В одну и ту же реку...

      Изысканно-небрежным жестом подав руку спутнице, помогая покинуть автомобиль, Корф снова хмыкнул. «БаронЪ». Ну и нашёл же Мишка место для праздника! Уж не для него ли постарался, зная историю благородной фамилии, приколист доморощенный. Распространяя вокруг удушливый запах экзотического парфюма, Ольга гордо вышагивала рядом, мелькая стройной ногой в разрезе вечернего наряда. Хороша, что и говорить. Идёт ей тёмно-красное. Это ж надо – уметь одеться так, чтобы казаться почти голой, будучи полностью упакованной в ткань.        Увидев гостя в сопровождении одиозной пани, именинник на миг опешил. Но решил, что Володя – мальчик большой и знает что делает, нацепил дежурную улыбку и пошёл навстречу прибывшим.       – Владимир, Ольга, рад вас видеть! Спасибо, что почтили вниманием моё скромное торжество!       Калиновская чуть слышно хмыкнула. Разбираться в эмоциях подружки, от которой он практически уже отделался, Корф не собирался, но удивился её реакции. Даже самый беглый взгляд вокруг мог дать представление о масштабе события. Воистину, его младший партнёр не сэкономил на юбилее. Тридцать – не повод сильно радоваться, но и грустить особо нечего. Почему бы не устроить себе праздник? Дела идут неплохо, результат последней поездки даже с превышением ожиданий, как говорится. Теперь можно и расслабиться. Только вот в спутницы пришлось пригласить навязчивую Ольгу – никого другого более-менее приличного рядом не нашлось. Ну и ладно, после банкета можно устроить неплохую прощальную ночку – и красиво расстаться на высокой ноте.       Репнин тем временем шипел ему в ухо, как ошпаренный кот:       – Какого лешего вы опаздываете! Мне приходится таскаться и всех вас встречать, а у меня тут такая девчонка – мечта! А сестру с собой привела – ещё лучше!       – Что, две сестрёнки, и одна чудесатее другой? – подначил именинника Корф, покуда Ольга поправляла перед огромным зеркалом причёску.       – Подожди, подожди, куда денется твой сарказм, когда увидишь хоть одну из них! – многозначительно пообещал Мишель. – Слушай, я уж думал, ты сбросил сладкие путы пани Калиновской.       – Миш, – усмехнулся Корф, – я мог бы, конечно, пригласить в качестве спутницы одну очаровательную зеленоглазую шатенку, но получить в глаз от её братца, чтоб в столь приличном заведении весь вечер отсвечивать фингалом, мне нифига не улыбается.       Беззаботное настроение именинника слегка померкло.       – Володь, я понимаю, что вы оба взрослые люди, Наташка независимая женщина после вполне удачного развода, но…       – Успокойся, Миш. Я знаю, что твоя сестра мне очень симпатизирует, и это даже взаимно, но ничего серьёзного я ей предложить не могу. И Натали это понимает, поверь. Даже если я приглашаю твою красавицу-сестру сопровождать меня на приёмы, типа юбилея Бенкендорфа, это ничего не значит.       – Для тебя, Володь. Но не для неё.       Корф вздохнул.       – Именно поэтому мне пришлось притащить сегодня к тебе Ольгу.       – Ладно, замяли. В конце концов, моя сестрица сегодня тоже преподнесла мне сюрприз. Приволокла с собой какого-то интеллигента-очкарика, утверждает, что потомок чуть ли не самого Рюрика, мол, в родовитости не уступает даже нам, Репниным, а уж твоему Корфу и подавно.       Владимир только удивлённо хмыкнул.       – Княжна Репнина по-прежнему играет в аристократические игры и развлекается на дворянских собраниях?       – Ой, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не материлось, – махнул рукой «добрый» братец. – Кстати, Наташка постоянно говорит, что панна Калиновская ей в этом не уступает. Ладно, располагайтесь тут сами, ок? А я к своим сестричкам-красавицам, – подмигнул партнёру именинник и исчез в зале.       