Whiteout

– Я могу понести тебя на руках, прямо как принцессу. – А я могу избить тебя ногами, прямо как дракона. – Не хочешь – как хочешь, хромоножка, только шевелись немного быстрее, иначе мы до комнаты разве что к зареву доберемся. Подниматься по лестнице было делом… немного более сложным, чем спускаться по ней. Если бы рядом оказалась Коё, Чуя с удовольствием попросил бы её о помощи, но она напоследок решила убедиться, что Тачихара ни в чем не нуждается и знает, куда обратиться за помощью при случае; заметно поредевшая толпа ребят все еще оставалась в гостиной, что-то обсуждая с Фукудзавой. Раньше всех наверх убежал с непривычной ему спешкой Куникида, за ним лениво побрели Рампо и По – лениво, но куда шустрее, чем прыгающий по ступенькам упрямый Чуя и уныло ползущий за ним Дазай. – Ты не останешься послушать директора? – пыхтя, с запинками пробормотал Чуя. О том, что обращались к нему, задумавшийся Осаму понял не сразу; озадаченно поднял взгляд, похлопал глазами и, видимо, наконец-то загрузившись, неуверенно пожал плечами. – Да там наверняка ничего важного, – хмыкнул он. – Самое важное завтра- в смысле, утром перескажут вкратце. Если бы я остался ещё и брифинги выслушивать, кто бы тебя здесь страховал? – О-о-о, так это ты меня страхуешь, – с явно наигранным удивлением покачал головой Накахара. – Похоже на что-то другое? – Я однажды смотрел фильм, где тётка с отрубленной ногой вот точно так же ползла вверх по лестнице в надежде добраться до телефона и вызвать копов. – Странные у тебя сравнения, однако, – прыснул Осаму. – Дай угадаю. У неё ничего не получилось? – Вау, ты тоже видел его? – Дазай, закатив глаза, не глядя махнул рукой в сторону Чуи – и, судя по тихому шипению с неразборчивым ругательством в ответ, очень даже хорошо попал. – Скажи, ты случайно не сдавал анализов на уровень общего сарказма в крови? Я не врач, но у тебя он, кажется, серьезно зашкаливает. – Хотел тебе предложить вместе сходить, да вот как-то, видишь, жизнь проморозила. Ядовитая беседа закончилась вместе с последней победно преодоленной ступенькой – Чуя замер у прохода, на радостях от души потянувшись, а затем уверенно развернулся в уже знакомую сторону. Осаму неаккуратно дернул его за капюшон – «не туда, коротконожка» – и кивнул в абсолютно противоположную сторону. – Надеюсь, объема твоей визуальной памяти хватит, чтобы запомнить, где теперь находится твоя комната, – несмотря на то, что Дазай открыл дверь довольно быстро, Чуя успел вычитать на прикрепленном к ней скотчем листке имя Осаму. – О, а еще ты не забыл, что ванная располагается прямо напротив лестницы? Не рискну показывать, а то мало ли, и вправду не хватит. – Сейчас удалю оттуда твою противную рожу и все поместится, – хмыкнул Чуя, осторожно переступая порог. – Ого, это что, пассивно-агрессивные угрозы? – Молодой человек, мы знакомы? – Вот же!.. Вопреки ожидаемой кромешной тьме, их встретила мягко освещенная самой обычной масляной лампой комната – не настолько большая, чтобы потеряться в углах, не настолько маленькая, чтобы тесно было дышать. Светлый ковролин на полу, настолько затертый, что и непонятно было, какого цвета, немного грубоватый на вид, но довольно приятный на ощупь, и совсем-совсем не колючий; темно-синие деревянные панели на стенах, на удивление целые – скорее всего, совсем недавно здесь проводили ремонт на скорую руку. Две массивные двухъярусные кровати из темного дерева по обе стороны от двери, прямо напротив – большой прямоугольный стол с милой цветастой скатертью, на которой стоял источник освещения, и широкое окно, старательно затянутое темными занавесями с милым нежным кружевом на краях. Тщательно выбеленный потолок шел скатом прямиком над вторым ярусом кровати, что со стороны выглядело довольно неудобно: визуально комнатка казалась чуть более аккуратной, со слегка узнаваемым в деталях дизайном в средиземноморском