Осторожная поступь

Неожиданно оставшиеся четыре дня показались Альвину самыми обыденными. И самыми длинными, пожалуй. Казалось бы – распорядок дня нисколько не изменился, разве что добавился еще такой пункт, как перевязка. Царапина около виска почти зажила, она уже давно покрылась тонкой коростой. Рана на плече затягивалась, конечно, куда медленнее, но Альвин строго следил, чтобы неожиданно не началось заражение. Конечно, он сделал в первый же день все, чтобы предотвратить это, и теперь повязка плотно и надежно закрывала рану от внешних раздражителей, но лекарь все равно придирчиво проверял края и внутренние сосуды. Рихгард только посмеивался. Он вообще стал… более открытым. Иногда юноша украдкой ловил внимательные взгляды рыцаря, наблюдающего за ним. И никак не мог понять, чего ждет от него мужчина. То знаменательное утро прояснило одно: Рихгард совершенно отвык от общения с людьми. Становилось понятно, почему в первую встречу он говорил такими резкими скупыми фразами… Хотя нет, Альвин морщился, размышляя об этом, наверное, все же, для Рихгарда в принципе была характерна такая манера разговора. Возможно, жизнь научила, что лучше иногда молчать, чем говорить. Если рыцарь действительно был родом из влиятельной семьи, то случайное слово, услышанное соперником или недругом, могло стать грозным оружием. Возможно, когда-нибудь Рихгард что-то случайно сказал, а потом пришлось бежать. Что сейчас с его семьей? Где его мать, сестры, братья? Мертвы, как и отец? Юноша параллельно мыслям заваривал травы, готовя какие-нибудь снадобья, или проверял обед. Еще он таскал воду и даже колол дрова, хотя пока очень и очень неумело. Альвин умудрился задеть топором себе ногу, по счастью, всего лишь порезавшись. Рихгард, вернувшийся ночью после очередного обхода, только криво усмехнулся, увидев на голени своего гостя повязку. - Ты смотри, без ноги останешься, - обронил он, снимая доспехи. Лекарь подковылял к нему и принялся помогать отстегивать заклепки с правой руки. - Я буду осторожен, - проворчал он в ответ. Вспоминая такие моменты вечером последнего дня, Альвин невольно сравнивал их с родным домом. Когда-то он так же препирался с отцом, будучи еще несмышленым подростком. Бер никогда не поднимал руку на сына, он вообще стремился дать мальчику как можно больше знаний, но стычки, естественно случались. Это сейчас Альвин мог сказать, что в тринадцать и четырнадцать лет был совсем глупым и слишком самоуверенным, но тогда казался себе самым знающим. Смешно. Еще Рихгард взял себе в привычку иногда касаться его. На второй день лекарь прямо спросил, зачем ему это надо, и рыцарь так же прямо и спокойно ответил: - Хочу запомнить эти ощущения человеческого тела под рукой. Тебе неприятно? Альвин помотал головой и честно попытался не смутиться. Надо было как-то привыкать, что для Рихгарда такие внезапные прикосновения и двусмысленные ситуации ничего не значат. За почти две недели юноша принял то, что мужчина очень прост в некотором смысле. Он скажет то, что думает, и сделает то, что кажется ему правильным, даже если эти действия или слова будут со стороны казаться слишком.. вульгарными. Или просто двусмысленными. - Ты сказал, что выходишь в город, - заметил за два дня до ухода Альвин. Они тогда ужинали супом из оставшейся оленины. - Мне нужно иногда прикупить новое оружие или поправить доспехи, - отозвался Рихгард. - Но ведь там ты наверняка касаешься других людей… Рыцарь в упор посмотрел на гостя. - Нет, - он пожал плечами. – Я могу случайно с кем-то столкнуться, но не настолько, чтобы обнять, коснуться груди… Поцеловать или заняться еще чем-то более приятным. У Альвина на тот момент не нашлось больше слов, но он вынес для себя, что мужчина знаком с женщинами. Не то чтобы сам юноша был девственником – в Академии много девушек, публичные дома для высшего общества никто не отменял, да и возраст дает о себе знать, но яркие эмоции от нескольких первых ночей постепенно притупились. Они были… однообразными. Отец как-то завел разговор на эту тему, и лекарь, жутко смущаясь, объяснил. Бер мгновенно заговорил медицинскими терминами, и Альвин, отбросив эмоции и чувства, принялся объяснять тоже с точки зрения медицины. Все, что касалось его профессии, не было чем-то постыдным, даже если речь шла о половом акте. В итоге Бер сказал, что новые эмоции и чувства появятся тогда, когда Альвин влюбится. Юноша согласно кивнул, но пока так и не встретил девушку, в которую бы мог влюбиться. Ему нравились некоторые, но после нескольких разговоров или длительной разлуки Альвин их с легкостью забывал, а потом мог сразу и не вспомнить при случайной встрече. Юный лекарь боялся, что отец сам пожелает найти наследнику невесту – девятнадцать лет, а еще не сватан! Но Бер был слишком увлечен наукой. - Мы с твоей матерью хоть и были посватаны заранее, - как-то заметил ученый, - но друг друга любили. Она была хорошей женщиной. Только тебе может так не повезти, поэтому ищи себе жену сам. На это тогда их разговор и закончился. …И с чего он об этом вспомнил?.. Альвин с тоской посмотрел на свой чай. Завтра это все закончится. Завтра… Стало тоскливо. Сейчас он был готов остаться здесь до конца жизни, чтобы помогать Рихгарду, лечить его раны и больше ни о чем не беспокоиться. Никаких обязательств, посторонних навязчивых людей, нелепых обвинений… Ничего лишнего. Только он и человек, который ему безумно интересен и… который стал другом. Юноша улыбнулся сам себе. Странная у них дружба получалась, да еще родившаяся за такой короткий срок – две недели и еще две встречи до этого. Всего лишь. Можно ли стать друзьям? Да, лекарь был одержим своим странным знакомым… другом, но теперь, пожалуй, пришло спокойствие и понимание того, что хочется помочь Рихгарду не потому, что он отличается, а потому что… потом что стал другом. Интересно, если такое рыцарю заявить, он хотя бы рассмеется или равнодушно обронит «ясно»? - Чему ты все улыбаешься? Альвин вскинул голову и рассеянно пожал плечами. - Своим мыслям, - ответил он. - А, - мужчина отставил опустевшую плошку в сторону и внимательно посмотрел на лекаря. – Завтра выходим рано утром. До города день пути, поэтому хорошо бы добраться ночью. Юноша машинально кивнул, не особо вслушиваясь. Он снова подумал о том, что придется уходить. - Аркел – портовый город, - продолжал тем временем Рихгард, постукивая пальцами по столу. Там хорошо видно море… - Что? – Альвин вынырнул из своих мыслей. – Порт? Море? - Ты меня не слушаешь, - покачал головой рыцарь. – Да, порт. Юноша отвел взгляд в сторону. Если порт, то тогда ведь… - Там есть корабль до Мергиля? Рихгард неожиданно прищурился и как-то весь напрягся. - Зачем? Альвин вскинул руки в защитном жесте. - Мне нужно добраться до Мергиля, - быстро пояснил он, - а потом пересечь границу с Ремером, чтобы перейти через скалы. На Свободной земле живет лекарь-отшельник, у которого я должен пройти обучение по желанию отца. Мужчина немного расслабился, но все же настороженно смотрел на собеседника. - Я уже подумал, что ты хочешь найти мою семью, - он усмехнулся. – Твое стремление исследовать меня, как интересный экземпляр, начинает пугать. Лекарь немного подумал, стоит ли оскорбиться, но в итоге лишь пожал плечами. - Я уже не особо хочу тебя исследовать, как ты сказал, - просто ответил юноша. – И ты никогда не был интересным экземпляром. Хотя это не отменяет того, что я был бы не прочь узнать о тебе что-нибудь новое. Рихгард снова усмехнулся и поднялся из-за стола. - Просто не забудь, - обронил он. – Выходим рано утром. Альвин кивнул и вскочил, как ужаленный. - Рихгард! Рыцарь вопросительно взглянул на него. - Мы можем увести из деревни одну хорошую женщину? Кажется, лекарь снова умудрился удивить своего