Праздники к нам приходят

Зен приобнял Шираюки за талию и девушка положила на его плечо свою голову. За окном автомобиля мелькали удивительные заснеженные пейзажи, быстро теряясь и смазываясь перед глазами Аканэ. Ее голова слегка кружилась из-за выпитого шампанского, поэтому красноволосая предпочла немного вздремнуть. — Эй, Спящая Красавица, — откуда-то издалека донесся голос Зена, затем Шираюки почувствовала легкое касание его ладони и ниспадающие на глаза волосы перестали мешать — видимо, Вистериа убрал их под шапку. — Мне следует поцеловать тебя, чтобы ты очнулась ото сна? Шираюки тут же встрепенулась и едва не вскочила на месте. Ее лицо запылало от смущения, когда она открыла глаза и увидела мощную спину водителя, который тактично молчал, ожидая, пока молодые люди выберутся из машины. — Я не сплю, — она быстро поправила съехавшую набок шапку и сбросила руку Зена с талии, выбираясь из машины. — Большое спасибо за то, что довезли нас, счастливого Вам Нового Года! — Быстро протараторила Шираюки и захлопнула дверцу, не зная, куда деть себя от всепоглощающего чувства стыда. Аканэ хлопнула себя по щекам, приводя растрепанные чувства в порядок. Зен, кажется, абсолютно ни в какой ситуации не смущался — он всегда говорил все прямо и честно, не боясь осуждения прохожих, и поступал он так, как хотелось ему. То, что Шираюки находила смущающим, для парня было обычной вещью, и такие вот выкрутасы в обществе незнакомого человека пусть и не были редкостью, но всегда ставили красноволосую в тупик, заставляя ее лицо приобретать всевозможные оттенки красного. — Принцесса, храм в другой стороне, — Зен хохотнул, и Шираюки повернулась к нему лицом, восторженно замерев. Над ними возвышались сотни ступеней, которые вели к огромному зданию на вершине. У храма уже собралось немало людей для того, чтобы на Новогодней ярмарке купить специальные талисманы или отведать лакомых вкусностей, а, быть может, даже согреться с помощью стаканчика горячего глинтвейна. — Невероятно красиво, — девушка улыбнулась, позабыв о чувстве смущения. Она взяла Зена за руку и потянула в сторону ступеней, уже предвкушая, как они пройдутся среди рядов различных лотков с едой и украшениями. Все вокруг пестрило гирляндами, проходящие мимо люди счастливо улыбались, и Шираюки просто не смогла сдержать ответной улыбки. Ее зеленые глаза восторженно блестели, когда она ходила от одного лотка к другому, и Зен с замиранием сердца в груди понимал, что один лишь вид этой взбалмошной красноволосой особы делает его невероятно счастливым и довольным. Он крепко держал ее за руку, не позволяя отойти от себя ни на шаг — поток людей был таким большим, что был велик риск моментально разминуться и затеряться в этой толпе, но Шираюки, кажется, и вовсе не хотела отходить от Вистериа, потому что здешние девушки-старшеклассницы зарились на Зена таким взглядом, что становилось противно. Вистериа, заметив это, нежно щелкнул Аканэ по носу, отчего она недовольно уставилась на него. — Ты не замерзла? Сегодня довольно прохладно, — Зен улыбнулся, и Шираюки просто не смогла на него разозлиться. Ее брови всего на мгновение сошлись на переносице, но она вздохнула и быстро кивнула, чувствуя, как холодный северный ветер пробирается под одежду. — Немного. — Давай попробуем здешний глинтвейн, — Зен повел ее к одному из лотков у которого столпились подростки. Они дождались своей очереди и Вистериа подал Шираюки бумажный стакан с теплым алкогольным напитком, который отдавал слабым запахом корицы и апельсинов. — Поднимемся к храму? — Предложил парень. — Пойдем, — девушка уверенно кивнула, и вместе молодые люди пошли в сторону большого здания, которое очень сильно контрастировало на фоне ярмарки. Этот деревянный домик был окутан атмосферой таинственности и от него веяло какой-то мистикой. Шираюки стало даже не по себе, когда они подошли к святилищу Бога. Это была полутораметровая статуя из мрамора в виде дракона, которая символизировала здешний дух божества. Зен достал из кармана заранее купленные амулеты с пожеланиями и отдал Шираюки, которая, прижав их к груди, сделала несколько шагов в сторону статуи. Кроме них с Вистериа здесь никого не было — да и не удивительно, в общем-то, ведь смотритель храма все еще не начал бить в колокол*. Девушка попросила Зена подержать свой стакан с глинтвейном и села перед статуей на колени, протягивая амулеты к ее подножью. — Пусть близкие будут в здравии, — тихо прошептала она, сложив руки в молитвенном жесте. — И… — Шираюки сказала что-то еще, но ее голос утонул в сильном порыве ветра. Она поднялась, отряхнула колени и взглянула на небо, которое в ту же секунду озарилось яркими салютами. Словно вторя громким хлопкам, из здания храма донесся тяжелый звон колокола, который означал одно: наступил новый год. Девушка счастливо улыбнулась, замечая, как по ступенькам поднимаются люди, поэтому она взяла Зена под локоть и молодые люди пошли в сторону внутреннего двора, где было темно и тихо — шум ярмарки можно было расслышать только если постараться. — Ну, моя дорогая леди, — Зен слегка склонился над ней, внимательно всматриваясь в родные зеленые глаза. — С наступившим Новым Годом, — и стоило Вистериа договорить — как он тут же подарил девушке легкий поцелуй в губы. Шираюки чувствовала легкое кисло-сладкое послевкусие глинтвейна, и в этот миг атмосфера для нее была такой сказочной, что Аканэ хотелось растянуть этот момент еще чуть-чуть. Совсем немного…

