Wait for me (to come home)

В третий раз Луи должен признать, что он трус. Ранним утром он сидит за столиком в кофейне, держа в руках чашку горячего чая и откусанный карамельный кекс. Запах кофе и выпечки заполняет помещение в то время, как посетители тихо разговаривают между собой, как будто существует какое-то общее негласное правило не повышать голос в восемь часов утра. Он лучше бы остался здесь на весь день, наблюдая за людьми, отходящими ото сна, работающими за компьютером или просто ожидающим, что к ним кто-то присоединится за завтраком. Все было лучше, чем идти на работу. Сегодня день доставки в магазине, а виниловые пластинки немало весят. Он не любил таскать тяжести еще больше, чем Зейн, так что да, он останется. Гарри только что вошел в кофейню, вливаясь в толпу отчаянных людей, жаждущих кофе в такое раннее время. Луи съежился, почему это должно случиться сегодня, когда он в уродливых спортивных штанах, растянутой толстовке и очках с толстой оправой. Нет, только не сейчас. От мысли, что он может быть замеченным, тошнит. Гарри выглядит божественно, даже издалека это видно, и Луи, немного скрывая свое лицо за чашкой чая, бесстыдно пялится на него все 10 минут, что Стайлс находится в этом кафе. Его фигура почти полностью скрыта плотным пальто, белый воротник отлично контрастирует с темно-синей тканью. Он выглядит уютным и мягким, глаза немного уставшие, а щеки розовые от мороза. Он качает головой в такт музыке, звучащей в его наушниках, а его руки крепко сжимают черный кожаный блокнот. Обложка выглядит потрепанной, эта вещь явно часто используется, возможно, она любимая, и Луи отчаянно хочется узнать, что же там может быть написано. Такое совершенство, заключенное в одном человеке, вероятно, худшее, что могло настичь Луи этим ранним утром. Тем более, что он и так безостановочно думал о Гарри с той ночи в клубе. Гарри наконец добирается до стойки, снимает один наушник и дарит баристе лучшую улыбку, от которой тот просто тает на месте. Через минуту он уходит, так и не замечая присутствия Луи всего в нескольких метрах. Луи глубоко вздыхает, как только переступает порог кафе, и позволяет другому воспоминанию заполнить его разум. Они были в кафе, похожем на это. Луи был одет почти также, готовился к последнему тесту перед рождественскими каникулами. Гарри сидел напротив Луи, пил тыквенный латте и выделял ключевые слова в своем идеальном конспекте. Они оба были уставшие и напряженные, но они были вместе. Тогда это была единственная вещь, которая имела значение. Луи был глубоко погружен в свою книгу, его очки соскальзывали с носа, когда Гарри толкнул его ногой под столом, затем снова, и еще раз, только сильнее, и Луи, наконец, поднял свои глаза. — Тебе нужна помощь? — Луи нахмурился. Гарри наклонился над столом, чтобы прошептать Луи что-то, но тот совершенно ничего не разобрал. Теперь его внимание было полностью сосредоточено на Гарри и его покрасневшем лице. — Еще раз, Хаз? — Я думаю, мы должны сделать это. — Сделать что? — невинно сказал Луи, пытаясь сохранить серьезное лицо. Он знал, к чему Гарри ведет, потому что тот выглядел возбужденным, нетерпеливым и нервным. По крайней мере Луи хотел думать, что это так. Гарри неловко заерзал на своем месте. Он посмотрел по сторонам, просто чтобы убедиться, что их никто не слушает. — Ты знаешь… ЭТО. — Ты должен быть чуть конкретнее, любимый, — немного издевок никого еще не убило, и иногда Гарри так легко раздражался, что Луи никогда бы не упустил повода подразнить его. — О, прекрати, Луи, ты прекрасно понял, что я имел ввиду, — бесится Гарри, закатывая глаза. Секс. Гарри имел ввиду секс. Луи проигнорировал покалывания в своем животе, чтобы одарить Гарри наигранным недоверчивым взглядом. — Почему сейчас вдруг ты подумал об этом, — Луи удивленно усмехнулся. Конечно, он тоже думал об этом, и еще до того, как они официально стали парой. Гарри, его парень, был великолепен, добр, а Луи был настолько влюблен в него, что иногда это даже не давало спать по ночам. Неправильные мысли