спасителя. Мужчина чуть приоткрыл рот, кажется, желая ответить, но тут же закрыл его и помотал головой. - Увести женщину? – переспросил он, похоже, пытаясь уложить в голове такую странную просьбу. - Да, - юноша шумно выдохнул. – Знахарку… Она помогла мне сбежать, а я даже не смог отблагодарить ее за это, испугавшись возвращаться в деревню. Можем? - Если ты влюбился в женщину, никогда не оставляй ее в опасности, - бросил Рихгард, стоя на пороге и не сводя взгляда с Альвина. – Или такой ребенок, как ты, даже не представляешь, что и как нужно делать? Лекарь на мгновение опешил, а потом быстрым шагом подошел к рыцарю, зло заглядывая ему в глаза. - Может, я и младше тебя, - огрызнулся он, - но любимую женщину никогда бы не бросил. Леланна спасла меня, поэтому я хочу ее отблагодарить. Исключительно поэтому. У меня нет человека, которого бы я искренне любил! Если говорить честно, последнее.. фразу можно было бы и не произносить, но внезапно появившаяся насмешливость… нет, скорее надменность Рихгарда, разозлила Альвина. - А если ты такой ловелас, - продолжал юноша, - то почему сидишь здесь? Не из-за женщины ведь, сам сказал! Полюбишь, тогда и будешь защищать ее, ту, свою единственную. Я лишь попросил тебя о помощи. Мужчина внезапно положил руку ему на голову и вдруг фыркнул. - Я понял, маленький лекарь. Не ершись, как котенок. Альвин опешил второй раз, моргнул и тоже не удержался, фыркнул, глядя на веселую улыбку Рихгарда. Наверное, первую настоящую улыбку… Он сжал запястье мужчины и вздохнул. - Извини, - юноша выглянул из-под широкой ладони. – Но твое поучение звучало слишком надменно. Рыцарь только приподнял бровь и, потрепав Альвина по волосам, вышел на улицу. Больше в тот вечер они к этому разговору не возвращались. Лекарь, конечно, мог стоять на своем, но что-то подсказывало ему, что не стоит. Рихгард, в конце концов, не был обязан ему помогать, да и эта проблема касалась только юноши. Раз за разом Альвин пытался придумать план побега, пока лежал в кровати и слушал мирное сопение спящего рыцаря. А утром, еще до рассвета мужчина разбудил его, уже одетый в непривычную одежду. Юноша только сонно моргал, пытаясь узнать в этом сыне знатной семьи простого рыцаря, жившего в глуши. Рихгард надел свежую рубаху с желтой вышивкой, чистые брюки, подпоясанные явно кожаным ремешком, а на ноги натянул опять же кожаные сапоги с низкой голяшкой. Он успел чисто выбриться и даже немного подрезать свои отросшие темные патлы. - Вставай, - усмехнулся Рихгард, потянув лекаря за запястье. – Пойдем забирать твою знахарку. - Не моя она, - пробормотал Альвин, спросонья утыкаясь лбом в плечо рыцаря и обнимая его. – Спать хочется… - Мы идем в город, - напомнил Рихгард и отстранился. – Умывайся, завтрак на столе. Юноша потер глаза, замер, провожая мужчину взглядом, а потом со всей силы хлопнул себя по щекам. Просыпаться, действительно. Хотя… А если он снова уснет, а потом вновь встанет, то может оказаться, что никуда не надо идти, и все происходящее – сон? В смысле, сон – это уход и расставание. Альвин замер над ведром с водой, вспомнив последние слова Рихгарда. Леланна! Они все же идут за ней! Юноша наскоро проглотил завтрак и вытащил свою официальную бело-зеленую одежду. Все лекари – потомственные или нет – носили одеяния таких цветов. Можно было сказать, что это их парадная форма. Любой человек, завидевший человека в подобной одежде, имел полное право обратиться к нему за помощью. Столичная Академия строго следила за тем, чтобы всякие посторонние любители бело-зеленых нарядов не вводили в заблуждение обычных жителей, и поэтому специально добавляли сложновышиваемые знаки, которые точно указывали на лекаря. Альвин немного подумал, но защелкнул на запястье и браслет. Что ж, теперь все увидят, что перед ними лекарь, да еще и потомственный. В последний раз оглядев ставший почти родным домик, юноша