Сяо Синьсянь 433

katsougi автор
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Mo Dao Zu Shi

Пэйринг и персонажи:
Вэй Ин/Лань Хуань, Цзян Чэн/Лань Чжань
Рейтинг:
R
Размер:
Макси, 526 страниц, 37 частей
Статус:
закончен
Метки: AU Ангст ОМП ООС Романтика

Награды от читателей:
 
Описание:
АУ в каноне. Во время, когда Вэй Ин должен переродиться в теле Мо Сюаньюя, происходят выходящие за рамки события, способные снова перевернуть устоявшийся мир. И Мо Сюаньюй таки чертит этот магический круг и произносит заклинание призыва.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
1. Есть мнение, что писать китайские имена раздельно - неверно. По привычке я и писала раздельно, а тут попробовала слитно. И это оказалось намного проще, поэтому не буду больше париться и лишний раз нажимать шифт, и путаться с этими раздельными частями. Лень - великая вещь! Она жизнь облегчает.

2. Некоторые выдуманные персонажи имеют место быть. Большинство вспомогательных канонных - тип злодея, а для быта и размеренности нужны обычные. А, и ещё, один вымышленный персонаж мне даже понравился. Если когда-нибудь буду писать сайд-стори по этой сказке, то обязательно о нём.

3. Нет, пейринги в шапке не перепутаны.

-11-

16 июня 2019, 10:49
Вэй Ин проводил взглядом обоих. Сычжуй — толковый юноша, схватывает на лету. И расстроенный из-за того, что Вэй Ин снова бросил его. На этот раз велел бросить. Сычжуй, верный своим товарищам и делу, просто не мог поступить иначе. Он себя не пожалеет, но будет сражаться за жизнь другого человека. Они улетали. Тряхнуло сильно, до сих пор пыль висела в воздухе. Тварь, похожая на Омут, но живущая под землёй, могущая перемещаться под слоем песка и камня так быстро, что невозможно предугадать, достигнет ли удар цели. Вэй Ин дождался, пока юноши исчезнут за кромкой оврага, и только тогда вышел на открытое место. Не было лютых мертвецов. Не было намёка на тьму, но она всё ещё обитала где-то здесь. Только бы мальчишки решили, что она уничтожена. Только бы Лань Сычжуй не вздумал вернуться и проверить. Но проверять он будет не тварь, а Вэй Ина. Чуть погодя, с неба спустился ещё один человек, громко лязгнул мечом, задвигая его в ножны. А Вэй Ин продолжал стоять, держа свой меч, крепко сжимая на ножнах руку. — Что-то случилось? — спросил сзади Лань Хуань, который тоже незаметно стал спутником. Таким же, как Сычжуй. Стоял чуть позади, мог бы прикоснуться, но даже не попытался. — Прохлаждаешься, брат Хуань? — быстрый взгляд. — Лань Сичень. А я тут твою работу делаю. — Я думал, ты сбежал. — Не время для шуток. — Не время для шуток? — Лань Хуань был слегка удивлён. — Вэй Усянь отказывается шутить? Вэй Ин полностью повернулся к нему и посмотрел прямо в глаза. Сработало. Пристальный взгляд всегда срабатывал. И всё многословие Лань Хуаня чудесным образом сводилось к минимуму, к исключительно полезной информации. Лань Хуань вздохнул, привыкший точно так же пачкаться и засыпать в скудной обстановке бедных гостиниц, порой на одной кровати. Вэй Ин размышлял, как долго Лань Хуань намерен сопровождать его. Он спрашивал, но всегда получал только один ответ: — Как только получу уверенность, что ты вернулся безо всякой цели. Лань Хуань не мог уйти без ответов, а Вэй Ин не мог ответить о жизни, которую вёл после того, как покинул знакомые края. Он долго метался, не в силах совладать с буянившей в нём тьмой. Он часто срывался и даже затевал драки, часто позволял бить себя, но контролировал желание убивать. Чем дальше, тем сложнее становилось всё это нести в себе. И однажды он чуть не сдался. Тогда он бы превратился в одного из тех, кто полностью покорился тьме и увяз в ней, позволил растворить свою душу, делая тьму только сильнее. Вэй Ин встретил человека, который помог ему на первых порах, а потом привёл в общество, способное провести обряд очищения. Вэй Ин пытался бунтовать и подозревал всех подряд, но он не помнил, как допустил, чтобы его скрутили по рукам и ногам, не позволяя двигаться. Он неоднократно говорил, что хочет отказаться от тьмы и не находил в себе сил. Ему помогли. Это было страшное время. Тогда он родился заново, в боли и крови. Он осознавал, что происходит, и мог бы взмолиться о смерти, лишь бы это закончилось, но он привык терпеть. Он сжимал зубы и выгибался от ощущения рвущегося