***

Они вернулись около двух часов ночи — уставшие, но довольные покупками, совершенными на ярмарке. Шираюки положила пакет со сладостями на тумбу и улыбнулась. — Это было просто невероятно, — сказала она, снимая с себя куртку. — Хочу, чтобы следующий Новый Год мы встретили так же. Зен рассмеялся, перехватывая девушку на пути к гостиной. Он приподнял ее лицо за подбородок, не сводя взгляда с губ. — И следующий, и после него, и еще много лет подряд, Шираюки, — Вистериа подарил ей короткий поцелуй и отстранился, забирая из ее рук пакет со сладостями. — Я сделаю нам чай, дорогая, и было бы неплохо, если бы мы возобновили просмотр Гарри Поттера, ты так не считаешь? — Хорошее предложение, — девушка кивнула, — нам ведь не спать до самого рассвета. — Зная тебя — ты уснешь сразу же, — Зен хохотнул, но остановился у входа в гостиную. — Если ты конечно не собираешься приложить немного усилий для того, чтобы продержаться до утра, — Вистериа многозначительно улыбнулся, в ответ на что Шираюки могла только краснеть, смущенно отводя взгляд в сторону своей сумки. «Подарок… Я должна подарить ему подарок», — она достала небольшую коробку белого цвета и пошла в гостиную. Отложив подарок на журнальный столик, девушка села на диван, дожидаясь Зена в темноте — только изредка вспыхивающие гирлянды били здесь источником света. — Слушай, я… — Вистериа запнулся, удивленно уставившись на коробку. — Что это? — Он поставил чашки на столик и сел рядом с девушкой, заинтересованно заглянув ей в лицо. — Подарок… Для тебя, — она ухватила коробочку и сама приоткрыла ее, отводя взгляд в сторону чашек, над которыми клубился пар. В гостиной витал аромат зеленого чая и мандаринов, и Шираюки казалось, что эти запахи отпечатаются где-то в глубинах ее сознания навсегда. А еще это волнение и громко ухающее в груди сердце, которое грозилось выпрыгнуть и сбежать куда-то далеко-далеко, лишь бы не изнывать от смущения. Зен удивленно замер, но спустя мгновение его тонкие пальцы коснулись гладкой кашемировой вязки белого шарфа. Он улыбнулся — до лучиков в уголках глаз, и Шираюки осмелилась взглянуть на него. Вистериа захлопнул крышку и поцеловал девушку в лоб. Он крепко прижал ее к себе, с наслаждением вдыхая аромат волос Аканэ. — Спасибо, Шираюки. Теперь можешь не тревожиться о том, что мороз мне что-нибудь отморозит, — он хохотнул, не выпуская девушку из своих объятий. Да ей, в общем-то, и не хотелось отстраняться, но она изловчилась и подняла голову, заглянув в любимые лазурные глаза. В их глубинах были видны странные искорки, а взгляд казался таким плотоядным, словно Вистериа планировал съесть Шираюки. Она усмехнулась собственным мыслям и пропустила несколько прядей его волос сквозь свои пальцы. — Как по мне, тут уже и спасать нечего, — Аканэ хихикнула, когда Зен, нахмурившись, ткнул своим пальцем ей в лоб. — Ой-ой, какие мы грозные. Брови Вистериа удивленно взметнулись вверх, а на лице расцвела самодовольная усмешка. Тут-то Шираюки и почувствовала что-то неладное. — Ах вот как мы заговорили? — Он отложил коробку с шарфом на столик и тут же положил свои руки на талию красноволосой. Та затрепыхалась, когда пальцы Зена пробрались под тунику и принялись ее щекотать. — Пре-ек… Прекра-а-ати! — Она брыкалась и пыталась увернуться от ловких рук Вистериа. Ее громкий заливистый смех отражался от потолков дома эхом, и девушку на мгновение оглушил собственный голос, когда Зен слегка ущипнул ее. — Я про-о-ошу-у, — Шираюки скатилась на диван, утянув парня за собой. Он не прекращал ее щекотать до тех пор, пока не заметил, что девушка делает частые рваные вдохи. — Теперь я кажусь тебе по-настоящему грозным, м? — Он лукаво улыбнулся. Шираюки тяжело дышала, чувствуя, как места, к которым прикасался Зен, покалывают огнем. — Я тебе…сейчас…отомщу! — Аканэ подскочила и преисполненная решимости принялась щекотать Зена. Девушка не знала, отчего ему было так смешно — то ли из-за самой щекотки, то ли из-за того, сколько Шираюки прилагала усилий, пытаясь заставить Вистериа извиваться так же, как делала она, — но блондин буквально заливался смехом, хотя руки девушки убирать не спешил. — Ну что за маленькая шаловливая девчонка, — он все-таки перехватил ее ладонь и оставил на запястье, в том месте, где бешено бился пульс, поцелуй. Шираюки удивленно замерла от такой внезапной ласки. — Не маленькая, — она отдернула свою руку и с нажимом