Comeback

— Ребят, я пойду прогуляюсь, — сообщает мемберам Чимин. Уже обув кроссовки и взявшись за дверную ручку, парень чувствует, как что-то удерживает того, хотя правильнее было бы сказать кто-то. Ну конечно, после вчерашнего, Пака вряд ли кто-либо отпустит погулять в одиночестве. Блондин медленно поднимает темные глаза и, нервно закусив нижнюю губу, смотрит на брюнета, стоящего рядом. Сердце уходит в пятки, как только Пак осознает всю суть ситуации… Чимин никогда еще не хотел настолько сильно провалиться сквозь землю… Хочется просто исчезнуть и не смотреть на этого чертового Шугу, просто крикнуть ему «Мин Юнги, ты в курсе, какой ты козел, а?» и вмазать хорошенько. Но парень, несмотря на все эти мысли, до сих пор стоит в шоке, да в своем воображении он уже раз сто ударил репера в его прекрасное лицо, затем в ребра, в нос… Но на деле то совсем не так. — Расслабься, — шепчет Мин и аккуратно, чтобы Пак почувствовал и не волновался, отпускает чужую руку, — Я тоже хочу развеяться, — парень пожимает плечами и отводит глаза. Так и хочется ляпнуть что-то типа «О, у нас новая люстра» после того, ка парень осмотрел всю прихожую в сотый раз. Но Юнги сдерживает себя, он должен показать, что между ними нет какого-то недопонимания и вообще, что Шуге комфортно с Чимином. Он не должен палиться. — Да, если ты хочешь. — еле слышно отвечает Чимин. За последнюю неделю, парни, за исключением, конечно, общения на камеру, почти не говорили. И это так напрягает, что Чимин задумывается «Мы правда прожили вместе больше 5 лет?» Пак выходит на улицу, совсем не замечая Мина, шедшего позади и медленно перебиравшего свои тощие ноги. Спокойно, Чимин. Он просто вышел прогуляться, зачем ему с тобой говорить? И, как и ожидалось, они около 5 минут идут молча. Да, эта неловкая тишина очень напрягает, но это лучше, чем если бы Юнги что-то пытался прояснить. Скажем, о том моменте с Хосоком. Или даже о том, когда Чимин отказал Мину в близости. Паку это не нужно. Совсем не нужно. Но в очередной раз оценивая ситуацию, Чим понимает, что тогда и правда была причина на отказ. Все было слишком запутанно, поэтому даже поцелуи Мина не помогли. К тому же, казалось, что Юнги не был уверен в своих действиях. Это еще больше пугало, ведь по мнению Пака, они уже достаточно долго встречались, поэтому Мин свободно мог позволять себе целовать там, где даже не положено, шептать то, что не должен говорить просто друг… — Я хотел поговорить с тобой, — прерывает раздумья Пака Юнги. Черт — Нам есть о чем разговаривать? — холодно отвечает Чимин, пытаясь не подавать признаков нервозности и страха. Съеживаясь от прохладного ветра, парень потирает ладошки и шмыгает носом. Замечая, что Мина больше нет рядом, парень останавливается и оборачивается назад. Взглядом он ловит Юнги, который стоит в двух шагах от блондина и своими чертовыми, но такими прекрасными глазами медленно убивает Пака. — Чимина, ты правда думаешь, что нам не о чем поговорить? — позволяя вырваться ухмылке, говорит репер. Поведение Мина заставляет Чимина нахмурить брови. — Я думал, что я просто не нравлюсь тебе в плане… парня. — брюнет замечает реакцию Пака и от чего-то лыбится. — Но даже сейчас, ты похож на маленького ребенка, которого поймали за поеданием конфет. — парень делает небольшую паузу, позволяя Паку собраться с мыслями. — Так почему же? — Иди к черту, хен. — так же грубо отвечает Чимин. Заметив, что собственные щеки покраснели, и поняв, что явно не из-за холода, Чим отворачивается от брюнета, до крови закусывая губу. — Ты мне не нравишься и не надумывай там ничего лишнего. И когда ты стал таким дерзким? Чимин, ты правда надеешься скрыть что-то от Шуги? Как глупо… — Хорошо, а теперь давай начистоту, — Мин вплотную подходит в Паку, заставляя того невольно распахнуть глаза от неожиданности и съежиться. — Почему ты отказал мне тогда? И именно сейчас Чимин вспоминает, что Юнги может быть и настойчивым, требовательным даже настырным… Только