Провокатор 537

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
Мин Юнги, Чон Чонгук, Пак Чимин
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Мини, 10 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Секс с использованием посторонних предметов Юмор Повседневность PWP ER Пропущенная сцена Полиамория

Награды от читателей:
 
«За лучший подарок!» от Teijo
Описание:
Иногда чтобы перейти черту нужна чужая помощь. И Юнги любезно рад ее оказать...

Посвящение:
я ♥~deutsch PornHub~♥
Teijo, с прошедшим!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Работа написана в качестве подарка за какие-то 12 часов. Надеюсь, что получилось жарко!

На случай, если на огонёк занесет не фандомников, гайд по именам, прозвищам и фамилиям:
Пак Чимин, он же Чимин-щи, он же Моти (за кругленькие щечки в прошлом), он же Пак, он же блондин в данной работе, ещё танцор и вокалист.
Чон Чонгук, кролик (кольчатина, кроль), золотой макне, танцор, вокалист, брюнет, младший.
Мин Юнги, котик, репер, старший, хён, в этой работе высветленный блондин под покраску.

Второй провокатор - https://ficbook.net/readfic/8436730
Все фанфики по Бантанам моего авторства живут здесь: https://ficbook.net/collections/12817774
15 декабря 2018, 16:17
      Юнги-хён: что думаешь?       Юнги-хён: [изображение]       Чонгук нахмурился, не ожидая от сообщений ничего хорошего.       Юнги-хён: есть еще такие       Юнги-хён: [изображение]       Юнги-хён: [изображение]       Куки едва не выплюнул кофе обратно, судорожно отодвигая стаканчик из старбакса. Чонгук зажмурился и толкнулся на стуле подальше от этой проклятой машинки, через которую хён мог добраться до него, даже когда он был в студии в здании их компании. Неистово хотелось утопить телефон в том же кофе и вычеркнуть увиденное из памяти как можно скорее.       Юнги-хён: можно с этим       Юнги-хён: [изображение]       Открывать изображение Чонгук не решился, хватило тех.       Юнги-хён: ты там сдох?       Активировав быстрый ответ, он наскоро вбил сообщение.       Куки: да       Потом всё же открыл диалог и дополнил.       Куки: отстань от меня, пожалуйста.       Юнги-хен: вот ещё       Юнги-хен: ты сам подписался на все это       Куки: я не подписывался на ЭТО       Юнги-хен: кекеке       Юнги-хен: [изображение]       Чонгук вздрогнул от очередного оповещения. Очень хотелось не открывать и не читать вовсе.       Юнги-хен: прочитай, шуганый кролик, тебе понравится       Юнги-хен: там нет ничего такого       Верилось с трудом. Прежде чем всё же открыть, Чонгук решил допить кофе и пару раз даже попытался мысленно свалить из этой вселенной. От увиденного ранее горели уши, и было дико стыдно просто думать об этом. С кем он связался? Он готов был расплакаться от всего этого. Конечно, только мысленно. Потому что снаружи оставался грозой хёнов, завсегдатаем качалок и официальным нагибатором.       Юнги-хен: он так сладко спит       Палец, зависший над неразблокированным экраном, дёрнулся. Гук быстро открыл чат и вцепился взглядом в отправленное селфи.       Окутанные дымкой раннего утреннего света, просачивающегося через неплотные шторы, двое лежали в кровати, укутанные в одеяло. Чимин спал, мило сложив кулачки около лица, его высветленные волосы контрастировали с темной майкой хёна, а Юнги довольно усмехался, пялясь в камеру.       Палец сам собой потянулся сохранить красивую фотку.       Юнги-хён: ты сегодня на весь день в студии?       Куки: записать кое-что хочу, и Намджун-хён хотел мне показать отрывок. Так что, думаю, да       Куки: приедешь?       Юнги-хен: приеду       Куки: тогда привези чего-нибудь на обед       Юнги-хен: я подумаю       Чонгук улыбнулся самодовольно. Значит, точно привезет. Шуга мог сколько угодно ворчать, но его манера отвечать выдавала его с потрохами, это было вроде головоломки, которая, однако, легко решалась, если знаешь ключ.       Куки: дай ему выспаться       Юнги-хён: чем и занимаюсь       Куки: свет от телефона может мешать       Юнги-хён: ему не мешает. Уймись. Я не подниму его раньше необходимого. И вообще вы могли бы вчера пораньше из студии выйти.       Куки: не ворчи, дедуля       Юнги-хён: я тебе покажу потом дедулю       Чонгук вздрогнул и потёр нос.       