на части тела. А потом он очнулся. Первым делом он спросил, осталась ли в нём тьма. Осталась. На тот момент её оставалось ещё слишком много. Он добровольно подвергался обряду очищения, по крайней мере, дважды. И думал, что тьма наконец оставила его. Он ошибался. Он хотел вырвать её всю. Даже сегодня тьма откликнулась ему, когда он дотронулся до неё. Тьма, больно уколовшая в груди. — Надо достать эту тварь, — произнёс Вэй Ин, стоя перед Лань Хуанем на вздыбленном дне оврага. — Ты поможешь мне? Всегда помогал. Лань Хуань выполнял обязанности обычного заклинателя. Даже если бы ему пришлось сражаться с одним единственным лютым мертвецом, с которым легко справился бы даже адепт, он бы сражался, не сказав ни слова возражения в ответ. Человек, преданный своему делу и должности и душой и сердцем. Естественно, он не хотел, чтобы по его миру разгуливал бывший тёмный заклинатель. Лань Хуань опустил веки, вздохнул. Казалось, ему с трудом удаётся прямой взгляд. Вероятно, он так устал от Вэй Ина, что мечтал только вернуться домой, где мог спокойно отмокнуть в горячей ванне и отлежаться на своей постели в привычной тишине. Он не задавал вопросов, он использовал талисман для поиска тварей. Вэй Ин был уверен, что поблизости не осталось ничего. Но печать расползалась всё дальше и дальше. Лань Хуань использовал и свою Ци, не полагаясь лишь на печать. В какой-то момент его лоб покрылся капельками пота. Вэй Ин поднял руку и вытер его. От этого действа печать резко рванула в разные стороны и оборвалась. Лань Хуань отпрянул, встряхнул головой и остался на месте, глубоко дыша. Не смотрел. Ему так плохо? Вэй Ин подошёл. А он снова отступил, повернул голову вправо и указал рукой: — Она ушла в том направлении. В его словах не стоило сомневаться. Вэй Ин не сомневался. Он смотрел на профиль его лица и хотел понять, что за мысли роятся в голове его спутника. Лань Хуань по-прежнему не смотрел, искал взглядом тварь, зарывшуюся глубоко под землю и удравшую так далеко, как позволяла освоенная ей территория. Скоро ей станет тесно. Скоро она решит расширить охотничьи угодья. Они вместе встали на мечи и вместе поднялись над землёй. И так же вместе атаковали с двух сторон. Лань Хуань бил широко, охватывая большой радиус, а Вэй Ин, учитывая природу тьмы, с которой почти сроднился за время изгнания в Илине, метил вглубь. Он понимал тьму. Он видел её сущность. Он умел то, чего не умели другие, даже такие гении, как первый нефрит ордена Гусу Лань. Они разделились. Вэй Ин опустился на колени, воткнув меч в землю, чтобы направить по нему энергию. Чтобы задержать тварь. Точно так же однажды сделал Лань Сычжуй, когда они вместе вышли на первый бой. Но та тварь была водяной. С этой справиться куда сложнее. И это не та тварь, с которой могли справиться адепты. Вэй Ин обязательно выскажет Лань Хуаню за неосмотрительность, с которой старшие толкают своих учеников в лапы превосходящего врага. Рассчитывают, что мальчишки всегда будут поступать благоразумно и отступят, если поймут, что тварь им не по зубам. Но мальчишки всегда хотят стать героями, поэтому пока не обожгутся, не поверят. Хорошо, если всё обойдётся ранением или испугом. А вдруг кто-то погибнет? Не все заклинатели доживают до зрелости. Он вливал и вливал энергию в сеть, которую создал под землёй. Было слишком тяжело, но если он не сделает этого, тварь невозможно будет остановить. Лань Хуань просто не пробьётся сквозь толщу земли вовремя, если она будет быстро перемещаться. И наконец тварь поняла, что ей не ускользнуть. Она вырвалась на поверхность, взметая камни и землю, раздирая дёрн в клочья. Вэй Ина обсыпало с ног до головы, а он продолжал её удерживать, ощущал её яростное сопротивление. — Давай же скорее, — сквозь плотно сжатые зубы выдавил Вэй Ин. Лань Хуань дождался момента. Он тоже не просто наблюдал, лузгая семечки. Он готовился. Зная размеры твари и её мощь, он понимал, что заклинание понадобится сильное. И он знал, что ему самому придётся уничтожить её. Благо, сгусток ещё слишком молодой, не успел разрастись вширь. Тогда иначе чем целым орденом с ним невозможно было бы справиться. Удар был и впрямь сильный. Сильнейший. Лань Хуань постарался от души. Вэй Ин представлял, как он упадёт, задыхаясь от резкой потери Ци. Вэй Ин сам продолжал держать и вливать