we will meet again

      Сказать, что дядя был не в восторге, ничего не сказать. Он устроил нам полный разнос по поводу неподобающего поведения на празднике у семьи Пак и требовал, чтобы мы извинились при следующей встрече с ними. Я откровенно не понимала, каким боком оказалась виноватой в произошедшем, но ничего не сказала против. Папа почему-то поддерживал дядю во всех обвинениях. Неужели они думали, что я в состоянии удержать Кима от драки? Наивные.       С Кимом я больше не разговаривала и старалась не пересекаться, даже попросила тетю найти ключ для двери моей комнаты, и всегда закрывала ее изнутри, чтобы этот парень не смог войти. Злилась ли я или просто была разочарована, не понимала, но то, что мне была неприятна вся ситуация, было однозначно. Я была почему-то уверена, что после всех страданий Тэхён как минимум должен был охладеть к Лисе или хотя бы сделать вид, что ему плевать, но, похоже, в его голове всё было как-то иначе устроено. Однозначное отсутствие логики, гордости и здравого смысла.       В школе почему-то отсутствовал Пак, а варианта узнать о нем что-то, кроме как приехать к нему домой, не было, ведь обсуждать его с кем-либо означало укрепить веру остальных в то, что у нас какие-то там отношения, а телефон мой всё еще покоился у Тэхёна, точнее, он ведь даже не мой. Зато девочки проявляли ко мне неподдельный интерес, требуя рассказать подробности произошедшего в доме Пак. Однако появление Ханны с ее величественным видом и презрительным взглядом отбило всякое желание даже вспоминать тот вечер. Все эти недомолвки с ней привели к конечному результату: она открыто игнорировала мое присутствие, что пугало сильнее, нежели если бы она хоть что-то сказала. Я сделала кое-какие выводы в отношениях со сверстниками: нет ничего хуже такого затишья. Она молча ненавидела меня и могла строить какие угодно планы по моему уничтожению, а мне оставалось лишь догадываться о них.       В какой момент моя жизнь превратилась в танцы на горящих углях? В школе неспокойно, дома — беспорядок. Единственной отдушиной оставалась подработка в библиотеке, где ко мне относились нейтрально и требовали лишь выполнение моих обязанностей. Конечно, я хотела встретиться с Юнги и объяснить ему дурацкую случайность, но мне было страшно, хотя бы потому, что требовалось прямо прийти к нему. И какого черта я ляпнула Тэхёну, что мне не нужен телефон?!       После занятий я как обычно прибиралась в библиотеке, в которой было не так много учеников. Пришли новые книги, и мне необходимо было разложить их по полочкам в соответствии со списком, предоставленным мне госпожой Сон, которая вновь куда-то ушла после пяти часов вечера, оставляя на меня обязанность проверить всё перед закрытием.       Закончив с книгами, взяла лежавший на столе начальницы журнал и принялась листать его, поглядывая на старшеклассников, которые что-то обсуждали, наверное, какое-нибудь задание. Задумалась: а буду ли я в следующем году всё еще тут? Может быть, папа решит, что мы слишком пользуемся дружелюбием дяди, и мы уедем? Но куда? Или у дяди исчерпается лимит доверия к моему папе, и он выставит нас в любой момент? Как же всё-таки печально зависеть от чьего-то хорошего расположения. Нет, меня нисколько не тяготило быть прилежной ученицей и хорошей дочерью, но ведь многие вещи случаются не по моей воле.       — Нашлась пропажа! — я машинально оторвала взгляд от глянцевых страниц журнала, глядя на опустившуюся красную розу передо мной. — Моё извинение за предоставленные неудобства, — у меня даже воздух перехватило от таких слов, а на моем лице засияла улыбка. — И я тебя похищаю.       — Но, Мин, — все фразы вновь повылетали у меня головы, превратив меня в одноклеточное. — Я работаю… Мне нужно дождаться, когда все уйдут…       — Эй, вы, бездельники, свалили живо! — командного голоса Юнги мне не приводилось слышать до сих пор, отчего даже мурашки пробежались по телу.       Удивительно, но эти ребята, поворчав пару минут, всё-таки ушли, попрощавшись с Мином у дверей, в которые он их выпроваживал. Я быстро убрала журналы и книги с их стола, быстро осматривая помещение на наличие посторонних. Закрыв двери на ключ, сдала его охраннику и вылетела на крыльцо, где чуть не грохнулась, запнувшись о порог.       — Эффектный выход, крошка, — парень улыбнулся, а мне стало немного стыдно, но я была счастлива. — Что с твоим телефоном? Я подумал, что ты меня избегаешь… Из-за той ситуации.       — П-прости, что так глупо получилось… Я вовсе ничего плохого не имела ввиду…       — Да, я понял. Ким Тэхён слишком ревнив? — он с какой-то искрой в глазах посмотрел на меня, склонив голову набок, и засмеялся, вероятно, из-за моей реакции на эту фразу.       — Я совсем его не понимаю и не хочу говорить об этом. Пусть ревнует свою Лису, а меня оставит в покое…       — Кого?       — Лалиса Манобан — его девушка, или брата Пак Чимина, или его, я так и не поняла толком, с кем же она в итоге…       — Ни с кем, — от голоса Мина отдавало холодком, и меня осенило: Чисон ведь говорил тогда что-то о том, что она металась от Мина к Киму, так неужели?       — А с тобой? — мне, наверное, давно пора было отрезать язык или заткнуть чем-то свое гребаное любопытство.       — Что еще ты знаешь? Может, знаешь, по какой причине ее уволили?       — Эм, ну девочки сказали, что из-за слухов… Якобы кто-то распустил сплетни, — и я прикусила язык, понимая, что сейчас сама превращаюсь в типичную сплетницу.       — Кто же их распустил и почему?       — Не знаю. Может…       — Может?       — Из-за зависти?       — Неверный ответ.       — Из-за ревности?       — И кто кого приревновал, чтобы распустить такие слухи?       — Без понятия, — я не понимала, почему Юнги так меня допрашивает, почему его всё это интересует, почему мы вообще говорим о прошлом, но в моей голове всё начало кропотливо работать, чтобы дать исчерпывающий ответ. — Чимин, судя по всему, не имел к ней никакого отношения, значит, он отпадает. Ты или Тэхён? В любом случае, это невозможно, ведь вряд ли вы бы хотели увольнения с таким позором… для нее, — сказать «возлюбленной» у меня язык не поворачивался, и к горлу подступал комок от осознания того, что Мин был влюблен в эту девушку, и, возможно, его чувства до сих пор не угасли. — Ты… ты всё еще любишь ее? — этот вопрос застал его врасплох однозначно, потому что он удивленно повел бровью и сжал губы, отчего мне стало так больно, словно резанули по сердцу. — Тогда почему…       — На этом жизнь не заканчивается.       — Почему вы все одержимы ею?       Но ответ на свой вопрос я не успела получить, потому что случилось нечто непредвиденное: мы встретились с Ханной, стоявшей на автобусной остановке и кому-то строчившей сообщения в телефоне. В тот момент, когда она на нас посмотрела, Юнги вдруг взял мою ладонь в свою и мягко сжал. У меня внутри всё вверх дном перевернулось: страх перемешался с радостью, выливаясь в состояние амебы.       — Брат? Сора? Что это? — девушка наливалась краской, а ее глаза наполнялись слезами, отчего мне стало не комфортно, и я попыталась высвободить свою руку, но тщетно.       — Провожаю Сору домой. Что не так?       Ее взгляд опустился к нашим сцепленным рукам и розе в моей другой руке, отчего мне стало не по себе, ведь казалось, что меня используют для травли.       — Я, пожалуй, лучше сама…       — Для меня это нетрудно.       Мин выполнил то, что сказал. Пока мы ехали на автобусе, я не проронила ни слова, нервничая и кусая губы. Парень тоже молчал всю дорогу, пока мы не дошли до дома.       — Прости, что так вышло, — он провел рукой по волосам, чуть сжав плечи.       — Это было грубо.       — Ей уже давно пора понять, что люди — не игрушки.       — А ты когда это поймешь? — я сказала, видимо, совсем не то, что он ожидал услышать, но ведь так и было: он ничем не лучше своей сестры поступил в этой ситуации.       — Моя крошка стала дерзкой?       — Почему мне кажется, что ты сделал это специально? Уже ведь поздно, занятия закончились давно. Зачем Ханна…       Но договорить мне не дали, затыкая рот поцелуем. Мне показалось, что земля ушла из-под ног, и я словно начала падать, но была поймана руками Юнги, обхватившими меня за талию и спину. В животе запорхали бабочки, пытаясь выбраться наружу, а в глазах всё окрасилось в радужном цвете. Это было просто нереально!       — Доброй ночи, Сора, — прошептал он и коснулся губами моей щеки.       