надавила на грудь Зена, заставляя его лечь на пол. — Нет? — Он усмехнулся, подчиняясь Шираюки. Эта обманчивая покорность наводила девушку на странные мысли, но она предпочла отодвинуть их куда-то на периферию сознания, сосредоточившись только на довольном лице Вистериа. — Ты планируешь пытать меня щекоткой до самой смерти, как взрослые? Аканэ довольно хихикнула и села на его талию, упираясь руками в грудь. От такой недвусмысленной позы ей стало стыдно, но коль уж она взялась его дразнить — дело нужно было доводить до конца, иначе эти колкие замечания Зена останутся безнаказанными. — Может быть, я и планирую тебя пытать, — Шираюки наклонилась к его лицу, прошептав в губы: — но не щекоткой. — Выдохнула она, и уста молодых людей слились изгиб в изгиб. Сквозь поцелуй девушка чувствовала улыбку Зена, но она тут же исчезла, когда парень проник в ее рот языком. Стало так жарко, что кругом пошла голова. Единственным спасительным якорем в этом вихре чувств для девушки были мягкие губы Зена и его ловкий язык, который уверенно переплелся с ее собственным. У уголков рта собралась слюна, скатываясь по подбородку, но Аканэ так не хотелось прерывать эти поцелуи, которые порождали сладкую истому и заставляли ее довольно мычать, что она придвинулась к Вистериа ближе, упираясь руками в пол. Горячая ладонь Зена пробралась под тунику, крепко сжимая талию Шираюки, и ей показалось, словно это невинное действие разом вышибло весь воздух из ее легких. — Ты… — он снова усмехнулся, проведя большим пальцем по припухшим от поцелуев губам девушки. — Настоящий Сатана, который пытает людей особым способом, знаешь ли, — Зен уже собирался убрать свою левую руку от талии Шираюки, когда она накрыла ее своей ладонью. — Если ты скажешь, что тебе не нравится эта пытка — я обижусь, — она хихикнула, и Зен тут же крепче прижал девушку к себе. — Мне это нравится, — честно сказал он, но несмотря на ситуацию, голос его звучал серьезно. С лица Вистериа сошла улыбка, уступая место сосредоточенности. — Но ты правда не понимаешь, на какие испытания обрекаешь меня? — Его взгляд все же смягчился, когда он смахнул с лица девушки несколько прядей волос. — Как самая настоящая взрослая женщина. Шираюки немного отодвинулась, и Зен принял полусидячее положение, удерживая Аканэ на своих коленях. Гирлянды ярко мигали, бросая разноцветные блики на лицо девушки, которое в этот момент было таким пунцовым, словно норовило изобрести новый оттенок красного. — Сколько раз я мечтал прикоснуться к тебе, — Вистериа бережно провел рукой вдоль щеки девушки, опускаясь к шее. Он потер пальцами пульсирующую жилку, припав к ней губами. Шираюки откинула голову, в восторге замерев от новых ощущений. — Сколько раз я хотел почувствовать тепло твоего тела, — и левая рука парня снова слегка сжала талию девушки. — Как долго я хотел…тебя, — Зен готов был зубами оттянуть эту злосчастную вельветовую тунику, но не смел и пошевелиться, вперив свой испытующий взгляд в лицо девушки. — Я не знала, — она закатила глаза, когда язык Зена прошелся вдоль сонной артерии. От этой ласки захватило дух, и Шираюки показалось, словно сердце вот-вот выскочит из груди — ведь билось оно под самым горлом. — Ам-м… — Да… Вот так, — его левая рука задвигалась к груди, но он снова остановился, и когда девушка недовольно посмотрела на него, то заметила на лице Вистериа подобие отчаяния. — Если бы я только мог позволить себе это. — Почему нет? — Шираюки до дрожи в коленках боялась услышать ответ Вистериа. Ей всегда казалось, словно она все еще маленькая девочка в глазах собственного парня, хотя этой осенью ей исполнилось восемнадцать. Сейчас… Сейчас ей до ужаса хотелось сломать возведенный между ними барьер. — Я не привлекаю тебя как женщина? С губ Зена сорвался тихий смешок, когда он бережно уложил Аканэ на пол. Блондин навис над ней, упираясь руками по обе стороны от ее головы — словно повторяя недавние действия Шираюки. Вистериа взял ладонь девушки и положил на свое быстро бьющееся сердце. — Я могу тебе лгать сколько угодно, но вот мое сердце и…в общем, не солжет, — он усмехнулся, так и не посмев закончить свою мысль. Шираюки смущенно провела ладонью по его груди, ощущая под теплым свитером мускулистое тело блондина. Она и не заметила, как пальцы немного сильнее впились в хлопок, и завороженно уставилась на собственную блуждающую руку. — Можно я поцелую тебя? — Неожиданно спросил Вистериа, хотя красноволосая знала, что Зен никогда не спрашивает у нее разрешения. Это удивило ее. — Д-да, — она кивнула, закрывая глаза, но ожидаемого поцелуя в губы не состоялось — вместо этого Зен опустился ниже, оставляя короткие влажные поцелуи на ее животе. Шираюки вздрогнула и слегка выгнулась от неожиданности. — Ч-что ты… — Пожалуйста, еще немного. Дай мне насладиться тобой еще немного, — он вырисовывал на ее теле только одному ему известные орнаменты, но Шираюки казалось, будто Зен выводит заклинание — кожа становилась такой чувствительной, что от малейшего прикосновения Аканэ вздрагивала, выгибаясь дугой. — Можно?.. — И сквозь пелену тумана девушка видела смущенное лицо Зена — а она впервые видела его таким. Сердце ухнуло куда-то вниз, разбиваясь о плотную завесу жара, растекаясь затем сладкой истомой глубоко внутри. Шираюки кивнула, и рука Зена задрала серую тунику до самой груди, представляя его взору кружевное белье. — Надела… Ты все же надела его для меня, — Вистериа довольно хохотнул, припав губами к ложбинке груди. Его язык выводил дугу вокруг двух бугорков красноволосой. — Прекрати говорить такие смущающие вещи, — она отвернула от парня голову, закусив губу. — Тогда ты прекрати делать такое милое личико, — Зен слегка приподнялся, несмело касаясь груди Шираюки ладонью. Сквозь неплотный материал Вистериа мог чувствовать возбужденный сосок, и с осознанием этого пришел невероятный стыд. Девушка прикрыла лицо ладонью, боясь посмотреть на блондина. — И не отворачивайся от меня, — он бережно убрал руки Аканэ и закрепил их одной ладонью над ее головой, вглядываясь в зеленые глаза. В них виднелся лихорадочный блеск, граничащий с паникой. — Если тебе страшно — я не посмею даже прикоснуться к тебе, — он уже хотел отстраниться, когда Шираюки яростно замахала головой. — Нет, мне… Мне не страшно, но очень-очень жарко где-то внизу живота… И стыдно, — она облизнула пересохшие губы, и в этот момент взгляд Зена изменился — в столь слабом освещении девушка могла видеть в голубых омутах пляшущие искры страсти. — Я и сам немного смущен, — он опустил свою ладонь на левую грудь Шираюки, большим пальцем поглаживая сосок. Аканэ издала сдавленный хрип, поражаясь собственной чувствительности. — И во всем виновата одна леди, которая в этом белье смотрится настолько сексуально, что мне уже практически больно держать себя в руках. «Тело… Горит… Словно в ог…» — А-ах-х, — Шираюки не успела додумать мысль, когда Зен ловко расстегнул бюстгальтер и поднял его выше, к месту, где собралась туника. Он припал языком к груди девушки, посасывая поочередно правый и левый сосок. — Н-нет, только не та-ак… — Хм-м, — Вистериа облизнул правый сосок, прокручивая левый в своих пальцах. — Не нравится? — Он прищурился, внимательно вглядываясь в смущенное лицо девушки. Она снова постаралась выгнуться дугой, бедрами упираясь в талию Зена. — Мнг-х… — Шираюки только кусала губы, не зная, куда деть себя. Было стойкое чувство, будто ее тело бросили в кипящую лаву — настолько обжигающими были эти ощущения. — Н-не… — Твое тело говорит об обратном, — он довольно облизнулся, вновь приникнув к груди девушки. — Такое чувствительное и податливое. Было так душно, что Шираюки стало нечем дышать. В горле пересохло, руки, цепляющиеся за плечи Зена, слабели, и на какое-то короткое мгновение в голове Аканэ пронеслась белая вспышка, застилая взор. Она вскрикнула, когда Вистериа вновь стал посасывать левый сосок, правый зажимая пальцами. — З-Зен! — Она металась, не зная, как избежать жаркого языка блондина. Он заинтересованно поднял голову, и без его прикосновений стало холодно и одиноко. — Ты готова довериться мне? — Вистериа наклонился к губам девушки, несмело вовлекая ее в поцелуй. Его язык исследовал нёбо, увлекая язык Шираюки в страстный танец. — Я уже давно доверилась тебе, — девушка слегка привстала, стягивая с себя кардиган. Зен помог снять ей тунику и освободиться от кружевного бюстгальтера. Он откинул его куда-то в сторону, и часть подарка Мезуми безвольно повисла на сосновых иглах кадомацу. Вистериа аккуратно усадил девушку на диван, оставшись сидеть перед ней на коленях. Шираюки хотела прикрыть свою грудь, но Зен не позволил ей этого сделать, заставив положить ладони на свои плечи. — Ты так отзываешься на мои ласки… Интересно, что ты почувствуешь, если я коснусь тебя здесь? — Парень слегка погладил внутреннюю сторону бедра Шираюки, останавливаясь в районе самого сокровенного места. Даже сквозь плотную ткань брюк девушка отчетливо ощущала исходящий от тела Вистериа жар. Или это ей было жарко? Шираюки не знала. Она едва не вскочила с места, закусив губу до крови, но боли совсем не было — застилавший взор белый туман уносил с собой все ощущения, кроме безграничного удовольствия и чувства стыда. — Я…М-м-х… — Что такое? — Зен придвинул свое лицо к девушке, с нажимом проведя пальцами вдоль лона Шираюки. Аканэ на мгновение показалось, будто на ней вовсе нет этих чертовых брюк — настолько ощутимо было прикосновение парня. Во рту появился сильный металлический привкус, но она так и не смогла сказать что-то внятное. Вистериа сел рядом, осторожно расстегнул ее ремень и ловко засунул в брюки свою руку. — А-ам-м… — и когда тонкие пальцы коснулись чувствительного клитора через нижнее белье девушке показалось, будто ее оглушило, а перед глазами все хаотично завращалось и поплыло. В этот момент весь мир сошелся на этой точке и ладони Зена, которая