Воспоминания
26 марта 2019 г., 09:48
По выражению лица Пака, явно читалось недовольство. Единственный, кто был рад этому знакомству, был тот, кто всё ещё подпирал дверной косяк и так высокомерно приподнимал голову, заставляя самого Чимина нервно сглотнуть. Несмотря на то, что лучший друг Гука был крайне взбешён, ноги подкосились от этих больших глаз, которые взбивали до тряски и заставляли опуститься с небес на землю. Заставляли понять, кто хозяин, кто богаче и имеет больше власти, заставляли представлять количество зелени вложенной в эту одежду от гуччи, заставляли плыть от сладкого аромата величия, который бил Паку в нос и проникая всё глубже, впитывался, проникал в каждую клеточку тела, награждая её частицей великолепного запаха.
— Мы случайно раньше нигде не встречались? — выпаливает Тэхён упираясь тем самым ястребиным взором в эту вздымающуюся, словно листки от прорыва ветра, грудь. Бежит чуть выше и тонет в этих чуть растерянных, но настойчивых глазах. Его уже поразило, что этот розовый комок секса так смело задирает голову и пялится в упор.
— Хах, где, в каком-нибудь баре? Сорян парнишка, но если бы даже и видел, то не запомнил бы. — огрызнулся Пак чувствуя смелость в своём голосе. Достойно встав в позу он задумчиво выглянул за спину Кима ожидая Чона. Из этой атмосферы победы, парня выбил новый звук доносящийся из матовых уст владельца дома. Пак всем сердцем боялся смотреть на лицо этого ангела, но всё же поддался искушению и словил лёгкую ухмылку, которая сопровождалась таким тёплым, желанным и в то же время хрипловатым вздохом. Так вздыхают люди, когда возбуждаются, уж этот звук Пак ни с чем не перепутает. Но понимать, что такое совершенство возбудится от розововолосой, шлюхи в прошлом, очень маловероятно... В такие моменты он вспоминал всё, от групповых изнасилований, до диалогов с психологом.
***
— Чимин, когда это началось? Когда ты стал слышать их? Что они тебе говорят? — Разные вещи, вам не понравится...мне страшно, я не знаю, что теперь делать. Начиналось это совсем неожиданно: так сказал Чимин. Засыпая, он слушал весь тот странный бред, что говорили резко появившиеся голоса в голове. Их тембр был ужасно знаком, но он не мог понять кому он принадлежит, не мог понять того, что они говорили. Засыпал под тихое бубнение, не обращая внимания. В этот момент все становится неважным, тем более чей-то неразборчивый шёпот. Тонкая грань между сном и реальностью постепенно рушилась. Ругань с родителями всё жёстче рвала и без того оледеневшее сердце: "Если ты не будешь учиться, станешь ёбаным бомжом, какого хрена ты нас не слушаешь мы хотим как лучше!". Голоса в голове, они успокаивали, говорили, что всё будет хорошо, говорили, что не обязательно учиться чтобы быть счастливым. Он находился в сознании и слышал все, что они внушали, рассказывали, объясняли. Сначала было лишь повторение каких-то диалогов, которые Чимин краем уха где-то услышал: это были бессвязные предложения, случайный набор слов... Иногда он открывал глаза, смотря на своё отражение в зеркале напротив кровати, но все равно слышал тот, еле слышный, знакомый говор в голове. Всё перевернулось в тот момент, когда бессвязная речь перешла в более осознанную и Пак начал её запоминать. Сначала они говорили какие-то мелочи, вроде того, что он что-то забыл и выступали в качестве своеобразного помощника, но все ещё перед сном. Позже он начал слышать голоса и днём, когда ехал в автобусе или в метро, когда сидел на паре, или на лавочке возле дома, когда шёл из колледжа, или когда разговаривал с друзьями. Несмотря на то, что он был довольно замкнутый, парень имел множество друзей и