Домой я зашла на ватных ногах, не обращая внимание ни на что, лишь прокручивая в голове наш поцелуй и улыбаясь. Всё стало таким неважным и далеким, ведь оно в настоящем не имело никакого значения. Мин Юнги поцеловал меня, и я стала самым счастливым человеком на свете.       — У тебя парень появился? — нагнал меня у дверей моей комнаты Тан, заставляя вернуться в реальность.       — Что?       — Я видел тебя с этим…       — Тан, ты что подглядывал за мной?!       — В любом случае рад за тебя.       Окрыленная своей влюбленностью рухнула на кровать и елозила по ней, обнимая подушку и пища от восторга. Из-за своей беспечности забыла закрыть дверь на ключ, вследствие чего в мою комнату проникло зло в виде Ким Тэхёна, но я была уверена, что мое настроение теперь совсем ничем невозможно было испортить, поэтому старательно делала вид, что не замечаю его присутствия. А он тем временем закрыл дверь за собой и подошел к кровати.       — Долго будешь вести себя так? — нужно было его игнорировать. — Ты ведь меня слышишь, — держись, Сора! — Мне нужно с тобой поговорить, — а мне не нужно, ничего слышать не хочу. — Сора, прекрати, — осталось совсем чуть-чуть. — Я могу быть грубым, если не хочешь по-хорошему, — что-то пошло не так, и парень вдруг резко выхватил подушку из моих рук и перехватил их за запястья, нависнув надо мной, встречаясь с моим полным негодования взглядом. — Не нужно было так…       — Чего тебе нужно?       — Успокойся, пожалуйста. У меня серьезное дело к тебе.       — Ага, как же, — но послушно села на кровати, глубоко выдыхая.       — Хотел поблагодарить тебя. Если бы мы не пошли в тот вечер к Пакам, я бы не увиделся…       — Ладно, без углублений. Это всё?       — Мне нужна твоя помощь.       — Ответ — нет. Дверь — там.       — Выслушай хотя бы, — меня аж передернуло от такой нежности Тэхёна.       — Ты опять напился? Или заболел?       — Мы с тобой под домашним арестом, как ты помнишь. А это значит, что куда-то пойти вообще нереально. Помоги мне выбраться из дома на выходных.       — Чего? Это ты у нас голова, а я глупое наивное создание.       — Я уже всё придумал. Мы идем к Мин Юнги готовиться к контрольной по истории…       — У нас контрольная?!       — Нет, блин, это отмазка!       — Предположим, я соглашусь. Но сомневаюсь, что тетя или дядя на это купятся. Тем более, что тетя будет проверять, там мы или нет. Как бы с Юнги нужно договориться для начала…       — Я уже с ним говорил.       — Представляю, как будет весело. Еху, удачи вам!       — Сора, мне это нужно.       — Так иди один, я тут при чем? Раз Юнги решил тебе подыграть, мое присутствие не обязательно, — не понимала, на кого злюсь больше — на Юнги, который за весь вечер ни слова об этой сделке с Тэхёном не сказал, или на Тэхёна, который в очередной раз придумал какую-то глупость, грозившую перерасти в скандал.       — Но я только тебе доверяю.       Он посмотрел прямо в глаза, безо всякой подоплеки, коснувшись моей руки, словно таким образом пытался передать все чувства, которые им владели и которые я, судя по всему, должна была понять. Такой нежный, чувственный Тэхён был для меня необычен, отчего где-то глубоко внутри что-то затрепетало, отзываясь на его просьбу. Я знала, что он или упросит меня это сделать, или заставит, так что опираться не имело смысла, а смотреть в его глаза, в которых даже читалась мольба, и строить из себя хладнокровную девицу было слишком эгоистично.       — Можешь мне обещать не драться ни с кем?       Что же наговорил Тэхён своей маме, оставалось тайной за семью печатями, но почему-то она с дикой радостью дала своё согласие, влетев в мою комнату с новым платьем наперевес и убеждая меня надеть его. Это было немного подозрительно, но я постаралась вести себя непринужденно, лишь бы не учуяла подвоха. Я сразу поняла, что вся эта затея довольно странная, но весь ее идиотизм осознала только тогда, когда мы в субботу оказались в доме Мин Юнги. Я, Мин Юнги, Ким Тэхён и их бывшая возлюбленная — Лалиса Манобан — лучшего квартета и не придумаешь!       Тэхён весь сиял от радости, Юнги был как обычно бесподобен, Лиса купалась во внимании, и только я чувствовала себя лишним звеном. И зачем действительно я была им нужна, устроили бы тройничок. Ханны на удивление не было дома, так что некому было устраивать скандал по поводу свидания старшего брата.       