Ослепительно таинственна

Джен
R
В процессе
39
Размер:
421 страница, 15 частей
Описание:
В этот умиротворенный момент, под звуки шуршащих на ветру листьев огромного бонсая, та Люси, что всем казалась такой взрослой, серьезной, сильной, закрытой пеленой тайн, с погребенным под толстой стеной прошлым, была такой беззащитной, абсолютно спокойной, что напади на нее сейчас - Заклинательница была бы уже мертва. Такую наивную беспечность, в ее лице, команда еще не видела, от чего они обомлели и одновременно напряглись еще больше. Никто не знал, что на самом деле скрывает Люсьена Хартфилия.
Посвящение:
Посвящается всем, кто готов прочитать все дохулион страниц фанфика.
Примечания автора:
Доброго дня, всем читателям.
Ожидаю к своему фанфику комментариев и оценок. Предупреждаю, что критику принимаю в любой форме.
Желаю приятного чтения.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
39 Нравится 51 Отзывы 14 В сборник Скачать

Акт 1. Часть 4. Глава 3.

Настройки текста

Акт 1. Часть 4. Глава 3. Конец бессмысленной ссоры.

***

       Примечание автора:        Помимо того, что я просто морально сдохла во время написания этой главы, которая выжала из меня все, пора еще, наверно, ставить метку «Дарк» и повышать рейтинг, так как первая половина просто типо: «Хули нам, пожрем камаз стеклопакета». Ощущение, будто больше всего тут страдали и плакали не персонажи, а я, которая после таких сцен в проде выгорает аки бенгальский огонек с горящей жопой и сознанием.        Приятного чтения!

