Кто ты?

      Придя после долгого отсутствия в школу, даже не опоздав на первый урок, Донхёк сразу подошел к Джемину, которого увидел в коридоре.       — Чувство, будто меня не было тут вечность, — сходу выпаливает он другу, что стоял и складывал учебники в шкафчик.       — Хэчан! — он вскидывает брови и бросается к нему обниматься, чем обращает внимание большинства в этой школе. Донхёк ведь ни с кем не общался и все считали его лишь барыгой-одиночкой, а тут: он, Джемин и объятья? Они что-то упустили?       — Задушишь ведь! — он пытается вырваться, но Джемин куда сильнее, — Мы один день не виделись всего!       — Я всё равно беспокоился. — он его ещё крепче прижал к себе, отчего Донхёк почувствовал, как ребра сейчас сломаются, да и синяки же, Джемин, не забывай, — Ты написал мне и потом совсем не отвечал. Я думал, может что-то случилось, но звонить не стал… — наконец он расцепляет свои руки, а Донхёк хватает воздух и подпирает ноющую спину, — Извини, я забыл про синяки…       — Ты беспокоился? — на выдохе спрашивает он.       — Ну, да? — Джемин закрывает шкафчик и надевает рюкзак на второе плечо.       — Извини, — Донхёк облокачивается о шкафчики.       — Лучше расскажи как ты? Ты справляешься? Всё в порядке? — Нана скрещивает руки на груди.       — Много вопросов задаешь… Отец уехал, сказал, что хочет побыть один и всё обдумать.       — Почему ты не уехал с ним? — он скривился в непонимании.       — Я остался с мамой… Я не думаю, что это хорошая идея ехать с отцом… Но у меня по нему сердце болит, — Хэчан смотрит в пол, вспоминая отца и его взгляд, когда он узнал обо всём.       — Это понятно. А мама… она как реагирует?       — Она, если честно, ходит сама не своя…       — Тебе неприятно говорить об этом? — вдруг перебивает Нана, видя, как Хэчану тяжело подбирать слова и отвечать на вопросы.       — Да…       — Хорошо, — он хлопает в ладоши и улыбается, — Мы с Джено сегодня идем в кафе недалеко отсюда. Пошли с нами. Я хочу, чтобы ты развеялся.       — Вы с Джено? Вау. А я не буду третьим лишним? — Хэчан поднимает взгляд и смотрит на Джемина.       — С чего бы?       — Ну вы отличники-зубрилы там о своих формулах по физике будете говорить, или математику обсуждать, откуда я знаю…       — Ой, — Джемин недовольно выдыхает и смотрит на Хэчана.       — Он не знает ничего? ну… обо мне?       — Нет, конечно, — он вдруг округляет глаза, — Я никому не расскажу о тебе. Никогда. Если ты этого не захочешь.       — Спасибо…       — Ну так ты как? Пойдешь?       — Да, — Джемин улыбается и обнимает Хэчана за плечи, ведя в сторону класса.       С Донхёком никто никогда не сидел за одной партой. Да даже если мест совсем не оставалось, то кто-то просто подсаживался третьим к кому-то другому. Хэчана это никак не задевало, даже нравилось в какой-то степени. Но в этот раз с ним сел Джемин.       — Мне надоело, что ты сидишь один — раз. Ты изменился — два, — раскладывая тетради, произносит Нана, — Я, кстати, надеюсь, ты не куришь? — Джемин сощурив глаза, посмотрел на Донхёка.       — Курил дома один раз. После этого нет, — лучше честно, чем никак.       — Ну ладно, — Джемин пожимает плечами.       — Не будешь со мной разговаривать?       — Ну, знаешь, ты честно признался, а не скрыл, так что не вижу смысла. Но не думай, что я поощряю это, условия остаются теми же.       — Понял, принял.       В класс вошел Джено и, заметив Джемина, улыбнулся своей фирменной улыбкой и приветливо помахал рукой, на что Нана конечно среагировал точно так же. Джено сел за парту, которая находилась спереди. Они с Донхёком учатся все школьные годы, но никогда не общались. Только может изредка перекидывались фразочками.       — Привет, Донхёк, — Джено не знает как было бы правильнее подойти к приветствию.       — Привет, Джено, — Хэчан лишь улыбается, на что Дже сразу расслабляется и дарит ему ответную улыбку глазами.       — Хэчан сегодня идет с нами в кафе, — говорит Джемин, не поднимая глаз с конспектов.       — Отлично же! Пообщаемся поближе, — Джено продолжает освещать кабинет улыбкой, — я с нами и Джисона позвал.       — О, Джисон, — Джемин улыбается, — отлично. Вот и пообщаемся все вместе, — он закрывает тетрадь и подпирает руками подбородок.       Хэчан как не в своей тарелке. Общение. Единственный человек с которым он нормально общается — Джемин. Всё. На этом круг из адекватных людей заканчивается. Он не паникует от того, что ему предстоит пообщаться ещё с двумя новыми для него людьми, но всё же есть какое-то неприятное чувство дискомфорта.

