На одном дыхании / Un solo respiro

Чтобы не говорили, но у японцев буквально в крови быть вежливыми. Можно было бы назвать это "базовыми понятиями о приличии и поведении". Даже сам Хибари не смог бы вывалить измотанное и сонное тело Мукуро ночевать на улицу. Покинув комнату, Кёя расположился на веранде, где привычно налил себе чашку зеленого чая. Взгляд его стремительно унесся вдаль меж улиц, выражая задумчивость и отстраненность. Он всегда был таким - одиночкой. Не командный игрок, хищник. "В стадо сбиваются только травоядные", так он считал. "Он захотел сдаться слишком просто. Нет.. ему нельзя умирать. Рано. Еще не время. Я должен победить его, я его прикончу.", с этими мыслями Кёя закрыл глаза. Он буквально не притронулся к чаю, и тот точно остыл бы, если бы не жара. От размышлений отвлекло его знакомое чирикание. Канарейка закружила вокруг своего хозяина, напевая гимн Намимори, от чего Хибари улыбнулся, но это было бы заметно лишь тому, у кого глаз на Кёю наметан, причем, при желании, можно было почувствовать, что он расслабляется при виде птички. Он всегда любил животных, особенно Хиберда, который приподнял его настроение и в этот раз. После радостного напева, канарейка опустилась на плечо ГДК и чирикнула, вертя любопытной головкой. - Хибари, Хибари, - Кёя погладил птичку одним пальцем с явной аккуратностью, после чего та спорхнула с плеча, довольно напевая новые песенки, словно в благодарность за непродолжительную ласку. Парень вновь погрузился в свои размышления, даже не замечая того, что засиделся до позднего вечера. Начинало темнеть, и жара лениво сползала с крыш со скоростью падающего целлофанового пакетика. ГДК школы Намимори оставил свои думы только тогда, когда небо начало поблескивать мерцанием далеких звезд. Мельком, не издавая ни звука, он заглянул в комнату: Мукуро по-прежнему спал, как и предполагалось. Который сейчас час..? Кроме того, что ночной, было не ясно, но желание отдаться во власть Морфея становилось все сильнее. Расстелив на веранде еще один футон, запасной, как раз для экстремальных случаев, Хибари собирался последовать примеру своего "гостя". Конечно, все дело в нежелании делить одну комнату с ЭТИМ. Кёя сам для себя сразу же решил, что причина именно в этом, но какая-то часть его мыслей, та, которую он решительно загонобил в себе, твердила о том, что он хотел быть там. Быть там и ни просто не спать, а следить за итальянцем, пока тот спит. Но и тут строптивость ГДК нашла обходной путь через логику: Да, следить. Но чтобы он ничего не натворил, чтобы не смылся. И только поэтому. И вот, буквально через несколько минут владелец дома погрузился в сон, поразительно чуткий, ведь расслабляться нельзя, даже сейчас. Особенно сейчас. Малейший шорох и нарушителю покоя грозит камикорос. Только вот Мукуро вовсе не думал сбегать. Если он и хотел чего-то сейчас, то проснуться, так как его настиг кошмар. Очень реалистичный. В нем он снова был в заключении, снова чувствовал ту слабость, боль от потери связи.. чувствовал, как теряет то, что ему дорого.. Этого не могло происходить, но оно действительно имело место быть. Только раньше он подвергся этим ощущениям в оковах, а теперь они захлестывали его в покое, вновь и вновь. Как ни крути, Мукуро пришлось пересматривать все, что он и так уже пережил всего пару недель назад. Ранним утром он открыл глаза, постепенно понимая, что это был сон, но сон, который был и реальностью одновременно. - Если так пойдет, то можно будет сходить с ума с чистой совестью.., - синеволосый присел с усмешкой, обводя взглядом комнату, словно она тоже могла быть частью этого самого сна, - Где же Кёя.. Последнее, что запомнилось хранителю тумана от прошлого дня, что никто иной, как глава дисциплинарного комитета школы Намимори лишил великого иллюзиониста возможности провести время вместе, покинув комнату, как всегда, ничего не объясняя. Но оно и понятно. Как он вообще решился привести Мукуро к себе домой, еще и постель ему свою уступить? Странность на странности.. Не теряя время даром, Рокудо выглянул на веранду дома, и точно бы наступил на Кёю, если бы вовремя не опустил взгляд. На мгновение он замер полусогнувшись, вглядываясь в лицо спящего японца. Оно по-своему завораживало чертами спокойствия, но не холодного, а по-домашнему