***

       Из груди Лаксуса вырвался усталый вздох.        — Черт, ну и скукота, — протяжным тоном произнёс мальчишка и даже не вынув рук из карманов увернулся от острия меча, пронесшегося почти у самого виска.        Бандит с саблей промазав по Дреяру оступился и с ног его сбил его же собрат, которого, словно пушинку, отшвырнул от себя Гилдартс, махавший кулаками направо и налево.        Поляна превратилась в поле боя, только с битвой в одни ворота, где орда самых низкоуровневых бандюганов разлеталась во все стороны будто опадавшие осенние листья. Отовсюду слышались протяжные крики подбитых негодяев и грозные окрики еще нетронутых. Маг молний же только безынтересно ковырялся в ухе и уходил от каждого выпада противников. Самым же нелепым ребятам, чьи движения были похожи больше на судорожный танец, он подставлял подножки, чтобы слабаки сразу же вышли из драки.        Заданием было остановить крупную группировку бандитов под названием «Орк», среди которых имелись даже головорезы, убивавшие ограбленную жертву на месте. Они терроризировали целый северо-восточный край, от чего награда и была завышена, а класс квеста был поднят до ранга «А». Юным волшебникам априори не стоило находиться на подобной схватке, но кому-кому, а двум подающим высокие надежды Громовому Убийце Драконов и Заклинательнице, — чья слава разрасталась словно дикий плющ, — было разрешено выполнение данного заказа, особенно, когда бок о бок с ними находится никто иной, как Двуликий Король Гилдарст, о чьей силе уже кричали во все горло даже маги из других гильдий. С такой командой у обычных придурков с Английским фолченом* не было и шанса на победу. Ребята голыми руками перехватывали лезвие и от силы их магии или способностей, металл трескался, как яичная скорлупа.        Слабые статисты выходили из игры с разбитыми лицами за считанные секунды.        Поставив незадачливому противнику подножку, мужчина с банданой, напавший на Лаксуса следом, плюхнулся наземь, роняя из вспотевших от волнения ладоней меч и растянулся перед потерявшим всякий к нему интерес парнишкой. Дреяр выставил руки в стороны, напрягая пальцы, что походили на крепкие когти зверя при такой комбинации.        — Град молний! — ухмыльнувшись, произнес заклинание блондин и со всех сторон в поляну врезались золотые копья электричества.        Попавшие под раздачу бандиты, закряхтели от высокого напряжения, поразившего тело и десяток слег с закатившимися глазами.        — Мамочки! — плачевно протянул негодяй, которого следующим отправил в свободный полет смеющийся Гилдартс.        Тот хохотал от азарта и видя это расплывшееся в полувменяемой улыбке лицо Клайва, Убийца Драконов пустил со лба каплю пота и быстренько отошел подальше от него. Притворятся, что не знает этого рыжего было уже поздно, поэтому Лаксасу ничего не оставалось, как косить под невидящего и выкинуть из головы довольную рожу согильдийца.        По пути парнишку подрезала бегущая толпа злодеев, за которыми гнался Локи, а за ним уже огромный валун, катившийся как шар для боулинга. Казалось, что они убегают все вместе. Повернув голову влево, Дреяром была обнаружена Люси, что, без сомнений, и запустила этот камень во врагов. О возможно пострадавшем после такого Звездном Духе, она и не думала. Девчонка же была отчего-то зла и с ужасающим оскалом выпускала пар в драке. Причину этого маг молний понял сразу. Видимо, на месте тех идиотов она представляла его, вот поэтому и зловеще хихикала при каждом побежденном противнике. По спине Лаксуса пробежали мурашки. Туда тем более не стоит вмешиваться, иначе он станет, впоследствии, главным антагонистом и работа будет заброшена.        Хартфилия и Дреяр принялись бы играть в «Том и Джерри». Такого расклада никому не хотелось бы. Гилдартсу пришлось бы их разнимать, а шайка убийц по тихой бы слиняла. А затем и нагоняй от Мастера, пришествие Сатаны так сказать. В итоге в жопе бы оказались все, считая поредевшие ряды бандитов.        — Мелкая сучка! — вскрикнул неожиданно появившийся из-за спины Заклинательницы мечник с Чорой**, занося оружие над ее головой.        Блондинка успела бы и обернуться, и парировать удар, но заместо этого, схвативший ее за запястье Убийца Драконов, что за секунду преодолел разделявшее их расстояние, утянул ее в сторону и острие Чоры вонзилось в землю, вместо головы Люси. Та сразу же оправилась от своего праведного гнева, замечая безэмоциональное лицо Лаксуса, а напарник поспешил сильным ударом ноги одолеть нападавшего.        — Не зевай, — отпуская ее руку, произнес парнишка и ринулся в поспешившую на подмогу банду.        Ничего не ответив, Хартфилия только цыкнула и принялась за работу, поглядывая на спину мальчишки, чтобы вовремя ее прикрыть. Должок стоило вернуть.        Битва шла своим чередом и в какой-то момент группировка врагов стала заметно редеть.        Неожиданно почувствовав опасность, Заклинательница слегка прогнулась назад, уклоняясь от атаки. Огненный взрыв врезался в камень сбоку и с грохочущим звуком его разнесло на маленькие куски. Поспешно прикрывшись от пыли и осколков руками, парочка мелких и острых камешков расцарапали кожу на щеке и ноге, также задевая предплечье девчонки. Пришлось закрыть глаза, чтобы не повредить зрение и в этот момент блондинку с размаху пнули в живот.        Подавшись слюной, воздух в легких встал и отчаянно откашлявшись, Заклинательница улетела назад. Не в силах остановить падение, она несколько раз прокатилась по траве, кувыркнувшись назад. Когда спина коснулась земли, Люси распахнула веки и небо, что пестрило облаками дыма взрывов, плыло перед глазами. Болезненный вздох наполнил грудь и глоток воздуха был пропитан серой горечью.        — Осторожно маги! — среди взрывов отдаленно слышался голос Гилдартса, а за ним и имя «Люси», прокричавшего Дреяра, потухло в новом хлопке.        Затылок потяжелел, словно скоро в мозг начнут заливать свинец, но не имея возможности до конца прийти в себя, Хартфилия поспешила подняться.        Противник навис неожиданно, а в быстром потоке сменных кадров, удалось разглядеть только кулак, от которого блондинка тут же откатилась в сторону. В земле на месте удара появилась выбоина, и не ясно, что произошло бы с черепом Заклинательницы, будь она на прежнем месте. Вскочив на одно колено и внимательно следя за врагом, она вытерла тыльной стороной ладони слюну с уголка рта. Здесь уже требовалась предельная сосредоточенность и серьезность, от чего брови Люси свелись к переносице.        — Локи! — позвала Льва та и рыжеволосый парень в костюме моментально принеся с другого конца поля.        Оскалившись, Лео встал практически перед Хартфилией, закрыв ее собой.        — Козерог, — прошипел Локи испепеляя взглядом Звездного Духа перед собой.        От подтвердившейся догадки, Заклинательница нахмурилась еще сильнее. Облик высокого козла, рога, короткий, глупый официальный костюм и солнцезащитные очки на глазах. Так выглядел Дух, а ныне враг Люси. Он не спеша поднялся в полный рост, вставая напротив своей цели.        — Это не Козерог, — сказала она и приложив усилие встала на ноги, ощущая, как в области живота все саднит. — Ты ублюдок, — с нескрываемой ненавистью сквозь зубы процедила Хартфилия, чувствуя, как внутри все кипит, а сердце ускоряет ритм. — Золдио, мразь…        Козерог усмехнулся.        — Как ты догадалась, малышка?        — Я искала такую мразь, как ты, сволочь! — с остервенением крикнула блондинка и отпихнула Льва в сторону, чтобы получше увидеть врага.        Она была готова разорвать его на куски с этот же момент, но все тело тряслось от скачущего в крови напряжения и злобы, что было готово излиться наружу. Пальцы ходили ходуном и сжимались с такой силой, что сквозь бинт на правой руке проступило черное пятно крови, растерзанное ногтями. Заклинательница не спускала взгляда с Золдио в облике Козерога, пока тот насмешливо изучал девчонку. Лео же следил за своей хозяйкой, чтобы та не поддалась гневу и не набросилась на эмоциях на врага.        — Зачем ты убил Грамми, сукин сын? — выделяя каждое слово интонацией, старалась держать себя в руках Люси.        — И откуда такая малышка знает столько плохих слов? — усмехнулся Козерог.        — Отвечай по делу, ублюдок! — не сдержавшись, закричала сквозь взрывы Хартфилия. — Зачем ты убил Грамми?!        Напряженное молчание, которое можно было резать ножом, словно масло. Этот несчастный промежуток времени казался вечностью для блондинки.        — Ради ключа, — просто пожал плечами Золдио.        Как ни странно, из груди Заклинательницы вырвался только разочарованный вздох без капли скребущей нутро ненависти.        — Я поняла тебя, — тихо произнесла Люси, чьи слова тонули в шуме бойни, и встала в оборонительную стойку. — Локи, — обратилась та к Духу и Лео от ее чрезмерно серьезного тона напрягся. — Размажем этого ублюдка, — буквально сочился яд из этой фразы.        — Да! — ответил Лев и тут же рванул вперед, нанося Козерогу удар по челюсти.        Враг отступил, проехавшись по земле копытами метра полтора и пока тот не пришел в себя, к нему подскочила Хартфилия, сжимая кулак. Удар по прессу был сильнее, чем урон, что нанес Локи. Казалось, что в зоне торса разрывались мышечные ткани и это заставило задохнуться воздухом, а также отлететь на приличное расстояние назад.        Рука Заклинательницы же жгла, словно раскаленная кочерга, но сдавливая пальцы боль уходила, а запястье немело. Все же цена такой силы была велика, особенно для такого крошечного тела, как у Люси. Приходилось терпеть подобные издевательства этого гребанного проклятья. Только времени жалеть саму себя не было и вовсе.        Девчонка рванула вслед за пропавшим в тумане из дымных залпов Золдио, чтобы нагнать еще не оклемавшегося мужчину и врезать еще с сотню раз. Надо было разделить его тело и тело Звездного Духа, надрать зад Золдио и забрать себе ключ от врат, а затем, если кто-то останется, то добить бандитов.        От дыма хотелось закашляться, ведь эта горечь забиралась в легкие и вставала комом в горле. Лео шел с Хартфилией бок о бок и неожиданно, сократив приличное расстояние, прямо перед Львом вырос Козерог, который вдарил тому коленом в живот. Тот не успел ничего сделать, как отхаркнувшись кровью покатился кубарем назад.        — Локи! — с волнением вскрикнула блондинка, видя как ее напарника отшвырнуло.        — Я не привык бить детей, — сказал противник и резко, с разворота, вдарил по Заклинательнице ногой.        Успев только прикрыть руками голову, Люси в который раз растеряла остатки воздуха пропитанного гарью, чувствуя, как все ее внутренние органы сжались от боли, а в районе живота все было отбито. Она отлетела будто тряпичная кукла, пролетая через край поля боя и исчезая среди деревьев. Снова упав наземь, Хартфилия не сдержалась и откашлялась сгустком крови, что стек к ее подбородку. Понадобилось несколько секунд, чтобы с трудом сделать первый вдох, снова закашляться, перевернуться на бок, изрыгнуть новую порцию крови вместе со слюной и постараться сфокусировать зрение.        Голова гудела, тело болело, давая понять хозяину, что пора остановиться и провалиться в бессознательное состояние. Гам битвы не бил по ушам, а тонул будто в ведре с водой, куда ее когда-то насильно макали головой. Пред глазами плыло, зато дым стал рассеиваться в этом месте и обзор стал гораздо лучше.        Заклинательницу задевало превосходство Золдио и все это из-за силы Звездного Духа, в которого он вселился. Использовать любой другой вид магии против этого ублюдка бесполезно — он практикует Подавление. И это, наверняка, еще не все. Хоть девчонка и копала под него, Золдио оставался «темной лошадкой», а думать, что происходит у него в голове — бесполезно. Он явно поехавший тип и его нужно было немедля вывести из игры, кто знает, чтобы тот выкинул еще, да и… нужно отомстить.        Только отмщение стало главной целью Люси.        — Откройся, Герой Рубенгарда, — послышался голос Козерога сквозь глухой туман в ушах Люси. — Сан Джао Шин!        Секунда и лезвие нагинаты*** проносится точно над головой Хартфилии, от которого она удачно успевает присесть. Из письмен начертанных врагом появился мужчина с бородой в китайских одеяниях и с холодным оружием наперевес. Кувырнувшись в сторону, блондинке пришлось следить за двумя противниками одновременно и, как назло, оба были искусны. Ближний бой, вооруженный бой, бесконтактный бой и даже магия. Звезды были точно не на стороне Заклинательницы.        — Магия Человеческого контроля… Теперь понятно, что за фокусы ты используешь, — пробормотала Люси, когда для нее все встало на свои места, не спуская глаз с врагов.        Больше никто не двинулся, будто обе стороны что-то напряженно обдумывали.        — Ты… — внезапно произнес Золдио и девчонка напряглась. — Выглядишь знакомо.        Блондинка усмехнулась, переводя дыхание. Это был шанс потянуть время. Она уже все заметила, как неспешно подкрадывается Локи. И хотя его вид пугал, настолько сосредоточенным Люси его еще не видела. Он напоминал зверя. Блестящие золотом глаза, стекающая с подбородка кровь, губы искривленные в оскале, неспешный, легкий шаг и аура опасности, что Лео старался скрыть. Настоящий Лев.        — Еще бы я не выглядела знакомо! — не повела и мускулом Хартфилия своим издевательским тоном. — Я самая прекрасная леди страны! Такую красоту грех забыть! Смотри, не ослепни от такой Богини.        — Как тебя зовут? — старался пропустить весь ее бред мимо ушей Козерог. — Твое имя****…        — Прекрасное аниме, я плакала, — кивнула Заклинательница, продолжая гнуть свою линию.        — Имя, — требовательно надавил противник, начиная закипать. — Скажи мне свое имя!        Вглядевшись в тонированное стекло солнцезащитных очков, блондинка пронзительно уставилась на Звездного Духа.        — Люси Хартфилия…        И прежде, чем Козерог успел как либо отреагировать, сзади на него накинулся Локи, что схватив того за шею, стал душить с неприсущей ему жестокостью. Золдио забрыкался в руках парня, понимая, что начинает задыхаться. А пока Лео держал его, Люси, со всей силы вдарила врагу в солнечное сплетение. Напор был настолько силен, что все отчетливо услышали звук ломающихся костей. Даже ребра Льва завибрировали от удара, так как он плотно прижимал спину Духа к своей груди, не давая ему и шанса вырваться.        Кровь хлынула изо рта Козерога и часть капель попала на испачканные в земле и пропахшие дымом волосы Люси. Прикусив губу, она с сожалением поняла, что Звездному Духу, в чье тело вторгся враг действительно не сладко досталось. Словно электрическим разрядом отдача прошлась по правой руке Хартфилии и та еле сдержалась, чтобы не взвыть от чернеющей метки боли в запястье.        Поверженный Дух потерял сознание, обмякнув в хватке Лео, у которого с уголка губ расплывалась новая дорожка алого. Из тела Козерога тут же с болезненным визгом вылетел черный туман, что приобретая облик человека припал коленями к земле, недалеко от старого «сосуда». Кучерявые волосы, небольшой рост, сгорбленная спина, рисунок имитирующий разрезанный до ушей рот и парочка сумасшедши блестевших глаз. Это был истинный вид Золдио и при виде этого мужчины в блондинке всколыхнулся новый вал ненависти.        Козерог стал растворяться в серебряной пыли, знаменуя свое возвращение в Мир Звезд, а Лев, не теряя времени, зарядив свой кулак Регулом, напал на сидящего Золдио, что с испугом взглянул на пылающий взгляд Локи.        — О-откройся, охотник Белпарасо! Са-самагуи! — навзрыд вскричал мужчина и из новых письмен появился еще один человек в северной одежде с луком, который сбил с ног Льва. — Откройся!.. Откройся!.. Откройся!.. — стал без конца призывать все новых противников Золдио и несколько рыцарей заполнили поляну. — Задержите их! — приказал маг и указав на Заклинательницу, подскочил с места, намереваясь сбежать вглубь леса.        — Черт! — выругалась Люси и с волнением, стискивая зубы, обернулась к держащемуся за поврежденное плечо Лео. — Локи, давай я призову тебе в поддержку…        — Все нормально, Принцесса, — вытирая рукавом кровь с подбородка, перебил ее парень, осматривая окружавших со всех сторон врагов. — Иди, я справлюсь!        — Но…        — Иди! Тут и меня одного будет много!        Люси отвернулась, напряженно поджав губы в одну тонкую полоску.        — Хорошо! Полагаюсь на тебя!        Локи хмыкнул, чувствуя, как разбитую губу неприятно щиплет. Он поправил пиджак и встал в знакомую стойку.        — Сияние Регула! — произнес тот заклинание и темноту среди высоких деревьев залил свет, что был ярче недалеко бушующих молний Лаксуса.        Противники зажмурились и Хартфилия маневрируя между рыцарями, рванула вслед за сбежавшим Золдио, ощущая, как болят легкие.        Чем дальше в лес (тоже классный фильм, при том, что мюзиклы я не очень люблю)***** забегала девчонка, тем гуще становилась растительность, а прошедший закат уже давно уступил место белому блеску луны. В полутьме ориентироваться было трудно, но Заклинательница точно следовала шаг в шаг за мужчиной. Трава колола щиколотки, мелкие ветки кустов царапали опаленные жаром щеки, пальцы путались в липком воздухе, пыль и пот катились по шеи вниз, а Люси бежала так, словно пыталась догнать кусочек будущего. Но единственное чувство переполнявшее ее нутро была месть. Непонятно зачем, непонятно для кого.        Было просто удачей наткнуться именно на нужную шайку бандитов, где околачивался Золдио и было настоящей судьбой встретить этого ублюдка. Не многие захотят чтобы за их смерть мстили и Грамми, скорее всего, была одной из тех, кому не нужно было бессмысленное кровопролитие. Жаль, что Хартфилия была человеком с темной душой и весь ее мир сосредотачивался на мести. Она злопамятная, но не обидчивая. Задеть ее чувства было сложной задачей, если только не знать слабости и надавить на больную мозоль. Тогда блондинка была способна рвать человеческую плоть голыми руками на мелкие лоскутки.        Прохладный ночной ветер хлестал по лицу и было слышно, как Золдио недалеко впереди пробирается сквозь шуршащие листья. Звуки облавы на бандитов утихли, только отдаленные отголоски шума еле доходили до слуха Заклинательницы. И вот, вылетая на небольшую поляну, Люси тяжело глотая колючий воздух, режущий глотку, всматривается на выбившегося из сил противника.        — Э-эй, — проглатывает он и пытается пятиться назад, но ноги словно не слушаются, прикованные к месту. — Юная госпожа Хартфилия… П-прошу, от-отпустите меня… — лопочет в страхе маг.        — Ублюдок, — хриплым голосом выдыхает Хартфилия. — Ты член группировки «Орков»… — ее взгляд сузился и она пронзительно уставилась на Золдио, будто протыкая того тысячами иглами. -… И убийца Грамми Мю. Я не могу отпустить такого отморозка, как ты.        Мужчина переменился в лице и раздраженно скрипнул зубами, его руки потряхивало то ли от остатков страха, то ли от злости. Он походил на ненормального.        — Грамми… Грамми… Да! Я убил ее и что с того?! — взорвался Золдио и Хартфилия инстинктивно дернула плечом от его съезжающего с катушек поведения. — Мне нужен был ее ключ! Ключ моей милой госпожи Лэйлы! — с отвратительным трепетом произнес он это.        Услышав с какими извращенными нотками сорвалось с уст мужчины элегантное и теплое имя ее матери, Заклинательница похолодела. Лопатки на спине напряглись и между суставов словно что-то закололо. Какое-то странное режущее чувство, что было похуже гнева. Любое выражение отхлынуло с лица Люси, оставив недвижимую безэмоциональность, от которой сквозило холодом. Ей было нечего ответить и она продолжала слушать пламенную речь Золдио, что даже покраснел от своих фантазий.        — Грамми была не достойна и волоса с головы моей милой госпожи Лэйлы, не то, что ее драгоценного ключа! — взахлеб продолжал маг, а девчонка переставала ощущать свое тело, будто оно немело, все силы куда-то утекали прочь, оставляя только жгучий холод. — Я был готов собрать все Зодиакальные ключи для нее! Я был неимоверно счастлив, когда она отдала мне ключ от врат Козерога, хоть и считаю эту магию глупостью! — мужчина уже терялся в реальности, придаваясь своим сумасшедшим огласкам.        У Хартфилии начала кружиться голова, в ушах звенеть. К горлу подкатывала тошнота, а каждое упоминание о матери разрывало сердце, заставляя его биться словно хрупкий хрусталь столь раз, сколько она услышит «Лэйла». Грудь пронзало и сломанное ребро было не столь ощущаемо как невидимая проволока, на которую ее насаживало. В интерпретации Золдио же имя женщины покрывалось несмываемой грязью разврата, от чего ненависть смешивалась с отвращением, что росло от самых лопаток. Он говорил так долго, так громко, что в какой-то момент блондинка пропала в пространстве, стараясь услышать собственный пульс, от которого ей становилось в разы хуже. Его откровения она уже не слышала, пропадая в пустыне сознания.        — Я всегда-всегда-всегда! Смотрел только на госпожу Лэйлу, даже после того, как она выбрала того придурка Джудо, я всегда оставался с ней и наблюдал за ней, в отличии от него! — брызгал слюной Золдио и на его лбу и шеи выступили пульсирующие от усердия вены. — Госпожа Лэйла была для меня всем! Ее изящные щиколотки, тонкие запястья, молочная кожа! Эти карие глаза и солнечные волосы! Я желал обладать всем! Я желал обладать ею! Поэтому я хотел собрать все ключи для нее, чтобы она, наконец, заметила меня! Но Грамми стояла у меня на пути, поэтому мне пришлось убрать эту сучку! Вот только эта тварь так и не раскрыла, где лежит ключ! А какое отчаянное выражение лица у нее было, когда я стал угрожать ее выродку! — надрывно засмеялся он.        Невидимый рыгал сам собой пал под давлением чувств Люси и выплевывая кровь, она стала вбивать тело Золдио в твердую землю. Она не поняла, когда начала нависать над мужчиной, стирая кулаки и превращая его в фарш. Удары шли беспрерывно, кости обоих трещали, пальцы Хартфилии болели от упорства. Хруст тела врага, фонтан крови, что вырывался из его рта и открытых ран, полностью забрызгало девичье лицо и ее порванную рубаху. Золдио не успевал кричать от разрывающей его боли, попеременно теряя сознание от шока и снова приходя в себя от пронзающих ощущений. Он видел краем заплывших глаз, как из плеча торчит острая кость, как теплеет от собственной крови в районе груди, как руки и ноги выворачиваются наизнанку. Мужчине приходилось захлебываться кровью, слюной, слезами и выбитыми зубами.        По ощущениям, он думал, что вот-вот умрет, но что-то все еще держало его в сознание, приводя в ужас, что его не может спасти даже забытие от этого избиения. Голова наливалась свинцом не только у него, но и у Хартфилии от всего перенапряжения. Она не замечая плевалась кровью, из носа пролегала такая же алая дорожка, вена пульсировала на лбу. Было трудно даже различить во всей этой мешанине, чья кровавая лужа растекается на траве. И только ощущение страха привело Золдио в чувства, когда он без конца смотрел в горящие золотом глаза девчонки.        В какой-то момент тело блондинки перестало двигаться и ее руки хлыстом упали вдоль тела. Горло сперло и Заклинательница долго не могла вздохнуть, она задыхалась. Правую руку будто резали на живую и черная метка ползла куда-то к плечу, сжигая кожу. Бинты уже давно разбередились и в ночи тьму письмен было трудно разглядеть. Это проклятье, словно душило Люси. Символы беспрестанно перекатывались по всей длине руки и буйство знаков было не остановить. Каждая клеточка была напряжена и болела.        А когда Хартфилия наконец подняла глаза с разорванной под ней плоти, то встретилась с двумя горящими серебром глазами большого волка.        С трудом сглотнув, она с испугом смотрела на зверя вдыхающего металлический запах, на который он прибежал. Животное шумно втянуло носом пропитанный воздух, облизнулось. Волки ходят стаями, поэтому если поблизости есть один, то где-то рядом и его сородичи. Сражаться с целой группой диких зверей, сейчас было выше ее сил.        Заклинательница, преодолев каменную усталость в теле, медленно подалась назад, чуть отползая. Послышалось невнятное мычание и она опустила взгляд на вспоротое и поломанное тело Золдио, что был еле жив.        — С… Спва-па… Спа… Си…        Лицо Люси исказилось в безразличии и ни одна эмоция не появилась на ее лице, когда волк вцепился острыми зубами в шею мужчины.        Поднявшись на дрожащих ногах, она убежала прочь насквозь пропитанная чужой кровью.        И первое, что произнесла Хартфилия встретившись с Лаксусом и Гилдартсом, закончившими с бандитами было: «Я убила его».

***

       Все произошло как в тумане, поэтому по прибытию в Магнолию единственным, кто знал всю правду о произошедшем был Лаксус. Люси по окончанию задания, сказав эту фразу, развернулась и в неведении побрела прочь, как можно скорее от чужих глаз. Дреяр же в растерянности пошел за ней, желая выбить объяснения, но Хартфилия смерив его мертвым взглядом, дрожа, проигнорировала. А уже на следующий день, когда команда возвращалась обратно в гильдию, сидя в продовольственном вагоне, среди ящиков с овощами, на мешках с рисом, блондинка впервые с того случая заговорила с сидящим бок о бок магом молний.

