Кашель

Тони не хотел влюбляться. Он отчаянно этого не хотел. Его сердце отчаянно рвалось к какому-то парнишке, которому нет и восемнадцати. Осознание того, что Питер проникает в его сны, мысли, буквально под его кожу, сводило с ума. Ему так хотелось прикоснуться к юношеской коже, которая немного огрубела от сухости воздуха, хотелось поцеловать парня хотя бы в щёку, вспоминая о том, через что тот прошёл в течение последних пары месяцев. Да, юноша признался в симпатии, но, кажется, больше ничего делать не намерен, что вполне объяснимо: у него в жизни не было отношений. Если Старк сам не сделает следующий шаг, то всё останется как есть: робкие взгляды Питера, его румянец, фразы, иногда произнесённые с запинкой. Мужчине временами это даже льстило, но в то же время пугало. Он подпортил жизни бывшей жене и дочери и не хотел портить её Питеру. С другой стороны, разве их жизнь можно испортить ещё больше? Раз нет, то, может, её можно улучшить? — Мистер Старк, вы собрались? За последнее время их запасы сильно истощились, даже животных в лесу было сложно найти, поэтому Тони решил сходить в другие части города, посмотреть, как живут те, кто остался тут, если кто-нибудь вообще остался, может, найти еду, семена или хотя бы что-то полезное. — Да, можно выходить. В последнее время погода становится всё хуже и хуже: влажность воздуха упала, солнце пекло все дни напролёт, дышать становилось практически невозможно из-за достаточно крупной пыли в воздухе. На входе в пещеру приходилось вешать сразу две тряпки, чтобы пыль не проникала внутрь. Питер надел маску и, глубоко вдохнув, вышел наружу, щурясь от солнца. За ним вышел Тони, от которого парень не мог отвести глаз: обтянутое одеждой тело, сосредоточенное лицо, которое совершенно не портили повязка на глазу и шрамы. Отросшая борода и волосы придавали Старку немного угрожающий вид, но так Питер чувствовал себя защищённым. Заметив, что мужчина смотрит на него в ответ, юноша отвернулся, закинул рюкзак на плечо и двинулся в сторону, где раньше находился город. — Если продолжишь сверлить меня таким взглядом и дальше, то на моём лице появится ещё больше шрамов. — Простите. Питер не знал, что ответить. Он не знал, какого ответа ждёт от него сам Старк. Хотя тот и сам этого не знал. Даже после их довольно откровенного разговора они не достигли полного понимания. Дорога, по которой они шли, была ужасной: под ногами были то камни, то ямы. Питер несколько раз споткнулся и учащённо задышал, не имея возможности вдохнуть полной грудью. Старк шёл рядом, готовясь в любой момент поймать парня. Юноша оказался в крепких руках Тони после очередного неудачного шага. — Когда ты уже научишься нормально ходить? — Когда вы уже научитесь нормально проявлять свои чувства? — с неким раздражением спросил Питер и тут же залился краской. — Простите. — Сегодня ты что-то слишком много извиняешься. Давай руку. Питер протянул немного подрагивающую руку Старку. Ладони обоих были сухие и шершавые, но мужчина всё равно переплёл их пальцы. Младший вопросительно посмотрел на него, на что Тони лишь отвёл взгляд. — Это и есть ваш способ проявлять свои чувства? — Можно и так сказать. — Неужели вам так сложно сказать это вслух? Вы вроде не выглядите стеснительным. Или это всё из-за меня? — Из-за тебя? — Ну из-за того, что я слишком молодой, неопытный, изрядно потрепал вам нервы, ну и далее по списку, который вы мне периодически озвучивали. — В какой-то степени, но по большей части дело во мне. Я уже давно не состоял в отношениях. Когда моя бывшая жена уходила, то сказала, что я буквально разрушаю всё, к чему притрагиваюсь. Я к тебе неравнодушен, привязался за всё это время и не хочу сделать твою жизнь ещё хуже. — Я пойму, если вы не захотите об этом говорить, но из-за чего ушла ваша жена? Старк вздохнул. Ему хотелось рассказать, чтобы хоть ненамного, но сбросить груз вины, но в то же время он боялся отпугнуть Питера. — Я был плохим мужем, наверное, во всех смыслах. Я думал, что моя семья будет счастливой, если будет состоятельной. Тогда мы сможем купить еду, одежду, путешествовать, развлекаться. Я всегда был умным, у меня была престижная работа в лаборатории, государственные гранты, программы. Однако всё время я проводил на работе, совершенно не уделяя внимание семье. За пару лет до развода в лаборатории появились проблемы, финансирование урезали, приходилось увольнять людей. Из-за этого я был постоянно на нервах, стал много пить, хотя обычно позволял себе лишь пару глотков коньяка вечером раз в неделю. Я проводил дни напролёт на работе, а когда был дома, то всегда был пьяный. Жене это надоело. Я её понимаю. Дочь не разговаривала со мной, потому что боялась. В какой-то день я пришёл домой, а их нет, как и их вещей. Сначала я истерил, пытался их вернуть, но потом понял, что им лучше без меня. — Вы видели дочь после того, как они ушли? — Нет, жена запретила с ней видеться, а я не хотел напугать дочь ещё больше, поэтому оставил всё как есть. — Но чего вы боитесь со мной? Ведь вы больше не работаете, вам не надо меня содержать, вы больше не пьёте и не сможете, мы почти всегда вместе, даже не прикладывая для этого усилий. — Я понимаю, что мы не предугадаем этого, пока это не случится, но… я не хочу тебя терять, пацан. Не хочу, чтобы ты покидал меня, тем более по моей вине. — Я вас не оставлю. Только мы остались друг у друга, поэтому должны дорожить нашими