Три шестерки

Сидя в темной кладовке, затерявшейся где-то на втором этаже SM Entertainment, сложившись в три погибели и упираясь лбом в шершавую стену, Чанелю было очень и очень неуютно. Может быть, от позы – поддерживать левой коленкой готовую (в любой момент) свалиться с полки швабру было слегка муторно. А промокшая футболка с лицом Санни на спине неприятно липла к коже. Чанель никогда и не любил толком девятерых Богинь Южной Кореи, а сейчас – тем более, потому что чувствовать глаза на лопатках в мрачном помещении становилось все дискомфортнее. Началось все в субботу прошлой недели. Был у них в группе парнишка – с потрясающим голосом, слушая который глаза закрывались под тяжестью век, а еле заметная дрожь проходила по позвоночнику; с идеальными руками, где кожа без единого изъяна, что проигнорировать было бы настоящим преступлением (не подумайте, что Чанель специально лапал чужие пальцы, просто так получилось, честно). И имя того было настолько созвучным, что так и вертелось на языке – Бен Бэкхен. Вот только— … Бен Бэкхен обладал наиотвратительнейшим характером. Пока Чунмен по дружелюбной привычке тихонько похлопывал худое плечо новенького, не забывая ярко улыбаться и игнорировать заинтересованные взгляды со стороны окружающих, Бэкхен (имя которого выяснилось пяти минутами позже) брезгливо оттряхивал свои сползающие штаны от несуществующих пылинок. Когда Сехун отвлекся от своего сотового телефона, а Кенсу на пару с Чонином остановились в прокрутке недавно выученного танца, в помещении наступила относительная тишина. Это была первая пятница июня, и Чанель еще с восьми часов утра (с начала тренировки, если быть точным) устало развалился в углу на холодном паркете, жалуясь присутствующим на свою одинокую жизнь, вредных соседей и разбрасывающего по всей квартире шерсть кота. Длинные ноги с дырявым носком на правом большом пальце не хотели умещаться в доступное им пространство – пришлось согнуть измазанные зеленкой колени (неудачный опыт поездки на чужом самокате) и недовольно поморщиться. Чонин тогда сочувствующе пнул его под ребро, вызвав очередной болезненный стон, и ухмыльнулся. – Это Бэкхен, – Чунмен ненавязчиво подтолкнул того в середину тренировочного зала. Он неохотно поддался, лениво переставляя ноги, – Вы уже поняли, да? Теперь он, так сказать, с нами. Чунмен посмеялся в кулак и снова похлопал недовольного Бэкхена по плечу. Сначала ему показалось, что Бен Бэкхен очень-очень застенчивый, может быть немного стеснительный и совсем чуть-чуть угрюмый. – Хай. Чанель подошел к новенькому спустя три занятия. Тот сидел, устало прислонившись к стене, безвольно раскинув руки по обе стороны своего тела. Открытая бутылка с водой стояла возле бедра, и Чанель чуть не опрокинул ее носком кроссовка (чисто случайно), но привлечь внимания со стороны Бэкхена так и не получилось. – Ты немой, что ли? – удивился Чанель. Шатен поднял на него пронизывающий взгляд и поморщился. Но так ничего и не ответил, только отсел подальше и достал из внутреннего кармана толстовки телефон. Следующая попытка познакомиться снова с треском провалилась. Зато он узнал, что Бен Бэкхен очень-очень вредный, может быть немного противный и совсем не чуть-чуть наглый. Тогда Чанель застал его в вестибюле здания, читающим какой-то женский журнал. Бэкхен попивал из трубочки яблочный сок, в перерыве бросая скучающие взгляды на сидящих рядом. Рыжий подошел незаметно, улыбаясь до ушей и протянул свою большую ладонь. – Я Чанель. У тебя клевое имя, кстати! Знаешь, у Чунмена дома есть игуана, так ты на нее так похож!! Ты не подумай, я не тусуюсь со стариками, но игуана у Чунмена правда крутая. Ты знаешь, чем питаются игуаны? Я вот нет. Наверное, тараканами, да? А откуда ты приехал? Как сюда поступил? Кастинг или прослушивание? У меня новая футболка, есть такая же дома, только синяя. Тебе бы