       — Я заслуживаю только ненависти, Лаксус, — это было тем, с чего начала рассказывать Люси.

       После чистосердечного признания, Хартфилия вновь замолчала и с неделю не появлялась в «Fairy Tail», а когда наконец появилась на пороге… Мрак ее глаз напугал всех.        Как так произошло, что впервые гильдия была наполнена испуганными криками, было не понятно. Громовой Убийца Драконов гневно накинулся на Заклинательницу, которую он, словно куклу, без сопротивления, повалил на деревянный пол и врезал ей. Схватив ее за ворот кофты, с силой встряхнул, пока взрослые с волнением спрашивали друг друга, что происходит. Гилдартс среагировал трезвее остальных и подхватив на руки дрожащую от страха Брандиш, увел ее подальше.        — Все будет хорошо, Малышка, не плачь, — качая на руках Мю и утирая тыльной стороной ладони ее слезы, ласково успокаивал ее Клайв. — Ребятки просто опять поссорились. Представляешь, они не поделили сладости на задании, вот и все! — сглаживал углы своим враньем он.        Мю попыталась поверить и бросив последний взгляд наполненный слезами на замершую парочку, уткнулась носом в шею рыжего. позволяя унести себя.        — Вставай, — жестко произнес Лаксус, пряча глаза за челкой и нависая над лежащей под ним Люси, что стеклянным взглядом смотрела куда-то в сторону. — Пойдем, выйдем, — сжав челюсть при виде этого белого выражения лица, требовал Дреяр.        — Сначала встань с меня, — слабым голосом произнесла Хартфилия, не обращая внимания на его грубость.        Убийца Драконов поднялся на ноги и не подав руки, вышел из дверей здания первым.        Оба медленно брели ближе к окраине, где находится лес и где их никто не увидит, и никто посторонний не пострадает. Погода словно специально портилась, чувствуя всю происходящую атмосферу. Холодный порывистый ветер промежуточно бил по коже. Листья зловеще шуршали под его дуновением, небо заволокло грязно серым цветом. Вывески в городе звенели цепями.        Поднявшись повыше, откуда несколько улочек были как на ладони, а шпиль Собора пронзал небо, Люси приостановилась у крутого склона вниз и обернулась, вглядываясь в деревянное здание гильдии. Старая потертая эмблема «Fairy Tail» зияла какой-то надеждой и путеводным маяком для жителей Магнолии, вещая о том, что город под защитой. Лаксус ничего не сказал, а только наблюдал, как от ветра ломкие волосы подруги взметаются вслед порыву.        Придя на нужное место, окруженное густыми лиственными деревьями, ребята прошли к поляне с желтоватой и подмятой травой, где-то виднелись даже угольно прожженные пятна, от ударов молний. Тут они иногда устраивали спарринг или тренировались вдвоем.        — Ты можешь прекратить это? — не оборачиваясь к Хартфилии, раздраженно произнес Дреяр, держа руки в карманах брюк. — Твое выражение лица неимоверно бесит.        — Знаю, — смотря куда угодно, но не в спину своему напарнику, слишком спокойно ответила Заклинательница. — Ты часто это говорил.        — Вот именно, — выдохнул маг молний и взглянув на небо, зажмурился. — Столько лет прошло, а ты даже не пытаешься меняться.        — А зачем меняться?        — Затем!.. — неожиданно вскрикнул Громовой Убийца Драконов, но сразу же сжал зубы, стараясь побороть кипящую в нем злость. Люси, казалось, даже не дернулась под этим криком. — Что мир не стоит на месте, а ты даже не пытаешься быть самой собой.        — Это я… — голос девчонки медленно стал набирать силу, отдавая горечью. — Я настоящая! Жалкая и убийца!        — Ты не убийца! — резко взорвался Лаксус и обернулся. Глядя на его подрагивающие в едва сдерживаемом гневе черты лица, Хартфилия удивилась. — Он был ублюдком и он это заслужил! — всплеснув руками и сжав ладони в кулаки, парень решительно направился к Заклинательнице. — Ты ведь знаешь, что я не Дед, — твердый шаг, от которого у Люси пошли мурашки по всему телу и она инстинктивно сделала небольшой отступ назад. — Не Макао, — еще шаг и еще одно еле заметное движение ноги назад. Блондинка вздрогнула. — Ни кто либо другой, — последний шажок и Дреяр подходит буквально впритык, от чего его горящий взгляд жжет кожу, а Люси ощущает ком в горле. Он хватает ее за плечи и сжимает и та только тщетно дергается, когда пальцы Убийцы Драконов железно сцепляются на ее руках. — Ни даже Гилдартс.        Таким напористым и агрессивным Хартфилия видела его впервые, поэтому первое, что она почувствовала при виде этих пронзительных глаз, что будто сжигали каждую ее клеточку изнутри — был страх. Они никогда всерьез не дрались и где-то на задворках блондинка понимала, что Лаксус вполне может оказаться и сильнее нее. Или может оба равны, но только какой ценой… Стоять друг напротив друга полностью избитыми, в крови и ждать, что кто-то из них рухнет без сил первым?        Поэтому Заклинательница попыталась как можно быстрее взять себя в руки.        — Я не из тех, кто станет жалеть даже таких отморозков, — металлическим тоном продолжал Дреяр. — Он умер не из-за тебя, а из-за себя самого. Он сам загнал себя в это, пойми! — встряхнул он ее. — Люси, — его голос стал медленнее. — Будь я на твоем место, то не оставил бы от него и следа, — только после этого Люси смогла сглотнуть, ощущая как холодеют кончики пальцев. — Поэтому прекрати винить себя, прошу, — внезапно поведение Убийцы Драконов снова сменилось и с его уст слетели мягкие нотки. — Нам нужна настоящая ты, Люси. Та, которая может искренне улыбнуться.        И Хартфилии показалось, что в глазах Лаксуса было столько надежды за всей этой пылью серьезности, что от одолевшего ее стыда, она опустила голову, напряженно закусывая губу. Все это… Ей действительно хотелось бы вернуться на пару недель назад, когда все еще было не столь плачевно для нее. Где она могла поддеть Дреяра, а потом бы у них завязалась шуточная драка…        Но не такая как сейчас…        Заклинательница всегда старалась держать эмоции в узде, подавляя внутренний ураган чувств, так как для нее бросаться во что-то с горячей головой было подобно самоубийству. Она была очень импульсивной, но тщательно скрывала это за каменной маской концентрации.        Поэтому в один момент все вышло из-под контроля. Все испытываемые ей чувства и переживания как одно резко хлынули в голову, от чего в виски стрельнуло колючей болью, сопровождаемая тактом пульса. Будто барабанный оркестр вжарил по инструментам в один момент. Все копившиеся Сожаления и Вина застелила глаза Люси, а в мозгу чечетку отбивала только одна мысль:       «Настоящая… Настоящая… Страшно… Очень страшно…»        Все события ее жизни мелькнули вряд и у Хартфилии банально снесло крышу от подскочившего в крови адреналина, что путал рассудок. Снова перед глазами смерти, смерти, смерти… И ударный звук грома.        Зрение обернулось к реальности вместе с золотой молнией ударившей прямо перед ней и опалив кончик носа.        Сильным ветром раздувало волосы и светлые локоны лезли в рот, глаза. Срываемые с деревьев листья кружили в воздухе, а недалеко впереди стоял Лаксус, вокруг которого мелькали разряды молний. Он сплюнул слюну крови и на языке Заклинательницы тоже прошелся привкус металла, все же губа была разбита. За прошедшие десять дней после задания почти закрывшиеся раны стали зудеть.        Правая рука Люси вообще неприятно вибрировала от любого дуновения. Используемый ею лимит силы был превышен еще в тот раз, поэтому использование этого проклятья вновь дал эффект рекошета.        — Давай, — с готовностью произнес Дреяр, смотря в сбитые с толку глаза блондинки. — Если тебе так легче, то выплесни все.        И больше нечего было сказать. Хартфилия, как по команде, ринулась в сторону пацана, не понятно, с полным осознанием происходящего или на одних инстинктах, но данная ситуация казалась ей глотком свежего воздуха. Она кричала, взрывалась от перелитых через край эмоций, сносила одним ударом толстые стволы деревьев, ощущала неприятное жжение во всем теле, но игнорировала его, падала сбитая с ног на землю, вставала, снова нападала, получала по морде в ответ. А Громовой Убийца Драконов только оборонялся и контратаковал в нужный момент. Молча. Чувствовал, что его притесняют, притеснял ее, опрокидывался на спину и вжимал лицом Заклинательницу в землю.        И это девчонка не использовала еще надрывно звенящие на поясе ключи, а как дикий зверь билась своими силами. Лаксус уже видел, как по оголенной правой руке напарницы плывут смоляные символы и писания, что будто накалялись и краснели при каждом ее замахе. И Дреяр знал об этой ее «способности», уже даже знал, как работает эта «штука», но не знал, как она появилась. Эта ее «проклятая метка». Знал о ней с самой первой встречи.

       — Ого, — гадко протянул Лаксус, в упор смотря на мрачную девчонку перед ним и игнорируя саднившее горло. Та пронзительно пялилась в ответ пока тот обводил ее взглядом. — У нас здесь еще один проклятый завелся, — и жуткая усмешка озарила губы Дреяра, видя, как Люси, словно хищник, угрожающе испепеляет взором и прячет правую руку за спину.        Тогда, оба поняли, что мальчишка на подсознательном уровне заметил это проклятье наложенное на нее. Мальчик друживший со Смертью понял это первым.

       И в какой-то момент, когда по Люси было видно, что с нее хватит и та вот-вот задыхаясь от усталости рухнет на землю, Лаксус потерял бдительность. Хартфилия набросилась из последних сил, расстояние между ними было маленькое, уклониться было слишком поздно, девчонка не контролировала силу и била практически не глядя. Но удар был угрожающе метким и сильным, поэтому, когда вблизи своего лица Дреяр смог разглядеть несколько покрасневших на ее кулаке символов, ничего лучше, чем ударить между ними молнией, он не смог придумать. То есть, Убийца Драконов это сделал рефлекторно, путь самозащиты.        Потом резонанс, вспышка и противников отбрасывает друг от друга.        В итоге, Заклинательница поднимается на дрожащих ногах, осматривает поваленные вокруг деревья, выжженную местами поляну, едкий дым гари от молний, что били в легковоспламеняющуюся растительность. Видит потемневшее из-за облаков небо, чувствует, как ветер пронзает кости, все тело устало, болит, голова все еще покруживается. Сил не осталось, мысли — пустота. Непонятно как, непонятно что, непонятно почему.        Приходит осознание.        Люси шокировано и испуганно падает на колени, не ощущая под собой опоры и дрожа, как от лихорадки, смотрит на Лаксуса. Он шипит, закрывая ладонью глаз, а вниз по руке катятся крупные капли крови. И все остальные ранения, ушибы, уходят на второй план, потому что самым серьезным является рассеченный глаз.        И все. Набор Вины и Сожалений хлынул в мозг Хартфилии, она впивается окаменевшими пальцами в волосы, тянет за них и чувствует, как через секунду сойдет с ума.        Она снова вино…        — Ты не виновата, — перебивает чернеющее сознание через силу спокойный голос Дреяра и проглатывая всю боль, он тянет губы в теплой улыбке.        Девчонка снова ошарашена, сбита с толку его поведением и поражается возможности мага так улыбаться. Ком, вставший поперек горла сглатывается сам собой и у Заклинательницы немеет язык, она не может вымолвить и слова, просто молча наблюдая, как Убийца Драконов подходит к ней. На мгновение, Люси шарахается, боясь, что если тот подойдет, то она снова что-то ему сделает, но Лаксус просто опускается напротив нее на колено и мягко опускает ладонь ей на макушку. От этого жеста ее тело пронзает странное ощущение.        «Так делала мама…» — бьется внутри сердца и приятные воспоминания греют его.        — Все в порядке… — произносит Лаксус и Хартфилия сжимает губы. — Все в порядке. Успокойся, дура, — и даже оскорбление не кажется оскорбительным, а чем-то вроде проявлением дружеской симпатии. — Будет тебе уроком, если снова спрячешь все чувства внутри.        Дреяр поглаживал ее по голове, словно та была его младшей глупой сестрой, а Заклинательница, кусая и так разбитые губы, спрятала лицо в ладонях. Ей бы стало еще легче, если бы она могла зарыдать.        — Лю! Лакс! — пронесся по округе надрывный детский голос и оба повернулись к источнику.        Брандиш бежала к ним со всех своих маленьких ног, спотыкаясь и умываясь слезами, отчаянно тянула руки в их сторону. Она испуганно замерла только тогда, когда увидела масштаб погрома и пестреющую алую кровь на них. Послышался множественный топот и добрая половина гильдии вбежала следом на место происшествия.        — Что тут случилось?!        — Какого черта происходит?!        — Мать твою, что с вами?!        — Мы думали, что напали враги!        — Вы с кем-то сражались?!        — Лекарей и целителей сюда!        — Господи, Храни нас Фейри!        — Почему Мастер уехал на собрание именно сейчас?!        Громкие голоса пронзили пространство и началась суматоха. Потрепанных детей отвели чуть подальше друг от друга, чтобы оказать им нужную первую помощь. Особенно она нужна была мальчишке с его глазом, иначе Лаксус мог потерять зрение. У Люси было проще, от боли и усталости она просто перестала чувствовать тело и походила на тряпку. Хотя, ощущения были такие, что еще немного и она просто потеряет сознание.        Пока часть магов помогала ребятам, другая побежала в лес, в надежде обнаружить напавших на тех двоих врагов, что не было и в помине, третья направилась в «Fairy Tail» за поддержкой и на прочесывание улиц Магнолии, вдруг жителям тоже угрожает опасность.        Среди всего этого шума слышался плачь Мю, что потирая глаза рыдала в голос.        — Люси!.. Лаксус!.. — всхлипывала она.