свои силы в меч, в сеть под землёй. Он держал до тех пор, пока тварь не рванула сильнее. Слишком сильно для его измученного нудным сражением тела. Вэй Ин упустил меч и сам свалился на землю. Но он не сдавался, он направил Ци напрямую и всё равно держал. А заклинание Лань Хуаня расползалось, поражая тварь в самое нутро, начиная растворять её… Как он и полагал, Лань Хуань опустился на колени, опираясь на гарду меча, низко опустив голову и пытаясь совладать с дыханием. Вэй Ин сидел на взрытой земле, весь в грязи и мелких царапинах от летающих камней. Сидел и наблюдал, как медленно его партнёр приходит в себя. В иной ситуации он бы не посмел показать этой слабости, но он уже достаточно доверял Вэй Ину. Последний усмехнулся. А говорил, что не доверяет. Так что же его держит рядом? Неужели он не волнуется, как идут дела в ордене? Лань Хуань поднял глаза, а потом поднялся сам и шагнул навстречу уверенным шагом. Вэй Ин не сдвинулся с места, ждал его тут, смотрел на него, искал его взгляд, чтобы поблагодарить тёплой улыбкой. И он поймал его. Лань Хуань остановился в нескольких шагах, не в силах оторвать взгляда о лица партнёра. — С тобой можно и на кого посерьёзнее пойти, — произнёс Вэй Ин. — С тобой тоже. — Ну чего ты там стоишь? Подойди поближе. Не подошёл. Лань Хуань выглядел потрёпанным — попробуй не выглядеть так после ожесточённой схватки, сожравшей часа три, не меньше — и как будто опасался. — Сегодня… — Вэй Ин первым отвёл взгляд и уставился на медленно проступающий сквозь опускающуюся пыль склон оврага. — Что сегодня? — Сегодня я снова почувствовал тьму внутри себя, — сознался Вэй Ин и не получил ответа. Он ждал хоть слова, не рассчитывая на сочувствие. Хотя бы упрёка и напоминания, из-за чего это случилось. Если бы Вэй Ин не полез в тьму изначально… он давно был бы мёртв, а его душа потеряла бы всякий шанс на перерождение. — Ты попробуешь ещё раз? — так и не дождался. — Я… ощутил, как ласково она касается меня. Я больше не хочу погружаться в неё. Лань Хуань всё равно молчал и продолжал смотреть. — Ты сможешь или нет? Если для тебя это слишком сложно, я пойму. — Да, — наконец последовал запоздалый ответ. — Я сделаю это. И не вернусь, пока не уничтожу её всю… в тебе. Они некоторое время молчали, вместе наблюдали, как оседает пыль, обнажая разорванную землю, как будто оплавленную по краям громадной неровной ямы. — Лань Хуань, — Вэй Ин упёрся мечом в землю, но не встал, подождёт ещё немножко, хотя отлично знал, что силы так скоро не вернутся. Не то чтобы он был истощён, он просто дико устал. — Давай сегодня без фокусов, — предложил Лань Хуань. — Я с ног валюсь. — Я могу понести тебя. — Спасибо, обойдусь. — Как хочешь. Мне правда нетрудно, дай только отдышаться, — Вэй Ин повернулся к нему и успел перехватить взгляд. Лань Хуань быстро отвёл его в сторону, как будто они встретились случайно. Но Вэй Ин точно знал, что случайности тут не осталось места. Он давно начал замечать, как тщательно его спутник сторонится его. И от этого рождалось другое чувство, помимо желания подшутить. Вэй Ин не шутил, потому что это чувство настораживало. Невозможно угадать, о чём думает человек, особенно такой, как его спутник. Даже будучи грязным и растрёпанным, он всё равно выглядел величественно. — Ты правда позволишь мне прятаться у тебя за спиной? — вспомнил однажды брошенные слова Вэй Ин. — Даже несмотря на то, что все ордены будут жаждать моей крови? — Я не могу противостоять всем орденам, — покачал головой Лань Хуань, — но на кое-что всё-таки способен. Не сбрасывай со счетов должность главы. — И не думал сбрасывать. Наоборот, мне это выгодно. Если к тебе прислушаются, я буду в безопасности. — Ты же утверждал, что вернёшься домой и никто не услышит о тебе. — Как я могу вернуться, если ты меня тут держишь? Лань Хуань вздрогнул. Осознал, что именно он держит здесь грозу всего живого, и всё равно продолжал держать. — Можно мне вернуться? — повторил неоднократно заданный вопрос Вэй Ин. Никакого ответа. Лань Хуань что-то задумал — и это Вэй Ину абсолютно не нравилось. Что-то, касающееся его лично. Быть может, под маской доброжелательности Лань Хуань скрывает подготовку к масштабному захвату? У него были неплохие шансы. Вэй Ин не сможет так просто поднять армию лютых мертвецов на свою защиту. Его жизнь