Куки: ты уже всё, что мог, показал       Юнги-хен: не недооценивай меня       Куки: да-да       Спам атака сообщениями вроде прекратилась, и Чонгук был этому несказанно рад. Присланные картинки маячили на горизонте и заставляли невольно краснеть, а этого Чон не любил. Он взрослый брутальный мужик, он не должен краснеть и умирать от собственных мыслей и желаний. Особенно от желаний.              Когда пришло новое сообщение, Чонгук как раз был у Намджуна. Хён спорил со звуковиком из-за какого-то нового эффекта, и, если честно, Чон уже устал выслушивать одно и то же по кругу.       Чимин-щи: [изображение]       Чимин-щи: смотри что он сделал       Чонгук тотчас же открыл фотку, на которой был виден пресс хена и смачный засос на изгибе пояса аполлона. Поначалу даже показалось, что это он где-то мог удариться так, но нет, слишком в странном месте был этот синяк.       Куки: болит?       Куки: вы встали уже?       Чимин-щи: да, скоро поедем к вам       Куки: хорошо       Чимин-щи: не знаешь, где ТэТэ? Он не отвечает       Куки: в спортзале       Чимин-щи: хорошо, спасибо       Куки: вы скоро?       Было видно, что он что-то писал. Чонгук верно ожидал ответа, но тот так и не приходил. А потом информация и вовсе исчезла, да и Джун позвал. Пришло ли что-нибудь, он смог проверить только через полчаса, но увы, так ничего и не появилось. Это заставило слегка поволноваться, однако они же, кажется, и так скоро должны были быть здесь.       Спустя час Чонгук написал Юнги.       Куки: вы скоро?       Куки: Чимин мне не отвечает :(       Юнги-хён: я забрал у него телефон       Куки: зачем?       Юнги-хён: мы скоро будем       Куки: зачем ты забрал у него телефон, хён?       Подсознание било тревогу, не стесняясь напоминать все те разы, когда Юнги лишал их средств связи. По спине, вдоль позвоночника, будто кто-то пустил ток, Чонгук вытянулся и поёжился, пытаясь скинуть напряжение. Хотелось схорониться куда-нибудь, и желательно у себя в студии, например. Или всё-таки нагрянуть к Юнги, который скорее всего в своей обители. Куки нервно соображал, как ему быть. Чонгук, конечно, дураком не был и знал к чему были те фотки. В бедной несчастной голове парня, Паника и Интерес сошлись в лучших традициях мультика Головоломка. Как бы ему не было стыдно, а многие открытия, которые он делал руками хёна, оказывались весьма приятными. Просто их хотелось делать где-нибудь, где будет по максимуму темно, чтобы не спалить тот румянец, что сейчас активно расползался по щекам.       Куки: хён, надеюсь, ты ничего такого не выкинешь?       Юнги-хен: о чем ты, кролик?       Чонгук только зашипел сквозь зубы и прикинул свои способности к телепортации. В таких ситуациях Чонгук даже не пытался оправдываться перед собой - да, он боялся многих вещей, особенно тех, с которыми столкнуться был не готов. Он сначала хотел было написать Чимину, чтобы тот тоже делал ноги как можно дальше, но вспомнил, что сообщение явно не дойдет до адресата.       Юнги-хён: ты где?       Куки: на соседней планете вместе с ТэТэ       Юнги-хён: что, опять трусишь?       Куки: я осторожничаю       Юнги-хён: маленький трусливый макне       Куки: я просто не хочу рисковать       Юнги-хён: трусливый кролик       Куки: ты часто заходишь за пределы благоразумия! Не обвиняй меня в том, что я не разделяю этих желаний       Юнги-хён: желание ты как раз разделяешь. Трусишка       Куки: ну и ладно. Тебе все равно никто не поверит       Юнги-хён: приходи ко мне, что дам       Куки: не хочу       Юнги-хён: Чимин очень расстроился услышав, что ты его не хочешь       Куки: отпусти заложника, маньяк. Хён, правда, тебе вчера не хватило?       Юнги-хен: мне хватило. А вот ты вырубился.       Чонгук думал, что покраснеть сильнее сложно, но, как оказалось, вполне возможно. И когда он уже ко всему этому привыкнет? Его очень интересовал этот вопрос, хотя бы с точки зрения рентабельности покупки машины времени, ну или на худой конец космического корабля, если все-таки привыкнуть не удасться.       Юнги-хён: дуй сюда              Юнги-хён: [изображение]              Чон шумно выдохнул и свернул за угол. В коридоре никого не было, но всё равно было стрёмно. Он рывком долетел до своей студии и привалился спиной к закрытой двери, даже забыв включить свет. Во весь экран было изображение рабочего стола Юнги и дорожки трека на основном экране. Что он задумал?       