***

       С того инцидента прошло какое-то время. Чтобы лишний раз не беспокоить магов о «возможной войне между гильдиями», ведь со стороны все выглядело как нападение врага исподтишка на двух детей, Люси с Лаксусом пришлось признаться, что эти всполохи молний, взрывы и шум было их рук дело. Жителям Магнолии же сказали, что все произошедшее вина монстра, скрывающегося в лесу и на убийство которого послали волшебников. Так никто бы не стал думать о междоусобицах внутри «Fairy Tail», а престиж гильдии в городе от этого возрос.        После драки обоим ребятам пришлось отлеживаться в лазарете у Полюшки, чему последняя не была рада, так еще и обвиняла в безалаберности. Хартфилия обездвижено лежала почти с неделю, в то время, как Дреяр временно привыкал смотреть на мир одним глазом, до тех пор, пока на втором не зажил бы шрам. Заклинательница отказывалась говорить с напарником, просто не зная, что ему ответить на все произошедшее, тот тоже не спешил ее трясти, смысла не было, она бы точно из себя не выдавила бы ничего под давлением. В итоге, первое слетевшее с губ Люси: «Прости» было жестоко раскритиковано мальчишкой.        — Ты совсем уже?! Какое, к черту, «прости»?! Ты теперь всю жизнь будешь прощения просить?! Это была драка! И я, кстати, победил! Мой глаз на месте, просто останется шрам, так что давай заканчивай распускать сопли! Еще заплачь тут — фу! — мерзость! — Громового Убийцу Драконов от представленного расплаканного лица Хартфилии аж передернуло. — Лучше вместо бессмысленного самобичевания попытайся начать чуть больше доверять окружающим и показывать хотя бы немного больше эмоций. В детстве еще была простительна твоя угрюмая морда кирпичом, сейчас уже — нет. Бесит!        Как-то так и прошел тот разговор. Маг молний еще долго изливался своим недовольством пока блондинка все шире круглила глаза от этого нескончаемого потока. Все же, впервые Лаксус распинается настолько сильно.        Когда парочка более менее оклемалась же, целительница без сожалений выпнула их из дома и отправила обратно в город. В гильдии их встретила Брандиш, что при виде перевязанных магов снова разрыдалась, и крепко вцепилась в них.        В тот день, кстати, из-за этого стресса, видимо и проявилась магическая сила Ранди, так как поваленное рядом с ней дерево вдруг уменьшилось, а под девочкой образовалась колдовская печать, что горела белым. Маги удивились новоприобретениям четырехлетнего ребенка и чтобы обуздать этот всплеск силы, Гилдартс поспешил расщепить ее своей магией. Поэтому Мю также стала официально волшебником Фейри Тейл. Была и пьянка, чествовали нового маленького члена гильдии, но потом, когда на горизонте появился Макаров — стало не до смеха.        Можно считать, что тирада Убийцы Драконов была ничто по сравнению с криками его деда, потому что влетело виновникам по первое число, а в качестве наказания их заставили работать в Соборе Кардии целый месяц. После истечения срока исправительных работ, Лаксус и Люси поняли, что месс****** им на всю жизнь хватило, а приглядывать ночью за кладбищем — занятие иногда жуткое.        Время шло. А с ним магов из гильдии пугал факт того, как быстро сближались между собой Дреяр и Хартфилия. И сближались в смысле того, что постоянных подколов и драк стало больше, будто они теперь друзья-соперники. От этого и становилось страшно. Чуть что и «Fairy Tail» могла лишиться крыши над головой разрешеченная молниями. Но в тоже время, оба продолжали быть напарниками. Иногда к ним присоединялся Гилдартс, но тот стал чаще пропадать на заданиях S-класса. После одного несчастного опыта, когда Клайв протаранил насквозь все стоящие на его пути дома и даже влетел в Собор по невнимательности, Макаров решил, что Магнолию стоит перестроить для возвращения сильнейшего мага в гильдии. Так появилась «Гилдартсова смена» да и плюсом в начале города всегда стояла парочка уже порядком известных в черте Магнолии Заклинательницы и Убийцы Драконов, что сопровождали бестолкового Клайва в родные пинаты. Ущерб минимизировался.        Все шло своим чередом и казалось, что эти славные деньки могли длиться долго. Но… реальность дает просраться.

