже понял, что я не в таком положении, чтобы кого-то носить на руках. А может, на земле ещё остались джентльмены? «Ха-ха, очень смешно.» - усмехнулась я сама себе, хватаясь за руку Хьюги, который вытянул мне её. Видимо я слишком медленно передвигаюсь. И как у него это получается? На спине сидит ребёнок, он тянет меня за руку, и это после длительного боя и взрыва прямо в спину. С ума сойти. «Итачи, где ты?» Прямо перед нами появилось яркое, до ужаса яркое свечение. Мы резко остановились, закрывая глаза от света, излучаемого чем-то невероятно огромным. Мгновенно оно исчезло, и я смогла открыть глаза, чтобы увидеть то, что поразило меня своей мощью. Все тело жутко сводило от чакры, которая словно взбунтовалась, сжимаясь внутри меня в комки. «Боже…» То, что я увидела секундой позже, заставило меня закрыть глаза от ужаса, чувствуя слезу, которая выкатилась под тяжестью ресниц. Не поверив своим глазам, я снова распахнула занавесу мокрых ресниц. Уродливое, непонятное, вроде бы каменное создание, скрещенное из биджу, пойманных организацией Красной луны, издавало истошные звуки, разрезая слух и вжимая в землю. Неджи застыл, чуть ли не с открытым от удивления ртом, хотя уже не должен удивляться ничему в этой ужасной войне, где преимущество точно на стороне Мадары. Толпы шиноби замерли, как вкопанные, считая секунды своей жизни, возможно, последние. Несколько осмелились кинуть кунаи. Тщетно. Узрев наглого обманщика Тоби, назвавшего себя Мадарой, шиноби, до этого сражавшиеся до последней крови, кинулись бежать. Только те, кому не ради чего было жить, остались смотреть на человека, стоявшего на голове этого существа. Некоторые предупреждены, что это ненастоящий Мадара, а остальные же просто вжимались, падали, бежали, лишь бы не видеть этих глаз. Риннеган. Шаринган. Спокойный шепот с его губ. -Да начнется настоящая война. Конец третьего сезона.