2. Виноваты хлопья
1 февраля 2019 г., 14:46
На следующий день у меня выходной, а так как результатов по моему тайному расследованию пока ноль — этот рыжий засранец просто образец добропорядочного гражданина, я позволяю себе выспаться и только в два выхожу на улицу. В голове весь день одни и те же мысли сменяют друг друга: допрос не принёс пользы, кроме вкусного кофе, у Уайлда не было никаких покупок недвижимости за последние полгода, никаких подозрительных операций со счётом, никаких контактов с нежелательными лицами. Только лишь мои подозрения. Начинаю думать, что я всё это придумала из-за своих предубеждений и разочарования в системе. Наверное, стоит бросить это дело и жить дальше.
Стоит мне об этом подумать, как я замечаю в толпе яркую рыжую макушку, которую уж точно ни с кем не спутаю. Уайлд идет в ту же сторону, что и я, так что это даже слежкой не назовёшь. Его сопровождает мужчина, всем своим видом напоминающий агента ЛвЧ. На всякий случай вставляю в уши неработающие наушники и пытаюсь подобраться ближе, чтобы слышать их разговор. Уайлд не должен меня узнать — он видел меня мельком и всегда только в форме, а сейчас я просто маленькая женщина в вязаной шапке и осеннем пальто. Подхожу достаточно близко, чтобы слышать их разговор.
— Да, к празднику почти всё готово, — ветер дует в мою сторону, так что я могу слышать каждое слово, — мне уже надоел этот маскарад. Надеюсь, что больше вы меня вовлекать в это не будете?
— Ты забываешь, Уайлд, что сам давно на это подписался. Ты нам должен, — я слышу, как усмехается его таинственный знакомый, — до пенсии тебе ещё далеко, но так и быть, если всё действительно пройдёт удачно, то дам тебе пару выходных.
Уайлд резко останавливается, и я врезаюсь в него. Он говорит «извините», даже не взглянув на меня. Ничего не остаётся, как обойти их и медленно двигаться дальше, но Уайлд, кажется, вышел из себя и говорит теперь громче:
— Пару выходных, Джек!? За эти грёбанные десять лет дерьма?
— Эй, Ник, успокойся, — с трудом сдерживаю себя, чтобы не повернуться и не посмотреть на этого Джека. Я почему-то уверена, что он сейчас похлопывает Уайлда по плечу.
Обрывок этого разговора дал мне больше информации, чем всё то, что я накопала последние месяцы. И если бы я точно не знала, что Уайлд живёт неподалёку, я бы подумала, что встреча с ним — какое-то волшебное стечение обстоятельств. Идиотизм, никому в голову и не пришло, что Ник работает на кого-то, кто крупнее боссов, которых удалось посадить с его помощью? Десять лет на одного дядьку — и это как минимум. Да уж, мне это явно не по зубам, но я не могу остановиться, у меня ломка от нераскрытых дел.
Пока иду в сторону молла и бездумно набиваю продуктами тележку, думаю, о каком празднике говорил Ник. Разумеется, это что-то связанное с нашим участком, и это не рождественская вечеринка, так как сейчас всего лишь октябрь. Единственное подходящее мероприятие — встреча капитана Буйволсона с комиссаром полиции, окружным прокурором и ещё кучей важных шишек. Наш участок занимает первое место в Нью-Йорке по количеству раскрытых крупных дел, и немалую помощь в их раскрытии оказал Николас Уайлд, так что я на сто процентов уверена, что бы он не замыслил, это случится через три недели. Чёрт, мне нужно с ним сблизиться, хотя бы обыскать его квартиру, найти этого загадочного Джека...
Мои любимые хлопья снова поставили на самую верхнюю полку. Как будто они точно знают, что я за ними приду. Вокруг, как назло, никого, тянуться бесполезно, поэтому решив, что нижние полки вполне способны выдержать мои пятьдесят килограммов, осторожно лезу наверх. Когда до вожделенной коробки остаётся не больше трёх сантиметров, чья-то наглая рука забирает её, хотя вокруг полно других.
— Какого чёрта? — оборачиваюсь и прямо перед носом вижу Ника. — Эй, это моя!
— На ней написано ваше имя, детектив? Милая шапочка, — чёрт, неужели он меня узнал на улице?
Чтобы скрыть своё замешательство, резко отворачиваюсь и тянусь к следующей пачке, и как только беру её, Уайлд хватает меня за талию и аккуратно спускает вниз. Снова моё лицо оказывается на уровне его груди.
— Спасибо, конечно, но не стоило, — чувствую, что мои щёки краснеют, а Ник только самодовольно улыбается.
— Не мог даже в мыслях допустить, чтобы вы упали. Всё-таки это противоречит технике безопасности. Я так думаю, — ох, он мог бы играть в кино — выражение его лица за несколько секунд из преувеличенно заботливого становится крайне серьёзным, не могу не улыбнуться.
В голове зреет самый дерзкий план, из тех, что когда-либо у меня были. После разговора на улице он явно на взводе, а я попробую направить его энергию в другое русло. Жестом прошу его наклониться.
— Хорошо, тогда предлагаю оставить это маленькое нарушение между нами и тем парнем, что смотрит на нас через камеры, — шепчу я ему, а затем отстраняюсь и подмигиваю. Всё, первый шаг сделан, дальше всё зависит от того, считает ли он меня достаточно привлекательной, чтобы приударить. Я уж точно не уродина, но кто знает, какие у него вкусы.