делала какие-то невообразимые для Шираюки вещи. — Твои стоны ласкают мой слух, — прошептал Вистериа, и вибрация его голоса резонировала во всем теле Шираюки, заставляя ее дрожать от удовольствия. Она снова выгнулась, когда пальцы Зена сместились чуть ниже, касаясь влажных половых губ. — Тут довольно жарко, — рыкнул блондин, прикусывая мочку уха Аканэ. Шираюки рвано выдохнула, чувствуя, как внизу живота поднимается настоящая буря. — И здесь тебе нравится? Какая же ты развратница, любимая. Для Шираюки оставалось загадкой, как ему удается так здраво говорить в такой ситуации. Она не могла связать и двух слов, постоянно повторяя имя Вистериа или моля его остановить эту сладкую пытку. — Правда хочешь, чтобы я остановился? — Рука парня замерла, и девушка, не выдержав, подалась бедрами, желая возобновить ласку. — Нет, про…продолжай, пожа-алуйста, — ей казалось, что стоит Зену повременить еще чуть-чуть — и она сгорит в этом пламени. Шираюки нуждалась в его пальцах как в воздухе, и ничего девушка в этот момент не хотела сильнее. — М-м… — Красноволосая металась на диване, но когда Вистериа осторожно ввел в нее один палец — замерла, ошарашенная легкой болью и чувством инородности. — Узко, — Зен лизнул мочку ее уха и сместился на губы, вовлекая девушку в поцелуй. Он пленил ее язык, введя палец на еще одну фалангу. — Влажно… — парень сместился на грудь, снова посасывая затвердевшие соски. — Я…Я сейчас… — Шираюки вскрикнула — то ли от боли, то ли от наслаждения, когда Зен ввел в нее второй палец. Он аккуратно двигал рукой, играя с грудью девушки — парень то покусывал соски, затем снова лизал их, пытаясь согнать собственные красноватые отметины, и эта череда действий заставила девушку выгнуться дугой. — Мг-н… К… — Да, кончай, — его голос звучал почти повелительно, и Шираюки не могла — да и не хотела противиться ему. Низкие рыки над самым ухом заставили девушку снова выгнуться, насаживаясь на пальцы Зена, словно от этого он мог войти в нее чуточку глубже. — Я хочу видеть, как тебе хорошо. И ей было хорошо. Она повиновалась Зену, который, немного подогнув пальцы, надавил на какую-то чувствительную точку внутри нее, и в эту секунду перед глазами все зарябило. Шираюки закричала, впиваясь ногтями в руку Вистериа, которая находилась в ее брюках. Сознание отключилось всего на секунду — но на эту секунду Аканэ показалось, будто ее рассудок помутился окончательно. Ее грудь бурно вздымалась, и девушка просто была не в силах открыть глаза, хотя чувствовала внимательный взгляд Зена. Наверное, когда Вистериа вытащил свою руку из брюк разочарование отразилось на лице Шираюки, потому что она услышала его тихий довольный смешок. Но в следующее же мгновение до нее донеслась его тихая просьба привстать и Зен ловко стащил с нее эти ненужные брюки, откинув их куда-то в сторону. — Все же это белье невероятно сексуальное, но без него… — Зен снова наклонился к ее уху, прошептав: — ты смотришься намного лучше, — и рука тут же стащила ненужное кружево, оставив Шираюки полностью нагой. Стыд накрывал с головой, но смущение куда-то исчезло ровно в ту секунду, когда Вистериа снова сел на колени перед диваном. Он принялся слизывать капельки пота и влаги, стекающие по бедрам Аканэ, оставляя на них короткие поцелуи. — Я хочу попробовать тебя на вкус, — в его низком голосе была слышна улыбка, но Шираюки потеряла связь с реальностью и перестала различать вообще все, когда язык Зена коснулся ее клитора. — А-а-а-а! — Она снова выгнулась, вцепившись пальцами в растрепанные волосы Зена, будто пытаясь оттянуть его от себя. — Чт-т-т… М-м-х… — И снова ее речь перешла в какие-то несвязные звуки. Шираюки пыталась свести ноги вместе — настолько хорошо ей было, но Вистериа был сильнее, и с усилием продолжал вылизывать промежность девушки, издавая при этом такие непристойные звуки, что внутри красноволосой с новой силой загорелось пламя. Ее возбуждало абсолютно все в этой картине: голова Вистериа между ног, влажное причмокивание, ощущение языка на клиторе. — З-Зен… — М-м… — он на секунду отвлекся, взглянув на возлюбленную, которая правой рукой с силой сжимала быльце дивана. — Как же ты очаровательна в этот момент, — блондин усмехнулся, снова вводя в Шираюки палец. Она вздрогнула, но когда язык Вистериа вновь прикоснулся к клитору — девушка просто потеряла над собой контроль, будто в этот же миг ее насквозь прошибла молния, отдаваясь яркими вспышками по всему телу. Зен ритмично двигал пальцами, посасывая и теребя языком клитор. — Сжимаешься… Извращенка. — Вовсе н-не… Ах-х-х, — Шираюки дернулась, так и не сумев возразить — Зен снова коснулся какой-то чувствительной точки. — Да, и еще раз да, — он ускорил движения руки, поднимаясь на уровень глаз девушки. — Но для мужчины нет большего счастья, чем видеть свою женщину такой развратной. — Мн-нг… Не могу… — Прости, любимая, но мне кажется, если я сейчас не уделю немного внимания себе, то мы