пошел синий цвет, а ты в курсе, что… – Умолкни. Чанель удивленно вскинул брови и непонимающе уставился на свои колени. Он что, сказал что-то не так? – Послушай, как там тебя, Ельчан… – Чанель… – Да без разницы. Своим длинным шершавым языком тебе бы полы здесь подметать надо. – Спасибо! Шатен нахмурил свой миленький носик и вздохнул, сложив изящные ладошки на подлокотники. – Это был не комплимент. Бэкхен наговорил еще много всякой чуши, которую младший удачно пропустил мимо своих огромных ушей. А как оказалось, внешность бывает действительно обманчива. Конечно, Чанель судил и по себе тоже – такого жирафа с вестибулярным аппаратом бегемота и ловкостью слона в посудной лавке надо было еще поискать. Но чтобы Бэкки – этот Господи, омомоммом – терпеть не мог абсолютно всех трейни СМ, разве что, кроме Кенсу (во второй день он угостил Бэкхена печеньем с шоколадной глазурью). Это было обидно. Посмотрите на Чанеля: Красивый. Умный. С потрясающим телом. И голосом. И квартирой в центре Сеула (то, что в ней живут приезжие родственники – опустим). И вообще, Чанель, можно сказать, сам с собой встречался бы, если возможность была. Но этот Бен Бэкхен так и мельтешит перед глазами! X Собственно, почему сейчас, в полпервого дня – Чанелю удалось вывернуть голову так, чтобы суметь посмотреть на наручные часы – он, открыв в себе сущность самого настоящего труса, прятался в крохотном помещении? А случилось это после двух месяцев неудачных попыток дружбы (хотя бы, вяло думал Чанель) с Бэкхеном. Будет точнее сказать, что после двух месяцев презрительных взглядов, фырканий, ядовитого прищура и колких фразочек. Если честно, Бэкхен вообще мало кому понравился. И именно поэтому на собрании трейни (на котором вышеназванный так и не появился, хотя чего следовало от него ожидать) было придумано преподать этому мальчишке хорошенький урок. Бесспорно, все члены группы сами по себе были наичистейшими людьми, буквально с крыльями ангелов за спиной, но Бэкхен своими придирками мог довести до белого каления любого. Это ему не нравится, Чонин танцует неправильно, Сехун не бери мою воду в глаз дам, Чунмен руководить не умеет, и прочее, прочее, прочее… Один Пак на свою задницу находил столько претензий, что даже его большие уши по неосторожности могли пропустить парочку-другую. Решение ударило незаметно – в голову Кенсу, практически шепотом предложившего свою идею сквозь гул других голосов. Впрочем, напугать Бэкхена было неплохой мыслей, учитывая, какой дивой тот является – его передергивало даже от вида редких крошечных мошек. В тот вечер в кармане потрепанного рюкзака Чанеля помимо крошек от печенья появился маленький представитель класса млекопитающих. Серенькая мышка. X Было рассчитано, что когда Бэкхен откроет свой шкафчик (с фотобуком SNSD, прочно приклеенным к нему скотчем) и обнаружит в нем нового жильца (квартиранта, - сказал тогда Сехун и от смеха прикусил себе обе губы и язык), то сначала в раздевалке раздастся не такой уж громкий вскрик, а за ним звук резко закрывающейся железной дверцы. Вскрик, если судить по нервно хихикающему Чонину прошел по плану, а вот… …то, что Бен Бэкхен даже с его невероятной брезгливостью грохнется в обморок, не ожидал никто. Если бы он упал как обычно бывает во всех американских фильмах – спиной назад, приземляясь сначала на пятую точку, все было бы в натянутом порядке. Но не все так плачевно – задев головой скамейку, тот повалился набок, открывая присутствующим лоб с нарастающей на нем шишкой. – Мы его убили… – Спокойно. Чунмен подошел к неестественно бледному Бэкхену, кладя его голову себе на колени и доставая откуда-то холодную бутылку воды, сразу же отвинчивая крышку и выливая содержимое на лицо младшего. Чанель затаил дыхание, когда ресницы лежащего вздрогнули. Кенсу схватился за сердце, медленно опускаясь рядом, а Сехун уже смотался за чистым