Ты - мое лекарство 2

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг и персонажи:
Соно/Доши
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Ангст, Драма, Экшн (action), Психология, Hurt/comfort, Мифические существа, Злобный автор, Стёб, Первый раз, Дружба, Любовь/Ненависть
Предупреждения:
Насилие, Нецензурная лексика, Underage, Смена сущности, UST, Ксенофилия, Смерть второстепенного персонажа, Элементы гета, Элементы фемслэша
Размер:
планируется Макси, написано 5 страниц, 1 часть
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
"...Он дал вечный обет на то, что никогда не будет крепко привязываться к людям. Тем более без памяти влюбляться в них. Он знает всю алчность и ненависть человеческой души, какую даже не в силах вообразить."
Но кто знает, может все повернется в обратном, неожиданном для него направлении к правильному пути. Может что-то, или даже кто-то, смогут повлиять на его ошибочное мировоззрение. Может кто-то сумеет полностью изменить его.

Посвящение:
Всем читающим и моей подруге.
Ната, если ты это читаешь, то Соно твой сын. Оберегай и защищай его.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Метки:
Примечания автора:
Это мой первый фанфик, но очень надеюсь, что это не оттолкнет потенциальных читателей. И да, проды будут выходить только от доброго, хорошего пинка.

Глава 1. Часть 1

15 марта 2019, 16:24
Приятная осенняя пора. Тихое похрустывание засохших упавших листьев под ногами заставляет немного отвлечься от повседневной рутины и убедиться, что яркая осень уже в полном разгаре своей неповторимой красоты. А ветер так только и стремится зарыться в твои густые сплетающиеся волосы, развивая их по всему пространству вокруг тебя. И бегающие быстрые лучики, пусть хоть и не греющего солнца, усердно трудятся, приятно согревая твое светлое личико.
В такие легкие дни всегда можно услышать крики и смех абсолютно любых возрастов детей, резвящихся на детских площадках и в парках, играющих и беззаботных. Можно услышать и смех обычно угрюмых взрослых, которые вовсе не стыдятся прыгать в большие кучки листьев и прикалываться друг над другом, громко хохоча над своими же глупыми шутками.
Но сейчас точно не день, более того не людное место. Ну, может и людное, только встретить тут хоть одну (по непонятным причинам оказавшейся здесь) душу, вряд ли у вас выйдет.
Непроглядная темнота и глубина длинного леса, из которой исходили разного рода странные звуки, пугающие и неизвестные, испугали или хотя бы напрягали кого-нибудь всем своим невидимым существом. Если бы этому кому-то не было бы наплевать на все прелести, которые предлагал ночной лес, и он не был бы так сильно истощен, или по крайней мере не валился бы с ног от каждого своего свинцового шага. И если бы этот кто-то захватил бы побольше провизии или нашел хотя бы временное хорошее место для ночлега, то, может быть, он бы уже пугался от всего этого лесного ужаса.
Соно уже давно как понял и винил себя за то, что он идиот хорошенько не раздумал о том, где он будет ночевать или проживать, и чем будет питаться. Про деньги вообще стоит не говорить. А ведь все так хорошо начиналось…

