Защитники человечества

      Молчание в шатре затягивалось. Редкие шепотки, проскальзывающие то там, то там, были не в счет. В такое время нельзя показывать сомнения и неуверенность. - Вы видели. Это чудовище не могло быть человеком. Кортни Пенроз отвернулся от богов. И за это Рглор покарает его. - Но ваше Величество… - Никаких но! Я всегда держал свое слово и буду его держать! Начинайте снимать осаду и готовится к маршу. Мы идем на столицу. Бросив этот приказ Станнис быстро вышел наружу, бросив на ходу: - Сир Давос, леди Мелисандра - следуйте за мной.

***

      Здесь, на утесах, в отдалении от лишних ушей, ветер уносил любые звуки в сторону моря. Платье красной жрицы трепетало на ветру. Давос же плотнее запахнул камзол, ежась от пронизывающего ветра. - Этот воин – не человек. Я чувствую это. – голос Мелисандры был резок и холоден, - А это значит, что он порождение Великого Иного. - Сейчас это уже не имеет разницы. Этот «межевой рыцарь» - кавычками в голосе короля можно было резать хлеб, - или сам сир Кортни - все прошло по твоему плану. Может, замок сдался бы без боя. А если нет – виноват лорд Карон и у меня есть отличный предлог снять осаду. Хоть от одного дурака избавились… - Да, но как быть дальше со Штормовым пределом? - подал голос бывший контрабандист. - Пусть сидят, сколько себе влезет. Когда я воцарюсь на железном троне, у Пенроза не останется выбора.

***

      Армия Станниса ушла. Еще вчера последний обоз снялся с места и направился в сторону Королевских земель. Флот отплыл еще раньше. Вспоминая выражение лица Станниса, Кортни Пенроз поежился. Когда голова лорда Карона покатилась по земле, практически вся свита короля была шокирована. Кое-кто схватился за меч, кто-то начал возносить молитвы, путаясь между Семерыми и Рглором. Но только не Станнис. Его лицо оставалось каменным. Разве что во взгляде мелькнуло что-то вроде…удовлетворения. Как будто именно смерти он и ожидал.       По поводу снятия осады, Пенроз, как кастелян, приказал выкатить несколько бочонков с вином. Недостаточно для опьянения, ведь кто знает, на какое коварство стал способен теперь уже старший Баратеон, но достаточно, чтобы солдаты воспрянули духом. Особенно сейчас. Люди на стенах видели, как черный гигант расправился со своим противником и наверняка начали шептаться за спинами. Пусть лучше радуются вину, чем строят догадки.       Когда он отправлял воронов с обещанием присягнуть любому, кто поможет снять осаду, ему и в голову не приходило, что это будет абсолютно чуждый Семи королевствам человек. Пенроз ожидал увидеть кого угодно – Джоффри, Тайвина Ланнистера, Робба Старка, дорнийцев или даже островитян. Но не гиганта в черной броне. Что ж. Однако обещание есть обещание.       Вчера, собравшись в покоях самого Пенроза, все они долго спорили, до хрипоты в горле, что делать дальше. Ренли мертв. Станнис идет на столицу. Где-то на севере Ланнистеры грызутся с Молодым волком. Септон и Медоуз настаивали на благоразумности, причем последний откровенно трусил. Это было видно. Мейстер же поддержал его, кастеляна.       Окинув оставшийся после стоянки войск беспорядок, Кортни спустился вниз. Здесь его уже ждали. Мейстер, септон, его помощник Элвуд, рыцари и солдаты гарнизона, кроме несущих стражу на стенах. И Титус. Воин стоял, прицепив шлем к поясу и уперев меч в землю. Ждать дольше не было смысла, все присутствующие знали, зачем собрались. Подойдя и встав напротив сира Титуса, Пенроз преклонил колено. - Я, сир Кортни из дома Пенрозов, клянусь отныне и до окончания моей жизни в верности сиру Титусу, брату Караула Смерти и присягаю ему на верность перед лицом Семерых. Слова были сказаны.

