В одну и ту же реку...

СЕРДЕЧНЫЕ ПОЗДРАВЛЕНИЯ Анастасии_Корф С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!!! ЗДОРОВЬЯ, УДАЧИ, МУДРОСТИ, ВЕРЫ, НАДЕЖДЫ, ЛЮБВИ! (прости, что поздравление прикрепляется к не слишком оптимистичной главе, но уж что было у автора под рукой, то в ход и пошло, сорри ;=})

***

      С этой поездкой с самого начала всё было не так. Вообще, в этот раз в Москву должен был лететь Мишка, но внезапно слёг с температурой под 40 прямо в ночь перед отъездом. Пришлось Владимиру срочно собираться вместо Репнина. В Москве погода была нелётная, рейс откладывали трижды. В аэропорту никто не встретил. Со злостью выхватив из кармана телефон, Корф случайно выронил лёгкий аппарат на каменный пол. Хорошо, что уже давно завёл привычку все контакты хранить не в памяти телефона, а на сим-карте. Сунув обратно в карман обломки бесславно погибшего средства связи, гость столицы двинулся к стоянке такси. Цены как всегда поражали космическим уровнем.       – Вы меня в Москву или на Луну везти собираетесь?       – Здесь у всех такие цены, дешевле не найдёте.       Чертыхнувшись, пришлось согласиться на грабёж.       – В городе сначала заедем в любой салон связи, нужен новый телефон.       – Ясно, сделаем, – кивнул словоохотливый таксист. – А чего же в аэропорту телефон не купили? Там тоже салоны есть.       Мысленно обозвав себя ослом, Владимир только пожал плечами в ответ.       Едва лишь включил новый аппарат, как он тут же разразился громкой трелью. Партнёры ищут уже битый час, но только, как оказалось – в другом аэропорту. Хорошо хоть сообщили название гостиницы, где для него забронирован номер. В отеле без сопровождения встречающей стороны тоже возникла накладка – в брони значился Репнин. В общем, когда на следующее утро он мерил шагами подмёрзший грунт на площадке будущего совместного с москвичами объекта, уже и самому не верилось, что непосредственно деловая часть началась без проблем. Но сразу же вслед за этой жизнеутверждающей мыслью раздался из кармана звонок мобильного. «Охрана».       – Босс, объект получил травму. Привёз в клинику Штерна. Илья Петрович сомневается в согласованности с вами моих действий.       Внутренне похолодев, Корф коротко выдохнул:       – Гриш, дай ему трубку.       Когда послышалось недовольное штерновское «делают, что хотят, разгильдяи», без всяких прелюдий грозно прорычал:       – Илюха, что с девочкой?!       – Ты уверен, что твой парень ничего не путает? Девочка пойдёт по твоему полису?       – Чёрт тебя дери, что с Анной?!       – Ладно, так бы сразу и сказал, – флегматичный Штерн не обратил на вопли давнего клиента и друга ни малейшего внимания. – Вывих лодыжки. Разрыв связок стопроцентно, трещина под вопросом – сделаем рентген, узнаем. Если и есть, то без смещения. Ну и головушкой, судя по всему, приложилась при падении.       – Как это произошло? – постепенно успокаиваясь, Владимир заставил себя сбавить тон, хотя от волнения за Аню едва мог дышать.       – А чему удивляться, Володь? В гололёд на таких каблучищах. Как ещё шею себе не свернула. Оп-па… Так, Корф, у нас тут, кажется, ещё и сотрясение – клиент отключился. Всё, потом позвоню.       Слушая короткие гудки, Владимир замер столбом. Что делать?! Гори оно всё синим пламенем, все эти сделки, встречи, договоры! Кому всё это нужно, если его ненаглядной девочке плохо?! Илья, конечно, сделает всё, что нужно… Но какого чёрта он будет торчать тут, когда Анечке нужна поддержка! Под недоумевающими взглядами партнёров Корф бегом рванул к машине, лихорадочно набирая прямо на ходу в поисковике браузера на телефоне «купить авиабилет срочно». И только когда забронировал место на ближайший рейс, смог выдохнуть и соображать более-менее спокойно. Позвонил москвичам, попросил прощения за внезапно изменившиеся планы и сообщил – поскольку обстоятельства требуют, срочно отбываю в Питер. Документы предложил прислать электронкой, мы с партнёром внимательно изучим, будут вопросы – свяжемся по видеоконференции. Площадку я видел, оценил, место мне понравилось, а с документами мы с Репниным постараемся в 2 дня уложиться. Вопросов не возникнет – пришлём подписанное курьерской доставкой. А сейчас – простите, мне пора.       