Осторожная поступь

Следующие пять дней Альвин был занят. Жители Межречной, наконец доверившись временному лекарю, завалили его делами. Юноша осматривал коней, коров и даже лечил язву на крыльях у птиц. Сначала было немного страшно, но потом он втянулся и уже не задумывался, привычно смешивая настойки, растирая мази и накладывая необходимые повязки. Вечером Альвин возвращался в дом знахарки, Леланна кормила его, и юноша буквально замертво валился на кровать, засыпая до утра. Илис пока не напоминала о себе, хотя иногда являлась в амбары или на пастбища, но лекарь на нее не обращал никакого внимания. Косой все сверлил Альвина грозным взглядом, парни его подначивали, но сын кузнеца все-таки был умнее их и не стремился физически мстить юноше. На третий день знахарка заявила деревенским, что ей нужно в лес и Альвин, естественно, пойдет с ней. Люди только пожали плечами и разошлись. Пока никто не видел, лекарь крепко обнял Леланну. - Спасибо, - выдохнул он. – Я не устал, но мне нужна небольшая передышка. Женщина зарделась и обняла его в ответ. Альвин едва не поперхнулся, но знахарка уже отстранилась и мягко улыбнулась. - Не бойся, я же не глупая и понимаю, что вообще-то старше и страшная. Идем? - Да, идем, - глупо улыбнулся в ответ юноша, пытаясь судорожно придумать, как опровергнуть ее слова. Она старше, безусловно, но и уродливой Леланну лекарь назвать не мог. Скорее просто невзрачная, но если сменить платье, расчесать волосы… Вот тогда знахарка бы наверняка расцвела и стала особо привлекательной. Лес вновь казался волшебным и приветливым. Женщина почти сразу принялась собирать цветы, а Альвин немного углубился в лес, стараясь не упускать из вида тропинку. - Я пойду ближе к реке, – крикнула ему Леланна, указывая в противоположную сторону. - Хорошо! Знахарка постепенно скрылась из виду, и юноша огляделся. Солнце стояло высоко, но в прошлый раз тоже казалось, что времени хватит. Хотя он может дойти до мостика и посмотреть, не развалился ли он окончательно. Там ведь совсем недалеко от тропы… Бросив последний взгляд на тропинку, Альвин уверенно пошел вдоль нее, стараясь не упускать из виду. Деревня давно скрылась за деревьями, а мостика все еще не было. Лекарь вдруг подумал, что стоит вернуться, но неожиданно впереди показалась чья-то фигура. Мелькнула белая рубашка и темно-русые волосы. Рихгард? Лекарь поспешил вперед и помимо воли улыбнулся. - Привет! Мужчина обернулся, недоуменно глядя на Альвина. Постепенно на его лице проступило узнавание. - А, лекарь. - Я рад, что сумел вас встретить, - лекарь прикусил губу, поняв, что уж слишком выказывает свое странное счастье. - Да? – в голосе Рихгарда зазвучало смутное удивление, словно для него было странным, что кто-то может радоваться встречи с ним. - Вы мне интересны, - честно признался Альвин, опуская суму с собранными травами на землю. – Чем вы занимаетесь? Рыцарь пару мгновений задумчиво смотрел на юношу, а потом кивнул в сторону сложенных под кустом досок. - Мост развалился, надо починить. - Но почему вы сами этим занимаетесь? – удивился лекарь, бросив на суму кофту, и подошел ближе, закатывая рукава рубашки. – Я помогу? - Если хочешь, - пожал плечами Рихгард. – И зови меня по имени. Я отвык от официальных обращений. Отвык? Альвин взял себе на заметку это слово, но расспрашивать не стал. Кажется, мужчина не особо горел желанием разговаривать или вообще что-то обсуждать. Вместо этого юноша осмотрел место, где располагался еще несколько дней назад мостик. Сейчас там были