Как писать хорошо

      "Я" или "Они"?       Фрагмент писательской лекции, которой нет       Дело было прошлой осенью. После небольшой творческой встречи с участниками фестиваля "Журналина" я прогуливался по припорошенной свежим снегом территории базы "Лесная застава". Анализировал впечатления, так сказать, и дышал свежим воздухом. Воспользовавшись моим одиночеством, ко мне обратился один из присутствовавших на встрече юных журналистов:       - Я хочу писать книги. С чего мне начать?       Вопрос застал меня врасплох. Дело в том, что у меня нет ярких способностей учить тому, что умею сам (немногочисленные посетители моего кружка по игре на гитаре, которым я хотел надеть инструмент на голову, могут это подтвердить). Откуда я знаю, как научиться писать! Прочтите десятки чужих книг, изведите тонны бумаги, как я, истопчите башмаки в вояжах по московским издательствам - и узнаете.       Но вряд ли этот ответ удовлетворит страждущего, которому писательская слава нужна уже завтра после обеда.       В тот вечер я отделался общими фразами. Внятный ответ сформулировал позже.       Начните с набросков. Опишите прожитый день, каким бы пустым он ни был. Пустота - тоже хороший сюжет. При этом для начала лучше использовать форму повествования от первого лица. Местоимение "Я" упрощает стилистическую задачу - можно использовать разговорный язык, можно экспериментировать и плевать на приличия. Для упражнений в малых формах вполне сойдет.       Но если замахиваться на более крупное произведение, первое лицо существенно ограничивает возможности. Местоимение "Я" становится своеобразной камерой "GoPro", приделанной ко лбу: в поле вашего зрения попадает только то, что происходит с вами, а остальные ветви сюжета можно восстановить только по косвенным данным (исключение - произведения в стиле "а сейчас я вам расскажу историю, которая случилась с принцем Ольбрыхским и его верным конем Остолопом в Королевстве Вечной Мерзлоты").       Для себя я решил эту проблему с помощью приема, который называю "эффектом Розы Досен". Позволю процитировать свой собственный роман "Край непуганых".       "Когда в конце девяностых на российские экраны вышел фильм Джеймса Кэмерона «Титаник», кто-то из критиков решил блеснуть остроумием. Дескать, если рассказ о катастрофе ведется от лица выжившей пассажирки, престарелой мадам по имени Роза, то получается, что она сумела побывать в каждой шлюпке, в каждой каюте, в рубке капитана, в ресторане первого класса, в котельных и черт знает где еще. То есть видела всё-всё в деталях, о чем и рассказала экипажу «Мстислава Келдыша». Но это же смешно!       Что ж, таких кинокритиков я знавал лично. Бестолковые, искрящиеся юмором, любящие не кино в себе, а себя в кино…       На самом деле, в «Титанике» использован распространенный прием: Роза Досен ведет СВОЙ рассказ перед теми, кто ее слушает, и ровно о том, чему она стала свидетелем, а режиссер, в свою очередь, показывает зрителям уже полную картину произошедшего".       Не бог весть какая тонкая наука, но работает.