стиле, но об балки, придерживающие низко расположенный скос, спросонья легко можно было заработать пару синяков и даже что похуже. Балки были не единственным опасным предметом в этой комнате: между вторыми ярусами были плотно натянуто несколько плотных бельевых веревок, на которых были развешены легкая нижняя одежда, тщательно выстиранные ткани и явно многочисленно прокипяченные бинты. От этого комнате витал приятный запах хозяйственного мыла и держалась мягкая прохладная влажность, но почему-то Чуя был уверен – в этих веревках, забывшись, он успеет запутаться не раз. Когда они вошли, Куникида как раз закидывал на второй ярус последнюю подушку – тяжело вздохнул, слезая со стула, тщательно отряхнул одежду и выжидательно уставился на них. – Разбирайте, – кивнул он в сторону противоположной кровати и, ступив на первую ступеньку хлипкой лестницы, в два прыжка ловко забрался на второй ярус. – Ну, я-то точно туда не полезу, – указал Чуя подбородком в сторону постельного места под скатом. – Я вообще-то всегда внизу спал, – хныкнул Осаму. Накахара его слова упустил мимо ушей, выбирая одну из двух одинаково привлекательных кроватей. Неизвестно, кто из этих двоих ночью будет ворочаться громче, но Куникиде доверять было как-то спокойнее. К тому же, одеял на постели под ним было больше – они лежали неаккуратным ворохом, похожим на воронье гнездо, однако выглядели довольно уютно и наверняка тепло. Не то, чтобы в комнате было слишком холодно, но под ногу лучше было бы подложить чего-нибудь помягче… Чуя уверенно присел на самый краешек, внимательно оглядываясь по сторонам. Снимающий с себя верхнюю одежду Осаму взглянул на него вопросительно, но ничего спросить так и не решился. – Ночью в комнатах топят немного сильнее. Я бы посоветовал тебе либо скинуть пару лишних слоев, либо не сильно кутаться в одеяла, – брюнет усмехнулся, не глядя закидывая ком вещей в первую задетую ногой полку громоздкого комода. – Третья сверху – пустая, если что, – едва внятно пробормотал сонный Куникида. – Только складывай, пожалуйста, аккуратно, а не как этот… Чуя, согласно промычав, торопливо принялся выпутываться из просторного светлого свитера. Навязчиво маячащий на периферии зрения до прозрачного бледной кожей и светлыми бинтами Дазай продолжал усердно копошиться в комоде, переворачивая старательно разложенные вещи вверх дном. – Дать тебе что-нибудь на смену? – Накахара призадумался над прозвучавшим вопросом. До этого он даже и не вспоминал о том, что с собой у него нет никакой запасной одежды, кроме нескольких пар запасных шерстяных носков и сменного белья. – У нас полно детских тряпок, возможно… – Я тебя сейчас ударю, – Чуя удивленно моргнул, задрав голову к верху – Куникида произнес точно те же слова практически одновременно с ним, мелочь, а приятно. В лицо неожиданно прилетело нечто темное, но легкое и довольно приятное на ощупь. – Меня тяжело назвать хорошим стилистом, но, думаю, это подойдет, – Дазай уже натягивал на себя какую-то объемную кофту, стоя к нему спиной. И когда только успел? – Мерси, – буркнул Накахара, откладывая свои вещи в сторону. От желания бросить придурку в ответ что-нибудь остроумное и колкое чесалась коленка, но нужно было помнить про собственную совесть – Доппо весь день провел на ногах и наверняка жутко устал. Стоило вести себя хотя бы немножко потише. Горячие длинные пальцы, появившиеся из ниоткуда, осторожно коснулись кожи его холодной руки, и Чуя мгновенно замер, перестав дышать. Словно в замедленной съемке, он обернулся, и в воспоминаниях промелькнуло сотни искаженных лиц чудовищ, увиденных им в фильмах ужасов, а из-под одеяла, сверкая черными-черными глазищами, за ним наблюдало нечто… – Вы положили на моё лицо свою одежду, и… я ни в коем случае не жалуюсь, но дышать стало немного тяжело… – Тьху ты, Катай, не пугай новеньких! Накахара, все в порядке? Накахара?..