***


Часы по-тихому сонно тикали и ничего не предвещало от них какой-нибудь угрозы. По крайней мере так лучше и спокойнее думалось. Но когда они предательски показали страшное адское время в пять утра о нееееет!!! мы все умрем!!!, то послышался громкий звон, режущий скрипом прекрасную тишину ленивого утра.
Дзыыыыыынннь!!!
Резкий вскок на удобной и мягкой кровати. Шум необратимого падения на пол. Глухой звук удара об деревянный (спасибо что не кирпичный) пол. Еле уловимый вскрик. Ругательство о красоте пения будильника. И еще ругательство о пожелании счастья этому полу.
Кое-как взобравшись на свои бедные ноги, Соно извиняющееся кашлянул в кулак и незадачливо почесал затылок. Нет ну, грациозно слететь с кровати из-за небольшого звонка будильника и при этом знатно удариться головушкой.Неа. Да это ни в какие рамки. Тут даже не должен быть поджигающий тебя до мурашек стыд. Тут должно быть чертовское осознание, также же больно бьющее тебя по голове. Такое же внезапное осознание, которая ударяла бошки великих умов. Осознание, которая также сравнима с историческим и великим «Эврика!». Осознание того, что ты – полнейший придурок.
Простояв пару минуток, и подумав о том какой же он балбес и это уже точно диагноз, Соно смог опомниться и быстро, бесшумно подбежать к двери, успев чуть-ли не споткнуться об валяющийся рюкзак, гитару и грязные разбросанные вещи (ну и бардак). Молясь всем богам, чтобы эта старая и убогая дверь его комнаты не заскрипела, он глянул есть ли кто-нибудь в коридоре или на лестнице. Все было чисто, поэтому парнишка подошел к валяющемуся рюкзаку и осмотрел его. Темно-зеленая сумка, предназначающаяся явно не для походов, но Соно было абсолютно наплевать (как и на все в этой жизни), была вся растрепана и порвана, в некоторых местах даже виднелись широкие, далеко тянущиеся, порвавшиеся от плохого отношения дыры, которые просто так не залатаешь – там понадобиться несколько групп хороших швей. Но в еще одних местах все же можно было увидеть отчаянные попытки зашить все к чертям собачьим, но безрезультатно. Как бы Соно не пытался, его руки не подходят для шитья или готовки – таких важных навыков в жизни. Но они могут проделывать трюки и получше.
Убедившись в том, что у него достаточно вещей для проживания одному, он накинул сумку на свои худые и слабые плечи давно надо сходить в качалку, и двинулся в путь. Но перед тем как пуститься на лелеявшую все надежды свободу, брюнет вскочил на покосившуюся от времени табуретку, резко схватился за косяк шкафа, спасаясь от еще одного больного падения, который синяком бы не отделался, и принялся искать на шкафу кое-что спрятанное от чужих, любопытных глаз. Искать это на шкафу было довольно-таки проблематично: во-первых, он еле как дотягивался на носочках до верха и приходилось шарить всю пыльную поверхность дерева; во-вторых, он помнит, как закинул это на шкаф и теперь не знает его местонахождения. Обшарив каждый уголок старенького дубового шкафа и не найдя ни одной зацепки, Соно хотел было просто сдаться и отправиться в дорогу, но, во-первых, он упрям как осел и никогда, ни при каких обстоятельствах не сдается, во-вторых, он принял решение обыскать весь пол под шкафом. Может оно соскользнуло во время закидывания со шкафа и закатилось под него?
Соно засунул свою немощную ручку под шкаф, лапая каждую многолетнюю пылинку и соринку. Нащупав что-то необычное и напоминающее тот предмет, парень обхватил это всей своей рукой и вытащил из-под нависающей угрозы. Точнее грубо вытянул. Рука крепко-накрепко застряла в узком проеме, но прекрасная ловкость и опыт попадания в нелепые ситуации помогли с этим. К счастью же Соно то, что он так усердно искал и вытащил из пучин ада уборщиков, сделав также небольшую очистку от пыли в комнате, было тем, что он хотел.
Небольшой, но и немаленький сверток телесного цвета неплохо помещался в двух ладонях Соно. Просто что-то завернутое с такой аккуратностью и заботой, что невольно начинаешь гадать о происхождении завернутого предмета. Мягкая и нежная на ощупь ткань, пахнущая свежим летним утром вперемешку с лиловой лавандой, белая атласная ленточка, завязанная милым бантиком – все это было атрибутами данного свертка.
Неспешно кладя свое сокровище в рюкзак, депрессивный подросток прозвище просто идеально подходит промчался через комнату, попутно закрывая ее, и чуть снова не чертыхнувшись на, слава богу, не скрипящей лестнице. Быстро оглядев уютные кухню и зал, и не найдя ни одного намека на движущеюся жизнь, брюнет нагло и нараспашку открыл холодильник, ища на каждой полке пропитание. Ведь в желудке уже давно мучительно урчит, а в его рту со вчерашнего дня не побывало и маленькой крошки. Можно легко догадаться, из-за кого он не наполнил себя наивкуснейшим ужином.
