Связь

— Постойте, Виктория Владимировна, как это «немедленно»? — Ошарашенная бегу вслед за своим новоиспеченным психологом. — Может отложим до завтра или следующей недели? Вы выглядите уставшей и измотанной, я не хочу Вам досаждать.       Квартира у нее действительно огромная, целый пентхаус. «Неужели ученые столько зарабатывают, что могут позволить себе такие хоромы?» — подумалось мне, когда я поднялась по лестнице вслед за Викторией. Второй этаж был еще больше, светлее и имел выход на балкон с панорамными окнами. Любуясь жильем девушки, я не заметила как она переоделась. Сменив предыдущие мешковатые бордовые штаны и большущий свитер на джинсовые шортики и легкий спортивный топ, прикрытый сверху аквамариновым вязанным кардиганом, шатенка стала выглядеть более уязвимой и нежной. А я все не могла насмотреться на нее в таком неожиданном для меня образе. Вроде ледяная, прагматичная и до жути раздражающая личность, но иногда выдает что-то в таком духе. — Что? — Закалывая волосы назад, девушка кинула на меня непонимающий взгляд. — Значит Вы и такой бываете, даже забавно. — Уголков моих губ коснулась едва заметная улыбка. — Это какой-же? — Виктория скрестила на груди руки и облокотилась на дверной косяк. — Такой домашней и милой, что-ли? — Последнее слово само слетело с языка.       Впервые я увидела, как она улыбается так непринужденно и открыто, а в глазах ее нет ни капли стали и хладности, кои обычно можно наблюдать в стенах университета. Эта девушка может удивлять и даже шокировать. — Ладно. Раз уж теперь я твой личный психолог, а ты моя лабораторная крыска, установим несколько правил и условий. — «Ледышка» развернулась и босыми ногами пошла вперед по коридору второго этажа. — За мной.       Девушка привела меня в небольшую, но уютную спальню, в которой из мебели было лишь самое необходимое: кровать, письменный стол, комод для одежды и книжная полка, доверху забитая научно-публицистической литературой. — Чтобы полностью изучить тебя как объект исследования, мне нужно постоянно наблюдать за тобой. Здесь ты будешь спать, можешь переставить все так, как пожелаешь. Дверь напротив — ванная комната, кухня слева от гостиной. Моя спальня в другом конце коридора. В квартире не курить, не выпивать, никого не приводить и, не мешать мне, когда я работаю. Все ясно? — Словно пулеметная очередь слова вылетали из уст Виктории. — Постойте, я не понимаю. Мне к Вам переезжать что-ли? Не слишком ли это? — Изогнув бровь, смотрю на собеседницу с недоумением. — Ты сама попросила помочь, а также добавила, что я могу использовать любые методы. Так вот, мышка, один из них — постоянное наблюдение. Если тебя что-то не устраивает, можешь ехать домой и копаться в своих мозгах самостоятельно. — Ладно. Пусть будет по Вашему. — Я обреченно развела руками, давая понять, что эта бестия может делать что захочет. — Можешь обращаться ко мне на «ты», пока мы не в университете. Так будет даже удобнее. — Звучало как одолжение. — Усмехаюсь и бросаю сумку на кровать. — Может так и есть. — Кинув на меня какой-то странный оценивающий взгляд, Вика развернулась к двери. — Стерва. — Мне часто это говорят.       Дверь закрылась, отделив меня от внешнего мира и позволив погрузится в свои мысли. Сегодня определенно что-то не так в поведении этой девушки. И недели не прошло, как она чуть не прибила меня в своем кабинете, а теперь ведет себя так, будто ничего не случилось, еще и жить у нее заставила. Черт бы побрал эту сучку. Понимает ведь, что не смогу ей перечить и пользуется этим. Да я и сама хороша, добровольно дала свое согласие на применение любых средств, если это поможет избавиться от вспышек агрессии. В любом случае, назад пути нет, остается лишь наблюдать за ходом событий.       Я прилегла на кровать и уставилась на белый пустой потолок. Иногда я таким способом разгоняю плотный поток мыслей, анализирую прошедшие за день события и структурирую информацию. Это весьма успокаивает и помогает найти верное решение для той или иной проблемы, а также избавиться от глупых и навязчивых фантазий. В том числе и о Виктории Владимировне. Какой бы снобкой она не была, я не могу отрицать очевидное. Меня к ней тянет. Жажда сорвать с нее все маски и стереть железную фальш в голосе, заставляет постоянно думать об этой девушке. Кто знает, может этот «эксперимент» раскроет не только мои травмы, но и ее душу.       Веки понемногу начали тяжелеть, а тело расслабляться в объятиях мягкой кровати. Прервав сеанс самоанализа, я закрываю глаза и отдаюсь на милость накатившей усталости и погружаюсь в сон.       