вышел на улицу. Рихгард невозмутимо вел его по тропе к деревне. - Ты останешься за деревьями, - скупо объяснял он план, - а я зайду к знахарке и скажу, что другу стало плохо. Она на окраине живет? - Да. Если, конечно, ее не выгнали из деревни или вовсе не убили… Альвин нахмурился. Вряд ли, конечно, потому что в каждом поселении без лекаря или знахарки просто не обойтись. Вряд ли староста окажется настолько глуп, что станет искать себе проблемы, обращаться в столицу с просьбой прислать им лекаря… или вытворит еще что-нибудь. Вряд ли. - Ты сейчас похож на богатого человека, - заметил лекарь. - Это и к лучшему, - равнодушно откликнулся Рихгард, спускаясь вниз. – Стой здесь, я скоро. Альвин спрятался за деревом, откуда было прекрасно видно, как рыцарь спускается по пригорку к стоявшему на отшибе домику Леланны. Деревня еще спала. Как только займется рассвет, все, конечно встанут, но хорошо бы к тому времени уже уйти от деревни подальше. Вместе со знахаркой, желательно. Лекарь насторожился, когда дверь домика распахнулась. Он мог только видеть стоявшего на крыльце Рихгарда, но через несколько минут на улицу вышла и женщина. Леланна? Да, она. В своем безразмерном платье с сумкой наперевес. Наверняка же несет травы для несуществующего друга… Неожиданно Альвин подумал, верно ли они поступают. А что, если женщина сама не захочет уйти? Что, если с ней ничего в общем-то и не сделали? Чем ближе была знахарка, тем больше юноша сомневался в их поступке. Еще и Рихгарда сюда втянул… - Берган Альвин? Лекарь вздрогнул, когда знахарка вдруг кинулась к нему и крепко обняла. Кажется, даже всхлипнула, уткнувшись ему куда-то в шею. - Я… я так волновалась! Альвин неловко обнял Леланну в ответ и успокаивающе погладил по вздрагивающим плечам. - Не беспокойтесь, гарди… Я жив и здоров. Он перехватил внимательный взгляд Рихгарда и чуть нахмурился, когда рыцарь вдруг отвернулся. Неужели что-то не так? Кто-то проснулся в деревне? Их заметили? Альвин отстранил женщину и посмотрел в ее заплаканные глаза. - Гарди Леланна… Вы хотите уйти из деревни? - Что? – знахарка непонимающе моргнула и снова всхлипнула. – Уйти?.. - Да, - Альвин серьезно кивнул и мягко вытер ей слезы. – Уйти от этих людей… Пусть ищут себе новую, а вы станете свободной. Женщина почему-то обернулась к рыцарю, который снова наблюдал за ними, потом взглянула на лекаря, словно не верила его словам. - А… можно? - Можно, - юноша с готовностью кивнул и улыбнулся. – Свободным быть куда приятнее, гарди! - Ох, берган Альвин, - знахарка опять залилась слезами и вновь обняла юношу. – Спасибо… Спасибо вам огромное!.. - Мы идем в город? – подал голос Рихгард. Женщина вздрогнула и снова обернулась. Она как-то пристально посмотрела на мужчину, вдруг выпрямилась, вытерла слезы и, подхватив уроненную сумку, кивнула. - Думаю, я смогу там найти место… Альвин положил ей руку на плечо. - Сможете, - подтвердил он. – Я уверен, что сможете. - Тогда идемте. Юноша несколько удивленно взглянул на спину рыцаря, ставшего вновь ведущим. Ему показалось, или Рихгард несколько… раздраженно произнес последнюю фразу? Не рад новой обузе?.. Альвин нахмурился и сжал руку знахарки, доверчиво прильнувшей к его плечу. Обуза? Почему он так подумал? Или потому что сам был обузой для Рихгарда? Об этом явно стоило задумать куда раньше. Обуза… Да почему это слово лезет в мысли? Нехорошее слово, печальное и вредное. - Это ваш друг? – тихо спросила женщина, стараясь не запнуться о подол платья. Альвин остановился, присел и молча разорвал ткань. Леланна вскрикнула, но юноша просто подвязал подол. - Как только окажемся в городе, обязательно купим вам платье, гарди. Знахарка смутилась, но неожиданно твердо посмотрела на лекаря. - Спасибо. Я обязательно отплачу вам за вашу доброту. Альвин покачал головой и слегка улыбнулся. - Вы спасли мне жизнь тогда, так что вам не