Чимин-щи: Куки       Чимин-щи: где ты?       Куки: если ты думаешь, что я буду отвечать тебе на аккаунт Чимина, то я не такой тупой       Юнги-хён: не обижай его       Чимин-щи: [изображение]       Селка отражала дующуюся плюшку по ту сторону экрана. К слову, у него горели щёки, и неестественно блестели глаза. Эта фотка тоже улетела в сохраненки.       Куки: я у себя       Чимин-щи: можно я приду?       Куки: беги от этого извращенца!       Чимин-щи: [изображение]       Чимин сфотографировал Юнги, который спокойно сидел на своем кресле и занимался тем, чем обычно занимался в своей студии - создавал музыку.       Чимин-щи: я скоро буду       Куки: жду       Чонгук расслабленно выдохнул, понимая, что, кажется, пронесло. Однако, минуты через три комнату сотряс звонок. Куки словно очнулся, возвращаясь в реальность. Он прошел к столу и щёлкнул выключателем настольной лампы.       ― Что? ― спросил он, принимая вызов.       ― Когда он придет, закрой дверь.       ― Почему? Зачем? ― он судорожно оглянулся, не понимая такого внезапного требования.       ― Не на кодовый замок, а полностью, ― нашел важным уточнить Юнги, говоря подозрительно вкрадчиво.       ― Хён, я не…       ― Ты утром так и не выбрал, так что я решил на свой вкус.       ― Что? ― прохрипел Чонгук вдруг севшим голосом.       Тень Чимина появилась на двери, а у Куки едва ли находились силы дойти до нее, чтобы впустить его. Короткий стук совпал с голосом Юнги.       ― Я поймал его в ванной, довел до оргазма пальцами и вставил пробку. Ему запретил к ней даже прикасаться, - он говорил медленно, явно наслаждаясь своими словами, в то время как маленькие пальчики Чимина нажимали код, который знали все Бантаны. В отличие от Юнги, Чонгук считал, что все семеро имеют право беспрепятственно заходить в его студию. ― Он дико стеснялся, пока мы ехали сюда, прятал свое лицо у меня на плече и едва ли не отапливал собой всю машину, ― у Чона затряслись коленки. ― А еще он умолял его взять, но я сказал, что сделать это можешь только ты.       Дверь открылась, пропуская парня в комнату. Его глаза ярко блестели в свете настольной лампы, а на щеках застыл беспомощный ярко-красный румянец, но стоило ему увидеть телефон у уха макне, как смущение достигло пика - покраснела даже шея. Он медленно закрыл за собой дверь и щелкнул замком, благодаря которому уже никто не мог войти к ним с той стороны.       Чонгук наблюдал за ним темным, нечитаемым взглядом и слушал, опускаясь на самое дно.       ― Он уже час с лишним ходит с ней, у него стояк, можешь убедиться. И, конечно, ты можешь подождать возвращения в общагу, если хочешь. Но мне кажется, что он сильно обидится за подобное.       Чимин привалился к двери и следил за Чоном исподлобья. Отчасти, он благодарил Мина за то, что тот избавил его от участи объяснять всё самому, но с другой стороны брала злость, что он вообще сотворил с ним такое. Не то, чтобы он был против подобных игр, но… рисковать, изводить Чонгука, заставлять… Чимин готов был провалиться на месте от смущения. С Юнги подобного рода игры были почти привычными, им обоим это нравилось, и пускай Мин полностью держал бразды правления в своих руках, но теперь они вышли на какой-то другой уровень. Чонгук был не готов. Пак, если честно, тоже.       ― Ты воспользуешься шансом? ― интересуется Юнги у макне.       Чонгук сверлит взглядом юношу напротив и сглатывает. В голове пусто, тело горит, в паху тянет. Ему немного не хватает до тотального падения, где-то на краю сознания носится рой мыслей, мозги как обычно искали и находили пути отступления.       ― Хватит тянуть резину, ДжейКей, он хочет здесь и сейчас. Переведи на громкую связь.       ― Нет.       ― Не упрямься. И не сбрасывай.       ― Ты же занят музыкой, ― скептически хмыкает Чонгук, зацепившись за эту фразу.       ― Одно другому не мешает, крольчонок. У меня прекрасные наушники.       ― Извращенец.       ― Я очень медленно растягивал его пальцами сегодня днем, у меня все руки были в смазке.       ― Кхм.       ― Что? Я извращенец, ты сам сказал. Слышал бы ты его стоны, когда он насаживался сам, цепляясь пальцами за кафельную стену.       