***

       Лаксус задумчиво вышагивал по дороге в парке, забросив руки за голову, а рядом, неся под мышкой игрушечного дракона, семенила Брандиш, осматривая летний парк. Приятная погода благоволила для прогулки. И пока Мю наслаждалась теплотой солнца над головой, Дреяр прокручивал в голове все услышанное утром. Совет отправляет от своего имени Люси на задание. Деталей он не знал, так как это было что-то из разряда «секретно», но в случае магов их гильдии — уже нет, но с помощью своего острого слуха Громовой Убийца Драконов примерно знал что происходит. И отправляется она, видимо, именно сегодня, чтобы также разобраться со своей взятой кипой квестов помимо этого.        Об ее уходе Мастер, скорее всего сообщит ближе к вечеру, чтобы выпить за это, поэтому где-то до завтрашнего утра она еще будет в городе. Ну или, по крайней мере, отправится в путешествие ночью, как любила делать. Ранди же Хартфилия, как и всегда, расскажет все сама, ведь шестилетка была сильно привязана к Заклинательнице и сильно расстраивалась, когда та уезжала куда-то.        Пока Лаксус обдумывал что-то еще Брандиш приметила детскую площадку, где было довольно много играющих детей. Она потянула парнишку за штанину и тот оторвался от размышлений, обратив на нее внимание.        — Лакс, пошли туда! — тыкала в сторону песочницы Мю с блестящими глазами.        У него не было такого счастливого детства, когда можно было бесконечно носиться и играть с другими сверстниками, поэтому для Дреяра и Люси было что-то само собой разумеющиеся позволять Ранди делать то, что она хочет. Хотя бы она должна чувствовать себя ребенком, а не закалять свои ум и тело с раннего возраста под грузом реальных проблем, с которыми их сталкивает жизнь.        — Почему нет, — пожал плечами Убийца Драконов и радостная Брандиш побежала первой.        Она втиснулась в песочницу, где с лопатками играли другие дети и усевшись, стала сгребать голыми руками песок в домик. Активным играм Мю всегда предпочитала что-то относительно спокойное, кроме тех случаев, когда в приюте в догонялки или прятки играли все. Лаксус же сел на скамейку под дерево, чтобы понежиться в тени. Оторвавшись от занятия, Ранди махнула Дреяру рукой, чтобы знать где он сидит и тот сделал тоже в ответ, от чего сидящие вокруг женщины умиленно захихикали, наверно подумав, что он ее брат.        — У тебя такая милая сестра, — произнесла светловолосая женщина, сидящая на одной с ним скамейке.        Парнишку такое внимание не особо грело, но для приличия он слегка улыбнулся.        — Ам… Спасибо, мисс, — ответил маг молний даже не зная, как и реагировать на это и о чем вообще им говорить.        Благо разговор кончился сам собой, чему был рад Громовой Убийца Драконов. Не надо было из себя что-то выдавливать.        Сколько времени они провели на площадке — было непонятно, но солнце уже начинало оседать вниз, а Лаксус стал уставать от простого сидения на одном месте, особенно, когда вокруг такая детская суматоха. За это время Брандиш успела поиграть во все, что было, даже побегать успела, поэтому в какой-то момент Дреяр стал звать ее обратно в гильдию, ведь ей еще обязательно нужно было встретиться с Люси и поговорить об ее отъезде.        Мю стала отряхивать своего дракона от песка.        — У тебя крутой дракон! — неожиданно заговорил с ней лохматый мальчишка, с которым они успели поиграть в пятнашки только под конец. Он восхищенно рассматривал игрушку у нее в руках. — Тебе его мама или папа купили? Где? Я тоже такого хочу!        — Эм… — запнулась Ранди будучи не готовой к такому спонтанному разговоров, все же с незнакомыми она мало общалась. — Мне его подарила Люси, я не знаю где такие есть, — аккуратно пряча под мышку зеленого дракончика, хотела скрыть свой подарок на день рождение от посторонних глаз она.        Брандиш не нравилось, когда люди так пялятся на нее или на ее вещи.        — Люси? Это кто? Твоя сестра? — не унимался мальчишка и Мю поняла, что не стоило связываться с таким любопытным болтуном.        — Нет, Люси — это Люси, но она моя семья! — Ранди хотелось поскорее от него отвязаться, не нравилась ей эта беседа.        — Как это? — не понял тот, шмыгнув носом.        — Вот так, — гордо поставила руку на пояс и вздернула нос зеленоволосая. — Вся «Fairy Tail» — это семья!        — А, — протянул мальчик. — Та гильдия. Ну, нет, это не семья! — махнул рукой он.        — Почему? — удивилась Мю. — Все говорят, что мы — семья. И Лаксус, и дедушка, и Гилдартс, Макао, Вакаба, Люси! Все говорят это!        — Это не та семья, — стал спорить с ней тот. — Семья — это мама, папа, сестра, брат, а остальные — это не то.        — Нет, мы с ними семья! — вдруг вскрикнула девочка разозлившись и сжав ладони в кулаки.        — А я говорю, что это не так! — стал в той же манере отвечать мальчик.        У Брандиш заболело сердце, ей стало неприятно слышать подобное. Внутри все заколотило и этот разговор вызывал в ней только гнев и раздражение, будто кто-то идет наперекор всей ее жизни, а не просто словам.        — Да! Да! Да! Семья! Семья! Семья! Мы с Люси семья! — закипая, кричала Мю, словно стараясь достичь своим голосом чего-то. От ее громкого голоса все на площадке обратили внимание на ссору и видя, как Ранди трясет от этого, Лаксус поспешил подняться со скамейки. Если бы он не сидел в наушниках, то, возможно, услышал бы о чем говорят эти двое и поспешил увести Брандиш отсюда. Все же эта та тема, которую никто не желал заводить. — Мы с Лаксусом семья! Мы со всеми семья!        — Семья — это родители! Вот где твои родители? Где твоя мама?! — всплеснул руками мальчишка.        И все вдруг прекратилось. Девчонка замерла, как вкопанная, а от лица отхлынула вся кровь. Она неожиданно побледнела, а губы затряслись. Брандиш жила в приюте и там ни у кого не было родителей, поэтому об этом было не принято говорить, потому что говорить то о нечем. В гильдии тоже никто ничего не упоминал, тем более, что вокруг было там много замечательных людей. Поэтому Мю решила, что ей и не нужно это знать, да и она сама не так часто задумывалась об этом. А тут, когда о подобном кричат прямо в лоб, хочешь не хочешь, а подобная мысль появится.        А где ее родители? Есть ли у нее мама?        Почему-то подобное ее ударило словно пыльным мешком по голове и от этого стало значительно тяжелее на душе. Ранди стало не по себе.        Подоспевший Дреяр подхватил ее на руки и бросив самый жуткий взгляд на стоявшего перед ним мальчика, заварившего всю эту кашу, поспешил уйти из парка. Брандиш рефлекторно ухватилась за его шею и уткнулась носом в плечо. У нее роилось столько мыслей сбивающих с толку, что слова мага она не слышала.        По городу стали зажигаться фонари, несмотря на то, что закат еще теплился у самого горизонта. Даже в это время на улице было тепло, поэтому под шелест канала Убийца Драконов нес ее на руках по набережной. Они молчали и только слушали шум вокруг.        — Хэй, Лакс! — среди всей вечерней жизни, оба услышали столь знакомый голос и напряглись.        Сжав в руках игрушку, Брандиш опасливо подняла голову и обернулась к идущей в их сторону по мосту Люси. Она улыбнулась привычной полуулыбкой и это стало душить Мю. Ей было больно и девочка поспешила снова скрыть лицо, что озадачило Хартфилию. А когда Заклинательница встретилась с серьезным взглядом Лаксуса, внутри у блондинки зашевелились клопы подозрения. Что-то ей подсказывало, что ситуация весьма неприятна.        — Вы ведь в гильдию? — спросила у Дреяра она, чувствуя дискомфорт.        — Да, сегодня же все собираются, — кивнул он.        — Ранди, ты точно хочешь пойти? — намереваясь дозваться до девочки, поинтересовалась у нее Люси и увидела, как от ее голоса та вздрогнула. — Может, ты устала? Вернешься к ребятам?        Та молчала и это стало пугать Харфилию, ей только и оставалось, что переглядываться с напарником и ловить его глубокий взгляд.        — Я устала, — кивнула Мю, все еще не оборачиваясь к блондинке. — Отведи меня домой.        — Хо-хорошо, — тяжело выдохнула Заклинательница. — Лакс, давай ее м… — потянула к ней руки она.        — Нет! — резко вскрикнула Ранди и Люси как ошпаренная, испуганно отдернулась. Убийца Драконов стиснул зубы понимая, насколько все катится в тартарары. — Я пойду сама!        — Л-ладно, — еще тише, чем было до этого, произнесла Хартфилия, отступая от этого.        Лаксус поставил девочку на землю и напоследок погладил ее по голове, настолько медленно, насколько мог все это сделать.        — До завтра, Ранди, — попрощался он с ней и получил тихое «пока».        Бросив последний взгляд на Заклинательницу, он произнес одними губами: «Удачи» и пошел в сторону гильдии не оборачиваясь.        — Ну, что, пойдем? — как можно более мягко спросила у Брандиш Люси, оставшись с ней один на один.        Та без лишних слов протянула свою ладонь в ее и утвердительно качнула головой. Между ними настала мертвая тишина по пути к приюту. От такой давящей атмосферы становилось не по себе. Хартфилии было откровенно неловко, особенно от этой вибрации витавшей в воздухе. Из-за того, что у Ранди подобное настроение ее магия колеблется и от этого становится неуютно. Заклинательница кротко поглядывала на игнорирующую ее и смотревшую только вперед Мю.        Что же такого могло случиться, что Люси ощущает такой холод от нее?        Дорога для Брандиш казалась бесконечной, словно они шли не переставая долгое время и все не могли достигнуть церкви. Еще и внутри скреблось отвратительное чувство, кто-то будто скакал по нервным окончаниям, как на батуте. Чтоб этого мальчишку!.. От его глупой болтовни застрявшей в мозгу болела голова. Надо было делать, как ее учили все в гильдии, если что, то сразу в морду бить. Ранди шесть, но она умна, она не просто наивный ребенок, которым ее хотят считать. Она тоже маг. Она все понимает.        И лучше бы она ничего не понимала. Мю сжала зубы.        — Кто мои родители? — неожиданно еле слышно, но твердо слетело с губ Брандиш, когда они уже стояли у забора к приюту.        Хартфилия застыла на месте. Все ее тело похолодело, а во рту вдруг пересохло. Сердце в груди сжалось, мозг бил тревогу и все ее конечности стало ломать.        О, черт, почему все так?        Хотелось верить, что все это просто ее глюки и съехавшая из-за переживаний крыша так все искажает для слуха Заклинательницы. Ей никогда не хотелось это говорить, ей никогда не хотелось поднимать эту тему. Хотелось откровенно сбежать или еще более откровенно солгать. Притвориться дурочкой.        Мю подняла на нее свои большие болотного цвета глаза и столкнувшись с ним, казалось, что трясутся колени. Этот взгляд был столь доверчив и настойчив.        — Где моя мама, Лю? — снова спросила девочка и требовательно подергала ту за руку.        — Эм… Понимаешь, Ранди… — потерла шею Люси и отвела взгляд в сторону, пока ее губы трясли какие-то слова.        Невозможно выпалить подобное сходу, особенно Хартфилии, которая все еще хранит вину за все.        За свое существование…        — Скажи мне, Люси! — капризно затрясла ее болтающуюся словно плеть руку Брандиш. Было видно, что она уже начинает злиться, раздраженно хмурит лоб, а блондинка только виновато кусает губы. — Почему ты мне не говоришь?! Или мы не семья?! Мы ведь не семья, да?!        — К-конечно, мы се-семья, — дрожащим голосом, несмело смотрела на Мю она.        В Ранди всхлестнул своей жгучей плетью гнев, она теряла терпение, а подобное, что происходило сейчас казалось ей на грани реальности. Предчувствие того, будто весь ее сотканный из воспоминаний мир вот вот разобьется, как лодка об скалы во время двенадцатибалльного шторма. Глаза от предстоящего разочарования щипали.        — Я хочу знать, Люси! — голос перерастал в истерику. Люси отчетливо слышала хруст, с которым что-то ломалось на части для нее. — Просто ответь мне! Где. Моя. Мама?!        Громкий голос Мю будто пронзил сознание Хартфилии и от испытываемого ей стресса и страха слова вырвались сами собой.        — Ее нет…        — Как это?! Почему?!        Заклинательница и сама чувствовала, что в ней что-то бурлило, разжигая в ней злость на грани отчаяния. Ее затрясло уже не от страха, а перевозбуждения.        — Ты правда хочешь все знать?! — неожиданно вскрикнула и сама Люси, уже не контролируя внутренний поток эмоций. Это заставило на секунду успокоиться девочку. — Ты понимаешь, что это не то, что может тебя обрадовать?!        — Хватит обращаться со мной, как с глупым ребенком! — запререкалась Брандиш.        — Ты и есть ребенок!        — Ты тоже!        — Я намного старше тебя! Хватит! Лучше успокойся! — хотела пресечь продолжительные крики Люси.        — Нет, расскажи мне все! — требовала Мю не снижая тон голоса.        — Это заставит тебя разочароваться!        — В чем?!        В голову Хартфилии ударила кровь.        — Во мне! — с силой хлопнула себя по груди и вскричала блондинка, заставив Ранди замолчать, ошарашенно уставившись и сглотнуть непроходящий в горле ком. — Это заставит тебя разочароваться во мне в первую очередь!        Пару секунд тишины и только тяжелое дыхание.        — Говори, — жестко произнесла Мю, сжимая с силой кулаки.        Она уже начала это, уже поссорилась с Люси и довела ее до такого хрупкого состояния, так что смысла отступать не было. Брандиш хотелось верить, что она примет любую правду, насколько бы жестокой она не была.        Ответа не последовало, Хартфилия собиралась с мыслями и эти мгновения казались ужаснее всего на свете. Время тянулось резиной, а ощущение скачущего напряжения на коже было невыносимым. Пульс отдавался везде, даже в холодных кончиках пальцев ног, в ушах будто грохотал барабан от звука ударов сердца.        — Твою маму убили.        Брандиш подозревала об этом. Она была готова к новости, что ее родной матери уже нет на этом свете, но, все же, как бы Мю не старалась, подобное поразило ее и заставило задуматься, притихнуть.        — А папа? — не поднимая головы, прибито поинтересовалась она.        Заклинательница смотрела в сторону не желая встречаться с ней взглядом.        — Не знаю, — честно ответила та. — Ты жила только с матерью.        — И это ты скрывала от меня?! — вновь взорвалась Ранди и слезы накатили на глаза, путая ресницы. Она воззрилась на игнорирующую ее взор Люси, которая внешне казалась уже остывшей и неимоверно холодной. Ее выражение лица было каменным. Если бы тут был Лаксус, он бы сравнил это лицо с ее прошлым. Таким далеким, недоверчивым, сломанным. — Почему ты не говорила об этом?!        — А когда мне надо было это сказать? Когда тебе было пять? четыре? А может, год? — ее тон был пропитан стальной завесой потери веры. Брандиш почувствовала, что такая Хартфилиия была неимоверно жестока и пуста, поэтому ответить было нечего. — И как ты себе это вообще представляешь? — бездушно усмехнулась блондинка и по позвоночнику девочки побежали мурашки. — «Эй, Ранди! А ты знала, что твою мать убил один ублюдок?!» Так, что ли?        — Н-нет, но… — потеряла всю уверенность Мю и стыдливо стала отводить взгляд, заметно нервничая.        — Ты ведь хотела правду, так вот, получи ее! Что теперь об этом думаешь? — спокойный голос Заклинательницы до чертиков пугал, а еще эта усмешка заставляла инстинкты отступить. — Что было плохого в том, чтобы ничего не знать? Или может, тебя не устраивала наша семья?        — Нет, я правда люблю вс… — поспешила оправдаться Ранди.        Жаль, что внутренний рычаг контроля у Люси слетел с болтов и слова сами слетали с губ.        — Тогда давай прекратим «играть в семью»?! — всплеснула руками Хартфилия с сумасшедшим блеском в глазах. — Раз ты во мне так разочарована!        — Я не разочарована в тебе! — пересилив себя, оскалилась Мю от того, что ей не дают вставить слова, а все что имеется переворачивают с ног на голову.        — Хочешь разочароваться?! Я убила того ублюдка! — подобное порезало слух.        Брандиш похолодела вновь. Подобное из уст Заклинательницы пугало. Мысль об убийстве, ее как ребенка, вообще пугала. А Люси говорила об этом так спокойно, шипя и растягивая губы в странной улыбке. Видеть Хартфилию такой — было жутко.        — Я отомстила ему за твою мать, — потягивала Заклинательница не замечая реакции девочки и видя вокруг только пелену безумия.        — Л-лю…        — Я избила его голыми руками.        — С-стой…        — Превратила его в фарш.        — Хва-хватит…        — Сломала все его кости!        — Прекрати, по-пожалуйста…        — А потом!..        — Я сказала хватит! — с силой закричала Брандиш, зажимая себе уши и этот пронзительный визг заставил прийти Люси в себя, снимая все наваждение.        Хартфилия резко отдернулась, инстинктивно отступила назад и шокировано воззрилась на испуганную до чертиков Мю. Блондинка вновь потеряла на время связь с реальностью и снова причинила кому-то боль. Сначала Лаксус и его шрам на глазу, теперь Брандиш и ее шрам на сердце.        Что же она за человек такой, которого так легко способна захлестнуть тьма? В груди все сжалось, а ребра будто стали протыкать мышцы. Ей не стоило заходить так далеко. Попытавшись все исправить, она сделала шаг, чтобы успокоить Ранди, но та шарахнулась от нее, как от чумы и уставилась таким… ненавистным взглядом.        — Не подходи ко мне! Уходи! Я не хочу тебя видеть такой! Я ненавижу тебя такую! Мне… Мне не нужна такая Люси! — и прокричав это, Ранди унеслась в сторону церкви.        Было чувство, что Люси пронзили тупым и ржавым мечом насквозь. Витражное стекло ее жизни снова рухнуло.

***

       Придя в весело пьющую и шумную гильдию, она казалась серым пятном от пороха. Видя ее бледное лицо, ничего не сказав, Лаксус обнял бессильно упавшую ему в объятья Люси.

***

       Всю ночь проворочавшись, Брандиш так и не смогла уснуть. Она не была из тех детей, у которых даже ночью энергия льется через край и они просто напросто не в состоянии лечь спать. У Мю глаза сами по себе не закрывались. В комнате ночью было душно, а спертый воздух на улице шел к завтрашней грозе. Гроза гремела и в сердце Ранди.        Все так запуталось, что она не могла понять, как правильно поступить. Но вину за резкие сова она отчетливо ощущала. Надо было довериться Люси и не поднимать эту тему. Не сейчас. Видимо, сейчас было слишком рано для такого признания. Подобная новость и правда может негативно ударить по ней.        Брандиш сожалела. В глазах стояли слезы, которые она смаргивала. Было стыдно за свое нахальное поведение. Девчонка даже не знала, почему ее так сильно все это задело, что день окончился подобным образом. Ей стоило еще раз поговорить об этом с Хартфилией и извиниться за себя, ведь, для Ранди не оказалось никого роднее в этом мире, чем Люси.

***

       Все оказалось напрасным, когда на следующий день Лаксус сообщил, что Люси уехала на длительное задание и непонятно, когда вообще она вернется обратно, сколь много времени должно пройти, чтобы Хартфилия вновь пересекла порог гильдии.        От узнанного, у Брандиш сжималось сердце, всю грудную клетку давило чем-то непонятным, что боль даже отдавала по всему позвоночнику. Хартфилия, ведь должна была предупредить ее, что отъезжает на долгое время, а Мю закатила ей такую истерику, что вместо всего Заклинательница решила просто исчезнуть из ее жизни, как и просила Ранди.        Но разве она правда этого хотела?        Слезы сами катились по щекам крупными дождевыми каплями, настало безудержное рыдание.        Дождь лил как из ведра, барабаня по окнам и заполняя небольшой кабинет Мастера шумом воды. В уютном, но пропахшем выпивкой помещении горела только настольная лампа, мутно освещая часть кабинета. От этого черты лица в неровном свете, будто жили своей жизнью. Пыль иногда забивала нос.        И вот тяжело всхлипнув, у зеленоволосой задрожали губы.        — Лакс… — с тяжелым комов в горле, сипло пролепетала Брандиш, заставив Лаксуса участливо заерзать. Она посмотрела на него полными слез глазами, из которых вот-вот пойдут градины капель и в тусклом свете нельзя было разобрать ее страдальческого выражения лица. — Я… Я ужасна-а, — заикнулась Ранди и маг молний уже в который раз жалел, что тут нет кого-то из взрослых. Черт его дернул, подхватить рыдающую Мю и спрятать от посторонних глаз в кабинете деда.        — Почему ты так считаешь? — попробовал поинтересоваться Убийца Драконов.        — Я сказала: «Ненавижу»! — надрывно произнесла эту фразу зеленоволосая и зарыдала пуще прежнего.