***

      Кафе, находящееся недалеко от школы, которое с разрисованными панорамными окнами. Красивое место. Зайдя внутрь, они идут на второй этаж, проверить, что там и останавливают свой выбор на нём, видя мягкие кресла.       — Этот мой, ничего не знаю, — произносит Хэчан и плюхается прямо в него, параллельно доставая телефон. Парни же улыбаются и рассаживаются, кто куда. Джемин создает круг из этих пуфиков, чтобы сидеть всем вместе. Он считает правильным сесть сейчас рядом с Донхёком, чтобы тот не чувствовал себя подавленно.       Все общаются о чем-то, а Донхёк не знает, что и говорить. Действует чисто по «спросят — отвечу». Новое знакомство не всегда сложное начало. Есть люди, настолько открытые, что с ними очень легко начать разговор, а есть такие, как Донхёк: закрытые, которые первыми даже разговаривать не станут с незнакомым человеком. Разговорившись, конечно, они будут поддерживать общение.       Хэчан вообще только начал осваиваться среди других людей. Начал пытаться измениться, следуя чувству, исходящему изнутри. Он чувствует перемены в себе. Он очень быстро из странного и озлобленного паренька, превратился в доброго и неприметного. Ощущается странно и как обычно — непривычно.       Он видит со стороны то общение, которое считает правильным — смех и обсуждение какого-то фильма из кинотеатра. Нет мата, нет тупых тем для разговора, нет драк. Тепло, светло, уютно. Так, как должно быть в нормальных компаниях друзей, где не считаются часы и время пролетает незаметно для всех. Кстати о времени — 18:43. Пора бы расходиться.       — Напиши мне, как только зайдешь к себе, хорошо? — Джемин обнимает его на прощанье.       — Замётано.       — Я просто надеюсь, что всё хорошо, ладно? И ты будь на это настроен. Пиши, если захочешь придти. Мама, кстати, сегодня утром спросила о тебе, — Донхёк от этих слов аж заулыбался. Чувство, будто мать Джемина стала ему роднее его настоящей.       — Вау. Что спросила?       — «Когда же Донхёк-и придет к нам снова?» — изображает её Джемин, отчего улыбка Донхёка становится ещё шире.       — Обязательно зайду как-нибудь! Спасибо за день, ребята, — обращаясь к ним, машет рукой и направляется в противоположную сторону.       Чувство какое-то неприятное. Возникло из ниоткуда. «Что-то случилось?». В последнее время он не понимает своих эмоций и чувств и не может определить, но понимает, что это какое-то предчувствие? Предчувствие чего-то плохого? Что может пойти не так? Поправляет рюкзак и вжимается в куртку. На улице так пасмурно. Тучи закрыли всё ясное небо, отчего всё вокруг потемнело и помрачнело. Что-то не так? Или погода просто начинает портиться. Ну, так бывает. Природа — непредсказуема. Она то ясная, то сменяется дождем, будто плача.       Приближаясь к дому, и находясь в паре метров от порога, ощущение беспокойства и тревоги всё усиливается. Что не так? Донхёк только успевает зайти в дом, как на улице начинается сильный ливень, после чего следует гром и молния. Мрачно. Разуваясь, он понимает, что дома тихо. Тише, чем обычно. Непривычно тихо. Будто никого нет, но на кухне горит свет. Нахмурившись, Хэчан встает и смотрит в сторону кухни, где видит сидящую мать за столом, которая склонила голову и немного подрагивает. Он слышит тихие всхлипы. Она плачет? В обычной обстановке, ещё дней пять назад, он бы и пальцем не пошевелил, чтобы узнать у неё что случилось, но сейчас ему хочется понять. Он тихо подходит к ней с приоткрытым ртом и касается плеча, отчего она вздрагивает и смотрит на него красными от слёз глазами. Первая мысль: «Напилась и разревелась», но на столе ни одной бутылки.       — Хэчан… — она берет его за руку.       — Что такое? Почему ты плачешь? — он садится на колени и смотрит на неё, ожидая ответа. Она молчит. Что-то не так. Не хочется строить теории, которые так и ломятся в голову.       — Хэчан… Пожалуйста… — заплаканным, ломким голосом она пытается что-то ответить, но получается лишь снова всхлипывать от скопившихся слёз.       — Что случилось? — дрожь по всему телу охватывает его. Он чувствует, как спина покрылась мурашками. «Что случилось-то?».       — Послушай… Мне очень больно это осознавать… Какой бы матерью и женой я не была, Донхёк, какой бы мразью ты меня не видел, но… — она просто решила высказаться? Она подумала о том, что было в отсутствии отца и хочет его вернуть? Опять догадки и теории, Хэчан. Ты НЕ знаешь.       — Что? — мать вытирает слёзы и смотрит в упор на Хэчана. Он обеспокоенно смотрит ей в глаза, пока она берет его за обе руки       — Отец, — дрожи по всему телу прошла. Каждая клеточка содрогнулась, — он…       — Не томи, мам, что случилось? — у него сейчас начнется истерика от непонимания и осознания. Это состояние, которое невозможно описать.       — Он умер, Донхёк. В автокатастрофе… — осмелившись, ответила она и снова свесила голову. До Хэчана долго доходит. Он не понимает. Он не слышит. В голове звон. Что?       — Повтори, что? Отец он… Что? — мать не может смотреть на него и, убирая руки с его, поднимает голову, всхлипывая. Хэчан же продолжает сидеть и смотреть в пол, свесив голову. Мысли исчезли. Догадок нет. В голове пусто. Ступор.

«отец? умер?»