Это был финиш. Чонгук жалобно застонал в телефон и отнял его от уха, удачно с первой попытки попадая пальцем по кнопке громкой связи, аппарат коснулся стола и лег там, оставшись без внимания. Чимин сразу же оказался рядом, мгновенно преодолев разделяющее их расстояние, чтобы буквально тотчас же спрятать лицо в чужой оголенной ключице, выглядывающей из широкого выреза футболки.       ― Куки, ― тихо окликнул он и не сразу поднял взгляд, боясь увидеть отказ. По правде, он уже едва держался, готовый кинуться на любого из двух своих парней, чтобы стребовать законное. Один его уже обломал.       Чонгук рыкнул через зубы и притянул к себе, впиваясь поцелуем. Губы Чимина тотчас покорно приоткрылись, впуская. Пак податливо жался к мощному торсу, цепляясь пальцами за край футболки. У Чона крышу рвало от того, насколько ему хотелось этого смущающегося, но тем не менее очень смелого парня. Он прижал его за талию к себе, второй рукой погладил по спине и шумно выдохнул. Мышцы окаменели, требуя навсегда остаться в таком положении, но Чимин явно с ними был не согласен, он осторожно поёрзал в его руках, давая почувствовать своё возбуждение.       Чонгук протолкнул колено между его ног и надавил бедром на пах, заставляя застонать в поцелуе.       Юнги скорее всего слышал.       Одними поцелуями не насытишься, Чимин буквально потирался о чужую ногу, и ловил губами чужой язык, чтобы спровоцировать, заставить атаковать, и Чонгук вёлся, облизывая его рот, сплетаясь своим языком с его. Парня в объятиях откровенно хотелось съесть, но тот, видимо, был особо-то и не против. Чон слегка ослабил хватку на его спине и огладил руками бока, чтобы чуть позже съехать вниз и сжать пальцами соблазнительную задницу.       Звонкий тягучий стон расплылся по небольшой комнате, заставив задрожать всем телом. Чонгук посмотрел на вокалиста и понял ЧТО именно стало причиной такой реакции.       Чимин смотрел на него голодным взглядом и видимо вообще слабо понимал, что сейчас такое было. Из трубки за спиной донесся довольный смешок. Чонгук скосил взгляд в сторону звука, но сбросить так и не решился. Он осторожно огладил ладонями полупопия и посмотрел на Чимина, который прикрыл глаза и едва заметно толкнулся в руки. Получив карт-бланш, Куки вновь сжал ягодицы.       Пак считал, что ему хватит пары прикосновений, чтобы кончить, но он даже подумать не мог, как сказалось на его теле томительное ожидание разрядки, активно стимулируемое каждым шагом или резким движением. Это оказалось куда более чем взрывоопасно. Он даже удивился, когда понял, что не кончил сразу, член болезненно ныл, но этого оказалось мало.       ― Куки, ― он не хотел закончить всё, так и не начав, однако Чонгук вместо того, чтобы услышать, съехал ладонями чуть ближе к шву джинсов и вновь сжал любимые ягодицы, специально надавливая между.       Хорошо, что его студия была звукоизолирована не хуже хёновских. Чимин почти заорал на это движение, перекатывая стон до жалобного мявка. Это было близко. Чимин в отместку укусил парня за плечо и весьма безжалостно сомкнул зубы, однако вместо вскрика или ещё чего-то такого Чон только повторил то, что сделал только что. У Пака на глазах аж слезы навернулись.       ― Я сейчас кончу, ―тихо прошептал Чимин, расцепив зубы.       ― Так нравится? ― усмехнулся Чонгук, медленно водя раскрытыми ладонями по его заднице.       Чимин не знал, чего тот пытался достичь, но слова буквально рвались наружу. Он прикрыл глаза, вытянулся стрункой, чтобы губами касаться его уха и приказал:       ― Возьми меня.       У Чона по спине молния стрельнула и осела в паху, заставив от вожделения поджать пальцы на ногах. Как же это было горячо! Чимин и без этого был ходячим соблазном, но это… просто дно.       ― У нас нет смазки, да и здесь…       Чимин осторожно выбрался из его объятий, оставив кроля наедине с внезапно догнавшими его проблемами.       ― В нем полтюбика лубриканта, не тупи, Чонгук, ― захрипел динамик телефона голосом Юнги. Чон даже дёрнулся, не ожидая. Он посмотрел в сторону айфона, а затем перевел взгляд на Чимина и заметил, как у того на лице читается осознание. Вероятно он думал, что Чон сбросил звонок. И судя по тому, как скулы парня окрашивались румянцем, так оно и было.       ― У меня же дверь с матовым стеклом, да и кроме рабочего кресла нет…       ― Матовое - не прозрачное, ― оборвал его Мин. ― Никакой фантазии, Чонгук, а как же столы? Да и почему ты считаешь, кресло неподходящей поверхностью?       