о расставании вторгались в его разум периодически совершенно без причины еще задолго до того, как стало известно о переезде из-за работы Робина. На этом этапе отношений особо не о чем беспокоиться, поэтому всякий раз, когда у Луи возникали подобные страшные мысли, он просто закрывал глаза и прокручивал у себя в голове их поцелуи, прикосновения и улыбки, подаренные друг другу. Так сильно Гарри заставлял Луи сходить с ума. В целом Луи всегда думал о сексе, но с тех пор, как он начал встречаться с Гарри, это стало какой-то навязчивой идеей. И самой большой его проблемой было найти способ остаться одному дома, чтобы никто не мешал или хотя бы просто не заходил к нему. Сначала Гарри немного стеснялся какого-то физического контакта, но Луи был очень осторожным и нежным. Гарри не потребовалось много времени, чтобы превратиться в человеческую версию коалы, которая постоянно виснет на Луи, всегда старается как-то прикоснуться к нему. Тем не менее Луи не хотел давить, он оставил развитие отношений полностью в руках Гарри. Зейн однажды сказал, что Гарри делает из Луи нового человека своей постоянной похвалой и поддержкой, но Луи не согласился. Только потому, что он решил вместе с Гарри отращивать волосы, совсем не значит, что он становился новым творением прекрасного Гарри Стайлса. — Лу, ты со мной? — спросил Гарри, когда долгое молчание Луи уже заставило его нервничать. — Я не должен был начинать этот разговор, извини, если ты не хочешь, я просто… — Нет! Конечно, я… да! , — Луи прочистил горло, его ладони вспотели, а сердце бешено колотилось, когда он наклонился вперед, и между ними оставалось все пара дюймов. — Боже, я хочу, это просто… Ты застал меня врасплох, вот и все. У меня мозг просто замкнул на мгновение. Улыбка Гарри вернулась, ямочки появились на его щеках, и это было только для Луи. Луи взял его руки в свои и нежно провел пальцем по костяшкам Гарри, прежде чем поцеловать их. Когда он поднял свой взгляд, щеки Гарри были самого прекрасного розового оттенка, и Луи понял, что дальнейшее может быть уже слишком интимным для кофейни. — Я думаю, нам стоит поговорить об этом, — добавил он, убирая свою челку одной рукой, а другую все еще оставляя в руке своего парня, — и сейчас не совсем подходящее время, — прошептал Луи и огляделся вокруг, чтобы доказать свою точку зрения.  — Хорошо, — Гарри надулся, — позже. Луи рассмеялся над этим и вернулся к своим книгам, но он не мог полностью сосредоточиться на них. Ему пришлось читать один и тот же абзац три раза, пока он не сдался, собрал все свои книги и увел Гарри из кофейни. Луи был полон решимости уйти, практически таща Гарри за собой. Гарри был настолько доволен тем, насколько ему удалось взволновать Луи, что тот несколько раз пытался щекотать его по дороге к дому, что заставляло Гарри хихикать. Но через час, когда они обнимались под одеялом, Луи впервые сказал «Я люблю тебя», совсем забыв, насколько раздражающим может быть иногда его парень. Луи улыбается своим воспоминаниям, когда подходит к стойке, чтобы вернуть кружку, он позволяет себе задуматься о том, насколько Гарри был милым и заботливым раньше, в целом идеальным, по крайней мере для Луи. Он, вероятно, несильно изменился, Луи надеется на это. Пока Луи идет в маленький магазин, владельцами которого они являются вместе с Зейном, он понимает, что боится узнать, что Гарри изменился. Что, если он потерял чувство юмора и доброту, то, что так нравилось Луи? Может вообще не стоит ему этого знать. Может быть судьба намеренно разделяет их по какой-то причине. Когда Луи наконец приходит в магазин, Зейн ругается на него за то, что он опоздал. Его лучший друг, должно быть, действительно хорошо его знает, потому что перестает кричать после того, как Луи просто хмыкает в ответ. И в конце дня Зейн просто тащит его к себе в квартиру, где они сидят в обнимку после ужина. Луи знал, что Зейн понял, что что-то случилось. Но он не спрашивает, и Луи благодарен, потому что пока он не говорит об этом, Гарри хоть немного меньше в его жизни.