Плохая репутация

Клим обеспокоенно оглядывает лицо девушки, которая всё ещё смотрит на него невидящим взглядом. Она лежит на его руках, прислонившись к его плечу, и кажется как никогда маленькой и хрупкой. Он проводит пальцами по её щеке, убирая за ухо выбившуюся из хвоста прядь, и Агния медленно качает головой, словно бы пытаясь стряхнуть с себя внезапное оцепенение. Сколько он её знает, она всегда была сильной. Самое яркое воспоминание об Агнии, которое запечатлелось в его памяти – её первое появление в баре. Уже тогда она совсем не выглядела беззащитной. Она пришла сюда семнадцатилетней девчонкой, но взгляд её был таким, словно бы всё вокруг, включая его, уже принадлежит ей. С ней совсем не хотелось спорить. Она была дерзкой и могла поставить на место парой колких слов. Ему почему-то никогда не хотелось менять этого, ведь именно своим характером – силой и дерзостью – она однажды его зацепила. Но сегодня, когда он увидел её сидящей возле рабочего стола – растерянной и уязвимой – Климу впервые захотелось прорваться сквозь её защитную оболочку и узнать, что творится у неё в душе. - Всё в порядке, - произносит Агния, порываясь встать с его колен. Помедлив, он разжимает объятья. – Иди работать. Иначе получишь повторное замечание, и мне придётся тебя уволить. - Может, ты хоть раз поговоришь со мной? – спрашивает парень спокойно, но в груди закипает злость. Агния качает головой. – Разве я недостаточно доказал тебе свою преданность, чтобы ты открылась мне? Хоть раз. - Тебя что-то не устраивает? – фыркает девчонка, усаживаясь на край своего рабочего стола. Она скрещивает руки на груди и ухмыляется. – Выход всегда свободен. Пора бы уже принять тот факт, что я не собираюсь соответствовать твоим представлениям о «нормальной» девушке. Мои мысли, мои переживания, мои чувства – принадлежат только мне и никому другому. Понятно? Он кивает, пока Агния достаёт из кармана своей куртки сигареты. Она медленно прикуривает, удобнее устраиваясь на столе, и смотрит на него с вызовом в голубых глазах. Клим в очередной раз испытывает порыв послать всё к чёртовой матери, выбросить из головы мысли о ней, просто выйти, гулко хлопнув дверью, и не возвращаться больше никогда. Эта девчонка словно бы медленно сводит его с ума, забирает его мысли, его душу, но ему почему-то совсем не хочется бороться. Он думает о том, что вляпался по полной и вряд ли когда-то выберется из этого дерьма, но вместо этого улыбается и отвечает очередной дежурной шуткой. - Что ж, с твоего позволения я отправлюсь на своё рабочее место, чтобы поработать личным психологом для девушек, которые соответствуют понятиям о нормальности, но в тайне мечтают убить своего парня или изнасиловать бармена, - фыркает он, спрятав руки в карманы брюк. Она усмехается, и на этот раз выражение её лица становится менее напряженным. - Как я их понимаю, - улыбается Агния, уже привычно включаясь в его игру. Она облизывает губы и продолжает: - Мне тоже иногда хочется убить тебя и изнасиловать. - Разве некрофилия – не извращение? – хмыкает Клим, изображая задумчивость. С каждой секундой она расслабляется всё больше. - Сам факт знакомства с тобой – извращение, - парирует девчонка, вставая из-за стола и возвращаясь за свой ноутбук. Только сейчас он обращает внимание на кипу бумаг на её столе. – Иди работать! Он по привычке салютует ей напоследок и возвращается в зал заведения, чтобы извиниться перед Стасом за промедление и сменить его за барной стойкой. Как обычно по субботам, посетителей в баре хватает. Клим едва справляется с заказами, при этом успевая между делом обмолвится парой слов с официанткой, с которой они уже не первый год работают вместе. Ну, может, не только работают, но это уже давно в прошлом… как минимум целый месяц. - У тебя появился, что ли, кто-то? – интересуется Аня, по привычке опираясь о стойку напротив него. На часах почти четыре утра, и клиентов