знакомых. Голоса... они указывали на плохое и хорошее, но пока только указывали. Первый приказ раздался в голове через полгода. Его одногруппник повёл себя не очень корректно с ним, а голоса приказали мстить. Пак не мстил, нет он не такой. Вполне спокойный и дружелюбный. Он был единственный, кто в тестах психолога писал чистую правду и был абсолютно адекватен и чересчур добрый. Голова шла кругом, но со временем их стало все больше. Это сводило с ума и выбивало из привычной колеи жизни. Разные слова, разная речь и разные интонации, как в мясорубке смешивались в голове и сводили с ума и он отомстил раз, два, три, чуть не убил. — Голоса сказали, что ты – мерзкий ублюдок и место тебе на том свете. — и я чуть не разнёс молотком черепную коробку тому парню. Этот взгляд, он напоминал о прошлом. Если бы не Чон, который каким-то образом заставил эти голоса утихнуть, чтобы с ним было никто не знает. Может быть Чимин тогда продолжил работать местной шлюхой и носить домой деньги со словами "это степендия", может быть Гук тогда бы и умер с голоду сбежав с этого притона называемого детским домом, может быть они бы тогда не встретились. Может быть тогда Гук не играл на фортепиано так умело аккомпанимируя Паку и его сладкому голосу. Не было бы этих автоматов с гозировкой, 3-х копеек на колу, не было бы этих падений с дерева, не было бы гонок на великах за ближайшим автобусом, не было бы этих закатов на пополам, не было бы этого заливистого смеха на пополам, не было бы бессмысленных шуток в один голос понятных только им двоим...***
Чонгук ступает размеренным шагом по прохладной лестнице. Он понимал, что есть только один путь развития событий — учёба, стала для него девятым кругом ада, и нет, не потому что он не справляется, или ему надоело листать учебник и отвечать на глупые вопросы преподавателей. Не потому-что у него уже вполне приличные связи и смысл ему там учиться. Просто ненавидел он это место, на дух не переносил. Как-то странно, но он совсем и забыл о своих руках лежащих на бёдрах директора крупной модельной компании, забыл вообще о том, что вообще вчера куда-то ходил. — Пошли. — вывел Гук из некого транса лучшего друга, который по прежнему пялился на Тэхёна, который в свою очередь делал тоже самое. Чон лишь встал позади шикарной спины о которой мечтает каждый и муторно обтягивал края сыроватой рубашки кровь с которой не очень-то и отстиралась. Повисла неловкая пауза, а Пак даже глазом не повёл, что ведёт себя слишком уж странно. Один погрузился в прошлое, второй подпирая косяк сжирает взглядом пухлые губки, симпатичный носик и шикарные ноги пытаясь вспомнить где же он видел этот лакомый кусочек, третий лишь приподнял голову пытаясь хоть чуточку вникнуть в происходившее здесь всего 15 минут. — Эй, я вам не мешаю. Хён ты же вроде куда-то спешил. — озадаченно поворачивается художник к уже вроде соображавшему другу. — А... д-да, пошли. — судорожно посмотрев назад, Пак как-то интригующе пощурился и вновь повернулся к странному собеседнику. Чон уже спускался в низ, а Чимин остался на месте прикованный взглядом красавчика Кима к одной точке, пытался сдвинуться с места и у него это вроде получилось. Тэхён наигранно улыбнулся, извиваясь по пошлому шикарным телом он открывает путь новому знакомому. — Прошу. — ухмыляется Ким, на что Чимин никак не отреагировал. Лишь прошёлся прохладными ветром рядом с хозяином дома, растворяясь где-то в перилах и многочисленных ступеньках.***