Ничего не понимающие Мари и Лиза примчались после занятий по адресу, который Аня прислала в смс. Расположившись на удобном диванчике напротив суперсовременной больничной кровати в полулюксе частной клиники Штерна, они увлечённо обсуждали с жертвой гололёда произошедшие за последние сутки события. В первую очередь Аня накинулась на Лизу:       – Ты с ума сошла! Оставаться на ночь у мужчины, которого ты знаешь без году неделя!       – Да не планировала я у него оставаться вообще! – отмахнулась Долгорукая. – Так получилось. Если бы собиралась к Мише на всю ночь, выбрала бы лучше выходной день. А так – даже без учебников на сегодня осталась.       – И что же тебя сподвигло заночевать у твоего ненаглядного Миши именно сегодня, горе моё? – укоризненно покачала головой Аня.       – Миша, между прочим, сильно заболел! А не то, что ты подумала! – отрезала сестрица под недоверчивым взглядом васильковых глаз. – У него температура поднялась, больше сорока! Он должен был сегодня с утра вообще в командировку в Москву лететь! Я его чуть не с боем уговорила позвонить Корфу. Так что он вместо Миши отправился. А мне пришлось полночи сидеть возле Миши, поить чаем, давать таблетки и делать обтирания. В «скорую» звонить он категорически отказался. Заснул толком только под утро. И вообще, не заговаривай нам с Мари зубы от самого порога – колись, партизанка, как ты умудрилась очутиться в этом гнезде коммерческо-медицинского разврата? – подмигнула она кузине.       – Девочки, честное слово – я не помню точно, что со мной было. Очнулась я уже в машине. Какой-то незнакомый дядька куда-то везёт. Приехали сюда, он на руках меня вытаскивает, я от страха сама не своя. Нога болит, голова болит. В холле позвонил какому-то боссу, передал телефон доктору. Потом мне совсем плохо стало, я сознание потеряла. Очнулась уже здесь, в палате. За целый день что со мной только не делали – просветили ногу со всех сторон, кровь взяли, в глаза какой-то яркой гадостью светили, весь позвоночник простучали… Да меня за всю предыдущую жизнь столько не обследовали!       – Да, Тошка, ну и дела… Но меня больше беспокоит, что будет, когда выяснится, что мужик тот, который тебя сюда привёз, персоной ошибся. Чтобы оплатить счёт от такой клиники, нам с тобой обеим придётся все внутренние органы продать!       – Лиза, не пугай меня! Я и без тебя трясусь как осиновый лист!       – Девочки, если так будут большие проблемы, – вступила Мари, – я попрошу папу, он сможет нам занять, чтобы заплатить сразу. А потом будет время, мы подумаем, как отдать деньги папе.       – Мария Людвиговна, вы очень сообразительная девушка, но такие жертвы не понадобятся, – раздалось от двери. – Здравствуйте, барышни.       На пороге палаты стоял Владимир Корф собственной персоной. С плетёной корзиной разнообразных фруктов и стеклянной колбой, внутри которой загадочно мерцала осколком лунного света веточка золотистой орхидеи. С удовольствием обозрев эффект от своего появления, Корф поставил корзинку на Анину тумбочку, протянул ей экзотический цветок, внимательно вглядываясь в бледное личико. Тени под глазами, тревожная складочка залегла у губ – неужели всё настолько плохо? Пока ехал в такси из Пулково, расспросил Илью по телефону о состоянии новой пациентки. Штерн его успокоил, сказал, что угрозы жизни нет, обморок никак не связан с падением и травмой. Но вид пострадавшей ему совершенно не нравился.       – Аня, как ты?       – Уже лучше, – не отрывая от него взгляда, встревоженная девушка, едва осознавая, что делает, прижала колбу с цветком к груди. – Как вы меня нашли?       – Охрана позвонила, – не стал лгать Владимир. – Мой человек следил за тобой, охраняя от Писаря. Когда ты упала и потеряла сознание, он привёз тебя в клинику, с которой у меня договор.       