в это время становится значительно меньше. – Ты почти не смотришь в мою сторону. - Разве недостаточно, что твой жених от тебя взгляда отвести не может? – усмехается он, смотря в её серые глаза. Аня кокетливо пожимает плечами. - Брось, кого это останавливало? – хмурится девушка, поправляя причёску. Она всегда делает так, чтобы привлечь его внимание. – Секса много не бывает… Или ты на хозяйку нашу запал? Слава говорил, вы вместе спали. Правда? - Анечка, иди, работай, - с улыбкой произносит Клим, указывая на поддатого посетителя за дальним столиком. Девушка поджимает губы. – И вообще, Анют, у тебя такой носик красивый… Ты ведь в курсе, что случается с теми, кто проявляет излишнее любопытство? Аня забирает со стойки пивную карту и направляется к посетителю, одарив Клима высокомерным взглядом напоследок. Клим лишь ухмыляется, возвращаясь к расставлению стаканов на стеклянной полке. Это неплохо успокаивает нервы. Смена сегодня заканчивается ближе к шести. Агния, кажется, уходит около трёх ночи. По крайней мере, ему так кажется, ведь она просто проходит мимо, не удостоив его даже мимолётной улыбки. Он терпеливо дожидается, пока охранник запрёт заведение, и садится в свой побитый временем джип, чтобы заехать домой и поспать хоть пару часов, прежде чем придётся снова тащиться в бар для сдачи смены. Сегодня, кажется, Агния заступает. Но когда он заходит в квартиру, парня ждёт неожиданный сюрприз. На кухне, изящно закинув ногу на ногу, сидит Амалия и курит свои отвратительные сигареты с мятной отдушкой. - Ты, смотрю, замок уже лет пять не менял, - улыбается она, демонстрируя ему ключи с маленьким брелоком в виде смешного лягушонка. Он подарил его ей на тринадцатилетие. – Вот, решила зайти домой. - Ты ведь в курсе, что это больше не твой дом? – холодно интересуется Клим, прижимаясь спиной к краю столешницы. По её лицу невозможно понять, что она на самом деле думает об этом. – Кажется, отец купил тебе квартиру в Нью-Йорке. - Да, как и тебе. Только твоя до сих пор пустует, - говорит Амалия печально, но каждое её слово кажется фальшивым. Разве он учил её врать? – Ты ведь понимаешь, почему я здесь? Я скучаю по тебе. Мы скучаем. - Не смеши, - морщится он, прикуривая. Усталость и эта дурацкая ситуация с Агнией дают о себе знать. – Он ведь прислал тебя, потому что ему нужен наследник, верно? Наш дорогой папочка просто больше не может иметь детей. Клим узнал об этом совершенно случайно, ещё четыре года назад, когда отец неожиданно появился в их доме. Подслушал телефонный разговор, и всё сразу встало на свои места. Ему не нужны были дети, он просто хотел воспитать преемника, которому мог бы передать своё дело. Но Амалии было плевать, ей было шестнадцать, и она безумно хотела лучшей жизни. Он не смог её удержать. - Может, к лучшему. Не придётся делить наследство, - пожимает плечами Амалия, потушив сигарету о его любимую чашку. Она встаёт и накидывает на плечи дорогое кашемировое пальто. – Но ты ошибаешься, братишка. Я его преемница. А по тебе он просто скучает. Так что засунь свою гордость в задницу и просто позвони ему. Он молчит, и она просто проходит мимо, выстукивая каблуками ритм по деревянному паркету. Оборачивается лишь у двери, чтобы улыбнуться своей идеальной фальшивой улыбкой. - Кстати, передай от меня приветик своей милой сектантке, - шипит Амалия, и в его голове словно бы раздаётся щелчок. Что? – Мы так и не смогли закончить разговор из-за её внезапного нервного срыва. Но я ещё обязательно загляну к ней до отъезда. - Что ты сказала? – выдыхает он вслух, и она улыбается, не скрывая удовлетворения его реакцией. Что происходит? – По поводу секты. - Она тебе не сказала? Твоя благоверная провела целый год в какой-то религиозной секте, - спокойно поясняет Амалия, скрещивая руки на груди. Эта непробиваемая холодность безумно раздражает. – Странно. Я думала, у вас полное взаимопонимание… Если бы.