Проснулась я от навязчивого ощущения, что меня сверлят взглядом. Открыв глаза, увидела шатенку все в том же «домашнем» прикиде и с легкими кругами под глазами. — Доброе утро, мышка. Вставай, умывайся, пей кофе, — она кивнула в сторону прикроватной тумбы, на которой стояла чашка свежесваренного кофе, — а затем подходи в мой кабинет, он в том конце этажа, напротив спальни. — Мышка? Серьезно? — Сползая с постели, беру чашку с напитком и делаю глоток. — Мой дом — мои правила. Как хочу так и буду называть своих подопытных. Еще вопросы? — Почему ты не послала меня после того, что было в кабинете? — Я подошла к девушке почти вплотную. — Говорила, не попадаться тебе на глаза и что же изменилось сейчас?       Виктория немного задумалась, но ничего не ответив и посмотрев мне в глаза, покинула комнату. Терпеть не могу людей, которые уходят от ответа отмолчавшись. Я сделала глубокий вдох и сразу же уловила тонкий аромат геля для душа на том месте, где только что стоял объект моих мыслей. Рефлекторно мне захотелось сглотнуть. Выйдя из комнаты, пошла сразу в душ. Возле раковины лежала чистая сменная одежда и новая зубная щетка, а также записка: «Сегодня вечером свожу тебя домой, соберешь все необходимые вещи, а пока используй эти». — Надо же, как предупредительно, Виктория Владимировна.       Закончив все ванные процедуры и переодевшись, я направилась в кабинет своего психолога. Вика сидела на бежевом кожаном кресле в углу комнаты и рассматривала мои записи. Она не сразу меня заметила, но как только это произошло, ее лицо мгновенно переменилось. Во взгляде появились смятение и беспокойство. — Как давно тебя это тревожит? — Выделив слово «это», она сняла очки. — И что за способ, которым ты смягчаешь приступы гнева?       От последнего вопроса у меня в горле появился ком, а лицо едва заметно покраснело. С места в карьер, Госпожа Мозгоправ… Нужно как-то деликатно намекнуть ей, что эта тема немного приватная и неуместная. — Это не то, о чем мне бы хотелось… — Не дав закончить, девушка резко встала и подошла ближе. — Говори. — Тяжелый и колкий взгляд, под которым слишком трудно сопротивляться, был устремлен прямо на меня. — Я должна знать каждую деталь, чтобы найти способ тебе помочь. — Мой предыдущий психолог решил, что выработка одного гормона, но в больших количествах, может перекрыть эффект от выработки другого. — Протараторила так, будто от этого зависела моя жизнь — Во время стресса вырабатывается кортизол — довольно сильный гормон. Чтобы его перекрыть, нужен равный ему по отзывчивости другой гормон. — Дофамин. — Продолжила за мной Виктория. — А получить достаточное его количество можно только во время… — Секса. — Девушка отвела взгляд и задумалась. — Да. — Мямлю как запуганный ребенок.       Я будто допрос пережила, колени трясутся, а ноги едва не подгибаются. На шее проступила венка от напряжения. Зачем так давить на человека? Еще немного и я бы пустила слезу. Нет, конечно не пустила бы. Но была весьма близка к этому. Резко хлопнув в ладоши, Вика напугала меня еще больше. — Сейчас мы проведем небольшой эксперимент. Садись на стул и злись. — Прошу прощения? Злиться? Мадам, это не так работает. — Усаживаюсь на стул и скрещиваю руки. — Назовешь меня «мадам» еще раз и я тебя ударю. — Прострелив меня взглядом, шатенка обошла стул и встала позади. — Представь то, что тебя злит или заставляет испытывать сильный стресс. Может какой-то ужастик или смерть любимого щеночка.       Прикрыв глаза я постаралась проиграть в своей голове разные неприятные ситуации, которые случались со мной раньше, но реакции не последовало. Тогда я вспомнила того зализанного урода на преподавательской парковке и потихоньку начала злиться. Будто почувствовав нужный момент, Виктория мягко провела руками по моим плечам, от чего по телу пробежался рой мурашек, а подступающий негатив мгновенно растаял. — Продолжай. — Скомандовала мне девушка.       Фантазия отказывалась рисовать в моей голове нужные образы. Сделав еще пару усилий, я уловила едва различимый отголосок моих воспоминаний. Дыхание начало учащаться, а руки непроизвольно сжиматься в кулаки до побеления. Глаза не хотели раскрываться, словно пытаясь зацепиться за образ из головы. Тело пробрала жгучая дрожь, оставившая за собой терпкое чувство тяжести. Меня окутало чувство подступающего страха и одновременно неистовой ярости.       Все оборвалось в один момент, когда я почувствовала тепло объятий и услышала легкий запах того самого геля для душа. Веки расслабились и я смогла открыть глаза. — Эксперимент окончен. Ты молодец. — Приятный жар дыхания коснулся моего уха. — На сегодня все. Можешь идти.       Я послушно встала со стула и покинула кабинет. Спустившись вниз, в прихожую, взяла куртку и пошла немного проветрится.