Only mine

      Утро парня началось далеко не с кофе. Майкл распахнул глаза и понял, что находится в абсолютно изолированном помещении, где не было ничего, кроме записки, аккуратно выведенной почерком Тони. «Ты хорошо держался, но у тебя ужасно противный голос.» Парень очутился в огромном подвале, наполненным тусклым светом. Руки Дердена были связаны, как и ноги, но самое страшное — рот был намертво заклеен скотчем, поэтому как бы мальчишка не старался, он не смог издать и писка. Как только студент попытался пошевелить конечностями, его тело пронзила боль, напоминающая о вчерашнем. Вспомнив все то, что Старк делал с ним, Майкл вновь начал давиться слезами. Юноша не мог понять, что нашло на преподавателя вчера. Почему он вообще полез к нему? Почему постоянно назойливо повторял: «Питер, Питер, Питер»? Майкл не знал, который сейчас час и сколько он уже лежит в этом пустом подвале. Дернувшись еще несколько раз, мальчишка все же смирился, так как другого выхода у него не было. Он просто ждал чуда. А вдруг его кто-нибудь найдет? Вдруг мистер Старк придет к нему? На глазах молодого студента вновь появились слезы, стекающие тонкими ручейками по щекам юноши, после бесшумно падая на пол. Его родители, наверное, обзвонили всех друзей, проверили каждую больницу и каждый полицейский участок. А ведь в тот день Дерден ни единой живой душе не сказал, что идет на дополнительные занятия к Тони, ведь он боялся облажаться. Боялся, что если он разболтает эту, казалось бы, никому не нужную информацию, то после уроков на него свалится шквал из расспросов о его успехах, а он этого никак не хотел. Но и очутиться на холодном полу в страшном и пустом месте брюнет тоже не горел желанием, но кто знал? Старк — гениальный и уважаемый преподаватель. На его репутации не было никак темных пятен или инцидентов. Для всех он просто идеал, пример для подражания! «Иногда самые, на первый взгляд, светлые и гениальные люди оказываются больными ублюдками…» — подумал Майкл, тяжко вздыхая. Когда пелена слез кое-как улетучилась с карих глаз парня, он заметил, что в соседнем углу лежат его вещи: книги, рюкзак и аккуратно сложенная джинсовая куртка. «Даже это он продумал, чертов извращенец», — заключил мальчишка, вновь попытавшись поерзать и освободиться от «оков». Сделав неосторожное резкое движение, Майкл взвыл от боли, захлебываясь собственными слезами. Все тело ныло.       На запястьях можно было рассмотреть два огромных синяка, которые казались чрезмерно яркими на белоснежной коже парня. Жгучие следы на теле не давали покоя, постоянно напоминая о том вечере. Майкл выглядел абсолютно болезненно: мешки под переполненными слезами глазами, растрёпанные волосы.       Забившись в угол, Дерден снова заплакал. А ведь именно в тот день он поругался со своими родителями. Обычное недопонимание поколений. Во время бурного всплеска эмоций Майкл совершенно не контролировал свои слова, чем явно обидел таких дорогих ему людей. А что, если он больше никогда их не увидит? Что, если он навсегда останется в этом пустом и пугающем месте? Что, если его никто не найдет? На щеках Дердена снова появились соленые ручейки. Он не мог сдерживать себя, несмотря на то, что глаза неприятно покалывали от количества пролитых слез. Мальчишке казалось, что ещё чуть-чуть и он просто начнет утопать в солёной луже. Кое-как успокоившись, парень облокотился озябшей спиной о стену, прикрыв глаза.       Фантомные прикосновения и движения не давали Майклу покоя. Все эти бесстыдные и аморальные слова Старка, поглаживания. — Ну же, Питер, ты принадлежишь только мне, — горячий воздух опаляет нежную кожу на шее мальчика, оставляя после себя ожог, который абсолютно не видно, но парень чувствует его. Он чувствует, как его кожа плавится, но молчит. Брыкается, дёргает ногами. — Отпустите, прошу, — сквозь слезы умоляет студент, нагло пытаясь укусить Тони за руку. За эту пакость Майкл получает звонкий шлепок, и вскрикивает, потому что Старку не нравится, когда Дерден разговаривает. Ему лучше молчать и быть послушным. Старк подаётся бёдрами вперёд, вновь вызывая резкую боль у скулящего юноши. Чувствуя, как теплая ладонь сжимает его челюсть сильнее, Майкл теряет сознание. Студента вновь одолела паника. Проснувшись в холодном поту, мальчишка дернулся, ударяясь макушкой о стену и жмурясь. Похлопав болезненными кофейными глазами, юноша заметил небольшой листок бумаги, лежащий рядом с ним. «Утром будет еда. Спи, иначе ты будешь слишком уставшим, чтобы повторить ту ночь.» — «Повторить?» — испуганно подумал Майкл, — «Я не переживу это снова…» — шмыгнув носом, парень зажмурился в надежде снова заснуть.