за что платить. Поверьте, я с удовольствием сделаю вам такой подарок. Он снова обернулся, чтобы посмотреть, куда ушел Рихгард. Оказалось, мужчина стоит неподалеку, прислонившись спиной к дереву, и пристально за ними наблюдает. Лекарь поежился и теперь уже сам сжал руку женщины. Ощущения, что снова между ними стена, не возникало, но почему-то юноше казалось, что Рихгард то ли злится, то ли просто раздражен. Почему? Из-за знахарки? - Берган Альвин? Он взглянул на Леланну и растерянно улыбнулся. - Да? - Он ваш друг? Юноша снова взглянул на ушедшего уже вперед рыцаря и неуверенно кивнул. - Хочется верить, что да. - Хочется? – озадаченно переспросила женщина. - Я считаю его другом, - тихо признался Альвин, - но как он ко мне относится, я не знаю. Знахарка удивленно наклонила голову. - Я сейчас, - отпустил ее руку юноша. – Только не отставайте, гарди. - Конечно… Он догнал Рихгарда. Размашистым шагом идущего по одному ему ведомому пути. - Рихгард? - Что? - Ты сердишься? – осторожно спросил Альвин. Мужчина скосил глаза. - Нет, - равнодушно ответил он. – Следи, чтобы твоя знахарка не отстала. Мы остановимся только в полдень. - Рихгард… Но мужчина еще ускорил шаг, вырываясь вперед, и лекарю пришлось немного приостановиться, чтобы дождаться и без того спешащую знахарку. Что-то было не так. Определенно. Но что именно, Альвин никак не мог понять. Больше во время путешествия, снова замкнувшись в себе, Рихгард не произнес ни слова. Вернее, он просто кидал, не глядя на своих спутников, какие-то скупые фразы вроде «не отставайте» или «осторожнее». Юноша не знал, что ему сделать или сказать, Леланна только смотрела на них и тоже молчала. В Аркел они вошли поздней ночью. К счастью, портовый город никогда не закрывал ворота, хотя стража на входе бдительно наблюдала за всеми входящими. Рихгард о чем-то поговорил с солдатом, пока Альвин и Леланна терпеливо ждали чуть поодаль, потом поманил спутников к себе, и они вошли в Аркел. Рихгард уверенно провел лекаря и знахарку по темным улицам к гостинице, и наконец они смогли сесть и заказать себе еды. - Завтра я зайду в местный банк, - сообщил Альвин, принимаясь за принесенное жаркое. – Семью Исхардов знают, кроме того у меня браслет, - он взглянул на Леланну. – Завтра же мы сходим вам за платьем, гарди. Женщина только потупила взгляд и просто кивнула. Юноша неуверенно посмотрел на Рихгарда. - Ты… я могу оплатить тебе новые доспехи… - Не нужно, - перебил его резко рыцарь, откидываясь на стуле и глядя в глаза. – Подачки и благодарности мне не нужны, маленький лекарь. Альвин криво улыбнулся. Спорить и кричать в зале не имело смысла. Да и вообще – зачем ругаться, если они буквально завтра уже расстанутся? Заныло сердце от этой мысли. Не хотелось, очень не хотелось уходить вот так, толком не попрощавшись, не поговорив. Возможно… - Берган Рихгард? Они все обернулись, когда внезапно подошел хозяин гостиницы. - Рад видеть вас снова, - расплылся в улыбке полный усатый мужчина. – Берган Рихгард, вас искал один человек. Рыцарь чуть наклонил голову. - Кто? - Да вот, - хозяин отошел в сторону, и к столу скользнула высокая фигура в плаще. Рихгард прищурился, Альвин с интересом смотрел на незнакомца. Или незнакомку? Под широким плащом совершенно не вырисовывалась фигура, а лицо было скрыто капюшоном. - Кто вы? – поинтересовался мужчина, когда хозяин ушел. Незнакомец опустился на свободный стул и скинул капюшон. Открылось лицо молодого мужчины… Даже скорее юноши, наверное, одного возраста с Альвином. - Рад видеть вас живым и здоровым, берган Рихгард, - улыбнулся узкими губами паренек. – Вернее… эмир Рихгард Готтлид. Время словно на минуту замерло, а потом рыцарь поднялся, схватил паренька за грудки и потащил его на улицу. Альвин было вскочил, но Рихгард, услышав скрип стула, обернулся, и юноша сел на место, испугавшись холодного взгляда мужчины.