Честно говоря, Анна не знала, как относиться к услышанному. Она была благодарна за заботу о её безопасности, за помощь при травме, но… то, что за ней продолжали следить, вызвало странное ощущение. Она понимала, что это было сделано для её же блага, но подглядывать за ней исподтишка, пасти как какую-то шпионку!       – Я… спасибо за помощь, конечно. Но я не смогу рассчитаться с вами за такую дорогую клинику.       – Аня, я понимаю, ты сердишься за слежку. Но не надо меня так оскорблять. Неужели ты думаешь, что я бы взял у тебя хоть копейку?       – А красивой девушке есть чем расплатиться за услуги с богатыми дяденьками, – мстительно промурлыкала Елизавета, всё ещё обиженная за свою неудачную попытку заинтересовать Владимира и помня жгучий интерес Миши к тихоне-кузине.       Мгновенно закаменев лицом, Корф повернулся к подругам. От его страшного взгляда Мари захотелось прошептать «O, mein Gott…»       – Лизонька, если тебе попадались в этой жизни только подонки, это ещё не повод мразями считать всех поголовно. А для богатых дяденек, готовых покупать внимание красивых девушек за деньги, есть специально предназначенные места и специально обученные девушки. Или ты хочешь сказать, что сама относишься к их числу, раз так хорошо знакома с этой стороной жизни? – он посмотрел на неё в упор так, что она подхватила сумочку и бочком засеменила к выходу. За ней поднялась Мари.       – До свидания.       Корф молча кивнул и повернулся обратно к Анне.       – Прости, пожалуйста, что я так разговаривал сейчас с твоей сестрой, но…       – Вы знаете, что мы сёстры?! – удивлённо перебила его девушка.       – Конечно. Мне об этом…       Но Анна снова не дала ему договорить:       – Ой, я просто плохо соображаю сегодня! Конечно, вам Михаил об этом сказал.       Пришлось просто промолчать, чтобы не разубеждать девушку и не рассказывать напрямую о том, что её родственница к нему банально «клеилась».       – Аня, ты простишь меня за слежку?       Глубоко вздохнув, она пристально посмотрела на этого странного человека. Она скучала, очень скучала! Но… зачем всё это? Почему он так заботится о ней? У него есть красивая женщина, они так прекрасно смотрятся вместе. Или… хочется ещё одну? Посвежее? От недостойных мыслей Аня мгновенно покраснела и потупилась.       – Могу я так понимать, что прощён? – не зная о её мыслях, радостно улыбнулся Владимир.       – А… д-да, конечно, – кивнула девушка, всё ещё стыдясь внезапно пришедшей в голову гадости.       – Вот и замечательно.       – Я думала, вы в Москве. Лиза сказала, вам пришлось поехать вместо заболевшего Миши.       – Да, я был в Москве, это правда. Но… уже вернулся, – Корф чувствовал, что вышло не слишком убедительно, но сказать правду о том, что примчался при первом известии о её травме, бросив все дела, было как-то… глупо, что ли.       Они проболтали почти три часа, пока вежливая медсестра деликатно не напомнила, что через 10 минут начнутся вечерние процедуры. С удивлением посмотрев на дисплей мобильного, Корф присвистнул:       – Ого, да я тебя заболтал совсем! Ты, наверное, устала?       – Нисколько! Я совсем не заметила времени.       – И я, – улыбнулся гость. – Ладно, отдыхай. Завтра вечерком я опять загляну, если не возражаешь.       – Мне так неудобно, у вас наверняка много своих дел, а вы со мной возитесь.       С трудом удержавшись от порыва погладить девушку по щеке, Владимир обласкал её таким взглядом, что сердце пропустило один удар.       – Дела у меня в рабочее время. А вечером я приеду. Обязательно. И ещё – у меня к тебе просьба, Аня. Говори мне «ты», хорошо?       Удивлённые глазищи распахнулись так, что в них, казалось, отражалась сама душа – чистая, открытая.       – Я… хорошо, – кивнула девушка.       – До завтра, Анечка.       Владимир давно покинул палату, а его «Анечка» нежной струной пело в ушах, переливаясь на все лады. Девушка разглядывала нежно-золотистые лепестки за тонким стеклом закрытого сосуда и тихонько улыбалась.