Чимин судя по всему от шока отошёл и уже начал расстегивать свои штаны, чем выразил свою точку зрения предельно ясно.       ― Оно на колесиках, хён, ― напомнил Чон.       ― Ой, ну придется быть чуть более аккуратными. Чонгук, хватит меня бесить.       ― Что, дрочить мешаю?       ― Ага, с ритма сбиваешь. Не отвлекайся.       Чонгук хотел было что-нибудь съязвить в ответ, но перед ним Чимин развернулся спиной и, не сгибая ног, стянул штанины до самых голенищ, после чего выпрямился и попытался стоптать остальное. От того, как под идеально выбритой кожей перекатывались мощные мышцы, становилось дурно.       ― Какой интересный способ, ― усмехнулся макне, рассматривая хёна.       ― Я бы на тебя посмотрел, будь в тебе эта дрянь, ― зашипел Чимин в ответ и со вздохом наклонился, чтобы выпутать правую ногу из узкой штанины.       Между ягодиц просматривалась светло-фиолетовое основание пробки. Чонгуку резко стало мало воздуха и он с шумом вздохнул.       ― Почему именно фиолетовая? ― ляпнул он первое, что пришло в голову.       Пак вздрогнул и судорожно развернулся, не давая больше возможности рассматривать его со спины.       ― Я предлагал тебе выбор, ты не ответил, так что почему бы и не фиолетовая? ― отозвался Юнги. ― В следующий раз можешь заказать того цвета, что придется по душе…       Хотел бы Чонгук сказать, что следующего раза не будет, но встретившись взглядом с Чимином, понял, что врать не станет даже назло хёну. Парня хотелось до мурашек и дрожи в паху. Что за разврат они творили в его студии? Почему всё вообще дошло до этого? “А, к черту!” - решил Чон и резко приблизился к Паку, чтобы вновь заключить его в объятия и поцеловать. Чимин охотно ответил и обвил руками его шею. Чонгук стащил с него футболку, продолжая клеймить поцелуями пухлые губы, попутно огладил мощный торс и выкинул к чертям ненужную сейчас ткань куда-то к злополучной двери. Пак мурлыкал ему в губы и охотно позволял себя транспортировать к столу. Всё, что лежало на столешнице, одним движением отъехало к стене, оставляя голое полезное пространство. Хороший стол, как известно, просто обязан удерживать двоих. А у Чонгука был самый лучший стол.       Чимин усмехнулся ему в губы и притянул за голову ближе, лишая права как-либо реагировать. Они наслаждались поцелуями, словно это была обыкновенная прелюдия, нежно, с осторожными ласками языков и короткими, почти невинными, прикосновениями губ, но невинность тотчас перекрывала глухая страсть при следующем же движении бедер. Это было круто. Так здорово. Чонгук буквально тонул в ощущениях блаженства, но Чимину этого было чертовски мало. Парень просунул руку между их телами и уверенно опустил её на чужой пах, оглаживая вставший член через жесткую ткань джинс. Ответ не заставил себя ждать. Чонгук схватил его за задницу и сжал в собственническом жесте, немного разводя половинки в стороны. Мизинцами прикасаясь к основанию пробки он разорвал поцелуй, чтобы посмотреть на своего разомлевшего и возбужденного до чертиков хёна.       ― Куки, ― прошептал тот, едва справляясь с желанием. Собственный член стоял колом, и реально хотелось большего. Он попытался передать это взглядом, но Чонгук бездействовал, и тогда он провел ладонью по его члену, вдавливая. Чонгук застонал, сжимая пальцами чужие бедра. Они сведут так друг друга с ума. Пак судорожно начал расстегивать пуговицу на чужих джинсах, затем вжикнула молния, и маленькая ладошка смогла проскользнуть под резинку боксеров, чтобы мягко обвести пальцами покрасневшую головку чужого члена.       ― Возьми меня, прошу, ― вырвалось раньше, чем он успел одернуть себя. Чимин облизал губы, гипнотизируя чужое достоинство и продолжал осторожно прикасаться к нежной коже.       Чонгук зарычал ему на ухо и садистски подтолкнул основание пробки в парня. Чимин зашипел сквозь зубы.       ― Пожалуйста, ― прошептал он, проверяя терпение. Терпение было ни к черту, Чонгук подцепил пальцами металлическое изделие и осторожно потянул. Пак охотно выпятил задницу, позволяя ему вытащить посторонний предмет, но так просто ведь всё не может быть? Чонгук с улыбкой засунул игрушку обратно, еще и придавив пальцами. Громкий стон раскатом разошелся по студии. Чимин выгнулся в спине и захныкал, даже стукнул кулачком по плечу парня, правда, Чонгук воспринял это как “сделай так еще раз”.       ― Да трахни меня уже! ― взвыл хён, устало роняя голову на плечо макне. Он тяжело дышал и едва заметно дрожал от каждого нового прикосновения.       ― Не верь ему, ― рассмеялся телефон.       Чимин кинул злой взгляд в сторону чужого айфона и вздрогнул от очередного слабого толчка в основание пробки. Мерзкая игрушка прокатывалась как раз по простате, вызывая бесконтрольную дрожь в теле, но этой стимуляции было бесконечно мало. Хотелось чего-то больше, сильнее, и, желательно, прямо сейчас.       Не в силах терпеть издевательство руками любимого, Пак вырвался из объятий, сдернул чужие боксеры вниз, провел рукой по всей длине, и сел на стол, в приглашающем жесте расставляя ноги. От такого вида реальность пошла пятнами. Чимин откинул голову назад и смотрел на любовника исподлобья, прекрасно зная, как довести его окончательно. Чонгук подошел ближе и наклонился к его шее, наблюдая за подрагивающим членом старшего. Зрачки макне были расширены, язык облизывал губы в голодном жесте, а в паху тянуло так, что мозги вообще отказывали.       ― Чонгуки, ― простонал Чимин, напоминая о себе. Он запустил руку себе между ног и подцепил игрушку пальцами, чтобы вытащить ее, и у него это почти получилось, пока Чонгук не втолкнул ее обратно, переплетая пальцы с его. ― Куки! Ну давай же. Господи, ты еще хуже, чем Юнги! ― заныл парень.       Телефон зашелся смехом, привлекая внимание. Чон будто очнулся. Он посмотрел в лицо Чимина и улыбнулся, сверкнув передними зубами.       ― Возьми меня, черт возьми! ― приказал Пак. ― А то я сам тебя трахну, а ведь заметь, у нас нет смазки!       Юнги опять начал угарать, заражая весельем и Чонгука. Злобный хомяк, разложенный на столе, на удивление возбуждал еще сильнее, но проверять правдивость угроз Чон не стал. Он наконец-то вытащил игрушку, приставил багровую головку члена к разработанному отверстию и одним движением вошел. Пробка оказалась на столе, блестя в свете настольной лампы смазкой. Войти получилось сразу до самого конца под аккомпанемент протяжного довольного стона. Чимин откинул голову на монитор, открывая шею, и, не сдерживая голоса, стонал. Это выглядело так красиво, что впервые Чонгуку хотелось наслаждаться видом возбужденного тела под ним, а не обнимать и втрахивать в матрас до долгожданной разрядки. Он дёрнул бедра на себя, прижимая теснее и улыбнулся, услышав ойк. Он огладил ладонями бедра хена и развёл их в стороны, давая лучший обзор. Это было так горячо! Ащ, хотелось кончить только от похабного вида.       ― Двигайся, Чонгуки, ― попросил любовник, прикрывая глаза. Поза была не очень удобной, все же места на столе не хватало, однако стоило Чону выйти почти полностью и толкнуться внутрь, как такие мелочи напрочь вылетели из головы. Чимин схватил его за накаченные руки и шумно выдохнул.       ― Не стесняйся, Минни, шумоизоляция хорошая, ― усмехнулся Юнги по ту сторону.       Чимин хотел было зашипеть на него, но под неожиданно начавшимися мощными толчками хотелось плавиться, а не пререкаться. Он тихо стонал от каждого нового движения и пытался, банально, не сломать к чертям монитор за его головой. Сильно, немного больно, с пошлыми звуками, то, чего он так хотел, наплевав на правила приличия и некоторые возведенные рамки. А Чонгук отрывался по полной, наслаждаясь открывшимся видом изможденного растраханного Чимина. Неподражаемого, обожаемого.       Он держал его под колени, разводя ноги в стороны. Моти и его идеальная растяжка были словно созданы именно для этого. Пальцами впиваясь в мягкую кожу до синяков, Чон пялился на распятое им тело и двигался, вбиваясь, млея от прерывистых мяукающих стонов. Мягкие на вид светлые пушистые волосы невинного в новом образе Чимина электризовались от движений по монитору, на висках парня выступило несколько капелек пота, ярко блестящего под светом лампы, пухлые искусанные губы то и дело размыкались, чтобы выпустить новый стон, и только от одного взгляда этой плюшки можно было уже кончить. Чимин неотрывно смотрел на лицо Чонгука из-под ресниц, томно, блаженно, любуясь.       