***

       Долгий рассказ подошел к концу наконец-то, а то автор чуть не сдох. Брандиш и Лаксус опустили парочку совсем тяжелых моментов, как смерть Золдио, метания Люси или совсем личные разговоры ее и Дреяра. Все-таки, о подобном не им рассказывать. Это было бы невежливо по отношению к Хартфилии, поэтому аккуратно огибая самые болезненные моменты прошлого, Мю удалось объяснить причину их с Заклинательницей раздора.        Слушавшие их маги притихли, переваривая остатки истории и что-то обдумывая. С таким не каждый день сталкиваешься.        — Получается, ты за все восемнадцать лет так и не смогла с ней поговорить? — уточнила Эрза, потирая подбородок.        — Да, так и есть, — легко кивнула головой Капитан отряда по Уничтожению. — Сегодняшний ммм… «Разговор» был для нас первым спустя все это время.        — И разговор явно не удался, — хмыкнул Гажил, за что получил подзатыльник от Скарлетт за такое невежество. — Больно, блин… — тихо прошипел он, потирая затылок.        — Я думаю, что вы обязаны все обсудить, чтобы исчезли все недопонимания, — решительно подала голос Мираджейн, подбадривающе смотря на Ранди.        — Вам нужно поговорить, как нормальным людям, а то вся гильдия сидит будто под напряжением, — колко заметил Грей.        Та только тяжело кивнула, стараясь улыбнуться. Громовой Убийца Драконов вздохнул.        — Ранди, — позвал он девушку и та подняла голову. — Прошло уже восемнадцать лет и, зная Люси, она тоже хочет помириться, но для нее тяжело затрагивать какие-то проблемы прошлого. Ей легче глубоко хранить их внутри и временами самоистязаться, — Лаксус потрепал волосы на затылке, будто что-то решая для самого себя. — Я тебе этого не говорил, но тогда перед уходом она мне сказала кое-что…        — Лакс, — обернувшись под последний гудок поезда, дающий знать об отправлении, Люси застыла в раскрытых дверях. Она вымученно, но тепло улыбнулась. — Пожалуйста, присмотри за Ранди, ведь она наша Малышка.        И поезд тронулся скрипя рельсами. Лаксус раскрыл рот, желая сказать кое-что напоследок, но голос пропал и сжав зубы, он просто махнул на прощание уходящему старому экспрессу.        Брандиш громко шмыгнула носом и все посмотрели на нее.        — Не плачу я. Я никогда не плачу! — тряслась как осиновый лист Мю, сдерживая свою чувствительность, да так усердно, что ее щеки и лоб покраснели. — Не смейся надо мной!        — А кто тут смеется? — поспешил повернуть от нее голову Лаксус, еле сдерживаясь перед ее забавным видом.        — Ты! Ты тут смеешься, я же вижу! Угх… — утерла влажные глаза Капитан и стукнула Дреяра по плечу.        Маги сидящие рядом повеселели от такой картины.        — Ладно, надо привести сюда Люси, чтобы Брандиш с ней поговорила, — попыталась вернуть тему обсуждения Титания.        — Ты думаешь она так просто согласится прийти? — спросил у нее Громовой Убийца Драконов. — Это же Люси, — как-то через чур удручающе и муторно выдохнул он. — Я в жизни не встречал настолько упертого человека. Легче ее вырубить и привязать к стулу, начав допрос, чем пойти на что-то добровольно в этом плане.        — Давайте вырубим, — синхронно предложили Оружейница и Мира, что сидели с предельно спокойными и наивными лицами.        Остальные как-то странно глянули на них. Что еще можно было ожидать от двух сильнейших волшебниц?        — Она не может сейчас использовать магию, так что, если мы нападем все вместе… — задумчиво проговорила Брандиш, представляя в голове примерный план действий.        — Я к ней не полезу, — сразу отказался Лаксус. — И вы тоже к ней не полезете.        Маги еще что-то обсуждали между собой, но Капитанша (почему я только сейчас вспомнил, что существуют феминитивы) уже не слушала. И зачем она втягивает в это других? Еще и такое рассказала. Будь тут Люси, она, наверняка, сказала бы что-то из ряда: «Ну блин, а я хотела быть женщиной-загадкой.» еще и губы бы потом надула. От представленного Ранди хихикнула.        Да, хотелось бы чтобы некоторые вещи просто исчезли из прошлого или чего-то подобного вообще никогда не случалось. Стало бы от этого немного легче вздохнуть?        Теперь Брандиш понимает, насколько может быть тяжел камень Вины, вот только Хартфилии, скорее всего, в сто раз хуже на душе. Это будет непростительно со стороны Мю, если все это долгое время Заклинательница обвиняла во всем себя. Хотелось снова упасть куда-то и обдумывать все заново.        Трудный вздох прошелся, как обжигающий пар раскаленной печи.        Капитанша встала из-за стола и направилась в сторону распахнутых створок «Fairy Tail».        — И куда ты? — не оборачиваясь, спросил у нее Лаксус.        — Гулять, — остановившись, но стоя к нему спиной, ответила спокойным тоном зеленоволосая и пошла дальше.        Дреяр хмыкнул, пока остальные непонимающе провожали взглядом девушку.        — Видимо, вечером будет весело, — пробормотал себе под нос маг и поднялся на второй этаж.

***

       Люси и Нацу уже молчали какое-то время. Хартфилия дергала ворот футболки, в надежде немного охладиться, сидя на выступе дома. Если бы не его тень, то она давно бы изжарилась на этом солнце днем. Сейчас, ближе к вечеру небо окрасилось в цвет спелого мандарина, а из зданий стали выползать люди. После такого жаркого дня ночь должна быть великолепной. Если было бы рядом еще море, то воздух всегда был бы наполнен спасительной влажностью, что к ночному времени отдавал бы свежестью. Но в Магнолии было только озеро, соединяющееся с единственным речным торговым каналом города.        Закатив глаза и раздраженно цыкнув языком, Драгнил обратил на нее внимание. Та отвернулась в сторону, а парень услышав знакомый темп шагов, чей цокот каблуков отскакивал от каменной кладки дороги, понял в чем дело.        Лицо Брандиш было как всегда безэмоциональным.        — Люси, — невозмутимо позвала сидящую она, остановившись в двух метрах от парочки.        Заклинательница резко поднялась с места.        — Ты уж извини, — без капли сожаления, надменно перебила блондинка Капитаншу, пока она что-то не сказала еще и схватив Огненного Убийцу Драконов за локоть, рывком подняла его с насиженного места. Найдя ладонь озадаченного Нацу, Люси сплела их пальцы и продемонстрировала Мю, у которой и мускул не дрогнул. — Но я на свидании. Всего тебе хорошего! — поспешно потащила за собой несопротивляющегося Драгнила та.        Ранди даже ничего не сказала на этот фарс, только обреченно выдохнула, будто следила не за взрослой женщиной, а за подростком нонконформистом. Хартфилия и правда всегда все делала так как хотела, наперекор всему и поступая иногда как ребенок.        — Господин Драгнил, — обратилась Брандиш к магу огня и тот притормозил, несмотря на ворчащую блондинку, отчаянно тянувшую его дальше. — Мне жаль, но я прерву ваше свидание. У меня есть к Люси одно важное дело не требующее отлагательств.        И подняв два скрещенных пальца руки, она щелкнула ими. Поняв, что происходит, Заклинательница дернулась, но ее тело уже окутал еле заметный белый свет.        — Какого Дьявола?! — раздраженно вскрикнула Люси, видя как все вокруг неимоверно быстро растет в размерах.        — Команда Т: Уменьшение, — произнесла название заклинания Капитанша и, когда Хартфилия стала размером с ладонь, подхватила ее.        Та, несмотря на поимку, стала вырываться из небольно сомкнувшегося кулака Мю.        — Ого! — восхищенно заметил Нацу и подошел поближе, чтобы посмотреть на недавнюю собеседницу. — Это же мини-Люси! Так круто! Наверняка, это очень весело! — сразу же воодушевился Драгнил.        — Нихера это не весело! — зло рявкнула Заклинательница, не оставляя попыток выпутаться из кольца пальцев. — Немедленно верни мне мой размер, Брандиш! Иначе, я за себя не отвечаю! — угрожающе шипела она.        — Ты не можешь колдовать сейчас, — напомнила ей зеленоволосая.        — Но даже в таком положении, я способна сломать тебе пару костей, — оскалилась Люси разминая кулак правой руки.        Неожиданно для нее, губы Ранди расплылись в лукавой улыбке. Замолчав, Хартфилия остыв, недоверчиво посмотрела на нее, ожидая какой-то фортель.        — А ты сможешь меня обидеть? — сладко протянула Брандиш и вся смелость Призывательницы куда-то улетучилась.        Она поджала губы и просто отвернулась. Мю не могла не возликовать брошенным попыткам Люси. Ведь Хартфилия никогда бы не посмела физически навредить ей.        — Эй, а меня сможешь так? — бойко улыбаясь, спросил Огненный Убийца Драконов, когда крики Хартфилии прекратились. — Никогда такого не видел!        Заклинательница фыркнула, подпирая голову кулаком.        — Ну да, давай сделаем мне еще «Кена» и пойдем играть в «Барби», — колко подметила свой «игрушечный» размер та.        — Ох, Фейри, Люси, ты стала такой извращенкой, — прикрывая ладонью рот и отводя прищуренный взгляд в сторону Нацу, представила уж слишком взрослые поигрульки в куклы Брандиш.        Оскорбленная жертва магического вмешательства тут же вспыхнула и лицом, и воображаемым пламенем позади себя, начиная снова гневно вопить и поминать все не добрым словом.        — Как-нибудь в следующий раз, господин Драгнил, — пока на фоне были еле разборчивы тирады Люси, Мю спокойно общалась с парнем. — Сейчас я вышла на прогулку с Люси.        — Какая, к черту, прогулка?! Я не соглашалась на это!        — Окей, тогда бывайте! — закидывая руки за голову, попрощался Нацу полностью игнорируя зовущую на помощь Хартфилию.        — Я вам всем это припомню, — удручающе пробормотала блондинка, полностью сдавшись на волю победителя и упала лбом на сложенные руки. — Меня прокляли сами Небеса…        Брандиш направилась дальше по одной из улиц, на этот раз в полной тишине. Драгнил проводил их взглядом и думал направиться обратно в гильдию. Но столкнулся взглядом с оравой магов, что отчаянно старались спрятаться за фонтаном. Все поджав губы, стеклянно уставились друг на друга, надеясь на свою прозрачность. Мираджейн неловко улыбнулась, приложив ладошку к щеке, Эрза воодушевлено с глазами искорками показала «большой палец вверх», Грей, сидя на корточках предпочел спрятать лицо за ладонью, лишь бы не видеть мага огня, Венди тряслась в таком напряжении, будто идет на преступления века, Хэппи и Чарли даже не старались спрятаться, стоя на поребреке фонтана, а Гажил прятался вообще за соседним зданием, думая, что торчащая половина его тела и вовсе не видна.        Мир погряз в абсурде.        — Что вы делаете? — пронесся вопрос Огненного Убийцы Драконов вместе с теплым порывом ветра.        Даже ему в этот момент показалось, насколько все глупо это выглядит.