рискуем потерять нечто важное, — Зен сделал еще несколько поступательных движений и вынул пальцы. Он на глазах у Шираюки облизнул их, и девушка готова была провалиться под землю от охватившего ее стыда. Вистериа уже успел снять с себя свитер, и в этот момент сердце красноволосой на мгновение замерло. Ровные кубики пресса выглядели так сексуально, что Аканэ невольно вздрогнула, испугавшись новых ощущений внизу живота. Она безотчетно провела рукой вдоль мощного торса Зена, вновь закусив до крови губу. — И почему я никогда не прикасалась к тебе раньше, — охрипшим голосом прошептала девушка, выводя пальцами непонятные орнаменты. Зен перехватил ее руку и расцеловал — от тыльной стороны ладони вплоть до плеча, смещаясь затем на шею. Он с силой посасывал нежную кожу, оставляя багровые отметены — и Шираюки не сказала бы, что ей это неприятно. Ее набухшие соски терлись о грудь блондина, заставляя возбуждение прокатываться импульсами от макушки и до самых пят. — Думаю, теперь ты вполне способна исправить это, — Шираюки слышала, как звякнула пряжка ремня Зена, но смущаясь не смогла заставить себя посмотреть на него. Она сосредоточила взгляд на глазах парня, которые лихорадочно блестели от желания. Наверное, страх и смущение так легко угадывались в лице девушки, что Зен сам осторожно взял ладонь девушки и положил на истекающий смазкой член. Шираюки инстинктивно обхватила его, поддаваясь порыву подвигать рукой. — М-мх… — Зен сдавленно рыкнул, впиваясь в губы девушки. Она убрала свою руку и вцепилась в плечи Вистериа, — если тебе будет больно — не молчи, пожалуйста, — даже в затуманенных страстью лазурных глазах читалось волнение. — Д-да, — Шираюки слабо кивнула, попытавшись расслабиться. — Я вхожу, — Зен потерся членом о влажное лоно девушки и осторожно проник внутрь нее. Ощущение были намного ярче, чем от пальцев или языка — боль была такой сильной, что закружилась голова. Из глаз брызнули предательские слезы, и чтобы не расстраивать Зена Шираюки закрыла веки, сдерживая рыдания. Ей казалось, будто внутри нее что-то трещит по швам, но спустя короткое мгновение смоченный в выделениях девушки член заскользил легче, проталкиваясь в жаркие глубины лона Аканэ. Она выгнулась, сомкнув ноги на пояснице Зена, и ее ногти с силой впились в спину парня, оставляя кровавые полосы. — Ты слишком сильно сжимаешь меня, — прохрипел Вистериа, сделав первый толчок. Он отдался внизу живота красноволосой болью, к которой в этот раз примешалась толика удовольствия. — Расслабься, милая, я не хочу, чтобы тебе было больно, — Зен остановился, покрывая быстрыми поцелуями грудь и шею девушки. — Все хорошо, — Шираюки открыла глаза, и ее губы нашли губы Вистериа, слившись с ними изгиб в изгиб. Зен стал двигаться внутри нее — осторожно и размеренно, стараясь не причинять возлюбленной боли, но та никуда не уходила. — М-мн… Какая же ты… Узкая, — он крепко ухватил девушку за талию, и только теперь Шираюки, кажется, в полной мере ощутила весь размер члена Зена. — Хотел бы я подольше насладиться тобой, но, кажется, я скоро кончу, — сбивчиво произнес он, резче проникая в девушку. Она невольно развела ноги в сторону, выгибаясь, и Зен протянул руку, играя с грудью девушки. Это отдалось внутри странной вспышкой, и Шираюки закричала, чувствуя, как она сжимается. Где-то на фоне все еще оставалась боль, которая в это мгновение затерялась в экстазе. — А-а… Х-хорошо! Как хор-ро-ошо… — в какой-то момент Аканэ показалось, будто больше нет ее тела — существовало лишь жаркое лоно, куда с силой вбивался Зен. Он жестко и размеренно проникал в нее, крепко сжимая бедра. Это удовольствие длилось для нее бесконечно долго, и Шираюки не знала, сколько времени она плавала на волнах эйфории, пока до ушей не донесся хриплый голос Вистериа. — Гр-р… Я сейчас кончу… — он сделал еще несколько сильных рывков и девушке показалось, будто член внутри нее стал немного больше. Еще чуть-чуть — и она точно потеряет сознание. — Нгх… — Шираюки не успела как следует сосредоточиться на этом ощущении заполненности, когда Зен резко отстранился. Затуманенным взглядом красноволосая видела, как он проводит своей рукой по члену, а затем на ее живот брызнуло семя. Сдавленный рык Вистериа, переходящий в длинный стон, заставил Аканэ открыть глаза и с интересом посмотреть на сперму. Она провела по ней пальцем и отправила несколько капель в рот. — Солено… — Шираюки облизнула искусанные до крови губы, устало улыбнувшись. — Развратница, — Зен взял лежащий рядом плед и заставил девушку немного подвинуться. Он лег, прижал к себе Аканэ и крепко обнял, заменяя ей своей рукой подушку, а затем накрыл их обоих пледом. — Это… Лучший новогодний подарок… — она совсем по-собственнически закинула на бедро парня ногу, потеревшись щекой о грудь Зена. — Очень хочется… Спать… — Спи, моя дорогая, — Зен аккуратно поцеловал девушку в лоб и сам прикрыл глаза. — Когда придет рассвет — я разбужу тебя.