сейчас зависела от Лань Хуаня больше, чем когда бы то ни было. Лань Хуань подошёл поближе и теперь возвышался над ним. И он первым заговорил о деле, давно его волнующем. Он мог бы промолчать, как поступал всегда, ссылаясь на недоверие, но у него больше не было повода не верить. — Меня беспокоят слухи, которые медленно продвигаются вглубь территорий, контролируемых орденами, — он сел сзади, спиной к Вэй Ину. Только близкие друзья могли так сесть, опираясь на спину другого. Лань Хуань сел, даже не задумавшись. Он голову повернул набок и продолжил: — Я спрашивал тебя о Сяо Синьсяне. Я не могу больше делать вид, что ни на йоту не верю тебе. Отлично, сам об этом заговорил. Прогресс. Вэй Ин только слушал, не пытаясь задавать наводящие вопросы. Ему было необходимо знать, что ордены думают о его организации. — Мне необходимо отыскать этого человека, чтобы выяснить его намерения. Организация, способная дать утратившему золотое ядро заклинателю новое, может стать угрозой для всех нас. А может стать подспорьем. Поэтому мне необходимо расследовать её деятельность. Вэй Ин продолжал молчать, даже понимая, что Лань Хуань сделает свои выводы, будто Вэй Ин знал об этой организации гораздо больше, чем все они. Но, видимо, таких выводов он не сделал. Он снова зашевелился, явно нервничая. Его лопатки на миг больно упёрлись в спину Вэй Ина. Видимо, туда ударил камень, поэтому было больно. — Сейчас ордены склонны начать немедленные действия, чтобы остановить господина Сяо, который возглавляет организацию. Со мной Юньмэн Цзян… — Юньмэн Цзян? — не выдержал Вэй Ин. — Не думал, что Цзян Чэн согласится терпеть что-то подобное. — Ты не знаешь всего… — Так расскажи. — Я не могу. — Почему? Лань Хуань снова изменил положение, отлепился от его спины и согнулся. Вэй Ин не поверил, повернулся к нему и не увидел лица, которое успешно скрывалось за свисающими по бокам от него волосами. — Ты задолжал что-то Цзян Чэну за его согласие? — поторопил Вэй Ин, любопытство которого разгоралось. — Давай не будем обсуждать личные мотивы. Если это так важно, потом узнаешь, — уклонился Лань Хуань. — Обязательно узнаю. Пауза. Лань Хуань не хотел, чтобы Вэй Ин знал, чем лишь подогревал интерес. — Я хочу, чтобы со мной полетел ты, а не Цзян Ваньинь, — завершил свою далёкую мысль Лань Хуань. — А, вот как? И куда же мы полетим? — В организации что-то случилось — и она начала расширять границы… Вэй Ин ловил каждый звук. Расширение границ — не очень хорошо для такой яркой организации. Особенно если основная масса орденов настроена против. Вэй Ин посылал весточку дважды, но не был уверен, что она дойдёт. Трудно найти курьера, способного легко ориентироваться в чужих землях. И ответа Вэй Ин получить не мог, потому что у него не было адреса. Имя Синьсяня тоже нельзя было использовать, потому что любопытные уже растрепали весть о нём. И, наверное, не осталось ни одного заклинателя, который не сумел бы связать его имени с торговлей золотыми ядрами. Или остались? Сычжуй не очень тревожился из-за этого имени. И сегодня не выглядел настороженным, не задал ни одного вопроса. Вероятно, информация об организации надёжно скрывалась, пока это возможно. Это было только на руку Вэй Ину. — И ты хочешь, чтобы именно я стал твоими вспомогательными глазами и ушами? — Вэй Ин усмехнулся. — Я думал, мы достаточно изучили друг друга, чтобы не скандалить и не швыряться обидными подозрениями. Я вижу, что ты не желаешь причинять зла ни одному из орденов. Поэтому позволь мне использовать твою незаметность в своих целях. — Хочешь использовать тот факт, что никто не знает о моём существовании? — Просто скажи, согласен ты или нет, — Лань Хуань нервничал. Совершенно очевидно нервничал. — Эй, не надо так беспокоиться. Я же говорил, что не собираюсь вмешиваться в ваши дела. — Я знаю. — Тогда чего ты как на иголках? — Из-за тебя, — наконец он повернулся. — Из-за меня? — переспросил Вэй Ин. — Ты заставляешь меня нервничать. — Чем же? Я не пытаюсь ни обхитрить тебя, ни подкрасться, чтобы выпытать твои секреты… — Ты делаешь это одним своим существованием. Наверно, я никак не привыкну к тому, что ты жив, и что я сижу и мирно с тобой разговариваю. — Ну так привыкай. Плохо будет, если мы раскроемся из-за такой ерунды. — То есть, ты согласен? — Лань Хуань полностью повернулся