***

       В парке было шумно. Родители вышли на прогулку с детьми, когда температура от прогретого солнцем воздуха стала снижаться, а голову не пекло так, как в середине дня. Молодые парочки занимали скамейки и сидя в обнимку тепло общались о своем. Магнолия жила, наслаждаясь зеленым пейзажем лета и наблюдая медленно рыжеющее небо, что от опускающегося к горизонту солнца станет краснеть, а потом и вовсе потухнет, озаряясь мириадами ярких огней на ночном небосводе.        Запах фисташкового мороженого щекотал нос, как только проходил мимо лотка на колесиках, у которого толпились сладкоежки. Поэтому Брандиш еле справлялась с желанием попробовать рожок с тройным вкусом. Она не спеша прогуливалась по аллее, игнорируя любопытные взгляды, направленные на ее плечо, где закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, гордо восседала уменьшенная Люси, что осматривалась вокруг.        Смысла надрывать горло и снова протестующе вопить не было, как и зазря тратить энергию, чтобы сбежать. Вернуть свои размеры это не поможет, а быть случайно затоптанной людьми тоже не греющая перспектива. Оставалось только смириться и немного потерпеть данное положение. Вот только… Это уж сильно било по гордости.        Снова вспомнив об этом, Хартфилия побагровела лицом и ее щеки непроизвольно надулись, она тряслась и еле сдерживалась, чтобы не взорваться новым приступом гнева. Такую сильную волшебницу, как она застали врасплох и подвергли магической модификации. Да она даже во сне не теряет бдительность, а тут с одного заклинания и в такую «Барби» превратили! А что ей надо было сделать?! Магии лишили, желания жить, после такого позора тоже.        Не дай Фейри ее кто увидит! А ее уже все увидели! Вон, как прохожие косятся, цирк уродов думают тут?! Так она тут не детскую пьесу «Мальчик с Пальчик» играет, а является жертвой обстоятельств. Так помимо этого еще и Хвостатые ее такой увидели. Они просто отвратительно скрываются. Ниндзя из них отстойные, Коноха не примет их к себе. Кажется, что их даже простые гражданские уже все обнаружили, а тут, по их мнению, два мага S-класса мимо себя пропустят. Им и правда лучше атакой в лоб идти, чем изголяться в слежке.        Что за тупизм!        Заклинательница сокрушенно рухнула лицом в раскрытые ладони. Хотелось взвыть.        «Безнадега… Полная… — думала про себя блондинка. — Хвала Фейри, что Лаксус это не видит. Уж лучше сразу застрелиться, если такое произойдет!»        Люси опустила руки и без энтузиазма посмотрела вокруг.        — Как тут все изменилось, — примечая явные несостыковки с прошлыми воспоминаниями о парке, произнесла Хартфилия.        — Восемнадцать лет ведь прошло, — просто ответила Брандиш и Заклинательница посмотрела на ее профиль.        Теперь ее никто не назовет ребенком. Ее черты слишком сгладились и стали утонченными, женственными. Хотя ее вечная холодность в выражении говорит отнюдь не об аристократическом этикете, а о какой-то подозрительной безбашенности. Правда подобным Мю никогда не отличалась. Она никогда не будет тратить лишнюю энергию на бессмысленную, во всех отношениях, драку. Лучше потратить свои силы на поедания сладкого.        Люси примерно посчитала в уме ее возраст.        — Ты что, старше меня? — без особого удивления поинтересовалась она.        — Тебе тридцать один, — дала знать о ее настоящем возрасте Капитанша, намекая на разрыв в годах.        — Я никогда этого не приму, — тут же жестко заметила Хартфилия пресекая это ужасное число на корню. — Мне вечно восемнадцать.        — Жаль, что только в душе, — тихо произнесла Ранди.        — Я все слышала, засранка! — раздраженно вскрикнула Заклинательница. — Все равно, как не посмотри, мое положение унизительно, — снова хмуро понурила голову она.        — Уверена, это еще не вершина твоего позора, — хихикнула своим мыслям Брандиш.        — И когда ты стала такой острой на язык? — возмутилась Люси не веря, что недавний ребенок, мог так поменяться.        Мю ничего не ответила. Пройдя еще какое-то расстояние, она неожиданно остановилась и посмотрела в сторону детской площадки. Дети скатывались по горке и резвились на лесенках, катались на качелях и вертелись на карусели.        — Раньше там была песочница, в которой ты как-то пыталась закопать Лаксуса, — ни с того ни с сего вдруг напомнила Ранди.        — Хреновая песочница была, совсем неглубокой оказалась, — отмахнулась Хартфилия.        — А потом он надел тебе ведро с этим же песком на голову, — продолжала о своем Брандиш.        — Придурок, — буркнула та. — И зачем надо было так злиться?        Мю указала под дерево у качелей.        — А там была скамейка, на которой мы обычно сидели, — рассказывала она.        — Там еще спал пьяный Макао, когда не мог дойти до дома, — напомнила Заклинательница, пожав плечами.        Пройдя дальше, Капитанша отряда по уничтожению снова остановилась у широкого и раскидистого клена, что уходил высоко вверх.        — А на этом дереве как-то застрял наш мяч.        — Скажи спасибо Гилдартсу. Пришлось лезть на него потом.        — Там даже до сих пор та сломанная ветка, с которой он грохнулся осталась, — указывая на торчащий кусок отломанной некогда ветки, дала знать Брандиш.        — О, а вот здесь был…        — А там мы…        — А тогда…        Мю еще некоторое время ходила по парку, успев заглянуть, будто в каждый его уголок и бесконечно вспоминая о чем-то. Люси сначала нехотя ей что-то отвечала, а потом подозрительно замолчала, вообще не давая знать о себе. В один момент даже показалось, что она и вовсе пропала с плеча, но Ранди отчетливо чувствовала ее присутствия.        Наконец, выйдя из парка, когда уже улицы ночного города озарились светом фонарей, они вышли к каналу. Солнце только скрылось, а с ним и последний пестрый отблеск неба сменился темно синим оттенком. Всплески течения воды, гуляние ночных жителей, гул из заполнившихся баров. Топот ног веселых компаний по набережной.        Хартфилия устало вздохнула. Она не понимала в чем дело, почему они бесцельно бродят и когда это все кончится. Внутри же ее съедало какое-то странное чувство. Тоска? И вперемежку с каким-то томным ожиданием чего-то, когда рябит где-то под ребрами и отдает в позвоночник.        — Тут меня нес на руках Лаксус, — вновь заговорила какими-то отрывками Ранди, обращая внимание на другую сторону.        — Зачем ты мне все это рассказываешь? — вдруг подала голос Заклинательница, потирая ладонью лоб, словно у нее болит голова. Брандиш замерла прямо перед небольшим каменным мостиком. — Чего ты от меня хочешь? Я уже устала от этого бесцельного хождения! Для чего мы поперлись в парк и нахрена ты вообще все это делаешь?! — от негодования нервы стали сдавать.        Все казалось бессмысленным. Весь день будто был бессмысленным. Вот это утреннее: «Здравствуй, Лю», потом бестолковое распинание и бередение старой раны, затем глупое заклинание, а как добивающий — прогулка. Для чего? Зачем? В этом должен был оказаться какой-то скрытый намек или что? Если так, то Люси этого совсем не понимала.        Мю словно специально ее игнорировала и вела себя так, как того хочет. Казалось, она издевается над ней.        Ну да, самое время чтобы посмеяться над «великой» Люсьеной Хартфилией лишенной магии, с подпиской о невыезде из города и размером с жительницу кукольного домика.        — Хватит, давай прекращать все это уже, — разочарованно произнесла Хартфилия.        Зеленоволосая сглотнула.        — А потом, — через силу выдавила Ранди, продолжив. — Подошла ты.        — Заклинательница шокировано дернулась.        — Прямо по этому мосту, — Брандиш ступила на него и в несколько тяжелый для нее шагов перешла на другую сторону. У нее будто к ногам было привязано по огромному булыжнику, что не давали ей спокойно пройти, а тянули куда-то назад, дальше от того места. — И спросила меня, хочу ли я пойти в гильдию, — ее тело пробила дрожь и ошарашенная Люси просто наблюдала за тем, как первая соленая капля срывается с длинных ресниц Мю.        В горле пересохло и его словно сжимали в кольце пальцев, что Хартфилии было даже трудно вздохнуть. Да что же с ними происходит?        — Я должна была пойти туда. Тогда… Тогда… Я бы даже не засомневалась бы во всем! — всхлипнула Мю.        — Брандиш…- мучительно выдохнула Заклинательница, у которой дрожали пальцы.        Она тут же их сжала в кулаки, словно сжимает в них трепыхающееся сердце.        — Тот парк… Был наполнен такими теплыми воспоминаниями… Я запомнила каждое, но… — Капитанша проглотила порцию слез, прикусив нижнюю губу. — Тот мальчик сказал… Что «Fairy Tail» — это не семья, что… И… — она старалась совладать с подрагивающим голосом. — Меня так это разозлило! Мне было так больно, когда он это сказал! Я так расстроилась! А потом я сделала больно тебе! Я… Я не хотела! Я не хотела это все спрашивать, но я заставила тебя ответить!        Брандиш громко зарыдала, надрывно выговаривая нужные фразы. Ее захлестнули эмоции и она не могла больше сдерживать все это. Все это копилось годами. Вся эта недосказанность, недопонимание, чувство Вины, что только росло в геометрической прогрессии. Мю осталась с этим один на один и долго, мучительно думала обо всем.        А Люси повезло. Она просто сбежала. Сбежала в ту же ночь на экспрессе, стараясь заглушить несчастное биение в груди и просто нагрузить еще один кирпичик тьмы в свой рюкзак, что с каждым разом становился все тяжелее и тянул ее на дно. На который она уже просто не обращает внимание и просто добавляет все новые и новые, просто уходя дальше, будто ничего не было. Продолжая сдерживаться.        Хартфилия кусала губы и тянула себя за волосы.        Что же происходит?        — И я хочу забрать все свои слова назад!.. Просто… Тогда я увидела тебя такой впервые… Мне… Мне стало страшно! Поэтому я наговорила… Я… Я сказала, что ненавижу тебя! Прости! Прости! Прости меня! — от ее извинений у Заклинательницы рвало сердце.        Хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать такое отчаяние от той, кто был рядом еще тогда до ухода на задание. Кого она так эгоистично, думая только о каком-то нелепом долге, просто забрала себе. К кому на самом деле привязалась.        Это была ошибка. Одна из тех непростительных для нее ошибок, что готова порвать и сломать весь ее склеенный из разбитых кусочков мир. Но… это такая приятная ошибка. О ней не хотелось забывать, о ней не хотелось жалеть. Просто та темная часть Люси не была готова мириться с чем-то действительно хорошим, не готова отпускать ее и дать шанс на лучшую жизнь.        И от этого больно… До слез больно…        Кто-нибудь, скажите ей, как плакать?        — Я поняла, как тебе было сложно! Я правда знаю все! Пожалуйста, не сердись на Лаксуса! Это я попросила все рассказать, все что он знал сам! Я была всего лишь глупым ребенком, как ты и сказала! Но теперь я не боюсь тебя! Совсем-совсем! Ни капельки! Пожалуйста, прости за все! Не исчезай больше!        Брандиш еще какое-то время плакала, но уже ничего не говоря, просто всхлипывая и перекатывая на языке соленый привкус от слез. Хартфилия же молчала. Через какое-то время уста у нее разгладились и все напряжение пропало.        — А почему такая красивая девушка и плачет? — вдруг донесся через чур сладкий, но грубый голос из-за спины Брандиш и Заклинательница выпала из вселенной.        Мю обернулась с непроницаемым лицом и увидела троих накаченных бугаев, что стреляли в нее глазками и пошло растягивали губы. У Люси дернулась бровь.        — Может, мы тебя сможем развеселить? — произнес все тот же мужчина.        — Что за ужасное клише?! — в ужасе закричала Хартфилия, у которой даже волосы на затылке встали дыбом от такой банальщины. — Да у них даже лица не прорисованы! Что за надпись «№1» у него на лице?! Что это за безликие НПС*******?! Я требую моральную компенсацию за такой дерьмовый шаблон! Мы что в низкосортной сёдзе-манге?! — вопила в отчаяние Заклинательница, чуть не вырывая себе на голове волосы.        — Ам… Нет, все хо-хорошо… Мне правда не нужна ваша помощь, — слишком тоненьким и дрожащим голоском произнесла Мю, пугливо отступая на шаг назад.        — Не веди себя как кисейная барышня! — кричала на нее Люси, заметив блеск от слез в больших наивных глазах девушки. — Не подыгрывай им, кому говорю!        — Я хочу чтобы меня спас прЫнц, — захлопала ресничками покрасневшая Капитанша.        — Надеюсь, принц Чарминг из «Шрека»… — Хартфилия чувствовала, как ее жизнь сокращается, а из тела вот-вот вылетет ее душа. — Мне нужен отпуск… Дайте передышку…        Но так как автор сказал играть до конца, пришлось сжать свое очко и хоть немного продвинуть эту сцену дальше.        — О, а это тут что за Дюймовочка? — приметив Люси на плече сухо смотревшей на них Брандиш, увлеченно рассматривал ее «моб №2».        Лицо Хартфилии исказилось в оскале и она мрачно нахмурила брови.        — Слыш, ты, собака сутулая, у этой Дюймовочки паршивое настроение и вы прервали очень душещипательную сцену, поэтому если не сгинешь, я клянусь мамой твою башку — в жопу «№1», его башка в твою жопу, — указала на третьего неизвестного. — А у тебя несчастливый билет — твоей достанется моя жопа********.        Те только рассмеялись, но в один момент у них прорисовались лица.        — Ого, так это все-таки сюжетная сцена, — успела поразиться Заклинательница и Брандиш успела отскочить назад от прямого удара.        — Кто вы? — с подозрением спросила у них Мю, осматривая потенциальных противников.        — Я тебя умоляю, только не вставай в позу из ДжоДжо, — в надежде попросила Люси, но рисовка Брандиш уже изменилась и она закричала «ОРА-ОРА».        — Так и знал, что эта та девка из Совета, — хмыкнул темноволосый, громоздкий мужчина, что некогда был «мобом №1». — Не думал, что встретим ее в этом мирном городишке.        — Я спросила, кто вы, — требовательнее повторила Ранди.        — Наемная гильдия «Клык» — тебе о чем-то говорит? — усмехнулся тот. — Не ты ли уничтожила ее не так давно?!        — Прости, я не запоминаю таких, как вы, — пожала плечами Капитанша. — То, что я уничтожаю — уже, считай, не существует. Зачем же знать о том, чего нет?        Это замечание явно разозлило нападавших.        — Сука! — крикнул один из его подручных, тот, что был «№3», с грязными длинными волосами и ринулся вперед.        Он наносил хук********* за хуком, но Брандиш успешно уклонялась от них. Люси даже пришлось крепко схватиться за ее пальто, чтобы не слететь со своего места на плече. Когда Мю это все надоело, она цыкнув языком, снизу вверх вдарила мужчине с ноги прямо в челюсть и тот дезориентировался. Она хотела его добить, но справа выскочил еще один — «моб №2», который был абсолютно лысым обделили волосами мужика. Пришлось уйти в сторону. Позади оказался сквозной проулок между домами и мельком взглянув туда, там показались еще пять человек.        Мю и не против быть окруженной, так сказать, подыграть и попасться в их ловушку. Может это будет веселее?        — Ну, если уж мой принц не придет, то может хоть ты меня спасешь, Люси? — невзначай бросила Ранди.        Люси недовольно вздохнула.        — Черт, что это за фарс? Это так геморрно, — наигранно отнекивалась она.        — А если обещаю вернуть твои Зодиакальные ключи? — лукаво усмехнулась Мю.        — Какой замечательный день, чтобы надрать пару задниц! — воодушевленно хлопнула в ладоши Хартфилия и спрыгнула вниз, с плеча зеленоволосой.        Щелчок пальцев разнесся по переулку и через мгновение белая печать пропала, а Заклинательница вернулась к прежним размерам. Она обняла себя руками.        — Как хорошо вернуться в норму, я так себя люблю! — не могла нарадоваться снятию чар Люси. Оказавшись лицом к лицу с врагами, она осмотрелась в полутемном проулке. — Ладно, мальчики, на кону мои ключики, так что все мордой в пол и никто не пострадает, — решила сделать первое и единственное предупреждение Хартфилия для галочки, может и подействовало бы.        Ответом послужил смех.        — Что нам сделают две мелкие девчонки?! Давайте повеселимся с ними, парни! — и под громогласное одобрение амбалов, те двинулись на стоявших спина к спине девушкам.        — Может побыть дамой в беде и позвать на помощь? — разминая шею, поинтересовалась Заклинательница. — Тем более, что ребята там еще стоят, ждут, когда мы помиримся.        — Ты хочешь помириться? — с надеждой в голосе спросила Брандиш.        Люси слегка напряглась.        — Не знаю.        Один из мужчин замахнулся для удара. Хартфилия схватила лежащую крышку от мусорного бака и успела прикрыться ею на уровне головы. Кулак нападавшего пробил тонкий слой металла и застрял в нем. Блондинка пнула его в живот прямо каблуком и тот отступил на несколько шагов назад. Да, с таким шкафом стоит обращаться немного сильнее.        В ее глазах вспыхнула золотая искорка и она с правой руки вдарила ему в торс. Противник сплюнул кровь, закряхтел и влетел в одного из своих, сбивая его с ног и отправляя своим же весом тела в нокаут. Оба валялись на земле.        — Вот дрянь! — оскорбился третий, видя двух своих соратников в отключке и пошел на нее.        Но не успев, Заклинательница схватила его за оба плеча и впечатала свое колено в солнечное сплетение. Мужчина подавился воздухом и скрючившись, получил удар с ноги прямо в челюсть. Его выбитые зубы разлетелись, а закатив глаза, тот упал уже без возможности подняться.        — Интересно, мне за эти «сверхурочные» заплатят? — спросила у самой себя Люси, пронзая взглядом еще двоих наемников.        Решив узнать, как дела у Мю, она глянула через плечо и обомлела. Капитанша держала в одном кулаке троих нападавших и облокотившись спиной об стену, с непроницаемым выражением наблюдала за дракой Хартфилии.        — Эй! Я думала мы будем мочить всех в рукопашку! — вскинула руки она, сгорая от возмущения.        — Кто это сказал? — склонила голову набок, непонимающая Брандиш.        — Чт!.. — задохнулась своими же словами блондинка. — А нахрена я тут выкаблучиваюсь, как дура! — с силой пнув мусорный бак, тот, на удивление, метко угодил прямо в двух оставшихся врагов и те отправились смотреть сны со всеми остальными. — Могла сразу их всех уменьшить! Головной боли меньше! — взрывалась Заклинательница в который день.        Еще немного и у нее сорвется голос, а от стресса повыпадают все волосы. Что за ужасный день?! Люси еще никогда так в жизни не позорилась и не горланила от раздражения, как за этот день. Ей стоило бы помнить, что нервные клетки не восстанавливаются. У нее уже нервный тик начался, что аж глаз дергается.        — Спасибо, ты стала моей спасительницей. Ура, — абсолютно сдержанно похлопала Капитанша с натянутой улыбкой.        Хартфилия покачнулась и устало оперлась плечом об стену, пусто смотря на девушку.        — Я не вижу ни капли бесконечной радости и уважения в твоих глазах, — бездушно заметила Заклинательница, чувствуя, как к горлу подкатывает нервный смешок. — Надо выпить… Хочу забыть этот позор…        — Ну да, когда ты была размером с напальчник — это было действительно смешно, — откуда не возьмись протянул знакомый до боли голос, заставивший Люси побелеть до состояния мела.        — Я сейчас вот обращаюсь к Господу Богу. Если ты меня слышишь, если ты нас слышишь, то сотвори чудо: дай мне переродиться сию же секунду, — плаксивым голосом и переплетя пальцы своих ладоней вместе, пялилась куда-то вверх Хартфилия.        — Так и чешутся руки тебя разочаровать, мини-Люси, — колко усмехнулся вальяжно пришедший Лаксус и встретился с напрочь убитым взглядом бывшей напарницы.        — Кто бы мог подумать, что после смерти человек встречается с Дьяволом…        — Ладно тебе, заканчивай, — отмахнулся Дреяр и ободряюще похлопал ее по плечу. — Раз я так от души поржал, то, так и быть, можешь жить у меня сколько хочешь, — попытался обрадовать Заклинательницу он.        Она нервно хихикнула.        — Будто я выиграла поощрительный приз за участие в паршивой лотерее, — горько заметила Люси.        Громовой Убийца Драконов подтолкнул ее к выходу из переулка и еле перебирая ногами, Хартфилия шаркала прочь. Снаружи же во главе процессии стояла мило улыбающаяся Мираджейн и это еще больше било по самолюбию блондинки. Стоит начать привыкать к бесконечным неудачам и просто смириться.        Неожиданно Хартфилию остановили, схватив за запястье и обернувшись, увидела неловко и напряженно смотрящую ей прямо в глаза Брандиш.        — Люси, слушай, — неуверенно начала она, но, к большому сожалению, Заклинательница вырвала свою руку.        Все присутствующие с волнением посмотрели на эту ситуацию, хуже всех выглядела Мю, у которой подрагивали кончики пальцев. Люси всмотрелась в лица магов и встретилась с улыбчивым выражением Нацу. Когда он улыбался, казалось, что улыбается каждая черта его лица, подобное не могло не успокоить окружающих. Хартфилия скрестила руки на груди, серьезно смотря на Ранди.        — Я тебя слушаю, — все-таки дала шанс ей она и у Капитанши камень с сердца упал.        — Люси, я… — запнулась Брандиш, растерянно вглядываясь к два кофейных взора напротив. Слова будто не шли, все вылетело из головы. Еще немного и пропадет и голос, а с ним и последняя возможность. — Я должна сказать тебе кое-что важное…        Заклинательница выжидающе молчала.        — Ты… — Мю давится воздухом. — Ты… — она не замечает, как подозрительно стремительно капают с ее подбородка слезы, снова навернувшиеся на глаза.        Люси продолжает ждать и только Лаксус замечает, как она впивается ногтями себе в руку. Драгнил видит, как мелко дрожат ее колени и не может сдержать облегченный смешок, еще шире растягивая губы и качая головой.        Брандиш набирает в грудь побольше воздуха.        — Единственная семья, которая у меня есть — это «Fairy Tail», — дрогнувшим голосом произносит она и всхлипывает. — Моя семья — это Люси и я очень-очень благодарна, что она появилась у меня! — Мю старалась заглушить всхлипы, но от высказанного, наконец, стало так легче на душе, так свободно.        Рука Хартфилии коснулась ее макушки и у Капитанши моментально перехватило дыхание.        — Я рада, что ты это, наконец, поняла, Ранди, — мягко сорвалось с губ Заклинательницы и увидев ее теплую улыбку, та заплакала сильнее чем до этого. — И прости меня за то, что напугала тогда.        — Лю, — произнесла Брандиш.        Больше всех по поводу этой старой ситуации, наверно, переживал Лаксус, а разрешению проблемы больше всех радовалась Мира. Можно было подумать, что она нашла еще одну потенциальную жертву для своих шипперских манипуляций.        Дреяр наблюдал за тем, как невидимый кирпичик Вины разбивается в труху и как от этого шире расправляются плечи Хартфилии. Обида и недопонимание сквозь восемнадцать лет, наконец, окончились как и страдания автора. И маг молний даже пропустил мимо себя то, как где-то на дне глаз Заклинательницы плещутся печальные отголоски. Таким же взглядом она смотрит и на его шрам. Люси не может забыть то, как теряет контроль над эмоциями, когда разболтанный рычаг здравомыслия опускается.        Громовой Убийца Драконов не знает происходило ли такое еще когда-то в течение тех десяти лет, что она бродила по миру и выполняла задание. Но ей определенно нужно избавиться от этого. Ей требуется свой человек, что смог бы ее поддерживать и давать ей передышку, чтобы на ее сердце не появлялись новые кровоточащие рубцы.        Хартфилии стоит помочь разобраться в себе.        — Как была глупой плаксой, так и осталась, — Заклинательница весело хлопала Брандиш по плечу, у которой подгибались ноги после каждого шлепка. — Так и знала, что будешь реветь, как только я вернусь! Все-таки без такой очаровательной леди как я невозможно жить! — она обворожительно улыбнулась, а вокруг нее вдруг засверкал неизвестных блеск.        Все сделали вид, что не заметили этих распустившихся цветов и непонятного света позади нее.        — Ну тогда раз все разрешилось, то моя дорогая дочурочка Ранди, ты разбирайся с этими придурками, — она махнула рукой на нападавших так, будто это был обычный мусор. — А я побежала заливать рану моего позора винишком! Этого Пикачу можешь взять в помощники, только не забудь его потом обратно в покебол засунуть, — пренебрежительно буркнула на Лаксуса Люси и у того дернулась бровь. Он уже раз десять пожалел, что разрешил ей жить у себя официально. — Ну все, народ, я побежала! — уже находясь в конце улицы, помахала рукой та.        Ребята затихли, наблюдая, как несется в неизвестном направлении Хартфилия.        — Я догоню ее, — дала знать Штраус и пулей ринулась за ней.        — А что будет, если Люси выйдет из города? — уточнил Дреяр.        — Спецназовцы, вертолеты, омоновцы, лицом в пол, тюрьма, ну или просто самоуничтожится, — просто ответила Брандиш, у которой от такого поведения Заклинательницы высох весь слезный проток.        Маг молний сложил свои ладони вместе и прикрыл глаза.        — Я буду вспоминать о тебе раз в год, на мой день рождение из-за отсутствия твоего подарка, — помолился он. — Аминь.        — И даже не скажешь так на первый взгляд, шутит он или серьезно, — ткнул локтем стоявшего рядом Грея Гажил.        — Я буду вспоминать о тебе на Хануку**********, во имя твоего «еврейского» сердца, Аминь, — повторила за Громовым Убийцей Драконов Ранди.        — Теперь это выглядит совсем не смешно, — сглотнув, заметил Фуллбастер.

