Корзинка с секретом

      – Он же дуралей! – возбухала Сарада, пытаясь найти причины, почему Сумирэ могла заинтересоваться Боруто.       У нее дома никого не было, она сидела на стуле и неспешно поедала свой завтрак. За окном было пасмурно и очень душно. Похоже, что собирался дождь.       "Интересно, я успею дойти до цветочного семьи Иноджина и не попасть под дождь?" – разговаривала в мыслях сама с собой девушка.       Сарада помыла за собой посуду и направилась в прихожую. На всякий случай, она взяла с собой любимый красный зонтик. Взяв его в руки, она вышла и закрыла на ключ за собой входную дверь.       Утром ее мама попросила сходить к старой подруге в цветочный и забрать свою покупку. Она решила приобрести бонсай и поставить в гостиную. Как раз в этот день приезжало ее деревце с соседней мелкой деревни, которая занималась выращиванием цветов, кустарников и даже некоторых видов деревьев.       Прогулочным шагом Сарада направлялась прямиком к своей цели. Пока она шла, ее голову все не покидали мысли:       "И когда он успел ей понравиться? Она особо даже внимания на него не обращала? Что поменялось? Или этого только я не замечала?"       На улицах деревни не было много людей. Небо потихоньку темнело, образуя нескончаемую серую пелену. В глубине души девушка радовалась, что сегодня нет никаких миссий. Все что хочется делать в такую погоду, это лежать дома или даже немного вздремнуть.       "Интересно, Боруто знает об этом?" – не давая своим мыслям отдохнуть, Сарада все задавала и задавала себе вопросы.       Немного вздрогнув от мыслей, что он может испытывать к их подруге взаимные чувства, повертев головой из стороны в сторону от этих навязчивых мыслей, Сарада заметила Чоу-Чоу. Она шла вместе со своей командой. Иноджин нес перед собой, что-то в руках, а Шикадай говорил, что хочет поскорее пойти домой в теплую и уютную кровать.       Первым с девушкой поздоровался Иноджин:       – Сарада, это тебе! Мама сказала принести это вам.       – А? Это, то дерево? – указав на средний по размеру замотанный лоток, удивленно, поинтересовалась девушка.       – Да, держи, потом моей маме спасибо скажете, – немного дерзко произнес Иноджин, – а мы теперь свободны, пока!       Сарада только успела хлопнуть глазами и приоткрыть рот.       – Что значит, свободны?! – влезла Чоу-Чоу. – Ты же джентльмен! А ну понес его до дома Сарады! Быстро!       Оба парня включая саму виновницу торжества, только сглотнули, увидев с какой яростью в глазах прокричала их толстая подруга. Единственное правильное решение было – молча согласиться.       – Пошли…джентльмен… – закатил немного глаза Шикадай, – раньше принесем, раньше освободимся.       Ребята решили, что пойдут впереди. Подруги не намного от них отставали. Еще не началось обеденное время, как на улицах деревни жителей все становилось меньше и меньше. Под этими плотными темными облаками никак не было видно солнца. Создавалось ощущение, что его вовсе там нет. Настроение было у ребят не самое лучшее. Как может таким жарким летом, погода быть, как осенью? Так и хочется сесть у камина с чашкой горячего напитка и погрузится в мир мыслей о вечном…       – Ты знаешь, чего хочешь, Чоу-Чоу, – попытавшись натянуть улыбку, обратилась Сарада к подруге.       – Ой, да брось! Надо же учить этих мальчиков манерам! Так у них ни одной девушки не будет! – поставила вердикт толстушечка. – Я из них сделаю принцев на белых конях, поверь мне!       – И не сомневаюсь, только надо им это? – посмотрев на спины парней, выразила она свое мнение.       – Не правильно ты вопрос задаешь, Сарада, – прищурилась на нее подруга, – им может и нет, но их возможным будущим девушкам точно нужно!       – Далеко ты смотришь! – девушка с черными волосами явно не ожидала такого поворота событий.       Компания практически пришла к ее дому. Осталось несколько минут ходьбы. Сарада обрадовалась, что зонт ей может и не понадобится.       Толстушечка заметила, что ее подруга какая-то чересчур загруженная, даже в такую погоду. Понаблюдав еще несколько секунд за ней, она спросила:       – Что-то случилось?       Одернув голову в сторону Чоу-Чоу и выпучив глаза, от того, как та заметила это, она просто промолчала.       – Понятно… – скрестила на груди руки Чоу-Чоу, – опять этот болван Боруто, что-то натворил? Он тебя обидел? Только скажи мне, я с ним разберусь!       Остановив начинающийся порыв ярости у толстушки, Сарада поспешила ответить:       – Что ты, нет, он меня не обижал. Я ему сама врежу, если это произойдет!       – Но… – она решила продолжить, – он в этом замешен…       Чоу-Чоу внимательно посмотрела на нее. Она никогда не видела таких эмоций у подруги, когда она говорила о своем сокоманднике. Сарада с Боруто вечно ссорились, но это не мешала им быть на миссиях одним целым. В такие моменты сразу забывались разногласия, как будто их и не было вовсе. После этого они могли долго смеяться. А сейчас, эта самая Сарада идет с ней и явно грустит из-за этого Боруто. "Что-то тут не чисто" – подумала Чоу-Чоу.       По лицу Сарады было видно, что она решала, говорить это или нет.       – Девочка моя, – начала подбадривать ее подруга, – мне можешь рассказать. Особенно, если тут замешана любовь, – подмигнула Чоу-Чоу собеседнице.       – Что? Какая любовь?! – покраснев, возмутилась Сарада.       – Да ладно тебе, я все вижу, ты к нему это испытываешь, – наклонившись к ней и немного шепотом, ответила явная сваха в деревне.       – Я… я не знаю… – запнулась стройная девушка. – Так, стоп! Я просто о нем беспокоюсь!       – Беспокоишься? Что? – не поняла ее оппонентка.       – Одна девушка сказала мне, что ей интересен Боруто. Наш Боруто, понимаешь? Как он может кому-то понравиться? Он же просто дурак! – выпалила Сарада.       – И все? – спросила, как отрезала Чоу-Чоу.       Сарада явно не ожидала такого резкого невозмутимого вопроса от первой любительнице парней и всего что связано с любовью и романтикой.       – Эта девушка, кем бы она ни являлась, сказала, что он ей просто "интересен". Она не призналась тебе в чувствах. Мне вот тоже, может быть, интересен Иноджин и Шикадай, но как друзья и товарищи по команде, – начала лекцию подруга.       Увидев удивление Сарады, как это может быть, Чоу-Чоу продолжила:       – Это как чипсы! Если тебе не особо нравится какой-то вкус, но кто-то скажет, что только их и ест, ты начнешь испытывать к этому вкусы не поддельный интерес! Но только тогда… когда изначально тебе хотя бы чуть-чуть они уже пришлись по вкусу.       – Ты сводишь мысль к тому, что она специально разогрела мой интерес к нему? – не осознав сама, что сказала, заключила темноволосая девушка.       – Да, – произнесла Чоу-Чоу, видя как Сарада от сказанного вслух своего вывода, начала стремительно краснеть.       – И, Сарада, главное, – обратилась она к ней, – какие бы действительно чувства та девушка не испытывала, мы теперь узнали, какие чувства испытываешь ты.       Девушка со светлой кожей и с темными волосами в ответ молчала, приоткрытый рот не позволял произносить ничего, а черные глаза только моргали и смотрели на свою подругу. Эти глаза отражали все удивление. Удивление от понятия своих истинных чувств. Эти чувства ранее она скрывала даже сама от себя. Она ведь не могла влюбиться в дурака, как она его называла, тем более в парня, которого знает, чуть ли не с пеленок. Когда она успела?       Первая капля дождя упала прямо на кончик носа Сараде, выведя ее из ступора круговорота собственных чувств.       – Мы дошли, – повернулся к девочкам Шикадай.       – Спасибо вам, ребята! – Сарада взяла упакованный бонсай у Иноджина и попрощалась.       – Пошлите быстрей домой, сейчас дождь разойдется во всю, – протянул Иноджин, поймав на свое лицо несколько крупных капель.       Уже дома Сарада поставила мамино деревце на ближайший стол, убрала упаковку и подумала:       "Маме понравится, оно прямо такое, как она хотела".       Дождь не на шутку разошелся за окном. Он шел несколько часов, как будто решил пролить свои капли воды в один день за все лето сразу. Но на душе девушки уже не было грустно. Что-то начало согревать ее внутри. Улыбка непроизвольно была у нее на лице и никак не хотела уходить.       "Какие же все-таки у меня хорошие друзья", – решила девушка.       А за окном появился первый лучик солнца, попадая через окно прямо на улыбающуюся молодую особу.