Любовь на крыше девятиэтажки

«Через 15 минут. Ты знаешь где». Чимин мягко улыбается, прочитав новое сообщение. Он потягивается на кровати, где убивал время за просмотром ленты твиттера, и встает, чтобы собраться. Было начало сентября, учеба ещё не отнимала все силы, поэтому возможность провести время с Юнги упускать не хотелось. Парень надевает рваные в коленях джинсы вместо домашних мягких штанов, завязывает шнурки кед и накидывает на плечи пушистую кофту. Погода ещё достаточно теплая, но ветер по вечерам бывает довольно прохладным, поэтому лишним не будет. Пак быстро покидает комнату и поднимается по лестнице общежития. Хоть Юнги и говорил про 15 минут, Чимин уверен, что старший уже ждет его. Вообще-то выход на крышу общежития запрещен, а дверь закрыта на тяжелый замок. Но разве существуют такие запреты, которые не обошли бы студенты в общаге? Вряд ли. Вот и Юнги удалось где-то раздобыть ключ, но где именно старший не сознавался. Чимин выходит на крышу, тихонько прикрывая дверь за собой, и замирает, глядя на Юнги. Мин стоит недалеко от края крыши спиной к младшему и против теплых лучей низкого вечернего солнца, его темные волосы треплет ветер, а полы расстегнутой кожаной куртки сдувает вбок. Он выглядит так прекрасно, что Чимин боится пошевелиться, как будто эта картина может раствориться в любую секунду. Паку хочется сохранить этот момент в памяти и писать с него картины. Юнги, видимо, ощутив присутствие младшего, поворачивается к нему. В его руке тлеет сигарета, а на губах играет еле заметная ухмылка. Он слегка наклоняет голову, ожидая, пока Пак вернется в реальный мир и подойдет. Наконец отвиснув, Чимин шагает к Юнги, приближаясь вплотную. — Привет, — шепчет в самые в губы. — Привет, — Мин улыбается так ярко, что внутри младшего, кажется, что-то умирает. — Как ты? — Чертовски соскучился. Уже семь часов вечера, а я вижу тебя первый раз за день, — Пак ведет кончиком носа по носу старшего. — Ты такой избалованный ребенок. Я не могу быть рядом каждую секунду, — Юнги проигрывает их маленькую игру и целует пухлые губы Чимина. Однако он быстро отстраняется и поворачивается обратно к краю крыши, глядя на город с высоты девяти этажей. Пак прижимается к парню сзади, кладет подбородок на его плечо, берет за запястье и затягивается сигаретой из его руки. — Очень жаль, — выдыхает Чимин вместе с дымом, — я бы не отказался. Младший обвивает руки вокруг талии Юнги, и они оба погружаются в тишину, наблюдая за жизнью города и тем, как медленно опускается солнце. Через несколько минут Юнги лениво кивает подбородком немного вбок. — Я там вино купил, но у нас нет бокалов, поэтому это будет не очень романтично, — он слегка ухмыляется, накрывая руки на талии своими. — Какой ужас, Мин Юнги, это худшее свидание в моей жизни. Такими темпами ты никогда не сделаешь меня своим парнем, — Чимин очаровательно хихикает, разрывая объятия и поднимая бутылку с пола. — Открыть хотя бы есть чем? — Ты уже мой парень. Дай сюда, — Юнги забирает вино и отходит к выступу в поверхности крыши, на который он садится и открывает бутылку. Чимин пристраивается рядом и первым пробует вино прямо из горла бутылки. — Неплохое. Парни медленно пьют по очереди, тихо болтая о разной ерунде. Постепенно они оказываются всё ближе друг к другу, Чимин кладет голову на плечо старшего и ведет носиком по шее, а затем и вовсе забирается на колени Юнги. Мин придерживает его одной рукой, поглаживая поясницу под пушистой кофтой. Младший берет лицо Юнги обеими руками и покрывает легкими поцелуями лоб, чуть порозовевшие от алкоголя щечки и любимый носик-кнопочку, отчего Мин расплывается в совершенно глупой счастливой улыбке и прижимает Чимина ещё ближе к себе. Юнги первым накрывает теплые мягкие губы своими, аккуратно сминая то верхнюю, то нижнюю и обводя их кончиком языка, собирая сладкий вкус вина и Чимина. Они целуются долго и лениво. Руки младшего вплетаются в растрепанные ветром волосы старшего. Руки Юнги заползают под футболку Чимина, блуждая по теплой коже на боках и пояснице. Когда их губы наконец разъединяются, Мин утыкается носом в ключицу напротив и берет обе руки Пака в свои, сплетая пальчики. — Я не помню, чтобы ты был таким нежным раньше. Что-то не так с вином, хён? — Чимин снова глупо хихикает. — Заткнись. Мне хочется, — Пак может чувствовать улыбку и поцелуй на своей ключице. Юнги перехватывает одну из рук Чимина за запястье, тянет к своему лицу и мягко целует каждый пальчик по очереди. Это кажется слишком интимным для Чимина. Он сдавленно выдыхает воздух и покрывается мурашками. Вслед за ними по всему его телу растопленным шоколадом разливается тепло. — Я так сильно люблю тебя, ты знал? — Юнги шепчет, всё ещё касаясь губами ладошки младшего. Чимин сходит с ума. Его дыхание сбивается, как и пульс. Он готов расплакаться прямо сейчас. Он никогда не испытывал таких сильных чувств. — Боже, Юнги… Да. Да, я тоже люблю тебя. Ты невозможный, — Чимин обнимает Юнги за шею и прижимается так сильно, что им обоим немного больно, но никто не против. Они сидят так ещё некоторое время, вжимаясь и прорастая корнями друг в друга. Снова медленно целуются, пока солнце не скрывается за горизонтом, а ветер не становится совсем холодным. — Не хочу отпускать тебя, — Юнги сжимает талию Чимина ещё крепче. — Мы можем пойти в твою комнату и обниматься на твоей невозможно узкой кровати всю ночь, прижимаясь друг к другу так сильно, чтобы не упасть. У нас просто не будет физической возможности отодвинуться, — Чимин шепчет старшему на ухо так сладко, что отказаться невозможно. — Да, звучит отлично. — Отлично. Пак первым поднимается на ноги и идет к выходу, пока Юнги подбирает пустую бутылку и пробку, чтобы унести их. — Юнги? — Чимин отрывает дверь и останавливается в проходе. — Да? — Мин догоняет младшего, вставая перед ним. — Не отпускай, — Чимин смотрит в глаза и берет Юнги за руку, снова сплетая пальцы. — Никогда.