к нему, даже сел на колени, сложив на них руки, как послушный адепт. Сидел и не отводил взгляда, от которого Вэй Ину на миг стало неуютно. Яркий взгляд, заинтересованный, какой-то… чересчур прямой. — Э-эй, — Вэй Ин помахал перед его глазами рукой и тут же был схвачен. Лань Хуань судорожно сжал пальцы на его руке и опустил вниз, продолжая прожигать взглядом. — В чём дело-то? — Вэй Ин тоже начинал нервничать из-за его странного поведения. Вроде глава ордена должен бы уметь общаться с людьми, а он как будто наоборот, чем дольше находился рядом, тем труднее ему становилось выдавить из себя слово. — Ты расскажешь мне поподробнее? Ты ведь рассматривал карту, потому что хотел видеть границы, в пределах которых тебе надо искать, — снова не дождался его фразы Вэй Ин. — Да, — наконец язык собеседника оттаял, он даже выдохнул вместе с этим словом. — Я объясню тебе всё, что ты должен знать. Всё, что нужно, чтобы знать, как действовать, даже если мы разделимся. — Тогда у меня будет к тебе, как к главе ордена, ещё одна просьба. Перед тем, как ты начнёшь мне объяснять. — И какая же? Он всё ещё удерживал руку Вэй Ина. Становилось неловко. Вэй Ин пока терпел, ждал, что Лань Хуань сам вспомнит о ней, но он не вспоминал. — Проследи, чтобы твоих адептов не посылали за тварями, подобными этой, — Вэй Ин обвёл жестом рваный шрам на земле. — Что? Здесь был кто-то ещё? — Это ты копался, а за тебя сражались мальчишки из Гусу. — Они видели тебя? — тут же нахмурился Лань Хуань. — А если и видели, разве они узнают моё лицо? — Вэй Ин наклонился к нему, а Лань Хуань отпрянул и резко выпустил его руку. — Посмотри на это лицо. Кто из молодёжи посмотрит на меня и скажет: «Это Вэй Усянь, зло злобное», — он ткнул себе пальцем в лицо, почти касаясь кончика носа. — Вэй Усянь, — Лань Хуань подхватился, сразу стал далёким. — Перестань шутить. — А кто тут шутит? — Вэй Ин последовал за ним и снова сократил расстояние. Напрасно Лань Хуань отступал, Вэй Ин настигал его в ту же секунду, пока эта игра не прервалась, пока они оба снова не замерли друг напротив друга. Лань Хуань не улыбался, оставался серьёзным, а Вэй Ин растягивал губы, желая разрядить обстановку. Не получалось. — Неужели тебе так неприятно видеть моё лицо? — спросил Вэй Ин. — Дело не в твоём лице. А в твоих манерах. — Поэтому ты не улыбаешься? Помнится, ты всегда улыбался. Ты стал таким скучным, — Вэй Ин отвернулся и вспомнил о мече в руках. Надо было возвращаться. — Но всё-таки проследи за тем, какие задания получают адепты. Мне просто жаль мальчишек, которые нарвутся на такую тварь — и она их просто превратит в часть себя. — Хорошо, я обязательно подниму этот вопрос, когда вернусь. — Но сейчас нам надо сориентироваться и решить, куда направляться? — Да. Лань Хуань первым вытащил меч и, больше не оборачиваясь, встал на него, первым поднялся в воздух. Вэй Ин ждал, что он хотя бы окликнет запаздывающего спутника, а он даже не обернулся. — Неужели тебе и правда настолько неприятно находиться со мной рядом? — вслух, перед собой спросил Вэй Ин. — Даже обидно. Лань Хуань отметил те самые точки, какие показал ему Юншэн. Граница — три сотни ли. За время, которое он провёл вместе с Вэй Ином, граница могла сдвинуться. — Что бы ни случилось в той подозрительной организации, оно заставило её осваивать новые территории, — Лань Хуань летел рядом. Они даже кое-какие вещи собрали в дорогу. Основную долю времени они собирались посвятить делу, но круглосуточно тоже особо не повоюешь. Им придётся останавливаться в гостинице, а то и под открытым небом. Им нужно есть и заботиться о внешнем виде, чтобы одежда не превратилась в рубище. А это могло случиться скоро, если они будут отвлекаться на тварей и не обращать внимания на всю дорожную грязь. Не всегда они будут в небе. Сейчас они были в небе, но не на высокой скорости, а как будто на прогулочной. Лань Хуань хотел подискутировать на тему организации, тревожащей без исключения всех, кто слышал о ней. — Возможно, кто-то вторгся на территорию организации, — подхватил Вэй Ин. — Если до этого происшествия никто даже не подозревал о ней… Ну, не считая залётных заклинателей, которые тут же бросились докладывать своим орденам. Возможно, организация вершит благое дело. Вспомни, сколько золотых ядер уничтожил один только пёс из