уютного. Только в мгновение, эти самые черты стали настолько привычными, что стало ясно - чуткий ГДК проснулся, и этот факт не укрылся от Мукуро. - Buongiorno*, Кёя-кун, - выдавая в себе итальянца, туман Ванголы проговорил это почти что на ушко парню, причем еще и с нисходящей улыбкой. Как ни странно, но именно с таким хладнокровным человеком ему инстинктивно хотелось быть еще большей язвой, раздражать по максимуму. Но от чего-то Хибари не обрадовался такому утру. Ударом с локтя в живот он показал гостю, на каком расстоянии тому лучше держаться. - Не нависай. Бесит, - уже после самого акта пробуждения ГДК поднялся, встряхиваясь, словно от пыли, - Тебя нужно привести в подобающий вид. Кёя окинул взглядом синеволосого, пропуская мимо взгляда его, словно зудящую, улыбочку. - Одолжишь мне свою одежду? Это очень любезно с твоей.. - Я не это имел в виду, - непроизвольное, почти незаметное сокращение мышцы лица обозначило, что Кёя думает о мысли Рокудо, - Просто умойся и причешись. Сборы заняли не много времени и все потому, что Мукуро получал ободряющий пинок при каждом промедлении или неправильно совершенном действии. После завтрака оба хранителя покинули дом. У входа их уже ждала черная похоронная процессия, которая по определению не могла остаться незамеченной, но эта картина удивляла лишь проходящим мимо людей. Правда и те, увидев у чьего дома она остановилась, все сразу старались казаться незаинтересованными. Примерно еще через пол часа Кёя, Мукуро были на месте. Никаких излишеств и сразу на кладбище. Лакированный гроб из черного дерева стоял у заранее выкопанной ямы, немного большего размера. Крышка еще не была приколочена, и Кёя невольно пронаблюдал, с какой скорбящей полуулыбкой Мукуро пробегает взглядом по бездыханному, еще более бледному, чем обычно телу своей подопечной. Рокудо склонился над гробом и невесомо губами коснулся лба девушки, тихо прошептав лишь одну фразу. - Riposa in pace, il mio Chrome. ** Только после этих слов Кёя заметил тот же текст на крышке гроба и его взгляд выразил отстраненность от происходящего. Деревянная крышка скрыла тело, облаченное в особое черное платье, и гроб опустили в яму. Мукуро бросил вниз небольшую горсть песка, еще некоторое время наблюдая за тем, как деревянная крышка скрывается из вида. Не дождавшись окончания похорон, он покинул территорию кладбища, прислонившись спиной к калитке и смотря вдаль, куда-то посередине. "День только начался, а уже так хочется, чтобы он закончился..", именно так подумал итальянец, чуть вздохнув. Позади него, невдалеке стоял Кёя. Он просто смотрел на своего постоянного противника, который сейчас на удивление не раздражал его, а даже наоборот, вызывал какое-то.. сочувствие? Да, действительно, все может быть. Весь процесс планировалось завершить быстро и как можно неприметнее, поэтому не был заказан даже поминальный стол. Зато Реборн, который уже явно знал о побеге Мукуро, передал посылку Кёе через своих людей. В той посылке была бутылка без этикетки, но явно напоминающая алкоголь, а прилагаемая записка гласила, что хоть глоток, но хранитель тумана обязан сделать, в память Хром. Поэтому Хибари, с пакетом в руке, окликнул иллюзиониста, чем оторвал его от сиюминутной грусти, застигшей его. - Нам пора. - Я.. до последнего не хотел в это верить.., - непривычно тихий голос синеволосого заставил Кёю вслушаться в слова, которые почти его перебили, но за ними ничего не последовало, лишь взгляд и легкое печальное подобие улыбки на лице, которое обычно лоснилось ухмылкой. Дальше Мукуро просто проследовал за Хибари домой. Никто из них не проронил ни слова, оба погрузились в свои размышления, но как только порог был пересечен, Кёя поставил пакет с бутылкой на низкий столик. - Это от Реборна. Тебе. Рокудо незаметно качнул головой, словно приходя в себя от дремы, и взглянул на содержимое пакета. - Ойя-ойя.. , - незначительное оживление на лице тумана говорило, что он немного отвлекся от тоскливого гнета, - Не присоединишься ко мне, Кёя-кун? Хибари только опустился за стол, достав две стопки. Он просто должен был поддержать Мукуро сейчас, ведь кому нужен расклеившийся противник, не в состоянии сражаться? Buongiorno* - Доброе утро (итл.) Riposa in pace, il mio Chrome. ** - Покойся с миром, моя Хром. (итл.)