***

Со всех сторон ее обволакивало тепло — было почти жарко. В ноздри бил сильный запах апельсинов и хвои, который смешался с мускусом и чем-то соленым, а рядом с ее ухом мерно стучало сердце Зена. Шираюки сонно потерлась щекой о его грудь, с сожалением обнаружив, что ей больше не спится. За окном было еще сумрачно, поэтому девушка искренне обрадовалась тому, что они еще не проспали первый рассвет в этом году. Правда радость Шираюки померкла, когда она ощутила непривычную ломоту в теле и легкую боль между ног. Девушка поморщилась и попыталась аккуратно высвободиться из объятий Зена, чтобы не разбудить его, но тот во сне крепче прижал ее к себе, не позволяя и нормального вдоха сделать. В голове резко замелькали картинки прошедшей ночи, и лицо Аканэ так загорелось, что ей стало дурно. Она тут же нашла в себе силы отпихнуть Вистериа и слезть с дивана. Хотелось бы ей еще и плед с собой утянуть, но для себя девушка не могла решить, что смущает ее больше — то, что нагишом стоит она, или вид Зена. Она все же предпочла оставить его укрытым, ласково смахнула с лица несколько прядей волос и побрела в ванную. В душе ей удалось немного взбодриться — исчезло непонятное сковывающее чувство, но голова слегка кружилась, да и тело оставалось странно чувствительным, когда она касалась груди. «Может быть, он был прав, и я правда извращенка?» — пронеслось в голове Шираюки, но она отодвинула эту мысль на дальний план и выбралась из душа, накинув на плечи белый махровый халат. Она взяла свое розовое полотенце и завернула в него влажные волосы. Аканэ вернулась в гостиную, невольно залюбовавшись безмятежным видом Вистериа. Его грудь размеренно вздымалась, ресницы подрагивали, когда свет гирлянд падал на его лицо, но он выглядел так мило и совсем по-домашнему, что Шираюки с замиранием сердца осознала: когда праздники пройдут, ей будет невероятно тяжело расстаться с ним. За эти несколько дней она так привыкла видеть его в своем доме — просыпаться и засыпать с ним, что лишь от одной мысли об этом стало больно. — Эй, — Аканэ бережно провела своими пальцами по скуле блондина, — мой дорогой рыцарь, время просыпаться. — М-м? — Он, казалось, совсем не слышит ее, но руку девушки накрыл своей. — Ты же не хочешь, чтобы я ушла встречать рассвет в одиночку? — Она улыбнулась, подарив Вистериа короткий поцелуй в губы. Зен тут же открыл глаза и углубил его, пленяя язык девушки. — Я бы тебя не отпустил, — он усмехнулся, сонно потирая глаза. — Как ты себя чувствуешь? «Соврать?» «Не лги!» — Ну… — и красноволосая растерялась, не зная, что ответить. Во взгляде Зена тут же мелькнуло сожаление. Его губы слились в тонкую линию, а ладонь крепче сжала руку девушки. — Это было больно, совсем чуть-чуть… — пробормотала Шираюки. — Ничего, в следующий раз будет приятнее, — Вистериа многозначительно улыбнулся, и красноволосая, сняв полотенце со своей головы, ударила его по обнаженной груди. — Ай-а, за что? — Он все же рассмеялся, заметив смущенный румянец на лице возлюбленной. — А нечего всякую ерунду городить, — она сложила руки на груди, надув губы. — Ты еще скажи что тебе не понравилось и ты предпочла бы забыть произошедшее как страшный сон, — он нахмурился, но Шираюки тут же покачала головой. — Нет, потому что я на самом деле думала об этом уже очень давно… — Извращенка! — Победоносно проговорил Зен, лукаво улыбнувшись. — Что?! Нет же, я… — Шираюки тут же запротестовала, но Вистериа прервал ее, приложив указательный палец к припухшим от поцелуев губам. — Если нет — тогда я развращу тебя и ты сама признаешься мне в этом, — он подмигнул, принимая полусидячее положение. — В такие моменты мне хочется тебя задушить, — она хихикнула, целуя парня в щеку. — Вот спасибо, удружила, — сокрушенно пробормотал Зен. — У меня есть еще немного времени? Хотелось бы принять душ. Шираюки взяла лежащий на журнальном столике телефон и посмотрела на время. — Да, как раз… — она повернула голову к Вистериа, но наткнувшись взглядом на его обнаженное тело моментально слетела с дивана. — И кто еще извращенец! — Шираюки резко отвернулась и зажмурилась, боясь повернуться в сторону блондина. — Ну и ну, ты же уже все там видела и трогала, — Зен рассмеялся, но поспешно ретировался в ванную. — Поворачивайся, принцесса, — напоследок сказал он. Шираюки взволнованно повернулась — открыла сначала один глаз, потом второй, и с облегчением выдохнула. «И что это вообще за чувство такое», — Шираюки вздохнула, чувствуя неровное биение свое сердца. Она пошла на кухню и разогрела вчерашние закуски, принимаясь за кофе. — М-м, какой аромат, — Зен уже каким-то неведомым чудом оделся в свою одежду и подкрался к Шираюки со спины, прижав ее к себе за талию. — Настоящее доброе утро. — Мне тоже нравится, — она улыбнулась, шлепнув Вистериа по рукам. Тот разжал свои объятия и сел за стол, дожидаясь девушку. Они вместе быстро перекусили, затем Шираюки вернулась в гостиную в поисках своей одежды. — Смотри-ка что я нашел, — Зен рассмеялся, пальцем подцепив бюстгальтер девушки с кадомацу. Она зарделась, резко вырывая белье из рук Вистериа. — Дай сюда, пошляк, — Шираюки осмотрелась в поисках трусиков, но они словно испарились. — Есть кое-что еще, — Вистериа насмешливо усмехнулся, раскручивая на своем пальце искомый предмет одежды. — Да-а… — Аканэ и договорить не успела, когда Зен ловко заткнул ее поцелуем. — Вот теперь и вправду доброе утро. Не теряй больше, — он хохотнул, возвращая девушке ее белье. Пока Шираюки переодевалась в своей комнате, парень задумчиво рассматривал на столе чашки со вчерашним недопитым чаем и коробку с шарфом. Для всей Японии примечательным будет первый рассвет…но для них двоих значение имела только эта ночь. — Я готова, — Шираюки вернулась спустя десять минут. — Пойдем? — Слушай… Давай выпьем чаю? — За окном стало совсем светло — до рассвета оставались жалкие минуты. Аканэ удивленно вздернула брови, присаживаясь на диван рядом с Зеном. — Да мы же, вроде как, только что кофе пили… Вистериа потянулся за чашкой и отдал Шираюки ее любимую, с фотографией Оби. — Зен? — Пей давай, — он как-то смущенно отвернулся, чем немало удивил Аканэ. С каких это пор ее во всех смыслах самоуверенный парень смущается, как она сама? — Ну ладно, — вкус чая был не таким приятным, как если бы он был горячим, но тем не менее Шираюки честно выпила все до самой последней капли…пока зубами не почувствовала что-то твердое. Она сплюнула на ладошку маленькое золотое колечко с красивым алым рубином в центре, и замерла, не зная, что и думать. — Это… — Зен как-то растерянно потер свою шею, повернувшись к Шираюки. — Я знаю, что пока еще рановато, но подумал, что могу взять с тебя небольшое обещание. Не сейчас конечно, может через три или четыре года, — Вистериа приблизился к ней, взяв с ладошки кольцо, — ты станешь моей женой? — Же…ной? — Пробормотала Шираюки, ошарашенно уставившись на Зена. Он тут же кивнул, надевая на безымянный палец Аканэ кольцо. — Твоя мама подсказала с размером, так что сидит идеально, — он бережно погладил ее руку, ожидая ответа. — Считай это репетицией к предложению, но от твоего ответа зависит, будет ли произнесено когда-либо настоящее. — А ты сам как думаешь, м, Зен? — Она лукаво улыбнулась, переведя взгляд на их соединенные руки. — Думаю, что одна вредная, взбалмошная, но невероятно любимая красноволосая особа должна дать мне внятный ответ, иначе я начну ее целовать и ублажать до тех пор, пока она не согласится, — хитрый блеск в голубых глазах служил подтверждением его слов. Шираюки хихикнула, обвив шею Зена руками. — Ох, значит мне нужно отказаться, чтобы почувствовать вчерашнее удовольствие? — Шутливо проговорила девушка. — Может быть… А, быть может, стоит и принять предложение, чтобы это удовольствие настигало тебя каждый день, ты так не думаешь? — Он потерся своим лбом о лоб девушки, внимательно вглядываясь в блестящие от слез глаза. — Ты же понимаешь, что если я скажу да — то все, больше мой рыцарь-инвалид никуда не сбежит. — Я не хочу куда-то сбегать. Как по мне — я выиграл редкую лотерею, поэтому мне посчастливилось встретить ту единственную так рано и при таких странных обстоятельствах. — А что в нашем знакомстве было странного? — Девушка искренне удивилась, но улыбка так и не сошла с ее лица. — Подумаешь, полез ради меня на дерево. — И вправду, — парень расхохотался, целуя Шираюки в лоб. — Для нас это совершенно нормально.