Желания сбываются.

26.12.2018       Второй вечер подряд сижу в компании с красным полусладким и пачкой сигарет. Пытаюсь запить обиду. Получается плохо, а вернее сказать — не получается совсем. На заднем фоне работает телевизор. Очередная предновогодняя передача, предназначенная для создания новогоднего настроения. Да куда уж там… Настроение… Да еще и новогоднее… Нет его. И не исправит это никакая телепередача…       Искренне до последнего ждала и верила, что пригласит. Что забыл нашу ссору. Но видимо ошиблась. А из-за чего всё началось?.. С какой-то мелочи, даже уже и не вспомнить. А потом… начал относиться ко мне совсем по другому: постоянно попрекал абсолютно во всём; не было больше привычных, как могло показаться окружающим — случайных соприкосновений; дежурных поцелуев и объятий. Только на публику. А потом и вовсе отказался выступать со мной. Перестал звонить, писать короткие, но такие приятные СМС с вопросом «Как дела?». Перестал приезжать в гости далеко за полночь. Просто потому что соскучился. Просто потому что хотелось пообщаться о том, что не мог доверить никому другому… Между нами появилась огромная пропасть. Горько усмехаюсь. Солоха прямо пророчествовал режиссируя наш клип в далеком 2007.       Последней каплей в этих натянутых отношениях, которые дружбой (а тем более чем-то большим) уже было сложно назвать, стала Новая Волна и новый дуэт. Вспоминаю как однажды мы переступили эту черту дружбы, но быстро забыли и продолжали жить так, как будто ничего и не было… Теперь вспомнила, что всё началось с ссоры, которая произошла из-за того, что проявил свою ревность, хотя на тот момент мы уже обозначили рамки и за них больше не выходили. Детали вспомнить не удается. Только суть.        Залпом осушаю бокал вина, закуриваю очередную сигарету (уже сбилась со счета) и который раз за последние несколько дней воспоминаниями возвращаюсь к дню премьер на Новой волне. Последнее наше выступление. Последний наш дуэт.

***

13.09.2017 Олимпийский парк. Новая волна.       Сижу в своей гримерке перед зеркалом и внимательно рассматриваю своё отражение. Скорее это попытка отвлечь себя чем-то, потому что обстановка в этой гримерке была накалена до предела. От меня, наверное, только молнии не отлетали. Хотя я не уверена. Успокаивала себя тем, что это для Игоря, что быстро выступлю и сразу же уеду в отель и никто не сможет испортить мне настроение. Даже сам виновник моего нынешнего состояния. Хочется подойти к Игорю и сказать, что не хочу выступать с Лепсом. Но я уже пообещала и привыкла держать свои обещания. И к тому же — зритель ждёт. Его я никак не могу подвести. Замечаю, что дверь в гримерку резко распахивается и в неё влетает разъяренный Лепс. — Ира, какого хера?! — захлопывает за собой дверь и орёт на меня. — И тебе привет, — отвечаю спокойно, уже привыкла к этим резким наездам. — Какого, блять, хера опять фанера?! Я тебя предупреждал?! Предупреждал! — Во-первых, не ори на меня. Во-вторых, успокойся, я не менее твоего не хочу с тобой выступать! — пытаюсь уколоть побольнее. Хотя больнее то уже некуда. От нашей крепкой дружбы не осталось ровным счётом ни-че-го и больнее этого уже не будет. — Ты мне на вопрос не ответила! Какого хера фанера?! — Лепс, ты достал! Ты этим вопросом до последнего не интересовался! Меня спросил Игорь как мы будем выступать. Я сказала, что под фонограмму. И если ты, дорогой мой, не удосужился уточнить, то это только твои проблемы.       Знала, что его это взбесит, именно поэтому и выбрала фонограмму. Пусть побесится. — Я не выйду на сцену.       Ну, сказал как отрезал. Внимательно всматриваюсь в его глаза. А потом усмехаюсь и произношу: — Ну и хорошо. Теперь пойди сообщи это Игорю, а то я уже хотела к нему идти, да совесть не позволила. Раз пообещала, то не откажу в последний момент.       Смотрю в глаза с вызовом. Мол «Сможешь подвести друга в последний момент?». Заранее знаю, что не сможет. Кидает в мою сторону «Стерва» и вылетает из моей гримерки, как будто приведение увидел. Знаю, что разозлила его. Этого и добивалась. До моего выхода остается ещё прилично времени, а вот Гриша уже на сцене. Первая песня — дуэт с Тимати. Невольно заслушиваюсь. Вслушиваюсь в каждое слово и как и раньше получаю нереальное удовольствие от его голоса и его песен. Кидаю оценивающий взгляд на своё отражение, беру микрофон и покидаю гримерку. Направляюсь ближе к сцене и внимательно вслушиваюсь в текст новой песни. Что ж ты натворила! Ну как же ты могла? Закончилась весна и всё запорошило. Что ж ты натворила! Решай теперь сама, Как все забыть слова; и всё, что с нами было Разрушила сама!       До меня не сразу доходит смысл, но когда, кажется, понимаю, что он имел ввиду, останавливаюсь и прижимаюсь к стене. Прикрываю глаза. Дослушиваю песню всё еще находясь в ступоре. А когда более менее прихожу в себя, он наносит очередной удар очередной новой песней. С губ непроизвольно срывается тихое «Зараза». И я скучаю по нам по прежним, Где каждый мечтал о своём. По ночам бесконечно нежным, Когда всё обо всем ни о чём.       Песнями бьёт больнее, чем своими обычными колкими фразочками. Наверное, потому что к ним уже привыкла, а такого не ожидала. Сомнений не было, что он сделал это специально. Направляюсь ближе к выходу на сцену.       Понимаю, что пора выходить, когда слышу, что Харламов объявил меня. Выхожу на сцену. Подошел ко мне и приобнял, успев спросить на ушко «Ну как?». Знаю, что он понял, что попал куда надо. Слишком хорошо знал меня. Улыбаюсь ему и иду вперёд. За всю песню приближается ко мне всего пару раз. Понимаю, что мне не хватало этих дружеских прикосновений. Песня заканчивается, а так хотелось, чтобы длилась вечно. После его вопросительного «А?!» по окончанию песни отвечаю точно таким же «А?!» и на секунду кажется, что всё как раньше, но быстро возвращаюсь в реальность. Всё же не удерживаюсь от того, чтобы после того как Харламов говорит «Ирина Аллегрова и Григорий Лепс», не сказать «Любимый Григорий Лепс». И действительно, всё как раньше. Но я знаю, что стоит нам зайти за кулисы и продолжится наша война.       Быстро скрываюсь в гримерке, собираюсь и уезжаю в отель, не попадаясь ему на глаза.       Это был наш последний дуэт…

