Бессмертный

      Чимин вытащил одну руку из рукава кожанки и приподнял край белой футболки, неуверенно заглянув. Небольшой участок кожи внизу живота был содран, при прикосновении ныл так, что приходилось шипеть. Неприятно, однако, спотыкаться на ровном месте и падать на первой же ступеньке аптеки. А ведь изначально он шёл сюда за витаминками.       — Можно, пожалуйста, антисептик и ватку? — Парень неловко зачесал назад пышную каштановую чёлку и расцвёл в очаровательной улыбке. Он повис на высоком прилавке и задумчиво зацокал пальцами, осматриваясь вокруг.       — Всё? Ещё что-то? — уточнил парнишка-продавец.       — Всё, — уверенно кивнул Чим.       Парень схватил пакет с медикаментами и бодрой походкой затопал в направлении выхода, только у двери вспомнив о витаминках.       — Постойте…

***

      Чимин оперся о сиденье мотоцикла и снова приподнял край футболки.       — Сейчас будет щипать, мой дорогой, — горько усмехнулся он, нацелившись ваткой на больной участок.       Недалеко послышались женские смешки, и парня, словно по команде, подменили. Весь он аж распрямился, футболка задралась чуть выше, обнажив живот до рёбер. Вселенной открылся великолепной красоты набор выпуклостей, которыми Чимин не мог не гордиться. Это была его любимая игра на публику. Он мужественно обрабатывал свои раны и прекрасно знал, что на него смотрят. Ещё бы, на такого красивого и не смотреть… Девушки проходили мимо, почти не отрывая взглядов, а красавец наслаждался. Оказывается, его неудачливость вполне могла играть на руку.       Закончив неприятную экзекуцию, парень налепил широкий пластырь и схватился за шлем. Красиво уехать в закат под восторженные взгляды. Что может быть лучше?       У Чимина бывали дни, когда всё валилось из рук, он сам частенько спотыкался на ровном месте, зачастую был рассеянным, неловким, но не на дороге. За рулём парень был максимально собран и сосредоточен. Возможно, именно благодаря этому в самый важный момент он успел среагировать вовремя, ведь тогда выскочивший на дорогу старик мигом бы оказался под колёсами.       Ладонь в кожаной перчатке скрипнула на ручке руля, пальцы усиленно вдавили рычаг тормоза. Шина переднего колеса буквально заверещала, когда мотоцикл накренился вперёд. Парень вылетел с сиденья, протаранив собой невинного прохожего.       Чимин приходил в себя крайне медленно, почти не соображая, что бессознательный дед распластался под ним. Недвижимый. Парень поднял защитное стекло, в отверстии шлема показались испуганные карие глаза. Он стянул с рук перчатки и уперся ладонями в пострадавшего. Пальцы дрожали. Вокруг места преступления, в радиусе метров пяти, собирались очевидцы. Чимин судорожно стянул шлем с головы. В глазах плескался испуг, сердце отбивало чечётку, он надеялся услышать её и в сердце сбитого им деда. Чим зажмурился и прижался ухом к груди старика, с ужасом для себя осознав, что там глухо. Кажется, кто-то сядет в тюрьму.       — Я его убил… Боже… Я убил его… — шептал одними губами парень. — Нет-нет-нет!       Чимин спешно скинул с плеч кожаную куртку. Его трясло. Ладони снова легли на пострадавшего. Парень принялся давить на грудную клетку не менее одного раза в секунду. Чимин сейчас жалел о том, что прогуливал курсы оказания первой помощи, они бы ему пригодились. Массаж сердца не приносил никакого успеха, сердцебиение не возвращалось, а юноша уже панически обдумывал, как бы правильно начать искусственное дыхание. Он ещё раз совершил несколько толчков в грудь и снова прислонился ухом к мужчине. Однако только хотел отстраниться, как пострадавший внезапно открыл глаза и схватился за его голову. У Чимина аж сердце в пятки ушло.       — Et sperent in te et virtus mea, vir honestus puer. Utere ea, quia bona est, — еле слышно прошептал старик.       Мотоциклист беззвучно ойкнул, пальцы на его голове сжались слишком сильно, они будто хотели продавить, но уже через секунду дед сбросил с себя юношу и вскочил на ноги. Чимин приподнялся на локтях и растерянно посмотрел вслед убегающему прочь.       Дед бежал сломя голову с места аварии — с такой скоростью не передвигаются пожилые люди, особенно те, которых сбивают на дорогах. Он улыбался во все тридцать два зуба и готов был поклясться: это был самый лучший день в его жизни.