сейчас он вспоминает, что Юнги не всегда был тем заботливым парнем, который расцеловывал каждый сантиметр пакового тела, объясняя свои действия тем, что хочет обладать всем Чимином; целовал, как будто Чимин его все, и нежно держал за руку. Нет, Шуга также присутствует в Мин Юнги, и это неизбежно. — Хен, давай вернемся, я замерз, — пытается уйти от вопросов блондин. Понимает, что это бесполезно Пак только тогда, когда чужие руки охватывают собственные, заключая в миновы. Чим чувствует, как тепло проникает в каждую клетку тела, заполняя всего блондина изнутри. Дыхание Мина обжигает настолько, что вокалист уже не чувствует холода. — Так теплее, верно? — шепчет почти что на ухо Юнги, — удели мне всего пять минут. Зачем, хен? Единственное, о чем сейчас беспокоится Чимин — как не умереть от нехватки воздуха в легких, ведь даже дышать он не осмеливается. Но все это длится не так долго. — А что насчет тебя, — отвечает Пак, собрав всю силу в кулак и поборов непонятно откуда взявшийся страх. — - Что насчет тебя и Хосок-хена? Было весело той ночью? — Пак ухмыляется, а глаза его загораются огнем. Демон во плоти.  — Или может… Ты сделал это специально, хен? — Я хотел… — шепчет Юнги, всматриваясь в глаза Пака и мысленно прося о понимании. — Ты отказался, поэтому. — Кхм, — ухмыляется вокалист, — и это причина? Хен, ты правда думаешь, что этого достаточно? Таких ублюдков как ты не должно существовать. И тут Чимин жалеет о том, что сказал. Он не совсем это имел ввиду… И становится страшно, что Юнги может уйти. Просто уйти, оставив Пака в очередной раз одного… Блондин всем Богам молится, чтобы Мин не услышал последнее предложение. Мин, смотря прямо в чиминовы глаза, нежно приближает парня ближе за талию, еле осязаемо встречаясь с тем носами. Блондин готов поклясться, что сердце тогда остановилось. Просто остановилось, но не из-за действий Юнги, из-за того, что вокалист почувствовал тогда всю боль Шуги, словно застывшую в его глазах. Чужое дыхание, сводящее с ума, медленно пробиралось в легкие Пака, пронизывая легкие словно нож, но взгляд брюнета резал больше, глубже и резче. — Я правда сожалею о том дне, Чимина. И если я тебе правда не противен, то… Губы Мина нежно, чтобы не навредить, прикусывают губу Пака, всеми силами сдерживая рвущийся на свободу стон. Хочется чего-то большего: хочется прикоснуться к Чимину там, где нельзя, хочется медленно опуститься ниже и рукой почувствовать возбуждение блондина, а также громко простонать в губы младшего. Хочется, но нельзя. Но они сейчас не дома, поэтому такие прикосновения кажутся неподобающими. Скоро проскользнув язычком по паковой губе, Мин на секунду останавливается, давая себе возможность понаблюдать за реакцией Чимина. Блондин на это лишь нетерпеливо, но довольно тихо постанывает, умоляя Юнги продолжить и приоткрывает рот, показывая заинтересованность в дальнейших действиях рэпера. С закрытыми глазами Чим не видит Шугу, он лишь может догадываться о том, какое выражение лица сейчас у брюнета. Но единственное, в чем вокалист уверен — Шуга улыбается. Парень решает перехватить инициативу в свои руки, поэтому, одной рукой прикасаясь к волосам брюнета, а другой поглаживая ключицу старшего, плавно прислоняет того ближе. Чимин нагло углубляет поцелуй, проникая языком в рот Юнги. Мин чувствует, как ловкий и прозорливый язычок любимого проскальзывает по собственным зубам, затем по нёбу и соединяется воедино с собственным. Рука Чимина играется с волосами Мина, то и дело впуская и выпуская темные пряди сквозь пальцы. Брюнет же не отстает, немного поразвлекавшись с паковым кончиком языка, репер посасывает губу младшего и невольно шепчет что-то. Пак не слышит, даже не слушает. Аромат Мина сводит с ума, поэтому мозг совсем не подает какие-либо команды. Чимин просто наслаждается, запечатляя этот момент у себя в сердце. Нужно просто быть осторожными, мы не должны попасться… Все будет хорошо, пока ты есть у меня, а есть у тебя. Обещаешь, хен?