Драбблы Бантосьи

Тихая мелодия разносится по комнате, заставляя Пака, сидящего на подоконнике, отвлечься от нудной книжки. Рыжий давно привык к этому. Звуки фортепиано разносятся по их квартире каждый день, иногда ночами, когда вдохновение решает, что три часа ночи – лучшее время для написания песни. Чимин улыбается уголками губ. Прижимаясь затылком к стенке, Пак прикрывает глаза, вслушиваясь. Сегодня мелодия наполнена нежностью, аккорды в мажоре разбегаются в арпеджио. Местами пентатоника отдает минором и возвышенностью. По мелодии так легко узнать настроение Юнги. Пак поднимается со своего места, оставляя так и не заинтересовавшую его книгу. Их небольшой дом с мансардой, кухней метр на метр и скромной гостиной, с искусственным камином из пенопласта и фотообоев вызывал у рыжего самые теплые чувства. Столько было проблем при его покупке. Денег катастрофически не хватало, из-за чего Юнги приходилось работать по две-три смены. Мин строго настрого запретил Чимину работать: – Получи образование, потом будешь жопу надрывать,– бурчал старший, всеми способами стараясь не показывать свою усталость. Чимин не слушал и подрабатывал по ночам в клубе. Бармен из него был некудышный, но немолодым дамочкам он очень нравился, как «милашка официант». Родители Чимина были против работы, да и их отношений. Ставили условия: «Либо бросаешь этого проходимца, либо можешь забыть о своей учебе». Но Пак не бросил, и теперь за учебу платит сам. Пак не зарабатывает миллионы, так же как и Мин. Они живут в своем маленьком доме, зарабатывают как могут, иногда питаясь неделю раменом, лишь бы оплатить коммуналку. Пак улыбается, проходя мимо дивана, закиданного подушками. Подарок Тэхена. Ким был единственным, кто не отвернулся и помог «женатикам», как называет их сам Тэ, во времена безденежья. «Буду крестным ваших детей» – сказал Тэхен, обнимая заплаканного и счастливого Чима. Им и не нужны миллионы, достаточно того, что Пак может зайти в «студию», небольшую комнатку, где работает Юнги, подойти со спины к любимому и обнять его. Достаточно, что может каждое утро просыпаться рядом с Юнги, слушать его недовольство по поводу ярких лучей солнца и того, что Пак, засранец, не хочет меняться местами. Приходить после работы и вместе с Юнги доедать вчерашнюю пиццу, запивая пивом и смотря дурацкую дораму, крича на персонажей в моменты особой тупизны. Достаточно того, что можно лечь в кровать и прижаться к теплому боку обычно холодного и вредного Мин Юнги. Прижаться и чувствовать самое настоящее счастье.