***

      С того момента начал меня старательно избегать. Не соглашался на участие в концерте, если просили нас спеть дуэтом. Старался избегать тех концертов, на участие в которых соглашалась я. И пропасть между нами становилась с каждым разом всё больше и больше. А мне становилось всё хуже и хуже. Ощущалась острая нехватка тех разговоров по душам, которые могла позволить себе только с ним. Не хватало хорошего друга рядом…       До последнего ждала его звонка. Даже если бы он просто позвонил со словами «Приезжай на мой фестиваль, споём вместе, давно не пели, да?» я бы не раздумывая согласилась. Но он не позвонил… Не пригласил… Допиваю еще один бокал вина и ухожу спать с пониманием, что придется смириться. И вроде даже удается. Удаётся… ровно до 7 января 2019 года…       На Рождество осталась одна. Лала с мужем улетели в Италию, а Саша предпочел провести этот день с друзьями. Часы показывают 20:10, настроение не праздничное, спать ложиться рано, да и не хочется совсем. Сажусь на диван и включаю телевизор, о чём сразу же жалею. Как назло включен «первый» канал и «ящик» вещает нам «Рождественский концерт с Григорием Лепсом», а на экране Григорий Викторович — собственной персоной. Сразу же предпринимаю попытку выключить телевизор, но он не реагирует. Батарейки в пульте всё же сели. Ну судьба прямо! Сука! Кидаю ни в чём не виноватый пульт в стену и от удара он разлетается в разные стороны. Встаю с дивана и в несколько шагов дохожу до шкафчика на кухне, в котором у меня припрятана бутылка виски. Открываю крышку и делаю несколько глотков в попытке успокоится. Затем ещё. И ещё. Напиток обжигает горло. Опираюсь о столешницу и с грохотом на неё же ставлю бутылку. Глаза против моей воли возвращаются к телевизору. Наконец-то он покидает сцену. Вздыхаю с облегчением. Достаю стакан, сажусь за стол и продолжаю свой вечер сильной и независимой женщины уже более прилично.       Но счастье моё длится недолго. Через три песни он вновь появляется на экране. Хочется запустить стакан в телевизор, но сдерживаю себя. Осушаю его и наливаю вновь. Поперек горла встает это «Life is good»*. Нихера не гуд. Хотя может у тебя всё и хорошо. Помнишь ли хоть обо мне? Горько усмехаюсь и борюсь с желанием позвонить ему. Бутылка виски тем временем пуста уже наполовину. Выпиваю еще один бокал. И всё равно не такая пьяная как хотелось бы. Почему-то не берёт алкоголь. Странно, особенно для меня.       Сижу в раздумьях несколько минут, а потом накидываю пальто, обуваю сапоги и направляюсь в гараж. Алкоголь потихоньку всё же начинает брать своё. Хватаю ключи с полки и завожу машину. Аккуратно выруливаю с территории. Через 30 минут уже съезжаю с МКАДа на Новорижское шоссе, а еще через 10 минут сворачиваю к поселку Третья охота. Почему-то я уверенна, что он дома. Останавливаюсь у ворот и осторожно, насколько позволяет состояние, выхожу из машины. Беспрепятственно захожу на территорию. Охраны нет. Наверное отпустил всех домой на праздник. Свет горит только в одном окне — на кухне. И только сейчас до меня доходит, что я делаю. Меня же там никто не ждёт. А вдруг он с семьёй? Конечно, он с семьёй! Рождество же! Уже хочу развернуться и буквально бежать, но вижу, что он вышел из дома. Заметил. Хотя, кто не заметит такой визг тормозов, с которым я припарковалась. Останавливаюсь и не решаю идти дальше. Нас разделяют метров 5. Смотрит на меня, а я на него. — Так и будешь стоять? — спрашивает меня. Нет этой резкости в голосе. Нет колкостей, которыми обычно осыпал с головы до ног. Даже опешила на некоторое время. Отвыкла, что он может общаться со мной нормально. — Идём в дом, холодно. — не перестаёт удивлять. Я то думала, что даже на порог не пустит.       