Холодильник встретил его только гудящим непрерывающимся звуком и мелким выбором, чем бы перекусить. Обыскав все тщательно, на самой нижней полке он увидел только фарфоровую тарелку с принтом в виде маленьких розовых букетиков. На самой этой тарелке были две аппетитные булочки с изюмом, приготовленные явно руками заботливого человека, а рядом с ним стояла маленькая бутылка, внутри которого был на вид обычный, его любимый кефир. Также на этой бутылке была мелкая розовая записка, явно оторванная из какого-нибудь девчачьего блокнотика. Соно даже догадывался из какого. Слегка наклонившись, Соно стал прочитывать сообщение, адресованное скорее всего ему.
На записке аккуратным, приторно- сладким миниатюрным почерком, из пасты фиолетового оттенка, было написано следующее:
«Хей, Соно! Мы с Крисом сегодня утром уезжаем, ну или уже уехали, в гости к моей тете или к матери Криса, так скажем. Поэтому если ты не найдешь нас утром, а я знаю, что ты просыпаешься поздно, то мы уехали. И я оставила тебе позавтракать. Сама приготовила. Наслаждайся.
PS: Крис проворчал, чтоб ты оставался голодным. Думаю, он все еще злится из-за вчерашнего.
С любовью, Тан
»
- Хах…
Тан – милая, наивная девочка лет четырнадцати. Ростом 156 см, с волосами белого цвета (интересно настоящий цвет?), подстриженными до шеи, с челкой, почти скрывающей глаза морозного цвета; бледной кожей, нежными и хрупкими чертами лица. Девочка, которая всегда носит светло-голубой свитер с белой полоской и черные леггинсы.
Да, она была красивой, неотразимой. Характером не хуже, даже еще прекрасней. Все парни из школы, да что там из какой-то школы, за ней бегали все местные парни, знающие о ней или хотя бы видевшие ее в лицо. И постарше, и помладше. Любой обычный паренек, что видел невообразимую красоту симметрии ее лица, давал клятву завоевать ее сердце, снеся любые преграды на пути. И когда эти влюбленные внезапно узнавали, что Соно ее лучший друг сенпай, всегда просили, почти умоляли познакомить их. Даже пытались подружиться с ним, чтобы показать Тан, какие они хорошие и добрые люди. Но Соно никогда не клевал на эти манипуляторские уловки. Он понимал с чего такая внезапная дружелюбность и доброжелательность. Не глупый.
Абсолютно все сходили по ней с ума. Абсолютно все ломали голову от ее сногсшибательности. Все. Но не Соно.
Нет, она очень сильно нравилась ему. Очень сильно. Но как обычно нравится незаменимый хороший товарищ, как вечно преданная подруга, как сильно дорогая сестра. Но не как идеальный предмет любви или обожания.
Он дал вечный обет на то, что никогда не будет крепко привязываться к людям. Тем более без памяти влюбляться в них. Он знает всю алчность и ненависть человеческой души, какую даже не вообразишь.
Но он все равно привязался к ней. Нарушил собственное обещание. Ведь вряд ли тебе не будет нравиться такой человечек, который отдаст последний кусок хлеба, оставшийся у него, буквально отдавая свою жизнь, ради любви и заботы о тебе. А ведь они даже не родные. Просто находятся под опекой одного человека.
Он всегда был закрыт для любых людей, не подпускал даже на несчастный миллиметр. Но она не сдавалась, не унывала. Она была добра, оптимистична, заботлива. Даже в то время, когда он бесцеремонно грубил, кричал, чтоб валили к чертям, жестоко стебался и издевался…
Но она, удивительно, терпела. Она не кричала, злясь из-за его наглости, в ответ. Не уходила, опуская руки. Терпела издевательства и манипуляции. Лишь ждала. Надеялась на полное доверие, любой ответ на заботу и время, потраченное на него.
Скорее всего из-за этого Соно поверил беспрекословно, доверился так сильно, как обычно верят маленькие дети, только что попавшие на эту жестокую землю. Он чуть приоткрыл завесу, скрывающую весь его внутренний мир, всю его израненную душу, всю его истинную сущность, измученную злобой и равнодушием человечества. Он стал отвечать своей добротой на ее доброту, стал более открытым, смелым.
Тан была одна из немногих людей, которые будут стоять до последнего, отдавать все свое земное время и не бесконечные силы, лишь бы стать настоящим близким другом человека, независимо от какого именно человека. Стать настоящим другом, не просто обычным словом «друг», а крепко слившимся с этим обычным значением воедино, навеки.