клана Вэнь, хвостиком бегающий за Вэнь Чжао… Вэй Ин резко замолк, погружаясь в те дни. Лань Хуань смотрел на его профиль, рискуя снова попасться под воздействие его взгляда. Что-то в нём было неправильное. Что-то, что не отталкивало, а притягивало. — Я не очень хорошо знал Вэнь Чжао, — отозвался Лань Хуань с небольшим запозданием. — Я не встречался с ним лично, но я видел много других опасных людей из клана Вэнь. — Но ты не можешь отрицать, что Сжигающий Ядра калечил заклинателей направо и налево, зачастую оставляя их в живых, чтобы хозяин мог поглумиться над ними. Если у тебя вырвать золотое ядро, как ты будешь себя чувствовать? — Вэй Ин резко повернул голову и поймал собеседника. Поздно отступать. Лань Хуань не отступил, отважно ответил, но сердце на миг кольнуло. — Ты даже представить не можешь, каково это — жить без золотого ядра, — подначивал Вэй Ин. — Люди ломаются, если у них отнять смысл их жизни, и не все могут восстановиться. Ты знаешь, какое это болезненное зрелище? Когда друг цепляется за кого угодно и пытается высмеивать своё нынешнее положение? Когда ты ничем не можешь помочь! Видя, как он мечется от собственного бессилия! — И тогда на помощь приходит организация по пересадке золотых ядер? — за него подытожил Лань Хуань. — Будь у нас такая организация во время войны, возможно, мне не пришлось бы становиться отступником. — Почему? — Лань Хуань ухватил суть, в которой сразу же усомнился. — Кто-то из твоего окружения потерял ядро? — Неважно, кто его потерял. Главное в том, что орденам нужна была опора, которой у них не было. — Вэй Усянь, о ком ты только что говорил?! Лань Хуань не слышал, чтобы кто-то в окружении Вэй Ина лишился золотого ядра. Узнать это оказалось для него неожиданно важным. Как будто он мог раскрыть страшную тайну. — У меня было много друзей в отличие от вас, запертых в строгих рамках Гусу. — Неправда. У меня много… — Важнее, к чему стремится эта организация. Если это ваш Сяо Синьсянь, набрав популярность, не попытался никого потеснить, быть может, эта организация не так уж и страшна. Быть может, она и правда помогает отчаявшимся заклинателям. Ты сам говорил, что твой человек стал свидетелем. — Но мне всё равно сложно поверить, что заклинатели просто так отдают свои ядра. Тот человек, которого провожал Юншэн, был обречён на смерть. Много ли заклинателей оказываются в его положении? — Постоянно, — напомнил Вэй Ин. — Много кто погибает в бою с тварями. И много у кого есть семьи, о которых некому позаботиться. — У заклинателей есть орден, который и заботится о его оставшейся семье, — напомнил Лань Хуань резко. — Не пытайся выдумать для этого человека оправдание. Мы совсем недавно узнали о существовании этой организации. Естественно, сначала надо всё проверить, прежде чем делать выводы. — Это ты такой терпеливый, — Вэй Ин как будто упрекнул его за это. — А другие? Не будь тебя, разве они остановились бы, прежде чем выступили в поход? Они бы стали травить Сяо Синьсяня точно так же, как травили в своё время меня. Я считаю это крайне несправедливым! — Что они травили тебя? — Нет, что они решили превратить человека в преступника, даже не посмотрев на него. Даже не выяснив, кто он по жизни и его цели. Скажи, кому организация доставила хлопот? — Орденам, — напомнил Лань Хуань. — Это не очень хорошо, когда между орденами разгораются споры. И не будь на моей стороне главы Цзян, неизвестно, выдержал бы мой голос натиск остальных или нет. Тогда, — Лань Хуань отчётливым жестом подтвердил свои слова, — Сяо Синьсянь уже встречал бы гостей огнём и мечом. Он должен быть мне благодарен. — И мы летим для того, чтобы Сяо Синьсянь мог выразить тебе благодарность? — Я не был бы против нашей встречи. И раз уж ты так рьяно взялся защищать интересы этого человека, спрошу ещё раз: ты знаком с организацией? — Что ты на меня смотришь постоянно, как будто я нападу на тебя сразу же, как отвернёшься? — возмутился Вэй Ин. Лань Хуань как пощёчину получил. Это же он виноват, что притягивает к себе взгляд. И сам же обвинил. Стало до того обидно, что Лань Хуань вырвался из его воздействия и повернул голову вперёд. Он хотел, чтобы их отношения и дальше оставались тихими и мирными, без взаимных обид и обвинений. А Вэй Ин возмущался и не скрывал, что думает о таком внимании. Лань Хуаню оно