Глаза словно глубокий океан без соли, Юна потрясывало словно он на краю обрыва окружённый рвом. Сердце сжималось при каждом вздохе напротив и чуть сбитый с толку выдох, Мин судорожно ступает назад чуть щурясь от света по левую сторону. Работники делали вид, что ничего не происходит, директор в нескольких сантиметрах монотонно рассматривал прокуренное личико блондина. — Что? — произносит Юн, сцепляя пальцы сбитые в костяшках в "устрашающий" кулак. Джин хорошо понимал это чувство, плавными движениями Мин переходит все границы дозволенного, мертвой хваткой цепляясь за обрывочные фразы и надежду на выживание. Только что его взяли на работу секретаря в самой крупной Сеульской компании, вот так спонтанно... Его мысли давно растворились в том горьком кофе, а руки безбожно тянулись к пистолету этим же утром. Разве он хотел вот так? Разве хотел хранить в себе столько боли и вынужденных тайн?Его спасают лишь препараты и парочка сигарет в минуту. Возможно он жаждал большего: прикосновений, чувств, чужого дыхания в паре сантиметров от лица. Но кажется, выходит так, что каждый день подле тебя вырисовывается лишь обжигающее дуло пистолета, а мысли твердят, что так будет лучше. Ким видел в глазах парня боль, что пеленой окутала зрачки, проникла под кожу, после Мин видит в чужих лишь усмешку, которая вызывает у тебя новый приступ. Ему казалось, что всё против него. И сейчас, этот случай был не исключением, в его понимании люди - это твари не достойные внимания. Никто не трогал его яркие шрамы, которыми хаотично исполосаны руки, а он сразу сбегал и думал, что прикосновения пропитаны осуждением и неприязнью. Все "хотят помочь тебе больше чем кому-либо, а ты думаешь, что я ненавижу и хочу погубить". Сигареты и едкий дым, никотин — он подсел на него, как на экстази и от этой привычки его избавит только веревка на шее, или полет с крыши дома. Жаль, что он вновь и вновь думал об этом. Уже выбрал подаренный отцом глок восемнадцатого калибра, вновь скрывался на озабоченный смех и тряску по всему телу. — Хах, вы не шутите? — судорожно оступается Мин и пятится назад легко усмехаясь. — Нет, вы приняты, один из моих сотрудников покажет вам ваше рабочее место и расскажет об обязанностях. Добро пожаловать в Model Paradise, мистер... — удержал паузу Ким надеясь, что его предложение продолжат. Мин вытянулся в струночку укладывая ладонь ко лбу, дабы хоть чуток охладить пылающий лоб. — Мин Юнги сэр, то есть Ким, то есть... директор Ким. — кланяясь тараторит Юн и прячет руки за спиной проклиная бескостный язык.***
Дверь за спинами обоих звучно закрылась. — Ты ёбнутый, что ты делал у этого дауна, ты время видел придурок, ты между прочим теперь работаешь! — кричит Пак ещё громче прежнего чуть ли не хватая за грудки того, чьи глаза ещё не привыкли к яркому, режущему свету. Младший же ничего не смог сказать кроме как приоткрыв губы, вспоминал отрывки прошлой ночи. Он не воспринимал Пака серьёзно, лишь чуть пихнул его в плечё намекая на то, что он готов идти. На улице было свежо и приятно, в такую погоду действительно хотелось гулять, но не Гуку. Он ненавидел это солнце, эти счастливые лица. Наверное всё потому, что он вспоминал лишь одну картину всплывающую в его голове. Чон в последнее время всё чаще ловил себя на мысли, что его возбуждают страдания и боль, что он может спокойно представить, как режет чужое тело и передёргивает на порно актёра в крови. В голове всплывали те самые отрывки, которые он редко складывал в пазл. Это был такой-же весенний день, одна из моделей пришла к нему на дом. Вспоминает дословно... — Ешь, — Чонгук осторожно садится на корточки и едва касается лица напротив подушечками пальцев, мимолетно оценивая, сколько будет сходить тот синий отек под глазом, или та ссадина, что простиралась вдоль щеки. Красиво, выглядит завораживающе, наверное, если