Мы отправились в парк развлечений, где ребята начали спорить из-за выбора аттракционов, на которых стоило прокатиться в первую очередь. Хотя я никогда не была в парке развлечений, у меня голова начала кружиться, стоило только взглянуть на эти аттракционы.       — Обожаю американские горки! Давайте на них прокатимся! — восторгалась Лиса, а я поражалась то ли ее улиточной памяти, то ли способности не вспоминать прошлого — ведь мы неплохо повздорили в последний раз, а она упрямо делала вид, что всё прекрасно. — Сора, что скажешь?       — Вы идите, а я тут вас подожду. Я как-то не настроилась еще, — не зная, что ответить на ее вероятную попытку наладить отношения, немного соврала.       — Сора, тебе трудно что ли? — шикнул Тэ, когда Юнги и Лиса лишь пожали плечами и пошли ко входу.       — Слушай, я же тут, не сбегу никуда. Так что давай веселись.       О том, чтобы сказать им о своей боязни высоты, я думала еще тогда, когда они только заговорили об аттракционах, но из-за того, что все были в таком предвосхищении, не решилась сообщить. И как они могут так радоваться, учитывая всё их общее прошлое? Мне, конечно, было приятно видеть, как Тэхён счастлив. Но что, если Лиса вновь бросит Тэхёна, и он опять уйдет в свою депрессию? Второй раз он вряд ли перенесет…       Когда парни ушли за мороженым, меня вдруг сильно затошнило, на что Лиса с подозрением покосилась:       — Ты нездорова?       В ответ я лишь промычала что-то несвязное, и она повела меня в ближайший туалет. Голова здорово кружилась, а внутри всё крутило до звездочек в глазах. Пока мой желудок опустошался, я пыталась вспомнить, что съела такого необычного, но в голову ничего не приходило.       — У тебя анорексия или булимия?       — Что?       — Мне вот врачи поставили диагноз, что анорексия.       — Я абсолютно здорова, наверное, просто съела что-то не то…       Когда мы вернулись, то ребята выглядели крайне растерянными с подтаявшим мороженым в руках.       — Ваше мороженое совсем некстати, — заметила Лиса. — Сору тошнит. Пойдемте лучше поедим чего-нибудь нормального.       Юнги с Тэхёном лишь переглянулись, а я хотела куда-нибудь лечь, чтобы никто не трогал какое-то время. Мин взял меня под руку, а Ким периодически оборачивался посмотреть, всё ли со мной в порядке. Наверное, Лиса была не совсем довольна сложившейся ситуацией, но внешне этого не показывала.       В кафе пока ожидали заказ и Лиса ушла припудрить носик, мне стало снова нехорошо, поэтому я чуть не бегом побежала в туалет. Но прямо у его двери отпустило, и я скатилась спиной по стенке и, наверное, это было судьбой, потому что услышала, как Лиса разговаривала с кем-то по телефону. Тихонечко приоткрыв дверь, прислушалась, хотя и понимала, что поступаю бесчестно, но ведь это была Лиса, так что в каком-то смысле это себя оправдывало.       — Знаешь, мне это уже надоело. К черту всё! — кто-то ей, видимо, что-то ответил, так как возникла пауза. — Я просто не понимаю, зачем тебе это? — и снова пауза. — Но девчонка-то тут причем? Она ведь еще ребенок, — молчание. — Мне скучно с этими детьми. Да ты извращенец! — молчание снова. — Ладно, поигрались и хватит. Дальше сам как-нибудь, без меня. Мне плевать, что ты будешь делать. Я итак рискую…       Поигрались? Получается, она всё это время вела себя так, потому что вела очередную игру? Меня затошнило снова, и я предварительно хлопнула дверью, чтобы Лиса не думала, что я услышала ее разговор. Она тут же отключила телефон, увидев мое бледное лицо.       — Бедняжка, тебе снова плохо?       — Угу, — буркнула в ответ, залетая в кабинку.       — Может, тебе лекарство купить какое-нибудь?       — Не надо, благодарю.       Вернулись за стол вдвоем, встречая вновь заинтересованные взгляды парней, которые что-то, видимо, обсуждали до нашего прихода. Я невольно вспомнила, как раньше вел себя Тэхён, когда видел рядом с Юнги, а теперь собственноручно толкал в его объятья. Вот уж действительно странный, противоречивый человек!       — Ты случайно не забеременела? — усмехнулся Ким, наверное, пытаясь разрядить обстановку.       — От кого?       — Мин, с тебя спросим!       — Господи, от поцелуев не беременеют, Ким, — пробормотала в ответ, принявшись хлебать только что принесенный супчик с лапшой.       — Ну мало ли.       — Ага, в таком случае странно, что я от тебя не залетела.       Все вдруг уставились на меня, и я поперхнулась едой, с опозданием осознав, какую чепуху сморозила, совсем забыв о присутствии Юнги и Лисы. Мне итак было нехорошо, а теперь ко всем прочим бедам прибавился стыд за такую откровенность.       — Вы что? — Лиса с неподдельным интересом уставилась на меня и перевела взгляд на Тэхёна.       — Я больна, чепуху сморозила, не обращайте внимания, — попытка оправдаться не была зачтена, но все сделали вид, что действительно было смешно.       Так или иначе все более-менее расслабились, а я всё продолжала поражаться их веселости. В моей голове вся эта ситуация выглядела нелепо, как-то слишком нереально всё хорошо складывалось. Но, вспомнив разговор Лисы по телефону, становилось ясным ее поведение: она для чего-то решила нас всех собрать вместе. Единственным вопросом оставалось — для чего же? А самое гнусное являлось то, что Тэхён, как последний идиот, поверил в ее положительную сторону, и что бы я ни сказала ему, он меня не послушает, не поверит.       Мои размышления прервал телефонный звонок Тэхёна, и его встревоженное лицо.       — Ребят, нам с Сорой нужно отойти на несколько минут, — он кивнул мне головой, и я поднялась, хотя совсем не хотелось.       Звонила тетя и сказала, что хотела бы увидеть нас. Мы с Тэхёном в панике оглядывались на улице, куда можно было бы усесться, чтобы не было видно, где мы находимся. В итоге нашли скамейку в тени деревьев и сели на нее. Тетя позвонила по видеосвязи, и Тэхён обхватил рукой мое плечо, прижав к себе ближе, отчего я сильно смутилась, но из-за его взгляда «молчи и не пикай», взяла себя в руки.       — Детишки мои, как вы там? Устали наверное? — тетя выглядела чересчур радостной, но я глупо улыбалась в ответ.       — Мам, я же обещал, что на этот раз исправлюсь. Всё у нас хорошо. Правда же, Сора? — он сказал это, чуть не касаясь губами моего уха, отчего я еле-еле сдержала себя от визга.       — Да, тетя, всё в порядке, не волнуйтесь. Мы скоро вернемся, — на эту фразу Тэхён сильно сжал мое плечо. — Или нескоро, ха-ха. В общем, всё хорошо.       — Я рада за вас. Ладно, всё, не отвлекаю вас.       Тетя отключилась, и я как ошпаренная дернулась в сторону от парня, который принялся разминать шею и плечи.       — Что это было, Ким Тэхён?!       — Что? Ты о чем?       — Какого лешего ты меня обнимал перед тетей?! Ты же знаешь ее, она сейчас себе навыдумывает невесть что!       — Нам фотку еще надо сделать. Иди сюда, — парень потянул руку ко мне, но я отмахнулась, словно ужаленная пчелой.       — Катись.       — Чего из себя недотрогу строишь? Не ломайся, всё равно ведь сделаешь…       — Фотографируйся с Лисой или Юнги, а с меня хватит, — у меня язык не поворачивался сказать ему, что весь сегодняшний день построен на лжи не только нами, но и другими людьми.       — Ты ревнуешь? — парень резко схватил меня за талию, приблизив к себе. — Такая милая, когда растерянная…       — Тэхён, я должна сказать, — понимала, что, наверное, сделаю ему больно, но, быть может, он мне не поверит и будет злиться, а когда всё всё-таки раскроется, то хотя бы легче воспримет, ведь я предупредила. — Понимаешь, тут, — но он вдруг прислонился своей щекой к моей и сфотографировал нас. — Тэхён!       — Ты посмотри, какие мы милые! Мама точно будет в восторге, — он меня даже не слушал, отправляя фотографию, на которую я и не взглянула, тёте.       — С тобой бесполезно говорить…       Когда мы вернулись назад, то заметила некоторое волнение в глазах Юнги, однако Лиса была всё также невозмутима, так что списала на нет свою мнительность, решив, что пусть всё идет своим чередом, и я ни во что влазить не буду.       Вернувшись домой, я все еще находилась в растерянности, но Тэхён был счастлив и болтал без умолку обо всех подробностях нашего совместного времяпрепровождения. Мне казалось, так и бывает, когда у человека крылья растут за спиной, потому что настолько одухотворенным я его еще не видела. Хотя эта Лиса — та еще дрянь, но она делала его таким радостным, поэтому мне было больно от того, что всё это лишь временный фарс…