***

       — Почему ты ходишь полуголая?! Представь, сколько кобелей могут глазеть на мою ненаглядную Ранди теперь! Ты ведь выросла такой красавицей, сразу видно, что вся в меня! Жаль только, что характер, как у Лаксуса, как я могла допустить это?! Нет мне прощения! Давай, ударь меня! Я заслужила!        — Ранди, выруби эту пьянь, — с нервно подергивающейся бровью попросил Лаксус, которому выпивка в горло не лезла из-за подвыпившей Люси.        — Нет, ну ты мне скажи, Лакс, — ставя пустой бокал на барную стойку, обратилась к нему Хартфилия и тот нехотя скосился на ее покрасневшее от градуса лицо. — Куда ты смотрел, когда малышка Ранди начала щеголять в купальнике?! Ах, стой! Я поняла! — она драматично выдержала паузу и потерла лоб. — Я поняла, дети вырастают, так было всегда. Это просто я из прошлого века, мне не понять современную молодежь, стоит… Стоит просто отпустить это, отпустить моего подросшего птенца из гнезда. Иди же, Ранди! Я тебя отпускаю в свободное плавание! Просто помни о нас, стариках, навещай нас хоть иногда, не забывай нас!        — Так, все, она слишком ударилась в свой дебилизм, пора выносить ее и желательно вперед ногами, — за один глоток допивая содержимое пиалы, решил прекратить эти посиделки Дреяр.        Брандиш отставила от себя недопитое белое вино в сторону и встала с барного стула. Парень потянул расхлябанную по всех поверхности Люси за локоть.        — Эй! — протестующе засопротивлялась Хартфилия. — Давайте еще посидим, ну правда! Вы представьте, сколько раз я представляла, как мы все сидим такие, выпиваем, разговариваем о жизни! Мне ведь на самом деле было очень одиноко одной все эти десять лет! — всплеснула руками Заклинательница и ее собеседники замерли, удивленно переглянулись между собой.        Похоже, язык девушки развязался сильнее, чем они думали. Громовой Убийца Драконов отпустил ее и приземлился обратно на свое место, решая послушать, что та скажет дальше. Мю аккуратно присела рядом и сделала глоток из фужера, пока Люси с кривой, победной улыбкой крутанулась обратно за бар и неровной рукой плеснула на лаковую поверхность и в стакан вина. Они были одни в гильдии, все уже разошлись, только эти трое остались.        Хартфилия сделала большой глоток, чувствуя, как приятно слабеет тело и спирт слегка опаляет горло, но сладость напитка растекается по языку.        — Вот смотри, Ранди, — она закрутила указательным пальцем, обращаясь к Капитанше. — У тебя есть кто-то, ну ты понимаешь?        — Нет, — отрицательно качнула головой та.        — А у меня… — Заклинательница интригующе замолчала, с хитрой улыбкой на лице, что не могло не заинтересовать. — Не знаю! — она засмеялась. — Ну, а если серьезно, то у меня был один парень ммм… — Люси зажмурилась, что-то обдумывая. — В пятнадцать, — вспомнив, щелкнула пальцами. — Но мы быстренько разбежались. Мимолетно так потусили, подростковая влюбленность все такое, но второй парень! — Хартфилия призывно хлопнула ладонью по столу. — Мечта, девочки, а не парень был! Джентльмен! — она интонацией указала на его главное качество, а потом вздохнув, уперла щеку кулаком и прикрыла глаза. — Как жаль, что он меня предал… Очень жестоко предал, — и на этих словах ее лоб встретился с барным столом и послышалось равномерное сопение, оставив собеседников в недоумении.
Примечания:
*Английский фолчен 1260— 1270 гг., короткий тяжелый меч с искривленным лезвием. Тылье клинка может быть прямым, изогнутым или скошенным около острия.
**Чора, или хайбер, тяжелый однолезвийный меч афганцев и пуштунов с афгано-пакистанского пограничья.
***Нагината - японское холодное оружие с длинной рукоятью овального сечения и изогнутым односторонним клинком.
**** "Твое имя" - полнометражный аниме-фильм Макото Синкая. Сколько раз смотрела, все время рыдала.
***** «Чем дальше в лес…» — американский художественный музыкальный фильм режиссёра Роба Маршалла на основе одноимённого мюзикла. Ставь лайк, если тоже ходил ради Джонни Деппа.
****** Месса в значении музыкального термина чаще всего понимается как жанр церковной многоголосной музыки на ординарные молитвословные тексты католической мессы.
******* НПС (NPC) - Non Player Character Персонаж, не управляемый другим игроком.
******** Цитата из фильма "Хэнкок".
********* Хук — классический фланговый удар из традиционного бокса.
********** Ханука — еврейский праздник.
Ну я типо уволился с работы, собирался устроиться на другую, а тут трам-пам-пам и я сижу с переломом. История ржака-обосрака, такая, что от боли я плакал и истерично смеялся, а меня одноногого мать теперь называет "Капитан Барбосса".
Совет на будущее: Не врезайтесь в ебаные дверные косяки и берегите мизинчики на ногах.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты