Идти навстречу

— Ты чего здесь сидишь? Пасифика обернулась. На крыльце стояла одетая в слишком обыкновенную для ее персоны голубую пижаму Мэйбл с какой-то антикварной керосиновой лампой, еле освещавшей крыльцо и ее полусонное лицо. — Не твое дело, — Нортвест снова повернулась в сторону леса и положила ногу на ногу. — Ты сидишь на крыльце моего дома, Пасифика, — устало протянула Мэйбл, потерев глаз. — Конечно, это мое дело. Нортвест недовольно хмыкнула, но ничего не ответила. — Ты ждешь, пока тебя заберут? — спросила Мэйбл после нескольких секунд молчания. В голове Пасифики проскочили сотни мыслей и фраз, которыми она могла бы сейчас грубо отшить настойчивую Пайнс, но, взглянув на ту ещё раз, она поняла, что не хочет этого делать. Не то чтобы ей было совестно огрызаться на человека, который пытается выяснить, всё ли с ней в порядке, и вроде… беспокоится за нее. Просто сегодняшний день был слишком насыщенным и вытянул из Пасифики все силы, которые только можно было, поэтому ей теперь вообще не хотелось вступать с кем-то разговор на повышенных тонах. Нортвест выдохнула устало и поднялась на ноги. — Что ж, раз тебя настолько смущает мое присутствие на вашем крыльце, я избавлю тебя от этого недуга, — всё-таки она не смогла удержаться от подколки. Но взглянув еще раз на темный лес, еле освещаемый тонким серпом луны, из которого время от времени раздавались зловещие крики каких-то диких животных, Пасифика остановилась. Пауза затянулась лишь на пару секунд, но за это время в ее голове промелькнули сотни мыслей: пойти домой самой, рискуя ни много ни мало — жизнью, но при этом сохранить остатки гордости, или развернуться и попросить об унизительном ожидании на этом чертовом крыльце? Пасифика боялась пошевелиться, потому что чувствовала спиной внимательный взгляд Мэйбл, она сжимала в руках свою сумочку и решалась развернуться, но храбрости все никак не хватало. — Может лучше зайдешь? — вдруг спросила Мэйбл. Пасифика даже вздрогнула от неожиданности и уставилась на нее вопросительно. — Во сколько за тобой приедут? — Мэйбл даже на миг перестала быть похожей на саму себя, но Пасифика моргнула и наваждение пропало. — В одиннадцать, — ответила она осторожно. Мэйбл ничего не сказала, открыла входную дверь и пригласительным жестом указала керосиновой лампой внутрь дома. Нортвест поймала себя на мысли, что Пайнс сейчас непохожа на себя, потому что ведет себя как Диппер. Эта мысль почему-то крепко засела у нее в голове и не пропала даже тогда, когда она вошла внутрь, последовала за Мэйбл на кухню и села за стол. — Чай хочешь? — спросила та, доставая какую-то коробку. Пасифика представила, каким отвратительным может быть дешевый чай Пайнсов, который те скорее всего купили в таком же дешевом супермаркете, и уже открыла рот, чтобы отказаться, но тут перед ней всплыла перспектива целых тридцать минут просидеть в полнейшей неловкой тишине, да еще и в темноте, и она остановила себя. — Будь добра. Зеленый, — сказала она односложно, приметив для себя, что, раз ей предлагают чай, значит, у Пайнсов стоит доисторическая газовая плита. Мэйбл улыбнулась и достала из коробки пакетик. Через пять минут на плите требовательно засвистел чайник, а через шесть перед Пасификой стояла дымящаяся кружка и разносила по кухне аромат каких-то трав с привкусом мяты. Было даже вкусно, и Нортвест хотела в привычной манере пренебрежительно приподнять бровь в жесте "ну да, норм", а потом поняла, что чувствует себя настолько вымотанной, что не хочет вообще выражать какие-либо эмоции. Поэтому она просто попивала чай и изредка макала в него лимонную вафлю, тарелку с которыми Мэйбл поставила перед ней на стол. Тишина в доме прерывалась лишь посапываниями свинюшки, которая спала на коврике в гостинной, а на улице во все горло (Пасифика, правда, сомневалась, что оно вообще у них есть) трещали сверчки. Было хорошо и спокойно, не сравнить с атмосферой проходившей тут недавно вечеринки. Вдруг на лестнице послышались шаги, и на пороге кухни показался Диппер с карманным фонариком в руке. На его лице отразилось удивление, когда он увидел, что на кухне хозяйничает обычно в это время уже давно заснувшая Мэйбл, а за столом сидит Нортвест, которая просто пьет чай, а не готовит яд, чтобы подсыпать кому-нибудь на досуге. Но Диппер ничего не сказал, даже не спросил у Мэйбл, почему она не спит. Он просто взял вафлю из тарелки, засунул ее в рот, вытащил из шкафа упаковку чипсов и удалился обратно на чердак. - Жрет ночами, - прервала повисшую тишину Мэйбл, как ни в чем не бывало. Пасифика не знала, что сказать, поэтому выдавила нервное "Ммм", тут же мысленно хлопнув себя по лбу. Чай она допила, и, от нечего делать, стала смотреть на свет луны из окна, освещающий старые доски пола. - Жаль, что вечеринку прервали, - начала внезапно Мэйбл, глядя туда, куда устремила свой взгляд Пасифика. - Я и так сейчас не ушла спать, могла бы танцевать. - Ты нелепо танцуешь, - сказала Нортвест инстинктивно. Но ее собеседница на это не обиделась, и, видимо, вообще не заметила, что Пасифика что-то сказала. - Зато пою не хуже тебя, - ответила она самодовольно спустя несколько секунд. - Смешно, - фыркнула Пасифика беззлобно. - Помнится, я, а не ты, победила на прошлогоднем конкурсе. - Ты сжульничала и воспользовалась своим привилегированным положением человека с наличкой, - Мэйбл скрестила руки, но уголки ее губ были приподняты. - Поэтому не считается. - Я возмущена подобными заявлениями, - безэмоционально произнесла Нортвест, зеркально скрестив руки. - Нам придется стреляться на дуэли, чтобы решить этот вопрос, который задевает мою честь и достоинство. - Ого, - выпалила Мэйбл, не ожидав, что Пасифика вообще знакома с таким понятием, как шутки. Она помолчала немного, а потом подыграла. - Если у тебя есть огнестрельное оружие, я в деле. - Есть, - невозмутимо парировала та. - Только ему лет двести, и если его снять со стены, то оно развалится прямо в руках. Так что наш конфликт пока так и останется нерешенным. - Или мы можем просто снова участвовать в конкурсе, - улыбнулась Мэйбл. - Это только если ваш ворчливый дедуля захочет снова устраивать вечеринку. Что маловероятно с учетом того, что произошло сегодня, - Пасифика покосилась на негорящую лампу на потолке. - Пожалуй, ты права. Вдруг снаружи послышался скрип шин по гравию. Пасифика и Мэйбл одновременно глянули в окно на подъехавший лимузин, и Нортвест уже встала, чтобы взять сумку и выходить, как водитель решил протяжно посигналить, что в тишине леса звучало громче, чем гудок ледокола. - Да вашу ж мать за ногу, себе в задницу посигналь, урод! - послышалось из глубины дома, а сверху раздался стук, как будто Диппер на чердаке что-то уронил. Пасифика поспешила покинуть хижину и быстро запрыгнула в машину. На Мэйбл, проводившую ее до порога, она даже не взглянула.