Каким должен быть мой?

У меня нет слов! Да как он посмел?! Так просто заявиться на выписку из роддома. А ведь на моих руках его сын. — Милый, познакомься, это мой отец — Евгений, — сказал Альберт и улыбнулся. Я же был в шоке. Ну и семейка, повезло же с ними связаться. Евгений протянул мне руку. — Приятно… -однако договорить он не успел, так как его перебил я. — Да пошёл ты! — фыркнул я и прищурился. — Нашего сына я назвал Семёном. Альберт, мы не можем быть вместе, сомневаюсь, что ты сможешь принять своего младшего братика, как сына. Вздохнув и не дожидаясь реакции уже не моей семьи, хоть семьёй мы так и не стали, я молча удалился вместе с сынишкой. Поймав такси, я поехал домой. Однако уединиться мне не дали. Буквально через полчаса приехал Альберт. Я был подавлен. Ведь чувствовал, что нельзя мне быть с ним, но как всегда не обратил внимания на свою интуицию. — Луи… — альфа присел рядом и обнял меня за плечи. Стало стыдно. — Прости, Альберт. Если бы я знал, то ни за что… — сказал я с отчаяньем, но тот не ругал и не упрекал, просто сильнее обнял. — Так это ты тот самый студент, по которому сохнул отец? Неудивительно. Ты не такой как все. Милый, хрупкий, нежный. Ты словно лилия. И я не позволю никому ранить тебя, Лу, — прошептал Альберт после некоторого молчания. — Я люблю тебя. Но отец готов отдать за тебя душу… — Прекрати. Немедленно. У меня с твоим отцом был уговор. Ни больше, ни меньше. А теперь оставь меня в покое и папаше своему это же передай, — резко ответил я. И почему эти его последние слова меня так вбесили? Да не важно. К чёрту их. Их обоих. — Уходи, Альберт. Вскоре захлопнулась дверь, а я смог дать волю эмоциям и позвонить папе, а потом Марьяну, буквально захлёбываясь в слезах. Хорошо хоть Сёма спит и не просыпается от моих подвываний. — Марьяшка… Я остался один… Совсем один… Альберт, он ушёл. Ну, я его прогнал. Да, поссорились. Марьяшка… Папа умер. Он даже не увидел Сёму. Приедь ко мне… Но приехать ко мне он не смог — уехал в командировку на несколько месяцев. Я начал впадать в депрессию. Не давал спиться только Сёма. Он был очень тихим ребёнком, это даже немного пугало иногда, но педиатр сказал, что он просто спокойный мальчик. Я неделю жил словно призрак. Я не смог посмотреть на папу мёртвым, да и идти на похороны с младенцем было бы неудобно. Спустя какое-то время приехал Альберт и забрал свои вещи. Это означало, что между нами образовалась ещё большая пропасть, чем была до этого. Альберт даже не сказал мне ни слова. Оставалось только смотреть вслед уходящему альфе. Ничего, я и без него справлюсь. Омеги вовсе не слабые создания. Я справлюсь. Я смог взять себя в руки. Психиатр выписал антидепрессанты и мне правда стало проще принять действительность. Я стал чаще гулять с Сёмой. Но что-то вело к парку возле университета, который не так давно я закончил и в котором до сих пор работает Евгений. Как ни странно, но вскоре мы с Евгением пересеклись. Он шёл через парк к парковке, а я с Сёмой в это время как раз заканчивал прогулку. — Луи, — альфа подошёл сзади и положил свою руку на моё плечо. — Ты сильно похудел. Не хочешь поговорить? Я только пожал плечами и присел на лавочку, покачивая коляску. — Ну давайте поговорим, Евгений Владимирович, — ответил я и посмотрел в глаза альфы. Красивые, чёрт возьми. У Сёмы такие же будут. — Я хотел извиниться, — мои брови взлетели вверх, — Нет, не за ребёнка, дурашка. За то, как вёл себя, за то, что заставил стать моим за деньги, за то, что преследовал позже. Я правда не хочу, чтобы ты держал в сердце обиду на меня. — Ты женат. Ребёнка я тебе не отдам, — резко прозвучал мой голос. — Я разведён. И могу отсудить его, — произнёс мужчина. Опять провокации? Опять шантаж? Господи, надо бежать от него, бежать как можно дальше. Видимо мои мысли читались на моём лице, так как мою руку тут же сжала рука мужчины. — Тише, я не буду этого делать. Но я надеюсь, что ты позволишь мне видеться с Семёном и иногда забирать его на выходные Луис, не убегай от меня. Альфа легко коснулся моей щеки и погладил её, а после притянул моё лицо к себе и мягко поцеловал. — Идём, я довезу вас до дома.