Love is love 6

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Пэйринг и персонажи:
Годрик Гриффиндор/Салазар Слизерин, Альбус Дамблдор/Геллерт Гриндельвальд, Годрик Гриффиндор, Салазар Слизерин, Альбус Дамблдор, Геллерт Гриндельвальд, Джеймс Поттер, Люциус Малфой
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Мини, написано 7 страниц, 4 части
Статус:
в процессе
Метки: UST Ангст Вымышленные существа Драма Исторические эпохи Любовь/Ненависть Первый раз Повседневность Пропущенная сцена Учебные заведения

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Я пишу об отношениях, идущих сквозь время в вселенной Гарри Поттера

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Зеркало Еиналеж

27 февраля 2019, 09:16
      Годрик захлопнул дверь и прислонился к каменной стене. Она была очень холодной, несмотря на то, что замок отапливался эльфами. Вокруг было тихо. Это была не приятная, а нагнетающая тишина. У Годрика начало звенеть в ушах. Он не мог больше находиться в такой режущей тиши. Ноги понесли его в неизвестном направлении. Осенний ветер просачивался сквозь щели в оконных рамах, и, стократно приумножаясь, теперь свистел в коридорах, качая картины на стенах. Годрик мчался, сбивая все на своем пути. Сзади звенели упавшие латы. Ветер развевал его волосы. Девушки с картины перешептывались. — Куда это он бежит в столь поздний час? — вопрошала светловолосая круглолицая дама. — Наверное, крылья любви несут его в комнату Пенелопы. —  девушки звучнг захихикали. Их смех эхом разносился по замку. От услышанного Годрик находился в состоянии легкого недоумения. «Почему Пенелопа?»       Годрик знал, что про него ходили слухи, но то, что даже картины сватали ему Пенелопу , заставляло задуматься. Ведь он не оказывал ей знаки внимания, а отношения у них были чисто дружеские. Вдруг Гриффиндор врезался в стену. Он настолько был увлечен своими раздумьями, что не заметил конец коридора. Перед ним предстала огромная дубовая дверь. Он не знал, куда вела эта дверь, но резко распахнул ее и вошел внутрь. Комната была залита голубым светом. Парты стояли в два ряда, и Годрик прошел вперед между ними. Какой-то высокий предмет был накрыт переливающейся всеми цветами радуги тканью. Волшебник сдернул полотно, за которым оказалось зеркало. «Странно, не припомню, чтобы мы ставили в кабинет зеркало». В зеркале Гриффиндор увидел себя, а из приоткрытой двери выглядывал Салазар. Маг обернулся, но никого не увидел. И понял, что это зеркало Еиналеж, которое показывает сокровенные желания. Годрик снова посмотрел в зеркало, на этот раз увидев, как Салазар заключает его в объятиях. Руки темного мага сомкнулись на груди Гриффиндора, расстегнули пуговицу и дотронулись до торса волшебника. Годрик стоял как завороженный, не смея отвести глаз от зеркальной поверхности, не замечая, как пробиваются первые солнечные лучи сквозь витражные окна. Часы на стене пробили 8 утра и Годрик понял, что пора возвращаться. Он накинул на зеркало ткань, и стараясь бесшумно закрыть дверь вышел из комнаты. Он старался запомнить все повороты и изгибы коридоров, чтобы вернуться к зеркалу следующей ночью.       Годрик добрался до своей комнаты за считанные минуты. Распахнув тяжелую дубовую дверь, вошел и снял с себя одежду. Ему предстоял трудный рабочий день. После недолгих, но упорных поисков, маг обнаружил свои брюки и надел их. Он никак не мог застегнуть ремень, и все думал о произошедшем сегодняшней ночью. Он не мог поверить, что это всего лишь игры его воображения. Годрик наконец оделся, закрыл комнату и пошел в обеденный зал. По пути он заметил ту круглолицую даму. Она смотрела на него и улыбалась. Но Гриффиндор заметил в ее улыбке что-то холодное и отторгающее. Войдя в зал, он поспешил сесть на свое место. Поздоровавшись со своими