тоже не доставляло никакого удовольствия. — Давай мы сначала послушаем, что говорят люди, а потом попытаемся обдумать, что тебе сказать орденам при следующей встрече, — предложил Вэй Ин мирно. Лань Хуань всё ещё молча обижался: — Я и не говорил, что сразу же побегу со знаменем в руках собирать армию карателей. Я вообще не говорил, что замышляю что-то против незнакомого мне человека. — Я этого тоже не говорил. Но ты ведёшь себя так, как будто я во всём виноват. А я только пытаюсь объективно, со сторонней точки зрения рассмотреть деятельность организации. По-моему, вживлять золотые ядра тем, кто в них нуждается, и забирать у тех, кто всё равно ими больше не воспользуется — благородное дело. — Говоря о тех, у кого их забирают, ты забыл упомянуть, что иногда это может быть насильно. — Но если бы Сяо Синьсянь вырывал ядра силой, не поползла ли бы о нём молва, как о Сжигающем Ядра из клана Вэнь? В его словах был резон. Юншэн не приносил слухов о возмущении или о чудовищности поступков Синьсяня. — И всё равно. Не может человек быть идеальным во всём. Где-то и у Сяо Синьсяня есть тёмная сторона. Просто он хорошо её прячет, — добавил Лань Хуань весомости своим словам. — Верно. У каждого есть тёмное пятно. Но у некоторых хватает ума поступаться своими принципами. Особенно если из-за них в прошлом он пережил много страданий. — Как ты? — Хотя бы как я. Ты не веришь, что мне тоже было плохо? Лань Хуань верил. Он не ответил словами, он снова повернул голову и снова попался. Да что за притягивающая аура у его спутника? Поэтому он и собирал вокруг себя толпы друзей? Все хотели коснуться его, чтобы взять хоть толику его яркости себе. Лань Хуань тоже протянул руку и прикоснулся к его щеке кончиками пальцев. И вздрогнул от собственного действа. В груди опять что-то поднималось. Что-то неправильное. Лань Хуань испытывал чуть ли не отчаяние из-за того, что ничего не смог сделать со своими эмоциями. Он опустил руку и отвернулся. — Лань Хуань, — Вэй Ин подлетел поближе и сбавил тон. — Ты чего? Решил, что я призрак и решил проверить мою материальность? — Решил убедиться, что за тебя говорит не тёмная энергия, которая всё ещё прячется в твоём теле. — Но ты обещал вытянуть её. А я в ответ позабочусь о тебе, если будет совсем плохо. — В этом я уже ничуть не сомневаюсь. Но плохо мне будет только на минуту. За это время никто не увидит главу ордена Гусу Лань в таком беспомощном состоянии. — Кроме меня, — его сияющие глаза. Только Вэй Ин видел его таким. Возможно, поэтому Лань Хуань и думал о нём иначе. Тому, кто знал о его слабостях, стоило уделять особое внимание. — Кроме тебя, — подтвердил он и замолчал, направил меч в сторону, и они больше не могли переговариваться. Лань Хуань давно так далеко не забирался. Чем дальше от ордена, тем сильнее становилось чувство, что он бросает его на произвол судьбы. Но там было кому позаботиться о делах. Если надо, Старейшины вскроют и его почту. Если надо, ответят со всеми извинениями за то, что глава ордена не смог ответить лично. И вдруг он вспомнил про письмо Цзян Чэна, пришедшее прямо перед отъездом. Лань Хуань долго вертел его в руках, а потом посчитал невежливым, если не ответит сразу, и отложил его на край стола. Он не знал, что в этом письме. Возможно, очередной намёк, чтобы Облачные Глубины пригласили его на какое-нибудь мероприятие. Лань Хуань выдохнул. Только бы Цзян Чэн не написал ничего лишнего. Он ведь не собирается признаваться в письме, правда? Он повернул голову к кровати, на которой спал спутник. Вымотались они оба. Вэй Ин даже не стал протестовать, когда Лань Хуань выбрал гостиницу на свой вкус. Да и какая, собственно, разница. Но для Вэй Ина разница состояла в том, далеко ли от гостиницы находится винная лавка. Он всегда стремился выбрать самую ближайшую. А тут не протестовал и не вносил никаких предложений, просто согласился и сразу же заснул. Лань Хуань тоже устал, но сна не было ни в одном глазу. Он как приклеенный смотрел на своего спутника и размышлял, что же в нём такого необычного, раз притягивает к себе людей. Брат тоже попался на эту его особенность. Так крепко приклеился, что до сих пор страдает. Даже выбрал себе нового любимца, но, видимо, не совсем удачного. Лань Хуань подозревал, что Лань Чжаню будет скучно общаться с умственно