What do you want from me?!

POV Астрид Иккинг улыбается в ответ и, ничего не сказав, быстро расстёгивает ремень и встаёт с кровати, чтобы раздеться. Я пока приподнимаюсь на локтях рассматривая его спину и то, как мягко перекатываются мышцы под светлой кожей. Внутри так тепло и спокойно, но одновременно с этим я всё-таки чувствую некое волнение. «Мне нечего бояться. Всё будет хорошо! Иккинг рядом!» — мысленно напоминаю себе и улыбаюсь ещё шире, когда ловлю на себе взгляд парня. — Не подглядывай! Отвернись! — он дразнит меня, изображая мой голос и манеру речи, напоминая, как до этого я не разрешала смотреть на себя. Я только смеюсь в ответ, продолжая пялиться, пока парень снимает джинсы и остаётся только в боксерах. В момент он застывает, улыбка с его лица резко пропадает. Мне становится не по себе, пока выражения его лица становится то растерянным, то недовольным. — Что такое? — усаживаюсь в кровати, внимательно разглядывая его озадаченное лицо. «Всё ведь хорошо?! Да?» — Я забыл гандоны, — он отвечает, нервно поправляя волосы — Но возможно они есть в машине. Его глаза глядят как-то виновато и осторожно, широкие брови нахмурены. Я заметно расслабляюсь, услышав причину его беспокойства. «Как же хорошо, что все вокруг успели просто все уши мне прожужжать про защиту! И как же хорошо, что я всё-таки её купила!» — У меня есть, — улыбаюсь, чувствуя облегчение — Подай сумку. Иккинг идёт к двери и поднимает сумку с пола, прежде чем отдать мне. — Вот! — вытаскиваю одну упаковку из сумки, показывая ему. На розовых губах снова улыбка, его, уже практически чёрные, глаза блестят. Он ехидно выгибает бровь, будто собирается спросить, зачем я таскаю их с собой. Честно, я и сама не знаю. — Какая же ты у меня умница, — Иккинг говорит, когда возвращается ко мне. Вновь целует. Совсем легко, так дразняще и влажно. Его ладони, такие горячие, в это время гладят меня, перемещаясь по всему телу. Каждое прикосновение ощущается особенно ярко сейчас. По телу расходится тепло, и я чувствую, как щекочет и тянет внизу. Теперь, после его пальцев, я возбуждена ещё сильнее. Иккинг отрывается первым, ещё раз быстро чмокая меня в нос, и посматривает вниз, пальцами подцепляя один чулок. Смотрит так долго, медленно поглаживая мою ногу через чёрный капрон. Будто размышляет оставлять их или нет. — Хочешь снять? — спрашиваю, поглаживая его предплечье. — Да, — он, наконец, отвечает и смотрит на меня, слегка кивая — Сегодня никакой одежды. Он аккуратно тянет сначала один чулок, а затем и другой, поглаживая мои ноги, перед тем, как схватить меня за лодыжки и потянуть на себя. Я хихикаю, ощущая, как его ладони поднимаются по ногам к моим бёдрам. То растирает мою кожу, то сминает. Наклоняется губами касаясь моей коленки, а после и внутренней стороны бёдра, прямо возле белья. Втягиваю воздух сквозь зубы, ощущая, как двигаются его губы. — Такая мягкая, — Иккинг бормочет, пока ласкает мою кожу губами и языком. В ответ на это только улыбаюсь, решая не рассказывать о том, как провела два часа в ванной, убирая лишние волосы, очищая, скрабируя и увлажняя кожу. Запускаю пальцы в его темные пряди слегка потягивая и направляя выше. Иккинг ещё раз быстро целует меня в бедро, прежде чем я обхватываю его шею и тяну к себе, чтобы снова поцеловать. Я вся буквально горю, ощущая его язык и губы на своих. Парень кладёт ладони на мою грудь, сжимая сквозь бельё. Ничего не могу с собой поделать и стону прямо во время поцелуя. Чувствую, как он улыбается, прежде чем отстраниться. Глядит на свои ладони и сжимает меня ещё раз, коварно улыбаясь и пальцами немного забираясь под лифчик. Иккинг поднимает глаза ко мне, этим взглядом как бы спрашивая можно ли уже снять его. Я не могу не улыбаться, рассматривая его взволнованное и счастливое лицо, и в итоге киваю, продолжая смотреть в его глаза. Уже в следующую секунду его рука оказывается на моей спине, нащупывая застежку. Одно движение и лямки сами подают по плечам. Я стараюсь не думать о том насколько умело Иккинг справился с застёжкой, но всё же чувствую некую горечь от мыслей о нем с девушками, которые были до меня. «Сейчас мы вместе! Зачем вообще думать об этом?!» — одергиваю себя, пока Иккинг стягивает с меня бюстгальтер, откидывая его и застывая на секунду, как заворожённый бегая по мне глазами. Объективно я знаю, что у меня красивая грудь, но сейчас под его взглядом почему-то начинаю смущаться и стесняться. Ещё никто не видел меня такой…эм… обнаженной что ли, наверное поэтому это так непривычно и странно. Инстинктивно хочется закрыться и спрятаться. Но уже в следующий момент его ладони мягко накрывают мои груди, темные глаза тоже не оставляют их. Ему не нужно ничего говорить, я вижу, как он смотрит, и по немного успокаиваюсь, снова чувствую себя такой особенной и красивой, как никогда до этого. Резко вздыхаю, хватаясь за его плечи, когда Иккинг лицом утыкается в мою грудь и слегка трется носом, глубоко вдыхая. Большая тёплая ладонь сминаясь одну грудь, пока его губы ласкаюсь другую. Он мягко покусывает и теребит пальцами соски. Скоро месячные и грудь сейчас ещё более чувствительная, чем обычно, поэтому каждое его действие производит невероятный эффект. Внизу всё сводит с новой силой, и я хнычу, вся выгибаясь и желая скорее свести ноги, унять это раздражение. Но Иккинг, словно ребёнок получивший новую игрушку, всё никак не может оставить мою грудь. Не в состоянии ждать, тяну руку вниз и накрываю его стояк сквозь трусы, сжимаю его, двигая рукой. Парень хрипит, носом утыкаясь мне в плечо и выпрямляется, смотрит на меня. — Не надо, Астрид, — он просит, на что я улыбаюсь лишь шире. Я обожаю эти моменты, когда он весь в моих руках, когда смотрит вот так и тяжело дышит. Делаю вид будто ничего не слышала, и ладошкой скольжу в его трусы обхватывая член у основания. Такой твёрдый, кажется, он реально может кончить уже сейчас. Не желая терять время, хватаюсь за резинку и тяну вниз, окончательно раздевая его. Иккинг помогает мне, скидывая с себя остатки одежды. Он игриво выгибает брови, поддевая мои трусики, и тоже стягивая их с меня. — Никакой одежды! — повторяет, криво улыбаясь и приближаясь ко мне. Вскользь смотрю вниз, когда обхватываю парня ногами, притягивая к себе и чувствуя, как его стояк утыкается мне в ногу. Мы едва касаемся губами, целуясь. Оба улыбаемся, из-за чего поцелуй выходит каким-то дурацким и смазанным, но мне всё равно. Внутри столько чувств. Я расслаблена и возбуждена, возле меня самый горячий, умный и вообще лучший парень, которого только можно представить. «Могло ли мне так повезти?! До сих пор не верится!» — Готова? — Иккинг берет упаковку от презерватива в руку, внимательно всматриваясь в мои глаза. Его взгляд заботливый, нежный и похотливый одновременно. Мне приятна его забота и такое количество внимания к моим чувствам и состояниям. Даже я о себе так не беспокоюсь, как он. — Да, Иккинг, — он кивает в ответ, открывая упаковку и надевая презерватив. Я слежу за его движениями, сглатывая. Именно в этот момент мне на миг становится не по себе. Но я гоню волнение и страхи, напоминая себе, что всё замечательно. — Раздвинь ножки ещё шире, — Иккинг обхватывает меня под коленками, показывая как лучше мне лечь, я слушаюсь, делая, как он и сказал. Он приближается, и уже в следующий момент я чувствую его член прямо напротив. Парень наклоняется ко мне, ласково гладит по щеке, целуя, видимо чтобы немного успокоить. Но, когда в этот момент его член непроизвольно скользит по моей промежности, собирая влагу и едва трется о клитор, я, абсолютно отвлечённая, просто не могу ни о чем думать. Иккинг, видимо поняв это, отстраняется и смотрит туда же куда и я, обхватывая свой член и направляя в меня. Я буквально перестаю дышать, когда он упирается им в меня, а потом надавливает, заставляя меня ахнуть. Глаза расширяются сами собой, руки впиваются в его спину. В голове только брань, а внизу начинает жечь с новой силой. Боль, такая резкая и острая, заставляет меня вздрогнуть. Глаза тоже жжёт, и я быстро смотрю вверх, чтобы не выглядеть, как дура, и не рыдать в свой первый секс. — Больно? Прости! Астрид… милая, — Иккинг поднимает лицо ко мне, перепугано вглядываясь в глаза. — Нет, нет, — выдавливаю улыбку, мягко сжимая его плечи, — Всё нормально. Продолжай. Парень кивает, медленно двигая бёдрами, входит ещё больше. Постепенно мне становится легче, ну или я просто привыкаю к боли и дискомфорту, в этот момент ничего не ясно. Иккинг нависает надо мной, целует мои губы, щёки, подбородок, а