Серийный убийца, познавший любовь.

«Малыш» не ожидал увидеть того, с кем он встретился когда-то давно, ещё полгода назад. Этот прекрасный, грубый и жестокий взгляд навсегда запомнился в трепещущем сердечке Бэкхена. Парень не думал даже, что он влюбится в такого устрашающего своим грозным видом, злого и до жути сильного человека. А сам тот факт, что его возлюбленный является ещё и серийным убийцей, вообще опроверг его в глубокий шок. Это было невозможно. Как? Как?! Как, черт побери, это могло случиться?! Парень застыл на мгновение, словно был каменной статуей. Слишком много мыслей переполняли его голову, от чего она сильно заболела. От такой огромной бури эмоций неожиданно захотелось плакать. Кажется, началась самая настоящая в своём роде истерика. Бэкхён не смог сдержаться и заплакал. Чанёль, так звали этого убийцу, поспешно связал беззащитного, плачущего от собственных чувств мальчика, закинул на плечо и быстро покинул место преступления. Никто бы не смог помочь детективу, потому что Чанёль был слишком предусмотрительным человеком для какого-нибудь маньяка. Он каким-то образом узнал, что его место для совершения убийства кто-то вычислил. Конечно, парень захотел сделать «сюрприз» своим «врагам», чтобы показать, что его очень сложно поймать, чем кажется. Это оказалось чистейшей правдой, какая она ни есть. Уже как целый год ещё никому не удалось хотя бы увидеть его, кроме Бэкхена, попавшего к нему в «сладкий плен». Детектив даже не представлял, что его могло ожидать в логове этого маньяка, и что он может с ним сделать. Эти чувства, появившиеся давно, колющие каждый миллиметр сердца, не пропали. Они остались огненным следом солнца на сердце влюбленного мальчика. А исчезать вообще не желали никаким образом. Все это приносило душевную боль, заставляя Бэкки плакать ещё сильнее. В порыве эмоций можно сделать все, что душе угодно, но парень был обездвижен большим количеством веревок, которые были туго завязаны на его руках и ногах. Кажется, прямо сейчас он считал себя беззащитным ничтожеством, которое не в силах что-то сделать… Даже защититься… Все сопротивление было бы слишком бесполезным, ибо сейчас он находится в огромной клетке хищника, из которой выхода попросту не знает. Все складывается хуже, чем предполагалось. Прозрачные слезинки градом скатываются по розовым щечкам детектива, оставляя мокрую соленую полосу после себя. Детектив плакал беззвучно, иногда только всхлипывая на всю комнату. Чанёлю с таким пришлось встретиться впервые. Он даже не знал, что делать с плачущим ребенком, но и убивать его не хотелось как-то. Может, парень тоже испытывал к нему какие-то чувства?.. Чанёль не знал. Все было слишком запутанно, чтобы все понять и расставить по местам, как книги на книжную полку. Если быть для самого себя честным, то черноволосому жутко хотелось чувствовать, что этот низкого роста детектив находится рядом, с небольшим чувством страха. Ему нравилось его припугивать, играть его эмоциями. Но, что странно, он не хотел делать ему больно и заставлять в который раз плакать. Эти эмоции были уж слишком жестокими даже для него. Если подумать, то у человека, который уже пошёл на убийства, не должно оставаться ни единых эмоций и чувств к другим. Он же стал каким-то больным психом, нуждающимся в бесконечных количествах убитых трупов, истекающих алой кровью. Хах, обычные стереотипы, не более. Чанёль делал это не потому, что сошел с ума, а делал это для Бэкхена. Да, черт побери, очень странный способ похитить и очаровать собой такого хрупкого мальчика. Как оказалось, ещё с их первой встречи Чанёль обратил внимание на такого, вроде незаметного, обычного парня. Но он по каким-то причинам залез в никому не открытое сердце маньяка. Но даже Чанёль понятия не имеет, как это смог сделать Бэкхен, где он смог отыскать столь золотой ключик в его сердце? Может, им было предназначено судьбой было встретиться? Никто этого, увы, не знает… *** Прошёл один час, когда Бэкхен наконец-таки смог успокоиться. Его глаза жутко болели, конечно, ведь он так много плакал. После потушения такой волны эмоций, Бэкки начал осматривать «клетку», в которой находился прямо сейчас по собственной вине. Эта «берлога» была достаточно уютной для проживания, только развешанные на шкафу фото с трупами портили общий вид. Одно фото, находившиеся в самом центре развешанных фото трупов, достаточно сильно выделялось, т.к. было обозначено красным маркером. Ещё немного приглядевшись, Бэкхену удалось разглядеть, чьё оно. Очень зря он это сделал, ведь это окончательно разожгло пылающие чувства малыша. На самом фото был изображен никто иной, как сам Бэкхен. Но что самое удивительное, так это то, что на фотографии он улыбался. Улыбался, причем, настоящей и искренней улыбкой. А такое бывало очень редко, ведь в последнее время к нему «прилипали» только плохие новости. — Что, нравишься себе? — неожиданно ласковым голосом спросил Чанёль. — О-откуда она у тебя? — смущённо спросил Бэкхен. — Долгая история, — грубовато ответил Чанёль. Высокий черноволосый парень подошёл к своему пленному. Аккуратно взяв пальцами мягкие локоны светлых волос Бэкхена, Чанёль вдохнул их прекрасный, чарующий аромат. Убийца наклонился и нежно поцеловал детектива… … Продолжение следует…