***

Утренний патруль вернулся на полтора часа раньше положенного – разгулявшаяся на улице непогода едва ли подходила для длительных прогулок и любования природой. Окна ещё до рассвета покрылись плотной коркой стеклянного инея, через который невозможно было что-либо разглядеть, поэтому Коё, медленно смакующей на удивление вкусный крепкий кофе, не оставалось ничего иного, кроме как в уютной полутьме скучающе изучать новую для себя обстановку. Она всегда была ранней пташкой, поэтому составить ей компанию было некому: Йосано, проснувшаяся от её копошения и, собственно, заварившая этот чудесный напиток, осушила свою чашку за один глоток (это профессиональная способность всех докторов?) и упорхнула на кухню в поисках чего-нибудь съестного, младшие девочки, равно как и подавляющая часть дома, все ещё сладко спали в своих постельках, а изредка пробегавшие по коридорам едва знакомые ребята лишь коротко здоровались и спешили дальше – Коё не считала вежливым задерживать их, наверняка занятых важными делами, своими бессмысленными беседами из чистого интереса. Домой сегодня спешить не было смысла: некоторые вещи необходимо было обсудить с Фукудзавой без посторонних глаз и ушей, хотелось подольше побыть рядом с мальчиками, которых на неопределенное время придется оставить без присмотра в чужих руках, девочки еще не успели толком отдохнуть от долгого путешествия, а Мори вряд ли уже успел отдохнуть от них всех. Погода с этим была абсолютно согласна: Тачихара напросился на прогулку вместе с патрулирующими Рампо и Джуничиро, чтобы помочь набрать побольше древесины для растопки в близлежащей лесопосадке, но ничего, кроме легкого обморожения и промокших штанов они домой не принесли – и уже добрых полчаса стучали зубами около камина, чашка за чашкой опустошая принесенную Йосано кастрюлю теплого травяного чая. Отогреться получилось, похоже, только у крепко задремавшего Эдогавы. – Ты знал, что он спит под теми одеялами, и ничего мне не сказал! – знакомый голос, эхом пронесшийся по коридору, заставил её заинтересованно оторвать взгляд от странной картины с оленем и немножечко прислушаться. – Я не знал, что ты не знал, – она прекрасно догадывалась, кому принадлежали эти слова, и догадки эти едва ли поднимали ей настроение. – Рассказывай-рассказывай! Я видел, как ты посмотрел на меня, когда я сел на ту кровать, и… – Так если сам видел, почему тебя ничего не смутило? О, здрасьте! – показавшийся в дверном проеме высокий темноволосый юноша дружелюбно помахал ладонью, но подходить ближе не решался. Вслед за ним высунулась взлохмаченная макушка заспанного Чуи. – Доброе утро, сестрица, – мягко улыбнулся он. – Что же вы так рано? Хорошо выспались? – она осторожно отставила чашку дальше и сложила руки в замок. Этот странный юноша с бинтами на руках, если судить по рассказам душки-Гин, Осаму Дазай, не вызывал у неё ни капли позитивных эмоций или даже банального радушия, однако не стоило показывать своей искренней неприязни при Чуе, нашедшем в нем что-то интересное – по крайней мере, не раньше, чем они смогут подробно обсудить все наедине. – Невероятно! – весело воскликнул Осаму; Чуя прищурившись, недовольно покосился на него. – Невероятно отвратительно, – буквально выплюнул он. – Этот придурок не давал мне спать буквально всю ночь. – Это была весьма справедливая месть за твой дневной сон, – покачал головой Дазай. – И это было весело! – Разве что когда Куникида со злости едва не выкинул тебя в окно, – Чуя сложил руки на груди и уперся локтем в дверную коробку, чтобы держать равновесие. Стоять в позе цапли оказалось не так уж просто – особенно, когда тебя ежесекундно треплют по плечу. – Вы не слышали вчера вечером как… кто-то кричал? – озадаченно поинтересовалась