Молча прохожу в дом. — Так и будешь молчать? — спрашивает меня, закрывая дверь. Не знаю, что ответить. Растерялась как девчонка. — Привет, — единственное, что нахожу для ответа. — Проходи.       Разуваюсь, снимаю пальто и прохожу на кухню, куда минутой ранее ушел Гриша. — И кто это у нас напился? — со смешком спрашивает меня, когда я только захожу на кухню и попутно чуть не сбиваю торшер. — Ну, я напилась и что? — с вызовом бросаю ему вопрос и присаживаюсь на стул. Глубоко вздыхает. — Ирина Александровна, если год свиньи, то это не значит, что надо нажираться как свинья. — всё же бросает колкость в мою сторону, но это больше смахивает на шутку, обидеть он явно не хочет, — Вот всё учишь меня, учишь, что пить вредно. А сама? — Где Аня с детьми? — хочу перевести тему. — Улетели на юг. Ты тему не переводи. — неудачная попытка. — А ты почему не полетел? — пытаюсь еще раз. — Работа. Ира, я жду ответ. По какому поводу банкет? — А с чего вдруг тебя это интересует? — вопросительно поднимаю левую бровь. — Ну, не хочешь — не говори… Зачем приехала? — Честно? — кивает и я выдерживаю паузу, собираясь с мыслями, — Я ждала, что ты пригласишь меня на свой рождественский концерт, но чуда я смотрю не свершилось! — произношу с обидой, — Соскучилась я, Гриш! Понимаешь? Со-ску-чи-лась. По своему другу. По своему хорошему другу. Которому могла доверить всё. Который всегда мог меня выслушать, поддержать, дать мудрый совет. Который не кидался колкостями налево и направо. Который… — не успеваю договорить. Не замечаю как оказываюсь в его крепких объятиях. — Ирка… Прости дурака. Прости, что не позвал… Я хотел… Правда… Но… Думал, что ты откажешься.       Крепко обнимаю его в ответ. Вот чего мне так не хватало. Просто его рядом. — Наплевать. Чёрт с ним, с этим концертом. Мне не концерт нужен. Мне друг нужен!       Отстраняется от меня. Смотрит в глаза. — Мир? — задаю ему вопрос. — Конечно мир! — радостно произносит Гриша и вновь заключает меня в объятия.       Так и просидели до утра следующего дня за разговорами. Тем для обсуждения за эти несколько лет накопилось немало. Мы просто не могли наговориться. Казалось, что сколько времени нам не дай — всё равно будет мало! Много смеялись. Много шутили. И сегодня, в это Рождество, я ощутила в полной мере как мне этого не хватало и поняла, что дальше жить без такого друга не смогу. На несколько минут повисла тишина, а потом Гриша заговорил. — Знаешь, Ир… Всё-таки новогодняя ночь и вправду волшебная, — замолчал, но быстро продолжил, заметив мой вопросительный взгляд, — Я пожелал, чтобы мы помирились в новом году и свершилось же!       На этом моменте я засмеялась и теперь уже была его очередь вопросительно смотреть на меня. Немного успокоившись я решила объяснить. — Ты не поверишь, но моё желание тоже сбылось! — и всё равно продолжаю посмеиваться, — Просто оно у нас было общее! — тепло улыбается и тоже начинает смеяться. — Это моё лучшее Рождество, спасибо тебе, Ир. Спасибо за то, что сделала этот шаг. Сам бы я ещё долго искал «подходящий момент» — Желания сбываются, — улыбаюсь я и мы продолжаем наши бесконечные разговоры до самого утра.       Домой он меня не отпустил ввиду того, что я нетрезвая, выделил спальню в своём огромном доме и мы отправились спать.

Новогодняя ночь наступает. В ожидании надежды, мечты. И пусть каждый сейчас загадает То желанье, что строит мосты. Начинается всё с наших мыслей. Ты попробуй сейчас, загадай. И всем сердцем стремись к этой жизни. Приближай её, счастье встречай. Ощути себя в этом потоке И представь, как сейчас получил Ты мечту. Ты на верной дороге. Ты же счастье себе подарил.

*Песня Г.В. Лепса «Life is good»