Каждый день

— Николаевич, Куликов, где наш шашлык? — к мужчинам подошла Ханина, жующая огурец. Хромов ухмыльнулся, а Куликов недовольно посмотрел на женщину. — Будет скоро, Ань, — Иван Николаевич помахал картонкой над мангалом. — Ну! Куда ты мяч бросаешь? — они обернулись на крики возмущающейся Тани, которая побежала за укатившимся мячом. — Пойду, что ли, с ними поиграю, — Анна убежала к компании, пытающейся играть в волейбол. — Иди-иди, — проворчал Куликов. Алексеева, которая стояла рядом с мужчинами и нарезала салат, посмеялась: — Ребят, мне кажется, если они не получат шашлык, они съедят вас. — Угу, как гарнир. — Слушай, а кто из наших сгущенку взял с собой? Зачем она на природе? — Хромов указал рукой на стол, где стояла бутылка со сгущенным молоком. Сергей пожал плечами: — Не знаю, Иван Николаевич. А Вы что, сгущенки хотите? Так возьмите. — Ой, нет. Я на нее после армии смотреть не могу. Не то, что есть. Интересно просто, кому она здесь понадобилась, — с усмешкой сказал мужчина и Куликов улыбнулся. — Вас тоже сгущенкой закармливали? — Иван кивнул. — Нас тоже. Чего-чего, а сгущенки было много. А Вы где служили сами? — В авиации ВМФ. — Флот, значит… Хромова внимательно посмотрела на покрывало, из которого они сделали так называемый стол, убеждаясь, что они ничего не забыли. Хотя, опыт женщины подсказывал, что что-нибудь, да забыли. — Ну что, вроде все здесь? — она посмотрела на Павлову с Ниной, которые вместе с ней были ответственные за продукты и их приготовление. — Да, вроде, — Дубровская тоже окинула взглядом покрывало. — У меня все равно такое ощущение, что мы что-то забыли… Павлова, сидящая на складном стуле, тоже посмотрела на готовый стол, проверяя его на наличие всех продуктов. — А хлеб где? — Нет хлеба, — Нина покачала головой. — Ну вот, я же говорила. — Да ладно, ничего страшного, — махнула рукой Дубровская. — Никто и не заметит. — Девочки, вы физкультурой в школе занимались? — смеялся с них Лазарев, наблюдая за попыткой девушек отбивать мяч. На самом деле, играли они неплохо, но подразнить их все же хотелось. Не всегда нужно быть серьезными. — Да, иногда, — пропыхтела Третьякова, пытаясь отбить мяч. — Я, Кость, в школе в футбол играла, — Светлова словила мяч и затем кинула Лазаревой. — А я в университете вообще играла в шахматы, — Саша отбила мяч, но не рассчитала силу, и тот полетел в Хромову. Она на секунду зажмурилась. — Простите, — крикнула Лазарева. Девушки, стоящие рядом, смеялись, закрыв лица руками. Костя подбежал к матери. — Мама, не больно? — Нет, не больно, — женщина улыбнулась. — Но я с вами не играю. — Она кинула мяч Косте. — Зря. — Ты нам, кстати, музыку обещал. Музыка где? — Хромова вопросительно посмотрела на сына. — Будет сейчас. А Иван Николаевич с Куликовым шашлык обещали. Шашлык где? — он наклонил голову набок. Мария Валерьевна рукой указала на мужчин, стоящих воле мангала. — Иван Николаевич и Куликов шашлык готовят, а музыку так и не слышно. — Понял, — Костя побежал в сторону своей машины и включил магнитолу. — А вот и шашлык, — к компании подошли Хромов и Куликов, в руках которых были шампуры. — О-о, — послышались довольные возгласы компании. — Ну что, можем отмечать праздник? — Естественно! — к ним подбежали Костя, Саша и Таня, отбросив мяч в сторону. — Ой, — выкрикнула Нина, посмотрев на экран своего телефона. — Даже связь есть! Нас Михалыч с Мариной поздравляют. — Да, и что пишут? — Таня попыталась заглянуть в экран, но Нина шутливо ей пригрозила. — «Привет, Нинок, — она стала зачитывать сообщение вслух. — С праздником! С Днем Медицинского работника! Всех наших поздравь там, привет передай. Желаем вам поменьше работы, и зарплату повыше», — Нина закончила читать сообщение. — В конце смайлик. — Все рассмеялись. — Нин, так ты их тоже поздравь от нас. Если получится. — Сейчас попробую… — она стала вводить текст сообщения и попыталась его отправить. — Даже получилось! — Ирина Алексеевна, Вам слово. Как старшей по званию, — улыбающийся Хромов протянул женщине стаканчик с вином. — Я? — мужчина кивнул. — Ну… ладно. Год у нас, коллеги, начался не очень радужно. — Она посмотрела на семью Хромовых-Лазаревых. — Продолжение было не менее напряженным. — Женщина перевела взгляд на Нину, затем украдкой взглянула на свою трость, от которой она через неделю-другую уже избавится. — Но, врагу не сдается наш гордый «Варяг». Поэтому, хочу поздравить вас всех с нашим профессиональным праздником. Честно говоря, я ни в одной больнице не видела такого дружного коллектива: и прикроете друг друга, и приврете. Да, коллеги? — Все переглянулись, посмеиваясь. — Вы выполняете свою работу на «отлично». Я очень надеюсь, что в ближайшие годы никто не покинет наш дружный и весьма своеобразный коллектив. С праздником! — Ура! — коллеги поддержали её речь криками и смехом. Вечером, после того, как прошла самая активная фаза отдыха, когда Алексеева за всеми бегала с фотоаппаратом, а Костя всех потащил играть в волейбол — Ирине Алексеевна, к счастью, удалось избежать этой участи — каждый занимался кто чем. Костя снова играл с девушками в волейбол, изредка дразня их, Ирина Алексеевна и Кривицкий слушали, как Куликов играет какую-то мелодию на гитаре. Ханина с Алексеевой просматривали фотографии, которые удалось сделать, и громко смеялись с некоторых кадров. Очень интересных, как им казалось. Будет на память. Мария Валерьевна болтала с Ниной, положив голову на плечо Ивану Николаевичу, который с улыбкой наблюдал за тем, как молодежь играет в волейбол. — Сергей Анатольевич, а мы песню сегодня услышим, или как? — Ирина Алексеевна вопросительно посмотрела на коллегу. Тот хмыкнул и пожал плечами. — Легко. Митяев подойдет? — все согласно кивнули. — Отлично. Ну, слушайте… Мужчина улыбнулся и щипком дернул три нижние струны: — Изгиб гитары желтой ты обнимаешь нежно, Струна осколком эха пронзит тугую высь, Качнется купол неба, большой и звездно–снежный, Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Качнется купол неба, большой, и звездно–снежный, Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Как отблеск от заката, костёр меж сосен пляшет, Ты что грустишь, бродяга, а ну–ка, улыбнись. И кто–то очень близкий тебе тихонько скажет: Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. И кто–то очень близкий тебе тихонько скажет: Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. И всё же, с болью в горле, мы тех сегодня вспомним, Чьи имена, как раны, на сердце запеклись, Мечтами их и песнями мы каждый вдох наполним, Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Мечтами их и песнями мы каждый вдох наполним, Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…