Его замешательство длится всего пару секунд, а затем он включает обольстительного Ника Уайлда, за которым я имела счастье наблюдать в участке. Удивительно, но мне легко и интересно с ним общаться. Видимо, это его особенность — располагать людей к себе. Правда, для меня эта особенность может оказаться фатальной, но я подумаю об этом завтра. Мы выходим из магазина вместе, он держит пару моих пакетов и предлагает посидеть в кафе неподалёку (мысленно я выстреливаю в честь себя салюты), но какой-то важный телефонный звонок вынуждает нас расстаться.
Он не взял у меня номер телефона (может, я переоценила себя, а может он просто торопился), а я не должна знать его номер, и мне ничего не остаётся, как отправиться домой.
Было бы странно, свяжись он со мной в мой второй выходной, поэтому я посвящаю время штудированию списка гостей и плана предстоящего мероприятия. Никаких мыслей у меня пока нет, кроме той, чтобы взять всех в заложники или разом убить, так что в четверг я выхожу на работу с намерением закрыть дело с ювелирным, а заодно разузнать о Уайлде дополнительную информацию. Это так просто, что мне даже делать ничего не нужно, кроме как утром подойти к кофейному аппарату и погрузиться в море сплетен. Все женские разговоры в участке непременно ведут к Нику, поэтому я с видом крайней заинтересованности слушаю о том, что Лиззи снова забеременела от Дэнниса с четвёртого этажа, а её муж с шестого так и не догадался об изменах, хотя близнецы, которых она родила два года назад, совершенно на него не похожи. Наверное, он просто не знаком с Дэннисом.
После десяти минут таких вот новостей, секретарша Буйволсона, Пенни, тяжко вздыхает и жалуется, что Ник не заходит в участок уже третий день. Я готова расцеловать её, но сдерживаюсь и только внимательно слушаю.
Благослови господь женские коллективы и красивых мужчин. За пять минут я уже знаю, что никто с Ником не спал, хотя каждая уверена, что он был бы не прочь и точно намекал на возможные романтические отношения. По словам Пенни, он сейчас ни с кем не встречается. Я без понятия, откуда она это знает, но в таких вещах она обычно не ошибается.
Ладно, не буду напирать и попробую придумать, как к нему подобраться по-дружески. На столе меня ждёт пять часов видео с грабителями ювелирного, жаль только попкорна нет.
* * *
Обожаю Нью-Йорк, камеры и программу распознавания лиц. За два часа, проведённых перед монитором, я нашла подворотню, где скрылись преступники. Был шанс, что там находится их помещение, так что в составе маленькой группы мы немедленно выдвигаемся на адрес. Счастье в мелочах. В небольшом подвале спрятано украшений на сумму около четырехсот тысяч долларов, которые украли в двух ювелирных магазинах — у Джонса и ещё одного, которого ограбили месяц назад. Сидевший там паренёк быстро сдал двоих подельников, которых взяли прямо дома. Люблю, когда это делается вот так. Меня ждёт лишь прекрасная бумажная работа. Когда я возвращаюсь в участок, понимаю, что приходил Ник. Неделю назад я бы радовалась, что не присутствовала при превращении участка в балаган, но сейчас я даже расстроилась. Как выяснилось, напрасно, потому что на столе меня ждала записка: «Поужинаем? Bouche Manger, 20:00». Не могу избавиться от ощущения, что он приходил ради меня. До ужаса глупо улыбаюсь, пялясь на идеальный почерк Уайлда. Из-за проклятого внепланового совещания не успеваю заскочить домой и переодеться, приходится стрельнуть косметику у Пенни и просто распустить волосы. За это я должна буду во всех подробностях пересказать сегодняшний вечер. Ну и ладно. Я присаживаюсь за стол только в двадцать минут девятого. Ник выглядит безупречно, как и всегда. Лицо гладко выбрито, поверх белоснежной рубашки и синего галстука — пиджак. Мы болтаем о всякой чепухе: о детстве, книгах и кино, о том, как сложно добиться уважения от начальника и коллег, если ты миниатюрная блондинка и ещё сложнее, если ты бывший преступник. Ага, бывший... Ресторан мне нравится: приглушённый свет, тихая музыка и мебель красного и коричневого оттенков, всё это настраивает на непринуждённое, почти интимное общение. Куртизанка из меня, мягко говоря, никакая, так что от волнения я выпиваю несколько больше, чем следует. То, что Ник мне более чем симпатичен, я осознаю, а вот мысли о том, что это может в дальнейшем мне помешать, настойчиво отгоняю прочь.* * *
На улице уже не так много людей, я опираюсь на руку Ника, облокачиваюсь на его плечо и почти что висну на нём, хотя холодный ветер помогает постепенно протрезветь. Просто приятно вот так за него держаться — он тёплый, а мне всегда холодно. Уайлд провожает меня домой, скорее всего, мой коварный план сегодня не осуществится, но в запасе есть время. — Почему ты меня избегала раньше, Хопс? Почему сейчас так охотно общаешься? Чёрт, чёрт, чёрт. Да, это серьёзный пробел в моём плане. Надо было не себя накачивать спиртным, а его. Если скажу честно, что из-за того, что он преступник, он обидится, и ситуация станет ещё более подозрительной. Мы остановились, он смотрит на меня, ожидая ответа, и, кажется, третий бокал вина подсказывает мне идеальный выход из ситуации. Идеальный, женский, нелогичный. — Потому что ты мне нравишься, — не хочу, чтобы он начал думать, поэтому резко притягиваю за лацканы пальто и целую.