Коё. Ребята неловко переглянулись – и, в общем, в ответе она больше не нуждалась. – Крики? Нет, – покачал головой Дазай. – Абсолютно точно нет, – вторил ему Чуя. Они в ожидании смотрели на неё. Она потянулась за чашкой, чтобы сделать еще один коротких глоток. Забавно. Кстати, у Накахары всегда была эта толстовка? – Вот как, – Озаки мягко улыбнулась, пожав плечами. – Наверное, это филины в лесу. Не хотите выпить немного кофе и взбодриться? – Еще бы, – Чуя уверенно сделал шаг вперед, но Осаму остался на месте, и лицо его помрачнело. – Йосано уже проснулась, так ведь? – осторожно спросил он, и Накахара замер на месте, покосившись на него. – Кофе обычно готовит она. – На кухне, – утвердительно кивнула Коё. – Дерьмо, – мгновенно побледнел Дазай. – Вот же дерьмо, – Чуя, впившись пальцами в дверную коробку, резко развернулся на все сто восемьдесят. – Ни за что не говори ей, что видела нас, пожалуйста! Металлическая ручка двери, ведущей на кухню, громко скрипнула; Осаму с Накахарой переглянулись, и Дазай, резко втянув воздух через плотно стиснутые зубы, неаккуратным движением закинул рыжего себе на плечо. Не обращая внимания на зашипевшего от боли Чую, он бросил жалостливый взгляд на Озаки, приложив ладонь к груди, и тут же сломя голову кинулся в сторону лестницы. – Как попросишь, сладкий, – уже в пустоту ответила Коё. В воцарившейся гробовой тишине чашка звякнула о блюдце непривычно громко. – Я слышала шум? – слова вернувшейся Акико прозвучали скорее с вопросительной интонацией, чем с явным утверждением. Озаки, еще пару секунд похлопав глазами в направлении коридора, в своей привычной манере мягко улыбнулась; приподнявшись со своего места, она помогла Йосано поставить на стол тяжелые подносы, заставленные тарелками, и принялась старательно размешивать сахар в только что принесенном чае. – Вчера вечером? – задумчиво произнесла она, прижав палец к тонким губам. – Знаешь, мне кажется, я начинаю догадываться… – Йосано взглянула на неё с любопытством, но Коё легко отмахнулась. – Не суть важно. Мне более интересно послушать о том, где же ты так изящно научилась балансировать с подносами в руках? Секреты профильной подготовки медицинского персонала? Йосано мягко засмеялась в кружку и покачала головой. – Я раньше работала официанткой в кондитерской, – она улыбнулась и слегка склонила голову, положив щеку на ладонь. Недлинные темные волосы незаметно соскользнули с её плеча, прикрывая открывшиеся глубоким разрезом джемпера ключицы, мягко легли на лицо – и Акико, недовольно вздохнув, осторожно заправила мешающие пряди за ухо. – Возвращаясь с гордо поднятой головой и заслуженным дипломом медсестры в родную глушь я даже и не подозревала, что без положительных рекомендаций не смогу устроиться даже в районную клинику. Для поступления в медицинскую школу мне необходимо было минимум два года опыта работы, но я отказалась от предложений университета, желая поскорее вернуться домой… а Большой Медведь, как видишь, оказался мне не рад. – Сочувствую, – покачала головою Коё, осторожно коснувшись чужой руки. – Но ты ведь смогла добиться своего, верно? – Верно, – уверенно ухмыльнулась Йосано. – Но лишь благодаря невероятному везению. Однажды я услышала, как мужчина за столиком у окна раздосадовано говорил по телефону о том, как же долго он ищет себе медпомощника. – И ты решилась предложить ему свою кандидатуру? Прямо там? – восхитилась Коё. – Нет. Я постеснялась вот так вот просто подойти к чужому человеку, признаться, что подслушала разговор… поэтому случайно разлила ему на штаны горячущий чай, который он заказал своей дочери, и продемонстрировала свои способности на практике. Озаки подавилась печеньем. Она уже слышала эту историю? Новый день начинался с сюрпризов.