затем утыкается носом мне в ключицы, постанывая и продолжая двигаться. — Блять… Астрид, — бормочет, пока я глажу его спину, прижимаясь ближе и стараясь отвлечься на ощущение его кожи под своей рукой, только бы не чувствовать это жжение и боль. Понимаю, что так будет не всегда и нужно всё это перетерпеть. «Потом будет легче! И приятнее!» — успокаиваю себя, стараясь фокусироваться на всём, что угодно, кроме боли. Его челка падает ему на глаза, и я мягко убираю её назад, замечая испарину на его лбу и то, какими яркими выглядят лесные глаза. От этого мне как будто даже легче. Мы вновь целуемся, когда он заметно ускоряет темп и стонет сквозь поцелуй. Плотнее обхватываю его ногами, слегка двигая бёдрами навстречу, стараясь не обращать внимание на дискомфорт и неудобства. Теплая ладонь тискает мою грудь, от чего по телу будто расходятся волны тепла, отдающие в промежности. На секунду мне становится действительно хорошо, и, кажется, я чувствую именно то, что и должна — как приятно, когда он полностью входит одним рывком, и как хочется больше и жёстче. Но потом Иккинг вновь ускоряется, при этом теряется нужный мне ритм. И в итоге оставляет меня ни с чем. Я лишь тяну его ближе, продолжая гладить широкую спину, плечи и крепкие руки; целую его в грудь, глажу волосы, ощущая, как он приостанавливается. Всё его тело пробивает дрожь, он утыкается лицом в изгиб моей шеи — Я… сейчас…блять… В словах больше нет необходимости, Иккинг двигается во мне ещё пару раз, а затем протяжно стонет мне в шею. Чувствую, как его член подрагивает во мне, и обнимаю его, ещё крепче прижимая к себе, чувствую, как бешено бьются наши сердца. И только сейчас до меня доходит, что это действительно только что случилось. Мне уже нет дела до боли, я вся в мыслях о нас с ним. Снова вспоминаю с чего мы начали, и как случилось так, что я люблю его и мы лежим в одной постели. Мысли плывут размеренно и спокойно, мне настолько уютно и тепло в его объятиях. Ещё некоторое время мы продолжаем обниматься, оставаясь в таком же положении. Иккинг тяжело дышит, а я мягко глажу его по голове. Мой мальчик. Он поднимает лицо, и я слегка улыбаюсь в ответ на его уставший взгляд. Мягко целует меня в лоб и привстает, чтобы, наконец, выйти из меня. Пока парень снимает презерватив и связывает его, прежде чем выбросить в мусорную корзину под моим столом, я свожу ноги вместе, всё ещё ощущая там дискомфорт и наказывая себе потом выбросить мусор из своей комнаты, чтобы отец ни в коем случае не увидел последствий нашей ночевки в моей мусорки. — Как ты? — Иккинг возвращается ко мне и ложится рядом, помогая мне тоже лечь под одеяло. — Хорошо, — отвечаю, замечая некоторое беспокойство в его глазах. Не понимая, что с ним, прокручиваю всё в голове снова и снова, стараясь понять причину его невроза. Но ничего не приходит на ум, и я внимательно смотрю в его глаза, но нахожу там только тревогу и смятение. — Точно? У нас всё хорошо? — он спрашивает, и я удивлённо поднимаю брови. — А почему должно быть плохо? Я тебя люблю и это замечательный опыт, я рада быть с тобой, — ласково глажу его щеку, поворачиваясь к нему, чтобы лежать лицом к лицу — Что не так? Он улыбается под моим прикосновением, накрывая мою ладонь своей. — Просто подумал, вдруг у тебя была идеальная картина первого раза, а на деле всё оказалось иначе, — он выдыхает, рассказывая — Но я обещаю, что следующие разы будут дольше и ты кончишь. Обязательно! Иккинг заканчивает, а я перевариваю его слова, удивляясь, что он вообще подумал, что что-то не так. Я знала, что не кончу в этот раз, а возможно и в следующие тоже; и я не заметила, что это было как-то супер быстро. У меня вообще не было каких-то сверхъестественных ожиданий. — Больше не пугай меня так, — придвигаюсь, утыкаясь в его шею, совсем легко целую в челюсть — Всё у нас хорошо! Он расслабляется, протягивает руки и крепко обнимает меня, целуя в волосы. Чувствую, как его ладонь скользит под одеяло и хватает меня за задницу, мягко похлопывая. — А теперь иди пописай! Мы же не хотим болеть? Да? — он обращается ко мне, как к ребёнку, и я смеюсь, шлепая его по плечу. — Тогда подай мне что-нибудь, чтобы одеться, умник, — дразню, улыбаясь ему и в очередной подмечая какой же он заботливый и чуткий.