Пак очень хотел кончить, но ему слишком нравилось происходящее, чтобы помогать себе, плюс этому не очень способствовала поза. Он искренне получал кайф от их соития, однако, чем дольше это продолжалось, тем сложнее становилось оставаться в этом же положении, поэтому стоило Чонгуку замедлиться, как он оттолкнул его.       ― Садись, ― велел Чимин, слезая со стола. По бедрам текла смазка, на столе явно осталась лужица, но на все это было искренне плевать.       Чон с сомнением опустился в кресло, готовясь ногами удерживать оное на одном месте, а Пак подошел ближе, оглядывая идеальный эрегированный член своего парня. Тот блестел от смазки и слегка дергался. Чимин улыбнулся этому и перевёл взгляд на лицо кроля, тот даже не стеснялся. Потрясающей красоты парень, мужчина, с атлетичным телом и таким желанным возбуждением. Моти неохотно оторвал себя от разглядывания и повернулся спиной - кресло было слишком узким, чтобы поместиться лицом к лицу. Чонгук взял его за бедра и помог аккуратно встать над ним. От ощущения сильных рук на бедрах по спине пронесся табун мурашек. Пак передёрнул плечами и поймал чужое возбуждение пальцами. Ему хотелось продолжить, но не огладить по всей длине, не поиграть пальцем с дырочкой урерты он не мог, и только когда его ушей достиг тихий возмущенный стон, он направил член в себя и медленно стал насаживаться.       Шумное дыхание обоих смешалось где-то под потолком комнаты.       Внутри тянуло, только закручивая пружину внизу живота сильнее.       Опустившись полностью, Чимин поёрзал, ища наиболее удобное положение, и тем самым выбил из младшего приглушенный стон. Терпение всё же было не железным.       ― Двигайся, ― попросил Чонгук, обняв его со спины.       ― Как скажешь, ― усмехнулся Пак и медленно попытался приподняться. Рука Чона мешала, лишая свободы. Чимин несколько раз покрутил задницей, но не достиг нужного эффекта, кроме как потяжелевшего обрывистого дыхания макне прямо на ухо. Он на мгновение откинулся ему на грудь, ища и находя желанное тепло, но затем больно ущипнул его за руку и отвёл её в сторону, чтобы железная хватка исчезла с его талии.        Чон откинулся на спинку и начал поглаживать аппетитные бедра, которые теперь уже беспрепятственно, раз за разом, опускались на его член. Да они в жизни ни разу не занимались сексом вот так. Обычно было больше поцелуев и нежностей, чем самого действа, но как же всё это, новое, чертовски срывало крышу! Пак медленно наращивал темп приноравливаясь, и сводил этим Чонгука с ума.       Ему не впервой, он уже пробовал вот так с Юнги. Тот был вообще фанатом внезапных мест для секса, в связи с чем правило действовало только одно: есть возможность двигаться - двигайся, неудобно - сделай так, чтобы разрядка пришла как можно скорее к обоим.       Именно поэтому Чимин обхватил ладонью собственный член и стал надрачивать в ритм с толчками, тихо постанывая, насаживаясь раз за разом. В неестественно прямой спине читалось напряжение, Чонгук едва мог сосредоточить на ней свой взор, витая где-то в облаках кайфа. Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть. Он никогда, ни разу… Это слишком. Когда Чимин начал двигаться совсем как-то остервенело и отчаянно, Чонгук не выдержал. Забыв предупредить, не успев даже осознать, он кончил где-то во время очередной фрикции и даже не попытался удержать парня, когда тот понял и отскочил прочь. Правда, всё равно было поздно.       ― Чёрт! ― захныкал Чимин и задрожал от ощущения вытекающего семени.       Чонгуку требовалось пару секунд, чтобы прийти в себя.       ― Пойду-ка принесу вам салфеток, ― раздался голос Юнги из айфона.       ― Да, пожалуйста, ― отозвался Пак, в надежде оглядывая полки и столы. Ничего подобного он не видел.       ― Прости, ― Чон медленно встал с кресла и подошел к Моти, чтобы обнять и прижать к себе. Тот всё ещё был возбужден. ― Я чертовски люблю тебя, ― признался он, ловя губами его губы.       Чимин улыбнулся в поцелуй и фыркнул. Надо было дождаться Юнги, чтобы убрать весь этот срам. Ощущения были безрадостные, помимо сорвавшегося оргазма, было прохладно без горячего тела рядом, да и жидкости имели дурное свойство слишком быстро охлаждаться. Сперма тянула на бедрах, тоже вызывая мало удовольствия.       ― Прости-прости, ― Чонгук погладил юношу по спине и ягодицам, прижал к себе, в надежде немного согреть, и опустил руку на чужой член. От медленных поглаживаний становилось только хуже. Пак стыдливо толкнулся навстречу, но вместо ожидаемой дрочки Чонгук медленно опустился на колени. Их взгляды столкнулись, накаляя воздух. Чон улыбнулся своему возлюбленному и показательно открыл рот, чтобы вобрать член, охотно обнимая губами. Чимин с трудом нашёл опору в виде стола и простонал через сжатые зубы.       Ладно, возможно с этим дожидаться Мина было не обязательно.       Чон был не слишком искушенным подобными ласками, хотя, как и полагается золотому макне, имел в минете успех не меньший, чем и во всем остальном, с чем в принципе сталкивался. Он охотно насаживался до самой глотки, одновременно с этим переминая яички, взвешивая их на ладони и время от времени осторожно обхватывая основание чужого члена в плотное кольцо. Чтобы довести до пика таких манипуляций много было не надо.       ― Я…― Чимин буквально задохнулся, стоило только произнести один лишь слог. Чонгук слегка отстранился, обнял губами только головку и начал играть с уретрой кончиком языка, надавливая на дырочку, при этом помогая себе рукой. Пак застонал и кончил, с трудом заставляя себя дышать. Только когда Чонгук отстранился, он понял, что тот его банально выпил. ― Ты…       ― Что? ― усмехнулся младший, вытирая губы обратной стороной ладони.       ― Сумасшедший, ― простонал он, привалившись к столу, как к единственной опоре.       Чон довольно улыбнулся и прокомментировал:       ― Нет, сумасшедший у нас один, и он скоро принесет нам салфетки, я надеюсь.       ― Будем верить, что сейчас никто другой не захочет заявиться к тебе.       ― Да по что вы такие паникёры? ― возмутился Юнги. ― Здесь я уже, почти дошел. И в коридоре кроме меня никого нет.       ― Хён, ты мог бы и поторопиться, ― с укоризной сказал ему Чонгук, разглядывая своего довольного Моти.       ― Бегать что ли ради вас? Нет уж, побудете грязными на пару секунд подольше, не обломитесь. Открывайте.       Тень на двери подтверждала его слова. Чон подскочил к ней и щелкнул замком, пропуская репера внутрь. Юнги сбросил вызов, и телефон на столе тотчас замолк, показывая привычную заставку.       ― Ты псих такое проворачивать? Как я теперь работать буду здесь? ― возмутился Чонгук, мгновенно заводясь, будто бы всего этого только что не было, словно он только что сам не получал крышесносное удовольствие.       ― Почему ты всегда такой ворчун после секса? ― рассмеялся Юнги, проходя к Чимину.       ― Ты в меня вселяешься.       Взгляд репера на мгновение дольше задержался на младшем.       ― Вот как, ― усмехнулся Мин, передавая Чимину большую упаковку влажных салфеток для интимной гигиены. ― Я ведь и физически в тебя вселится могу, если хочешь….       ― Не хочу, ― буркнул Чонгук, отодвигаясь подальше.       Юнги довольно хмыкнул и обратил своё внимание на Пака, который вытирал себя, слава богам, ничего и никого здесь не стесняясь. Мин заметил утренний засос и погладил его пальцами. Нет, его ничего не смущало, особенно учитывая то, что юноша в этот момент стирал с себя чужую сперму, закинув одну ногу на хранившее тепло чужого тела сиденье кресла.       ― Надо для симметрии второй поставить, ― заметил репер.       ― Дома поставишь, ― усмехнулся ему Чимин. ― Нам так-то здесь ещё дела доделать надо, из-за тебя и так два часа потеряли.       ― Ещё скажи, что тебе не понравилось.       ― Нет, такое я, конечно, не скажу.       ― Вот и молодец, знаешь же, что за враньё случается, ― улыбнулся Мин, нежно касаясь подушечками пальцев чужих припухших губ.       Чимин закрыл глаза и улыбнулся невольной ласке.       ― Ты псих, да? ― спросил Чонгук, выкидывая использованные салфетки в урну. ― А если бы нас запалили?       ― Но тебе же понравилось? ― отмахнулся Юнги. ― Лучше скажи спасибо хёну, без меня бы ты ещё года три соображал.       Чон дулся, словно озлобившийся кролик, готовый забить лапами от негодования.       ― Ну? ― Мин смотрел в его сторону и улыбался.       Злобный, но хорошо потрахавшийся кролик.       ― Спасибо, хён.       ― Умничка. А теперь пойдём обедать, чую вы сейчас с радостью набьете себе желудки.       Ну, что правда, то правда.       ― Ты платишь, ― усмехнулся Чонгук, натягивая штаны.       Юнги подал Чимину его футболку и неохотно отозвался: “ладно”.              Провокатор, блин.
Примечания:
У этого фанфика есть продолжение. Ищите в шапке.