отношениями, должны делать всё, чтобы остаться вместе. Я не эксперт, но вроде бы люди должны работать над собой, чтобы быть счастливыми. — Да, ты прав, карапуз. — Тем более, мы уже изменились ради друг друга. Разве нет? Тони лишь кивнул. Он был согласен с парнишкой, но не успел сформулировать ничего достойного, так как они уже дошли до развалин. Питер вдохнул настолько глубоко, насколько мог, он хорошо помнил этот район, помнил его до взрыва, помнил, как гулял тут с друзьями после школы, покупал мороженое и сэндвичи на углу. От накативших эмоций его спас Старк, который всё ещё держал ладонь Питера. — Пошли сюда. Тони указал на обломки здания, где, кажется, не жил никто из тех, кто использовал обвалившиеся крыши как место, где можно ночевать. Они неспешно обошли бывший дом вокруг, иногда наступая на пол, облокачиваясь на колонны, бросая большие камни в лестницы, чтобы убедиться, что никто не провалится. Насколько Питер помнил, это здание имело двенадцать этажей. Сейчас же осталось всего три. Здесь жили достаточно состоятельные люди района. Неизвестно, что полезного тут можно найти для выживания: кому сейчас нужны дорогие украшения, золото, модная одежда, которая носит скорее декоративный характер, чем практический? Ценности поменялись. Тони и Питер осторожно начали подниматься на второй и третий этажи, где располагались уцелевшие квартиры. Тут пахло смертью, разложившимися телами, их плотью, кажется, были слышны их крики. Старк нашёл парочку выпавших зубов и оторванных пальцев, но тел не было. Если кто-то и умер в этом месте, то трупы скорее всего нашли и утащили каннибалы. Вся обстановка дома кричала о том, что тут кипела жизнь, когда обрушилась тьма. Вся уцелевшая техника была обуглена, видимо, взрыв произошёл в момент её использования. Мужчина смог лишь как-то отрыть вполне целую микроволновку, которая хоть и не работала исправно, но подлежала ремонту. Питер понапихал в заранее заготовленные уже рваные мешки тёплой одежды, которую смог найти. Парень улыбнулся во все тридцать два, когда обнаружил в одной из комнат целое кладбище горшков, где раньше что-то росло. Он кинулся искать хоть какие-нибудь семена, заботливо складывая их в карман на своей уже потрёпанной куртке. На этаже повыше можно было услышать Старка, который из простыней делал переноску для их новой микроволновки. — Питер, иди сюда, помоги мне. Парень оставил свои нарытые «сокровища» на первом этаже и поспешил к Тони. — С чем помочь? — Спусти этот мешок с запчастями вниз, потом я их возьму. — Что в нём? — Разобранная мелкая техника, дома соберу что-нибудь, и будут детали, если что-то сломается. Старк часто грешил тем, что нёс в их жилище всякий хлам, который чаще всего просто лежал в углу, но всё-таки иногда был полезен. Питер молча взял мешок с запчастями и пошёл вперёд, но через несколько секунд ему пришлось всё бросить, как только он услышал треск пола и то, как бетон упал на нижний этаж. — Мистер Старк! За одно мгновение парень почувствовал боль в бедре, когда упал на пол, и хруст в предплечье, когда поймал за руку Тони, полетевшего вниз с третьего этажа. Вроде с такой высоты и не страшно упасть, если бы в постройке высота стен в квартире не превышала три метра (то есть в общем около десяти метров), а приземление не происходило бы на камни и обломки. Питер схватился за руку Старка так, будто схватился за собственную жизнь. Мужчина был сам по себе крупный и тяжёлый, а веса ещё прибавлял протез. Парню хотелось закричать от невыносимой боли в руке, но отпустить Тони он не мог, ведь тот был единственным, кто у него остался. Он просто не мог потерять его! — Держитесь! — Отпусти! Ты так со мной упадёшь! Питер и правда чувствовал, как его утягивает вместе с мужчиной, но ослаблять хватку не собирался. Он боялся, что старший решит проявить ненужное благородство и сам отдёрнет свою ладонь. Но пока что этого не происходило. — Я не отпущу вас! Я не могу вас потерять! — Тут не очень высоко! Я попробую приземлиться! — Вы себе позвоночник сломаете о камни! Я вытащу вас! Питер начал сквозь боль по сантиметру отползать назад, мысленно повторяя себе не расслаблять пальцы. Старк стал пытаться схватиться за бетон, как только поднялся на достаточную высоту. Он устало застонал, когда смог лечь на пол, усыпанный трещинами, понимая, что надо убираться отсюда. Они оба быстро направились к лестнице, не забыв прихватить всё, что добыли, ведь именно за этим они сюда и пришли. Их пальцы побелели, а дыхание сбилось. Выйдя за пределы обвалившегося здания, Питер выдохнул и сразу же закашлялся, его маска спала, когда он вытаскивал Старка, и за это время он успел вдохнуть много новой пыли. Тони снял свою всё ещё влажную тряпку с лица и принялся закреплять её на ушах парня. — Не надо. А как же вы? — Тебе нужнее. И спасибо. Я действительно мог погибнуть тут. — Я не мог поступить иначе. — Мог, но не поступил. Как рука? — Болит, если честно. — Ты мог её вывихнуть. Надо будет осмотреть дома. Питер кивнул и уже пошёл брать их вещи, но был резко остановлен. Его лицо оказалось в ладонях мужчины, который застыл на несколько секунд, гадая в голове, правильно он поступает или нет. Когда выбор был сделан, Старк аккуратно поцеловал юношу, будто пробуя на вкус его и новые ощущения, которых он так боялся. В груди не появилось чувства вины, ощущений, что это всё неправильно, что Тони кого-то предал, а значит, он всё сделал правильно.