бы мог, художником постоянно бы зарисовывал каждое новое изменение на его изящном теле. Но художником он, увы, себя не считал, хотя в детстве всегда закрадывались мечты о собственных картинах, выставках и принятии обществом своего творчества. Мечты перегорели, никто не примет голые тела изрезанных и избитых в кровь шлюх. Художественный взгляд остался, а фотоаппарат был приобретен. Каждый момент он трепетно запечатлял, гуашь толстым слоем ложилась на холст и впитывалась в льняные волокна белоснежного, как кожа модели, цвета. Получались просто нереально, у него был явный талант. По телу бьёт мелкая дрожь когда он начинает с точностью вырисовывать у себя в голове силуэт парня на котором он был тогда помешан. Тот парень напоминал по внешности Тэхёна. Он был также прекрасен, как сейчас Тэхён. Гук помнит, как тот парень сидел в углу, голова на коленях, а руки в крови, в тот день он снова пытался сбежать, но забыл, что Чонгук достанет его даже с самого дна. Новый мазок, он смотрит в чёрный омут и еле сдерживает слезы, потому что Чону не понравится, если такой прекрасный кадр будет испорчен. Сколько же картин у него в доме? Наверное, десятки, а может уже и сотни. Испуганная модель сбилась со счета, да и зачем считать какие-то картинки, если у тебя в подвале сидит неповторимый и единственный оригинал? Синяки всегда ассоциировались у него со вселенной: с безграничной, глубокой, прекрасной, спасающей. Потому художник хотел создать и подарить множество этих вселенных его порочному телу, чтобы очистить испорченную кожу от своих же прикосновений. Парадоксально, мерзко, жестоко. Он создаёт галактики своими руками, в надежде сделать невиннее, но перед этим сам же и измывается. Теперь Гук с ужасом вспоминает отрывки своего прошлого. Ему сейчас так стыдно за прошлого себя. Из воспоминаний его выводит Пак, который дёргает его уже довольно давно за руку, дабы он поспешно шёл. Они явно опаздывали, а Гук развернулся к дому шагая в спиной вперёд пытаясь рассмотреть дом в котором он недавно находился.***
— Жри это сам, ублюдок — тихо проговаривает парень в ответ, потому что боится, и боится так, что уже четвертый день прислушивается к каждому шороху, жмурит глаза, как услышит шаги, остерегается лишний раз вздохнуть, потому что цепь на лодышке может предательски зазвинеть и привлечь внимание. Чонгук слышит, Чонгук улыбается, Чонгук берет в руки сбитую у горлышка чашку, которую принес, а после, разбивает и поднимая с пола осколок, что упал совсем рядом, горящими от злости глазами смотрит на испуганную модель. — Тогда мне придется заставить тебя, сладкий. Ты съешь все до последней крошки, слижешь все осколки с пола, не издашь ни единого звука в мою сторону, потому что из-за тебя, ублюдок, я ее разбил. Струйка крови, закрытые глаза, что откроются не скоро, новый синяк на изуродованном лице и человек, который называет себя богом, но правит в его личном аду. В тот день он впервые чувствовал себя озабоченный чудовищем. Это была даже не шлюха, это был обычный парень за которым он действительно следил. Тот кого видел лишь на расстоянии в этом сгнившем детдоме, где он и сорвался с катушек. До ужаса страшно... почему такое чувство, что похож и теперь смотря на Тэхёна он будет вспоминать того парнишку, который мучался из-за Чонгука. Сейчас Чонгук очень сильно винит себя за то, что калечил ни в чём не повинного мальчика.***
— Быстрее, прошу... — бубнит Пак и окончательно отрезвляет художника.
Примечания:
Зайчики давайте поднимать актив. Чем больше будет отзывов тем быстрее будет выходить прода.
И кстати укажите на плюсы и минусы этой работы. Не стесняйтесь. Мне важно ваше мнение