Устраиваясь за столиком, Владимир бегло огляделся. Спиной к ним сидела девушка, чем-то неуловимо напомнившая Аню. Аня… Анечка. Кстати, охрана докладывала, что она с подругами приезжала в начале недели в их офис-центр. Зачем, интересно? Ладно, выкинь всё из головы и просто расслабься. Аню охраняют, с ней всё в порядке – ну и хорошо.       Михаил Ане понравился, что и говорить. Очаровательный, открытый, с добрым взглядом медовых глаз – просто мечта любой девушки. Вот только зачем успешному питерскому бизнесмену студентка-провинциалка? Вокруг крутится столько шикарных женщин… Взять хотя бы вон ту, в облегающем платье винного цвета со смелым разрезом, что двигалась в медленном танце в объятиях мужчины, так похожего на Владимира в полумраке танцпола.       - Аня, может быть, вы хотите потанцевать? – услышала она вопрос именинника.       Удивлённо обернувшись к нему, попутно заметив вытянувшееся лицо сестры, она вежливо отказалась. Вообще Михаил вёл себя весьма странно. Сначала Аня приняла за игру преувеличенно-цветистые комплименты в свой адрес, решив, что Лизин друг просто хочет сделать приятное своей девушке, похвалив её сестру. Или поддержать саму Анну, которая появилась в незнакомой компании без спутника. Миша был одинаково галантен с обеими сёстрами, временами даже возникало ощущение, что Ане он уделяет больше внимания, чем Лизе. Это удивило их обеих. Если честно, они ожидали, что Лизину сестру просто элегантно сбагрят на попечение какому-нибудь одинокому приятелю именинника, которому с помощью Анны составить компанию на этот вечер Репнину и пришло в голову. Но Миша знакомил обеих сестёр со своими гостями одинаково бесстрастно, не поощряя ничьих попыток пристроиться за столик, где кроме них троих, сидела только его сестра Наташа и её друг, настойчиво напоминающий своими круглыми очками и тёмной шевелюрой Гарри Поттера-переростка.       Прекрасно видя неловкое положение, в которое её братец ставил обеих девушек, Натали решительно предложила:       – Аня, я хочу сходить попудрить носик. Составишь мне компанию?       – Да, конечно, – ответный взгляд девушки был полон искренней благодарности.       Помогая барышне встать, Репнин галантно отодвинул её стул, опалив висок горячим дыханием с нотками дорогого алкоголя.       – Не убегай далеко, малышка. Я буду ждать…       Анну будто с головы до ног кипятком обдало. За кого он их с сестрой принимает?! Видимо, догадавшись по выражению её лица, что шепнул братец белокурой гостье, Натали ловко подхватила ошарашенную девушку под руку и потянула к выходу из зала. Та едва успевала перебирать ногами, не видя ничего вокруг. Внезапно её остановил удивлённый возглас:       – Аня?!       Подняв глаза, испытала повторный шок. Прямо перед ней стоял и удивлённо улыбался Владимир!       – О господи, Корф! Есть на этой планете хоть одна женщина старше пятнадцати, с которой ты незнаком? – с притворной тоской простонала Репнина, картинно закатывая глазки.       – Миллиарда три, Наташ. Как минимум, – подхватил знакомую игру Владимир, – но Аня, по счастью, к ним не относится.       – Здравствуйте, – не отрывая глаз от лица человека, по которому жутко, стыдно, непереносимо скучала с того самого момента, когда по собственной глупости внезапно рассталась да ещё и несправедливо обидела, Анна глупо улыбалась. Вот сама прекрасно понимала, какое идиотское у неё сейчас выражение, но поделать с собой ничего не могла. Она была так рада видеть Владимира! И он смотрел на неё открыто, без тени обиды. Но то, что он не держит на неё зла, не освобождает от необходимости извиниться за своё недопустимое поведение. – Владимир, я рада, что мы встретились. Я хотела попросить у вас прощения за то, что наговорила тогда в кафе… Мне очень стыдно.       – Перестань, Аня, – улыбнулся Корф так ласково, что защемило сердце. – Наверное, я действительно должен был тебя предупредить…       Договорить ему не дали. К ним подошла та самая эффектная дама в платье с умопомрачительным разрезом и по-хозяйски подхватила Владимира под локоть.       – И кого это должен предупреждать аж сам Мистер Независимость? – томно промурлыкала мадам, обволакивая мужчину вязким туманом взгляда уверенной в своих правах собственницы.       Рядом с Корфом в элегантном костюме дама смотрелась столь гармонично, что Аня в своём милом, но недорогом платье цвета морской волны показалась сама себе воробышком в стае экзотических пёстрых птиц. Высокие, статные, излучающие уверенность и богатство, они идеально совпадали, «звучали в терцию», как любила повторять их педагог по сольфеджио. Ты можешь скучать по Корфу сколько тебе влезет, но рядом с ним всегда будут вот такие шикарные женщины. Вон и Наташа закусила губку от досады. И неудивительно, Владимир даст сто очков форы её «Поттеру» и всё равно оставит далеко позади!       – Вальдемар, мы долго ещё тут будем?       – Ты скучаешь, Оля? Мало объектов для охоты? – сверкнув глазами, с улыбкой голодной пантеры мило пропела Наташа.       – О чём ты, Натали? Рядом с Владеком мои охотничьи инстинкты отмирают за ненадобностью. Не так ли, коханный?       – Уймись, – слегка поморщился Корф. Неприятную для Ани ситуацию надо было как-то разруливать. Вон как побледнела бедная девочка в ауре взаимной неприязни двух светских львиц.       Внезапно из-за спины нарисовался самый занудный из нынешних деловых партнёров фирмы, Аристарх Кайзерлинг. Пока здоровался, пока пытался отцепить от локтя хищные пальцы Калиновской, пока извинялся и обещал вернуться через минуту – Аня растворилась в толпе. Кинулся к выходу, но лишь успел увидеть мелькнувшие в салоне отъезжающего такси пшеничные локоны и зелёное платье…       Стало так хреново – хоть вой. Постоял с минуту на крыльце, вдыхая влажный осенний воздух. Возвращаться в духоту и шум ресторана совершенно не хотелось. Плюнув на всё, зябко передёрнул плечами и торопливо зашагал к стоянке. Уже почти возле самого дома из кармана раздалась знакомая трель. Калиновская бушевала вовсю, перемежая русские ругательства с польскими, в истерике за то, что оставил её одну в ресторане. Поморщившись от громких воплей, доносящихся из динамика, устало вздохнул и, равнодушно сказав:       – Оля, не звони мне больше. Никогда, – нажал на отбой.       Глядя в окно на слякотный мрачный питерский ноябрь, Анна хандрила. Не помогал ни любимый травяной чай с дедовым мёдом, ни тихая классическая музыка из открытого ноутбука…       Увидев Владимира на дне рождения Лизиного друга, она сначала очень обрадовалась. Даже сочла, что это знак судьбы. Но… всё оказалось вовсе не так, как представляется восемнадцатилетним глупышкам в их романтических мечтах. Владимир был на празднике не один. А чего ты хотела? Конечно же, у такого мужчины обязательно есть женщина. Шикарная, стильная, опытная. По сравнению с ней сразу кажешься себе маленькой серенькой мышкой. Ну почему у неё всё так?! Даже Лиза вон встречается со своим Мишей теперь практически каждый вечер, витает в облаках влюблённости. Только вот ей покоя не давали те слова Репнина в ресторане…       Получив в десятом часу вечера от Лизы смс «Не теряй, я у Миши, буду утром в консерватории, привези мою папку», Анна схватилась за голову. С ума сойти, сестра знакома с Репниным чуть больше месяца! Попыталась перезвонить – телефон отключен. Господи, Лиза, что ты творишь! Анна от переживаний за сестру не могла ни есть, ни заниматься, ни читать, ни смотреть телевизор. Даже сон не шёл. Было уже 3:25, а у неё глаза не закрываются, мысли в голову лезут – одна страшнее другой! Ну вот, уже будильник звонит. Хотя бы кофе в себя влить. Нет, даже кофе не лезет… Вот что творит это чудовище в сестринском обличье, а! Приедет в консерваторию – убью без наркоза! Чувствуя себя совершенно разбитой, Анна оделась и отправилась на учёбу.       За ночь резко похолодало. Под ногами жалобно хрупал тонкий ледок вчерашних мелких лужиц на асфальте. Зябко передёрнув плечами, будущая певица заспешила к остановке.