И у нее получилось. Тан действительно стала его верным товарищем. Она была единственной веской причиной, почему покидать этот скудный дом было невыносимой пыткой. Она была тем человеком, которого растопчет любой бесчувственный поганец, просто потому что она якобы «фальшивка» и таких людей попросту нет на свете. Поэтому ей нужна была хорошая защита – крепкая стена, выдерживающая любой сильный удар. Поэтому Соно отчаянно не мог сделать шаг к свободе, к его надеждам, к мечтам.
Но сумев пересилить себя, он распахнул дверь - лишь жалкую преграду к его свободе. Вкус сладкой, ненасытной победы и возможности делать решения за себя самого так сильно ударили в его немалый ум, что он даже не обратил внимания на какой-то странный тихий писк и небольшую мгновенную вспышку. Выйдя на улицу и не удержавшись от такого слишком щедрого подарка, Соно, как истощенный жаждой зверь, ничего не видящий на своем пути, понесся к желанному питью. Но (как и следовало ожидать) он споткнулся об подозрительно находящуюся прямо на этом месте кочку. Чуть не проделав старое двойное сальто вперед, Соно ОЧЕНЬ болезненно ударился лбом об «добрый» асфальт.
- Твою ж!
Лежа на твердом асфальте лицом вниз, Соно стал тихонько двигать своими конечностями, в надежде, что обошлось без переломов. Да, кажется без переломов. Он неуклюже поднялся на локти поцарапанных рук, а потом и вовсе кое-как на четвереньки. Дотронувшись до ушибленного лба, Соно стал проверять это место на наличие каких-либо серьезных повреждений.
- Вроде бы без серьезных и тяжелых сотрясений…- он истерично усмехнулся – конечно, как тут не смеяться, уже второе падение за одно гребанное утро.
Убрав свои пальцы со лба и прикрывая глаза ладонями, брюнет присел на колени, глубоко, успокаивающе вздохнув, и потом громко, протяжно и обессиленно завыв во все горло. Это сранное утро, этот сранный дом, этот сранный мир так сильно обожают издеваться над ним?! Везде, постоянно, и с креативностью?! Хотя на этот трудный философский вопрос он давно знает легкий неоспоримый ответ. Да.
- На хер все это, - злобно пробубнил Соно, поднимаясь на ноги, судьбе, которых явно не позавидуешь. – Черт, мне же надо было сваливать отсюда до семи.
Взглянув на кожаные наручные часы, он лишь удивленно присвистнул: на часах не было даже половины пятого. То есть, вы имеете ввиду, он проделал все это чертово шоу, не потратив и половины часика? Вау, браво, громкие аплодисменты, хлопаем стоя.
Соно, чуть не отвесив себе хорошенький фейспалм, аккуратно встал и аккуратно прошелся по хорошо обтоптанной земляной дорожке. Пытаясь из всех сил пройтись настолько аккуратно и неспешно, чтоб не дать всеобъемлющей и желанной свободе снова одурманить его бедный разум. В любом случае, стараясь снова не сорваться, он лишь лениво передвигал свои ноги и без особого интереса пинал завалявшиеся разного рода камушки, которые от удара уныло перекатывались с бока на бок, то высоко взлетая в воздух, словно маленькая птичка, а потом обиженно приземляясь на маленькую тропку, то также высоко летя, но невозвратимо, и грустя, отпрыгивая от земли в коротко подстриженную траву.
Довольно быстро дойдя до калитки, покрашенной в абсолютно кремовые тона, Соно вдруг в голову ударил неожиданный вопрос: а уверен ли он, что вообще стоит покидать этот дом? Что он уверен, что хочет навсегда покинуть этот дом? По правде говоря, да, действительно ли это так ему нужна вся та пугающая неизвестность и опасность для жизни? Неужели Соно так сильно хочет быть ни от кого независящим, что готов бросить единственных нормальных людей, которые приняли его в свою небольшую семью, окружая кровом и заботой, даже несмотря на то, что они вовсе не родственники, и поэтому у них нет никаких обязанностей возиться с ним, несмотря на его бунтарский характер, несмотря на то что они могли оставить его в детдоме, пока ему не исполнится восемнадцать, и не беспокоится об упавшей на их головы проблеме. Пусть даже они и не лучший вариант, но гораздо лучше, чем тот мужчина. Соно испуганно вздрогнул об упоминании о нем. Нет. Никогда. Он никогда, ни за какие уговоры не будет под опекой кого-либо, без разницы доброго, милосердного или не очень, низа что не будет полностью зависимым от кого-либо, низа что не позволит кому-нибудь управлять им самим и его жизнью.
Полный уверенности и решимости в своих действиях, Соно, не жалея оставшихся сил, без сожалений пнул со всего размаху и так некрепко держащуюся калитку, и побежал в неизвестном направлении. Побежал навстречу ждущим его приключениям. Побежал навстречу новой и светлой жизни. Побежал навстречу такой долгожданной свободе.


Побежал к его судьбе



Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.