Очень-очень далеко

Он шел, вгоняя когти в неподатливое тело планеты. Бесплодная, сухая пустошь, на которой ветер не оставил ничего, хотя не только в ветре было дело... Тени - вот кто не желал терпеть рядом с собой ничего иного. Злобные, голодные тени. Искра шел ровно, словно на параде или перед Советом - вскинув голову, не опуская взгляд. Иначе было невозможно, тысячи злобных невидимых глаз жгли, словно вражеские прицелы. Остатки древнего тракта, выложенного битым камнем плавно сворачивали в глубокую лощину, к настолько же древней площади. Голоса в голове жужжали роем крылатых жал, то умоляя, то приказывая. Ни на то, ни на другое отвечать воин не считал необходимым. Его и от немедленного разворота по курсу остановило только состояние Светлого - призраки ясно пообещали, что или Искра сходит к ним в гости, или старый уман мучительно умрет, не способный ни защититься, ни сразиться с многочисленным врагом. Голоса обещали Искре неимоверное могущество, власть и победы. Чтож, любого врага и любую добычу стоит выслушать прежде, чем убивать. В том, что убить можно даже призрака сын Бури не сомневался, а когда из-за поворота под угрюмым стальным небом появился квадрат массивных строений, наверняка усыпальниц, так и окончательно уверился - устройство самоуничтожения в наруче Искра носил, как и всякий порядочный яутжа. А до "Правильного" слишком далеко, чтобы он пострадал от взрыва. Обелиски нависли над перерожденцем, как угрюмый неживой строй. Он остановился точно посередине квадратной площади, повел головой, демонстративно оглядываясь. Ветер таскал клубы пыли, на миг очерчивая чьи-то фигуры и снова скрывая их. Перерожденец раздраженно дернул хвостом. - Вы звали меня. Вы просили слова, - прорычал он, - и я готов вас услышать. Говорите. Голоса, слившиеся в неразличимый гул удивленно умолкли. Вероятно, такой наглости от гостя они не ждали. Затем из тех же клубов пыли сформировался полупрозрачный силуэт некрупного умана. - Приветствую тебя, воин, не знаю твоего имени. - Лжешь. Каждый из вас слышал мое имя из уст Светлого. Я Искра-Порождающий-Пламя, и лучше бы тебе не забывать этого, древняя тень. Тень улыбнулась. - Достойный ответ. Знаешь ли ты, кто мы, Искра-Порождающий-Пламя? - Духи или демоны. Не вижу большой разницы. - И все же мы духи, - снова усмехнулся призрак. - Духи тех, кого в древние времена именовали ситхами. Адептов и владык древней Силы. Тот, кого ты зовешь Светлым, успел о ней рассказать... - Успел, - раздраженно кивнул Искра. - О Силе и о противостоянии ситхов и джедаев? - Что толку в пересказе древних побед? - Без прошлого нет будущего, - назидательно сообщила тень. - Будущее раскрыто перед Светлым, а ваш удел - прах и камни. - И великие знания, ищущие новых рук. Таких, как твои, воитель. Знания, с которыми Галактика падет к твоим ногам, словно шелковый плащ. Тот, кто владеет ими, неподвластен ни огню, ни боли, ни голоду, ни страху. В мире не будет никого, способного встать на пути их владельца... - Потому-то ваши тела и истлевают в своих захоронениях? - насмешливо прищелкнул Искра. - Любые тела смертны, - уже с некоторым раздражением прошипел призрак. - Но дух неистребим столетиями. - Небольшое удовольствие - столетиями не иметь ничего кроме голоса, звучащего в чужом разуме. Зачем оно мне? - Все живое страшится смерти и жаждет могущества. - Все живое, кроме воина, - вспоминая старого шамана, ответил сын Бури. - А воин волен сам выбирать, когда и во имя чего оборвать свою жизнь, ибо выше смерти. И могущество его - в абсолютной власти над собой, ибо иной власти нет в мире. На этот раз тень умолкла надолго. Настолько надолго, что Искра ожидал, что и силуэт во-вот развеется. - Твои мысли глубоки, а дух - тверже алмаза, - задумчиво выговорил наконец древний. - Великая удача свела нас на одном пути. Сюда приходили многие адепты - сотни, может быть, тысячи, и каждый умолял отдать ему древние тайны, мудрость и силу. Сюда приходили многие враги, и кости их смешивались с пылью. Но никто и никогда не отказывался от предложенного, посчитав знания из рук их хранителей - оскорбительной для Великого подачкой. Ты воистину Великий, Порождающий-Пламя, и я вынужден просить прощения за свою невольную дерзость. Искра прищурился, разглядывая тень. Как-то невязались все ее прежние рассуждения с покорно склоненной головой... - Жаль, что первыми на пути Силы ты встретил джедаев, и теперь твой корабль в руках врага. - Врага? - Увы. Тебе придется поспешить, чтобы тот, кого ты зовешь Светлым, не поднял твой звездолет, ибо иначе останешься пленником этой громадной тюрьмы, летящей в пространстве космоса. Но после... Искра усмехнулся, насколько получилось - злобно, а получилось весьма и весьма, потому что внутри буквально магмой плескалась ярость. - Ты инстинктивно выбираешь верный путь, - восторженно прошептал призрак. - Пусть твой гнев утратит берега, сожжет их, обратит тебя в невесомый пепел, а затем станет штормом, пламенем, неугасимым пожаром, и тогда никто не устоит на твоем пути. Возьми его, словно расплав, вылей в форму и получишь самый совершенный щит, неуязвимый для выстрелов и молний. Метни, словно снаряд - и Сила сокрушит преграду, будь то воля или морок старика, а когда ты отнимешь его жизнь... - Довольно!!! Тень заткнулась и вытаращилась на Искру. - Вы звали меня, чтобы кто-то выслушал ваше слово, и я его слушал, - перерожденец сорвался на рык. - Но дольше внимать хору трусов и подлецов для воина недостойно. Джедай - враг, говоришь ты, но не выходишь против него в бой, а надеешься получить череп, выделанный чужими руками. Даже на раненого, вы посмели напасть на Светлого только толпой. Говоришь, кто-то приходил сюда за знаниями? Возможно, но готов поспорить, что вместо знаний получал он рабский ошейник! - И все же прямо сейчас твоему Светлому его старый учитель поясняет, как управлять твоим кораблем, - криво усмехнулся призрак. - Пусть поясняет, что хочет, но Арбитр никогда не возьмет чужого, не предаст и не ударит в спину. - Этот арбитр некоторое время назад стоял над собственным воспитанником, спящим, с обнаженным мечом, выбирая, куда нанести удар... Видение было очень четким и скорее всего, правдивым. Искра ощутил это, ощутил липкую паутину чужого морока, и словно раскаленными лезвиями полоснул по ней собственной яростной волей, постаравшись... нет, не сбросить видение, потому что это было бы шагом назад, почти бегством и источником сомнений, а сомневаться, говоря с духами, весьма опасно. Поэтому он постарался промотать картинку дальше, словно видео. - И честь пересилила долг, - торжествующе рявкнул перерожденец. - Желание не есть действие, и подлого удара не случилось. Ты лжец, призрак, в большом и малом, но я - не умоляющий о могуществе малек, не способный взять победу сам, без помощи демона! Стальное небо плавно меняло оттенок на фиолетовое, словно собиралась гроза. Ветер умолк. - Ты воистину мог бы стать величайшим, - уже с отчетливой злобой прошипела тень, становясь выше ростом. - Но путь величайших всегда путь разума и страсти, свободный от слабости и глупых привязанностей. От слепой веры, в товарища ли, в женщину или честь. - Путь Дурной Крови. - Ничуть не хуже прошипел Искра. - Труса, готового убить, лишь бы никому не доверять спину. Подонка, берущего спаривание вместо любви и обязательств супруга. Мерзавца, готового ради своей шкуры предать любого, от малька до Старейшины. Ты желал наставить на этот путь Порождающего Пламя? Не выйдет! Долго молчавшие голоса взвыли в голове страшной, голодной стаей, но сейчас, когда внутри реактором пылал гнев, они и звучали словно в отдалении, и сделать... сделать тоже могли немногое, словно перерожденец с факелом в руке стоял посреди роя свирепых мелкокрылых летунов - пламя отпугивало их, заставляло отшатываться, а если кто-то и пробовал подлететь поближе - мгновенно превращался в обугленный комок. - Глупец, - засмеялась разговорчивая тень. - Неужели ты думаешь, что наша сила состоит только в видениях? Или считаешь, что тебя одного хватит на поколения поколений? - Собранные в одном месте в этих нелепых склепах? - Искра тоже засмеялся, хотя тело начинало по вполне понятной причине стремительно замерзать. - Знаешь, призрак, именно поэтому достойных воинов сжигают на кострах, чтобы никто и никогда не мог нанести оскорблений их останкам... - Тебе не дождаться своего костра. - Мне? Почему же? Я - воин, а потому взойду на костер вместе со всеми вами, чтобы больше никто не мог дурманить головы молодым воинам. Не дело искать могущества в чужих руках, в мире демонов и теней. А достойный предок даст потомку совет... или пинка, если тот уж слишком дурным делом увлекся... - Которого, вероятно, дожидаешься ты! - взвился, наконец, бывший уман. - И клянусь, твои кости рассыплются в прах именно здесь, пусть ты и не джедай, серый наглец! - Вместе с вашими драгоценными усыпальницами, - ощерился Искра, сдвигая защитную пластину и набирая известный с юношества каждому яутжа код. - Что?! - Вместе с вашими усыпальницами. В радиоактивный пепел. И это ничуть не хуже, чем погребальный костер. Даже лучше. Потому что с собой забирают врага. - Остановись!!! Дурманящие видения исчезли. Голоса в висках умолкли, словно обладатели их разом поперхнулись, но боялись закашляться. Коготь Искры касался последнего символа, едва-едва, самым кончиком. - Ты не лжешь, - прошелестел призрак, срывающимся хриплым голосом. - Безумец... - Воин. - Безумец... Что тебе, чужаку, в делах и заботах иного мира? - Для чести нет ни миров, ни границ. Либо ты блюдешь честь, всегда и везде, либо... твоя кровь - болотная грязь и сердце - комок слизи. - Безумец... - в третий раз повторила тень. - Будь по твоему. Ты победил. Чего ты хочешь? - Взорвать вас... к поргам, - ухмыльнулся перерожденец. - Но тогда ты погибнешь вместе с нами. - Таков путь Воина Чести. Тут Искра все-таки кривил душой. Погибать непонятно где, из-за чьих-то строптивых духов, не увидевшись с Энид, не создав клан и не дав по мозгам Темному, что висело на Искре невыполненным обещанием, вовсе не хотелось. Хотя шанс бросить наруч и успеть удрать из долины все-таки был. Очень маленький, дохлый, но тем не менее... - Промедление будет стоить гибели, а успеть мы тебе не позволим, воин, - как-то прочитав эти рассуждения, предупредил дух. - Так что выбирай сам, честь или жизнь... И, будь добр, сделай правильный выбор... Голоса засмеялись. Другие тени, одна за другой проявлялись на пустынной площади, словно охотники перед Поцелуем полуночи. Искра, сын Бури, вспомнил зеленые глаза возлюбленной. Коготь большого пальца подцепил и разомкнул застежку наруча, а коготь указательного щелкнул последней необходимой кнопкой. - Беги! Беги, псих хвостатый!!! И мозг закрой, как сможешь!!! И Искра побежал, зашвырнув устройство точно в центр площади. Помчался, как отродье от стражей, недостойно опустившись на четыре конечности, поскольку так бегать получалось гораздо быстрее. Пыльные тени завывали вокруг, как неисправный компрессор, их руки возникали из пустоты, пытаясь хоть что-нибудь схватить, но пока Искра не концентрировался на них, просто проходили сквозь живого, оставляя неприятное ощущение холода. Правда, пару раз сын Бури обратил на них избыточное внимание, и тогда лапы становились почти материальными, во всяком случае - оставили на шкуре рваные раны. Второй раз Искра вообще едва не полетел кувырком, но серую тень отшвырнул невнятный синий силуэт, проявившийся на доли секунды. Чем он таким был, и куда делся, разбираться было совершенно некогда, потому что рвануть должно было вот-вот, а до ближайших подходящих камней было не так уж близко... Рвануло, собственно, в тот самый момент, когда перерожденец завис в прыжке над кромкой первого подходящего укрытия: он не успел меньше, чем на секунду, но все-таки не успел. Смертоносная взрывная волна швырнула о камень, но врезался Искра в знакомое синее сияние, и по этой причине, видимо, не размазался тонким слоем по следующей скале, а скатился вниз, в глубокую расселину. Позади что-то с треском рушилось и складывалось, земля дрожала в припадке, кто-то предсмертно выл, но Искра знал, что это не Светлый, да и общее ощущение опасности потихоньку расползалось, как туман под солнечными лучами. На его спину потихоньку сыпалась пыль. Небо опять посерело, а теперь возвращалось к естественному блекло-голубому цвету. Сын Бури опустил голову на ближайший камень, не имея ни малейшего желания разбираться с числом и сложностью переломов. Пока ничего не болело, и этого было вполне достаточно. - Да, дорогуша, все-таки ты совершенный и абсолютный псих, - сообщил незнакомый голос, тот же, который кричал "беги". - Многое видел, но чтобы вот такого... в общем, ты уникален. - Я знаю, - сообщил Искра. - Да? А то, что ты невероятный нахал, тебе тоже говорили? - Совсем недавно. - А-а... ну да. Бедные-бедные древние ситхи... они как-то не привыкли к сородичам с полностью противоположным кодексом... - Они мне не сородичи, - Искра попытался покачать головой, съехал с камня и стукнулся черепом об землю, вернее, о корявый скальный выступ. Начинало болеть, причем все - и подпаленная за мгновения "перелета" шкура, и кости, включая хвостовой шип, в котором и нервов-то не было. - Ладно, согласен. Не сородичи. Ты, вот что... - Я должен поблагодарить за помощь, - выговорил Искра. - Ты прикрывал, пока на меня охотились тени. Я крайне признателен... за возможность узнать результат своего удара. За право уйти в Одинокие горы со спокойной душой. - Так! а-атставить! - рявкнул синий некто, и перерожденцу захотелось даже рыкнуть в ответ, ибо нечего им командовать. - Как вы мне все дороги: совершил... что-нибудь и потом героически ждать кончины! Маразм! - А варианты? - А тебя Люк чему учил? Ничему, ясно... хорошо, чему тебя учили призраки? - Да они меня две минуты всего учили... - Так вспоминай, ленивая хвостатая задница! Нет, ну за что мне такое наказание, сперва сынуля, потом внук-придурок, папеньку его... в гипердрайв и ускорителем сверху... А теперь еще и ты! Искра посмотрел одним глазом на синий контур, и прикинул, чем в него удастся при случае запустить. Для этого пришлось задуматься, насколько хватит подвижности, и, соответственно, напрячь мышцы, чтобы проверить эту подвижность. Все было достаточно плохо, минимум половина ребер треснула, в правой руке, послужившей амортизатором - два или три перелома, все с конкретным смещением, на второй кисть изнутри распорота осколками костей и на камнях шипит кислота, но могло быть и хуже: хребет выдержал, и задние лапы тоже. Когти вырваны и пара пальцев тоже сломана, но идти, наверное, получится. - Аптечка где? - строго спросил некто. - Я на ней сижу, - ответил перерожденец. - Вернее - лежу. Сейчас перестану капать и, наверное, достану, иначе ты не перестанешь доставать меня... - Не переживай, я тебя и так доставать не перестану. По крайней мере пока твой дражайший Светлый досюда не доплетется... - Ты кто вообще такой? - хмуро уточнил сын Бури. - Призрак... - Это я и сам понял. И, если уж на то пошло, призрак дже-ттаи. Имя-то свое назовешь, учитель Светлого? - Что??? С чего ты взял??? Ну еще лет тридцать назад может и согласился бы, но сейчас он, знаешь ли, сам кого угодно научит. А имя... не надо тебе мое имя. Пока. - Как хочешь. Но как-то тебя надо называть, - не утерпел Искра. Перекатывание набок и доставание аптечки покалеченной рукой приятных ощущений ни разу не доставляли. - Если назову как есть, наверное, оскорбишься. - Как есть - это как? - Синим, - сообщил сын Бури и хихикнул, пытаясь устроиться поудобнее. В боку что-то явно щелкнуло, вспыхнула боль и рот наполнился кровавой пеной. - Синим - не стоит, - проникновенно выговорил призрак. - Потому что тогда я вспомню, как был ситхом и придушу тебя нафиг...