***

      Темные своды пещеры встретили Региса теплом. Конечно, относительным, но теплом. Что-то там вдалеке, в глубине ходов и ответвлений звало его по имени. Что. Или кто. Пещера определенно носила признаки обжитости. Вот здесь – следы мелких ног с узкими ступнями. Тут – клочок чего-то напоминающего одежду. И запах…Запах был не похож ни на один, что он ощущал до этого. Частично он был запахом животного, частично – человека, а еще – чего-то иного.       Чем глубже он заходил, тем труднее ему приходилось протискиваться. Иногда коридор сужался настолько, что приходилось идти боком. Или даже встать на четвереньки, лишь бы протиснуться дальше. Поэтому когда он вывалился в большую залу, стены которой были опутаны тысячами бледных корней, больше всего напомнивших ему слепых червей на Имнусе-5, то он еле удержался от удара по ним топором. Потому что представшее ему зрелище было отвратительно.       В стене, устроившись в своеобразном гнездовье, сидел труп. Корни оплетали его руки, скрывались под истлевшими останками черной одежды, а один скрывался в глазнице. Но оставшийся глаз! Он сиял алым и был жив! Именно от этого полусгнившего подобия человека и исходил тот самый зов. - Боюсь, что мьёда для гостя у меня не найдется. – вросший в дерево человек издал тихий смешок. - Ты слишком много знаешь для грязного колдуна. - Что поделать, ближайшая чистая одежда – в ста пятидесяти лигах к югу отсюда. Но ведь ты не за этим сюда пришел, Регис из Космических волков? - Да. Например, я мог прийти чтобы убить тебя. – дуло плазменного пистолета нацелилось прямо в голову говорящей пародии на Императора. Но такая перспектива видимо не испугала полу-мертвеца. - Можешь. Но не станешь. Не притворяйся глупее, чем ты есть. Тем более, если хочешь узнать, как поживают твои братья. И я не колдун. Скорее…провидец. Я увидел возможность и воспользовался ей. Космоволк хмыкнул. - Возможно. Но что помешает мне убить тебя позже? - То, что без меня человечество здесь ждут тяжелые времена. Ты прекрасно знаешь, какие клятвы ты давал. - Мои клятвы – это мои клятвы. Рассказывай и я решу, оставлять тебя в живых или нет. - Меньшего я и не ожидал от такого воина как ты. Внезапно до его доспехов дотронулся корень дерево, выросший прямо с потолка. Край корня легонько прошелся по свежему срезу. Региса передернуло от отвращения. - Я вижу ты уже познакомился с Иными. - Иные? - Да. Не думаешь ли ты, что это были живые люди? - Люди? - Когда то были ими. Сейчас они нечто…Иное. Чуждое.       Регис вздохнул. Он не любил сложности. Но Всеотец не даёт легких испытаний. Как он скучал по временам юности, когда все было просто и понятно – найти врага, убей врага. Он прикрепил пистолет обратно к поясу и уселся прямо на землю. Нельзя отрицать, что существо способное поднимать трупы, противостоять космическому десантнику и повелевать холодом – угроза. Но насколько она велика? Как ей противостоять? - Чуждое или нет, но плазма отлично их убивает. Глаз трупа в стене засиял ярче. - Да. Им хватило глупости сразиться с тобой лично. Думаешь после этого они еще раз попытаются напасть на тебя в открытую? - А что, у них есть выбор? - Да. Дождаться зимы, холода, метели, увидеть как суставы твоих доспехов замерзают на ветру, как заряды твоего оружия кончаются в попытках противостоять толпам мертвецов, и только потом явиться и нанести удар. Как бы ты не был силен – на их стороне магия и тысячи мертвых. Что уж говорить об обычных людях? - Да, кстати о них. Может расскажешь поподробнее где я, кто ты и что с моими братьями? И почему ты там много знаешь обо мне? Сказав это, Регис откинулся назад и приготовился слушать. Убить колдуна можно всегда, а вот получить информацию…

***

      Слухи расползались вокруг Хайгардена. Все любят посплетничать, но в Просторе это любили гораздо больше, чем на суровом Севере, трудолюбивом Западе или в горячем Дорне. Разговоры, шепотки, сплетни кумушек, пара фраз оброненных стражником или конюхом…Как волны на воде после падения камня, так и различные домыслы расползались вокруг родового замка Тиреллов, вызванные падением странного существа.       Одни говорили, что это был демон и сир Гарлан сразил его, другие, особенно подданные других лордов, шептались что именно Тиреллы и призвали этого демона. Даже приказ стражникам молчать опоздал. Но гораздо хуже было самим жителям замка. Наблюдать, как огромная многорукая фигура, украшенная непонятными шевелящимися щупальцами, орудует в замковой кузне было страшно. Неприятно. Даже те кто видел Ликия без шлема, сомневались, человек ли он или нет.       Оленна Тирелл подняла бокал и полюбовалась искорками, которое солнце рождало в глубине вина, отражаясь от стенок горного хрусталя. Хорошо что здесь нет Мейса, с него бы сталось предложить этому существу землю и крестьян. Тупость ее сына была такой же огромной, как и его честолюбие. - Сила не объяснение всех этих странных штук на его спине. – Королева шипов пригубила немного вина. Этот урожай арборского был особенно хорош, оставив цветочное послевкусие, - и то, что он молится чужим богам во время работы… - Бабушка, ты как всегда права. – Уиллас улыбнулся, - сам он называет это технологией. – Новое для себя слово он произнес по слогам. - Но что самое замечательное, он предложил мне интересный обмен. - Какой именно? - Мирийский глаз. Лучший, чем сам мирийский. Лучше, чем кто-либо во всем мире сделает его. В обмен на возможность отправить письмо. - Опасно. - Да. Но с другой стороны – он не заинтересован ни в троне, ни в поддержке кого-либо. Он одинаково чужд как нам, так и нашим врагам. - Узнаю своего внука. Я всегда говорила, что ты будешь гораздо лучшим лордом, чем твой отец. Кому он хочет послать это письмо? - Всем.

***

      Когда фигура Якена растаяла в тени, из Арьи как будто исчезла вся ее смелость. Она снова почувствовала себя маленькой девочкой. Не Арьей Старк, не Арри… - Думаешь, ты совершила ошибку? - Не знаю. Может быть. Или нет! Ее внезапно затрясло от смеха. Вот она сидит в лохмотьях посреди Харренхолла и решает жить ли владельцу Железного Трона или нет. Смех внезапно сменился слезами. Вскоре Арья затихла, размазывая слезы по своему чумазому лицу. - Джоффри заслужил смерть. Из-за него Пес убил Мику. Из-за него Илин Пейн убил отца. Скажешь, я ошиблась? - Всем свойственны ошибки. Иногда ошибаешься ты, иногда твои враги. Но иногда нужно пожертвовать, тем, что имеешь, ради большего. Что больше – смерть этого короля или освобождение нескольких северян? - Да, наверное, ты прав. Он был должен мне три жизни. Сначала я захотела смерти Чизвика, потом Виза. Они были мерзкими. – Арья буквально выплюнула это слово. И замерла. В ее голове внезапно родилось осознание. Никто не делает ничего просто так. - А что я буду должна тебе, если ты поможешь освободить их? - Боюсь, у тебя нет ничего подобного. Скоро я уйду отсюда. - Но куда? Ты не рыцарь кого-то из лордов. Ты будешь распугивать крестьян, а если захочешь завоевать земли – против тебя будут остальные. И клятвы свои ты не предашь, ты говорил, – последняя фразы была сказана с большой долей ехидства. - Умная девочка. – во взгляде РаДина сквозило одобрение. - Тогда назови цену твоей помощи.