полотенцем. Бэкхен медленно открыл глаза, приводя дыхание в норму. Он окинул одногруппников непонимающим взглядом, на секунду задерживая его на Чанеле, и снова глубоко вздохнул. Все в комнате закусили губу, дожидаясь гневного выкрика с продолжением жестких ругательств – Бен дотронулся до шишки на лбу и шепотом спросил: – А вы это… кто? Оу. Это было… странным. Только не говорите, что… - выражал взгляд Кенсу. И да, это было действительно так. Бэкхен прошипел и поднялся с чужих колен, от волнения (?) заправляя прядь волос за ухо. Он с удивлением (?) отмел окружавшую его обстановку и покосился на всех находившихся в комнате. – Где я …? Вот. Черт. Дьявол. Чунмен устало прикрыл глаза, аккуратно поглаживая плечо Бэкки. – Что… ты помнишь? Брови шатена нахмурились, образовывая очаровательную (Чанельчтотынесешь) складочку. Он, держась за скамейку, поднялся с холодного пола и с шипением снова коснулся синяка. – Меня зовут… Группа затаила дыхание. – …Бэкхен? – Ну слава Богу, – выдохнул Чонин. По пути в медкабинет Бэкхен не ныл и даже передвигался вполне достойно, вежливо отказываясь от предложенной помощи. Когда он прислонился к стене, с трудом подавляя стон, будущий лидер сильнее забеспокоился, беря младшего под руку. Не волнуйся за меня, Чунмен-хен, ведь это я виноват. Голос у Бена был сладкий и пропитанный таким уважением, что Чунмен незаметно для всех перекрестился. Вот как мог повлиять простой (ладно, не простой) удар по голове на характер человека? И сейчас, вся группа (помимо ничего не подозревающего вокалиста) действительно надеялась, что это просто эффект обморока. X – Чанель, – начал разговор Бэкхен после выходных, подойдя к донсену и мило улыбаясь, – Можно поговорить с тобой? Наедине. Губы рэпера тоже расплылись в дурацкой улыбке, потому что Бэкки (как теперь позволял называть себя Бэкхен, хотя все сомневались, что это новое нежное создание являлось им) последнее время ходил за ним хвостиком и часто прожигал взглядом накрашенных глаз. Они вышли в коридор, медленно идя вдоль бесконечных дверей тренировочных залов. – Так… что случилось? – Ничего. Я просто захотел побыть с тобой вдвоем. Сердце Чанеля бешено забилось, а в голову пришла потрясающая идея. И почему бы не воспользоваться случаем? Чанель остановился, хватая удивленного хена за руку и прижимая к своей широкой груди. Он наклонился, горячим дыханием зашептав тому на ухо: – Кажется, я знаю, в чем дело… Левый глаз Бэкки дернулся, что было незаметно за нависающей челкой. Он прочистил горло и невинно спросил: – В чем? – Понимаешь, – Чанель отстранился, картинно вздыхая и беря шатена за руку, невольно усиливая хватку, – Это сложно объяснить. – А? – Ты ничего не помнишь… но… мы любили друг друга. – А? Бэкхен стоял не шелохнувшись, и Чанель уже было забеспокоился, как… – Кажется, я что-то вспоминаю… Нет, нет, нет, нет, нет. Старший посмотрел на рэпера заботливым (?) и счастливым (??) взглядом и встал на носочки, потянувшись к губам. Да, да, да, да, да. Мысленно Чанель восхвалял свою идею, уже сам потянувшись за поцелуем. Однако. В следующее мгновенье вместо сладких и манящих губ, рыжий ощутил очень, очень болезненный удар по лбу. Он поднял ошарашенный взгляд на злого Бэкки. – Иди ты, долбанный Пак Чанель, куда подальше со своими тупыми домыслами. А про мышь я с самого начала знал, когда ты в зоомагазин отправился. И вообще, надо было мне на театральное поступать. Бэкхен со всей дури наступил младшему на ногу, и гордо удалился, покачивая бедрами. А Чанель успел подумать о том, как же достанется всем остальным. А потом развернул ладонь, где обнаружил смятую бумажку: Ебанутый придурок. Позвони мне номертелефона Это ведь можно считать победой? Далее пришлось залезть в кладовку, с чего, собственно, и начиналась история. Потому что истошные вопли одногруппников не предвещали ничего хорошего. THE END