***

      Небо темнело, воздух становился холоднее, а Чимин брёл по обочине на своих двоих, придерживая за руль раненый транспорт. Его горячо любимый BMW, за который он отдал всю свою накопленную стипендию за три года учёбы, был одной из самых необходимых в его жизни вещей — без него парень и шагу не делал. Любимый, дорогой мотоцикл теперь придётся чинить: от удара об асфальт ему погнуло зеркала и неудачно примяло бензобак, за парнем волочилась дорожка из размеренно капающего на землю бензина. Но почему он не смотрел на самое дорогое в его жизни? Почему пустым взглядом сверлил дорогу перед собой? В голове сидел сбитый старик. Странный до ужаса, появившийся так же внезапно, как и исчезнувший. Он ведь не сбил его, если так подумать. Затормозил, только из сиденья вылетел. Да и раз дед благополучно ушёл, значит и переживать не о чем, правда? Нет, Чимин не мог не переживать, он только и делал, что мысленно казнил себя самыми изощрёнными способами. Он ведь чуть не лишил кого-то жизни.       Однако время шло, а вопрос, как добраться домой до темноты, оставался открытым. Телефон его рассыпался на запчасти при аварии, и, как назло, по пути не шло ни одной грузовой машины, водителя которой он бы мог любезно попросить довезти его и мотоцикл. Сегодня вообще всё было назло Чимину. Ну, почти всё. Парень обернулся на очередной свет от фар и облегчённо вздохнул. Это была та самая, нужная ему грузовая машина, которую он просто обязан был не прошляпить, ведь домой ещё идти и идти, а сил почти никаких.       — Ну, давай…       Юноша поставил мотоцикл на подножку и побрёл на середину трассы, руками пытаясь задержать транспорт. До него было достаточно далеко, чтобы водитель увидел и успел без проблем остановиться. Чимин даже не сомневался в успехе. Вот только…       — Эй, чего ж ты ждёшь? Остановись, ну же.       Чимин прищурился. Водитель не думал замедлять ход. Чимин напрягся, но с трассы не ушёл. Водитель не тормозил. Чимин нервно сглотнул и распахнул глаза. Водитель словно ускорился. Чимин поспешил в сторону обочины…       Но не успел. Это был конец. Смерть наступила мгновенно, грузовик сбил его на полном ходу, обратив всё вокруг в беспросветную тьму.

***

      Мутная пелена застилала обзор. Голова гудела, а тело было настолько невесомым, что, казалось, парень парит над землёй. Чимин не чувствовал опоры, ему думалось, что его душа уже покидает пределы этого мира — он ощущал эту лёгкость.       — Какой красивый, — шептал девичий голос.       — Тш, разбудишь!       — Девочки, мы сорвали куш!       — Давайте оставим его себе.       Чимин судорожно зашарил ладонями и, нащупав грубую материю ткани, поспешил протереть глаза. Его несли. Любезно разложив на каком-то пледе, парня тащили вверх по холму, кажется, три девушки. Он был уверен, его несли в рай, потому что именно так попадение в рай он себе и представляет. Парень покачивался в пледе, словно в гамаке, и улыбался.       — Мы в рай? — на всякий случай уточнил он.       Лишь он подал голос, как послышался женский визг, а его плед тут же выпустили из рук, заставив больно стукнуться затылком о холодную землю. Чим шипел и жмурился. Эта боль была слишком реальна для того, кто умер…       — Ты лежал без сознания, — шепнула одна из девушек, и вся толпа поспешила поднять беднягу. — Мы хотели отнести тебя в больницу, вдруг что случилось…       Чимин на секунду погрустнел. Кажется, его несли не в рай. Парень принялся себя осматривать. Постепенно приходило осознание: Чимин не чувствует, что его сбил грузовик, руки, ноги целы, все рёбра на месте, только футболка с джинсами грязные, да и сам он был несколько потрёпан. Парень широко распахнул глаза и нервно запустил пальцы в волосы. С ним что-то было не так: он либо сходил с ума, либо это слишком странная смерть. Ему не по себе. Он ведь точно помнит, как умер сегодня. Словно бы это случилось пару минут назад.       — Тебе нехорошо? — подбежали девушки, окружив парня.       — Мне нехорошо, — просипел Чим, схватившись за голову.       — Можешь ложиться в плед, мы тебя донесём.       Чимин безвольно развернулся и аккуратно умостился на свои «носилки», упершись пустым взглядом в тёмное ночное небо. Девушки легко подхватили и понесли. И наверняка скоро бы дотащили до больницы, если бы не одно «но».       — Отпустите его! Быстро! — грозно вскрикнул женский голос со стороны. Чимин приподнял голову, остановив взгляд на девушке. Глаза его расширились, а губы чуть приоткрылись. В ту же секунду плед снова выпустили из рук. Юноша летел вниз слишком медленно, слишком долго. Словно в замедленной съёмке, он смотрел на неё. Русые косы незнакомки были такими длинными, что легко могли достать до земли. Но сейчас они красиво рассекали воздух, круша врагов. Ими были некогда несущие парня девушки. Чимин свалился на землю, больно ударившись затылком. В голове загудело, а звёзд на ночном небе стало вдвое больше. Сотрясение парню после сегодняшнего дня точно обеспечено. Длинноволосая сейчас калечила его не сдающихся спасительниц, а сам Чимин лишь смотрел вверх, почти не моргая. Он готов был поклясться: у него замерло сердце.       — Вставай! — пытался дозваться до остатков сознания парня женский голос. — Поднимайся! — Чимина подхватили под руки и поставили на ноги. Юноша, качаемый дуновениями ветра, пошатывался из стороны в сторону, но нашёл в себе силы, чтобы улыбнуться.       — Что ты делаешь? — поинтересовался парень.       — Спасаю тебя, идиотина! Мы должны бежать, пока они не очнулись!       Это было самое бессмысленное в его жизни спасение… Но почему он был не против? Почему послушал совета и сломя голову побежал следом? Он не знает.