друзьями, он приступил к трапезе. Время от времени Годрик поглядывал на Салазара, и, когда их взгляды встречались, он не мог оторвать свой взор от манящего его бедного лица. Но Слизерин сразу же отводил взгляд и утыкался в тарелку, начиная ковырять вилкой лежащую там еду, в то время как Пенелопа раздевала Годрика глазами. И он не мог оставить это незамеченным. — Зачем ты на меня так смотришь? — Хотя он знал ответ на свой вопрос, все равно взглянул на Пенелопу озадаченным взглядом. Она потупила глаза и прикусила губу. Девушка не чувствовала, как прокусила губу до крови, и струйка красной жидкости стекала по ее шее. Ей было не больно, но внутри у нее все переворачивалось. Резко она встала со стула, так сильно толкнув его, что он отлетел назад, и с громким стуком упал на пол. Пенелопа подхватив полы своего платья убежала прочь. Ученики были озадачены поведением своей наставницы. Ее шаги гулко отдавались по всему замку. Кондида встала со стула, сказала ученикам, чтобы они оставались на своих местах, и бросилась вслед за ней.       Она бежала по крутым коридорам, следуя за девушкой. Вдруг лестница поменяла свое направление, и Пенелопа, поскользнувшись, упала на мраморные ступени. Руки волшебницы подхватили Пуффендуй и светлые ее кудри обвились вокруг пальцев Кондиды. И она поняла, что влюблена, и у нее нет пути назад. Она прижала Пенелопу и прошептала на ухо: — C тобой всё хорошо? — Ответа не последовало. Девушка заметила кровь на пальцах. Лицо Пуффендуй всё было в крови. Она была без сознания. Кондида подхватила подругу на руки и побежала сломя голову в больничное крыло. Врач забрал Пенелопу, и попросил Кондиду ждать за дверью. Минуты длились как часы. Из-за двери показался белый халат школьного доктора. — С Вашей подругой все хорошо. Она просто немного перенервничала. Кровь мы остановили. Рана была небольшая. Сейчас она пьет успокаивающий чай с ромашкой. Кондида облегченно выдохнула и побрела обратно в обеденный зал, где помимо огромного количества учеников остались Слизерин и Гриффиндор. Годрик чувствовал себя голым, ведь сидящая между ним и Салазаром Кондида убежала вслед за поклонницей мага.       Салазар поедал Годрика глазами. Волшебник почувствовал это, и руки его затряслись, в глазах потемнело, и он откинулся на спинку стула, запрокинув голову назад. Из руки выскользнула серебряная вилка и со звоном упала на деревянный пол. Гриффиндор наклонился за ней. Вдруг руки магов соприкоснулись, но в тот же момент они отпрянули друг от друга. Чтобы разрядить обстановку, Годрик решил что-то сказать — Ой, чуть не стукнулись лбами, я тебя не заметил, — рассмеялся он. — Да я тут прямо невидимка, — пробурчал Салазар отвернувшись от Гриффиндора. Ему явно не понравилась шутка. Весь остаток трапезы они провели в полном молчании.       Наконец все наелись и разошлись по своим кабинетам. Годрик не мог спокойно проводить урок, он то и время поглядывал на часы, ожидая конца занятий. И из-за этого время, казалось, шло еще медленнее. Часы мерно отстукивали свой ритм. Тик-так… От этих повторяющихся ударов голова мага начала болеть. «Ну ничего, еще пару минут» — подбадривал он себя — «Скоро занятия кончатся». Тик-так… Годрик сел в свое кресло и смотрел вдаль, в конец кабинета, где располагалось большое окно. Сквозь витражные стекла просачивались лучи яркого солнечного света. Розовым, зеленым и желтым был озарен класс. Ученики писали что-то в своих тетрадях. Учителю было далеко не до них. Он находился в каком-то своем мире. О чем думал маг, никто не знал, да и особо не горел желанием узнать. Из своих размышлений Годрика вырвал звонок с урока. — Вы свободны, — в спешке протараторил он и стрелой вылетел из класса. Топот ног эхом разлетался по всему замку. Добежав до своей комнаты, Годрик рухнул на кровать.