только уже два вбитых кола, которые станут основой деревянного полотна. - Где веревка? – деловито спросил он, и Рихгард молча указал на траву. - Сколоти пока доски, - велел рыцарь, поднимая тяжелый молот и еще два кола. – Я пока перейду на ту сторону. Альвин послушно кивнул, взял лежавшие там же молоток и гвозди и принялся за дело. Гулкие стуки разносились, наверное, по всему лесу. На какое-то время юноша вспомнил, что Леланна наверняка его потеряет, но уйти сейчас было выше его сил, да и боялся лекарь, что больше не встретит Рихгарда. А вдруг мужчина разочаруется в нем? Хотя – какая глупость. Кто они друг другу? Рихгард его спас, и Альвину хотелось отплатить рыцарю за это. Но еще лекаря снедало любопытство, и хотелось узнать об этом странном человеке-затворнике немного больше. Хотя бы просто понять, что подвигло мужчину поселиться здесь… И кто жил в этом домике до него? Ведь деревенские все говорят: легенде двести лет, если не больше. А Рихгарду всего двадцать пять. Или здесь, в лесу, его семья живет так долго? - Лекарь! – вырвал его из раздумий голос рыцаря. - Кинь сюда веревку! Альвин вскочил, подхватил моток и перебросил один конец Ригхарду. Мужчина поймал его, крепко привязал к колу и перебрался обратно. Он придирчиво осмотрел сколоченный настил и одобрительно кивнул. - Хорошо, что лекари умеют и руками работать. - Мы обязаны уметь работать руками, - улыбнулся юноша, вставая рядом. Он поймал себя на мысли, что кажется сам себе слишком маленький по сравнению с этим рыцарем. Нет, не маленьким… Хрупким. С другой стороны – рыцари, настоящие рыцари таковыми и должны быть, сильными, могучими и уметь хорошо обращаться с оружием. Сила же лекарей в их знаниях, Альвин может как спасти, так и убить. Но юноше хотелось верить, что смешивать яды ему никогда не придется. - Действительно, - Ригхард вдруг усмехнулся и размял плечи. – Ладно, нужно установить настил. Они подняли деревянный щит и вошли в реку, закатав штаны. Осторожно опустили настил на протянутые веревки, мужчина четкими ударами кулака вогнал его в пазухи между кольями и закрепил скобами. - Вот и прекрасно, - Рихгард выбрался на свою сторону и принялся отжимать штаны. – Хорошо, что ты пришел. - Хорошо, что вы… ты меня не прогнал, - улыбнулся Альвин, сидя на противоположном берегу и тоже отжимая штаны. – Я могу сюда снова приходить? Мужчина вдруг усмехнулся. - Ты всегда так ненавязчиво к людям в доверие втираешься? - Что? – опешил лекарь. – О чем ты? - Просто ведь ты опасен, Альвин, - рыцарь скупо улыбнулся, глядя со своего берега. – Лекари не всегда помогают. Особенно потомственные. - Что-то… произошло в твоем прошлом? – настороженно спросил юноша, но Рихгард только покачал головой и поднялся с земли. - Не важно, лекарь. Спасибо, что помог. Альвин тоже поспешно подскочил, не сводя глаз с рыцаря. Ему сейчас казалось, что стоит отвернуться, и Рихгард сразу же исчезнет. И больше они никогда не встретятся. - Мы можем еще увидеться? – выпалил юноша. - Зачем? - Я же сказал – ты мне интересен, - юный Исхард внимательно смотрел за лицом рыцаря, хотя с пяти метров было немного сложно уловить выражение глаз. - Тебя не боялись из-за разноцветных глаз? – вдруг невпопад поинтересовался Рихагрд. – Может быть, увидимся, лекарь. Но тебе лучше вернуться, иначе снова попадешь в беду, а я, как видишь, сейчас без доспехов. - Не попаду! – пообещал Альвин и облегченно улыбнулся. – Я буду ждать встречи. А! Куда молоток и оставшиеся гвозди?.. - Оставь под кустом, - крикнул в ответ мужчина, уже уходящий в сторону своего дома. Казалось – вот он только что был среди деревьев, и вдруг пропал. Растаял, как призрак. Легенда… Лекарь улыбнулся, поднимая кофту и суму. Он сегодня немного приблизился к этому загадочному рыцарю и кое-что узнал. Раньше к Рихгарду обращались официально, раз он сказал, что теперь отвык. И… возможно, кто-то из потомственных лекарей доставил его семье много проблем. Альвину неожиданно стало обидно, что у него всего месяц… да и то уже меньше на то, чтобы как можно больше разузнать о Рихгарде. Осталось ровно двадцать пять дней. И еще ведь нужно успевать помогать жителям Межречной, если им понадобится помощь. Лекарь вздохнул и вышел на тропу, направившись обратно в деревню. Что ж, главное, что контакт был налажен, а с дальнейшим он обязательно разберется. Леланна ждала его на тропе неподалеку от деревни. - Я надеялась, что вы вернетесь, - слабо улыбнулась она, поднимаясь с земли. – Берган лекарь, не уходите так далеко и так внезапно. Конечно, днем нечисть на вас не нападет, но все же… - Я понимаю, - юноша подал знахарке руку и медленно пошел к Межречной. – Не беспокойтесь, гарди Леланна, кажется, я нравлюсь хранителю этого леса. - Рыцарю? – женщина лукаво улыбнулась, мгновенно преображаясь. – Будьте аккуратней, берган Альвин, все-таки дружить с призраком живому человеку… - Все в порядке, - заверил ее юноша, подводя к крыльцу. – Вы пока готовьте ужин, а я пройдусь по деревне, проверю. - Хорошо, - послушно кивнула Леланна и вошла в дом, а Альвин пошел дальше. Деревня готовилась ко сну: загоняли в стойло лошадей, коровы нехотя заходили в стайки. Дети бежали с реки, неся в руках пойманную рыбу, которую мать наверняка приготовит на ужин. Где-то кудахтали курицы и как-то истерично гоготали гуси. Над домами завился дымок затопленных печей. Стало совсем тихо, и заходящее солнце навевало умиротворение. - Берган Альвин! – донесся вдруг тихий шепот, и его утянули за угол амбара. Юноша глазом не успел моргнуть, как кто-то – да почему кто-то, Илис же! – прижался к его губам, жадно, но жутко неумело целуя. - Берган Альвин, - заполошно зашептала она, прижимаясь всем телом к опешившему лекарю. – Вы знаете, я ждала вас всю жизнь, так хотела вас, целовать, миловаться, стать вашей женой, вы знаете… - Хватит! – вырвалось у Альвина, и он оттолкнул Илис. – Не ходи за мной… - Но берган!.. - Нет! – крикнул юноша, сжимая кулаки. – Не приближайся больше! И он позорно кинулся обратно в дом Леланны, стараясь не думать об оставшейся за амбаром девушке. Только вбежав в свою комнату, Альвин вспомнил, что Илис почти была раздета, в какой-то тонкой ночнушке. Плохо…Нет, надо было уезжать из деревни еще пару дней назад. А рыцарь… Ну что рыцарь – познакомились, он убедился, что перед ним не призрак, и ладно. Так ведь нет, любопытство пересилило. Только теперь эта девчонка может много чего выдумать нехорошего, и тогда Альвину просто не поздоровится. - Берган Альвин? – позвала его вошедшая Леланна, - что-то случилось? - Пока не знаю, - пробормотал лекарь. Он растерянно уставился на нее. – Ужин?.. - Да, - женщина кивнула и вышла. Альвин машинально облизнул пересохшие губы и тут же, высунувшись в окно, принялся отплевываться. На губах остался противный вкус Илис, отдающий дымом и какой-то квашеной капустой. Противно… Он принялся тереть губы, но вкус не уходил, сколько бы юноша не старался. Кажется, он даже умудрился содрать тонкую кожу, и на языке появился металлический привкус крови. Ну и пусть, так куда лучше.