неполноценным человеком. Пусть этот человек хоть трижды герой, каковым, собственно, Мо Сюаньюй не являлся, если партнёру с ним неинтересно, то они всё равно постепенно начинают отдаляться. — Что же в тебе такого особенного? — едва слышно спросил Лань Хуань над Вэй Ином, потрогал кончики его волос, лежащих на подушке, рассыпавшихся по простыне, свисающих с кровати вниз. Они были мягкими. С ними хотелось играть. Просто ничего не делать и гладить, как кролика. Лань Хуань тоже попробовал поучаствовать в увлечении брата, но ограничился прикосновениями и осознал, что держать беззащитный мохнатый комочек на руках очень приятно. Приятно слышать быстрый стук его испуганного сердечка. Приятно трогать складки его плотно прижатых к телу ушей. Вэй Ин был как кролик, которым хотелось любоваться. Лань Хуань рассматривал его черты, пока он спал, не подозревающий, что кроличье сердечко сейчас в груди у Лань Хуаня, бьющееся с такой же скоростью. Это было ненормально. Пытаясь разобраться в реакциях своего тела и разума, Лань Хуань только путался. Они достигли указанных Юншэном границ ещё вчера, и слухи уже коснулись их ушей. Они и правда звучали тревожно. Кажется, время только будоражило организацию. Кого же они потеряли? И почему пришли сюда? Это явно не смерть. Со смертью человека заканчивается и волнение о нём, а это самое волнение только нарастало. Они разделились с Вэй Ином сегодня днём, условившись встретиться на определённом месте. Лань Хуань всё это время, пока один бродил по городу и заглядывал во все заведения, пытаясь разговорить людей, не находил себе покоя. Только когда они снова встретились, он вздохнул свободнее — так волновался, что Вэй Ин ускользнёт и исчезнет. Нельзя было отпускать его. Лань Хуань уже верил, что с его исчезновением закончатся и тревоги, но всё равно продолжал держать его при себе. Вэй Ин шевельнулся. Лань Хуань резко отдёрнул руку от его волос, расширил глаза в испуге. Что он делает? Пытается потрогать и угадать мысли другого человека. Слишком сосредоточился на нём. Так нельзя. Чем гадать, лучше вызвать Вэй Ина на откровенный разговор. Конечно же, он расскажет не всё, но то, что расскажет, будет правдой. Наверное, правдой. Ему хотелось верить. Его честному лицу, такому безмятежному, пока он спит… Лань Хуань поднялся, когда сообразил, что снова тянет к нему руку. Достаточно. Надо самому отдохнуть, иначе с ног будет валиться. Уже давно стемнело на улице, а они которые сутки на ногах, выкраивая необходимый минимум часов отдыха. Он шагнул к двери. Не знал, что будет делать. Скорее всего, попытается взять другую комнату. Это было расточительно. За последнее задание они не выручили ничего, потому что это было, как оказалось, задание адептов Гусу Лань. Больше у них не было времени. Лань Хуань вообще не думал, что придётся работать обычным заклинателем. Но он не рассчитал, взял слишком мало денег. Однако деньги у них никак не кончались, хотя они покупали нормальную еду, не урезая себя в скромных желаниях, Вэй Ин периодически пил вино. Лань Хуаню казалось, он чересчур увлекается, и раз даже попытался остановить его, но Вэй Ин только потешался над его заботой. Они спали в гостиницах или покупали место на ночлег в деревнях. Но деньги у них не заканчивались. Более того, Лань Хуань заметил, что Вэй Ин никогда не обращается к нему из-за них. Они не договаривались оплачивать по очереди или поровну. Кто успевал первым, тот и тратил свой личный бюджет. Но кошель Лань Хуаня был не бездонным. И он собирался намекнуть спутнику, что надо бы подсчитать, сколько ещё им можно просто расследовать, не задумываясь о бытовых мелочах. Лань Хуань приклеился к месту и почти втянул голову в плечи, когда услышал более отчётливый звук от кровати. — Брат Хуань, — позвал Вэй Ин тихонько, приподнялся. Лань Хуань не видел этого, но отчётливо представлял в мыслях. Уйти по-тихому не получится. А объяснить свой побег невозможно, потому что Лань Хуань сам не видел причин для этого. Лань Хуань оглянулся с обычной улыбкой на губах. Хотя в темноте Вэй Ин вряд ли её разглядел, он всё равно улыбался, как будто сохранять это лицо было легче, чем показывать настоящее. — Ты маленький? Называешь меня братом, — нашёлся Лань Хуань и вернулся, сел на прежнее место, в изголовье кровати. — Сичень, — тут же исправился Вэй Ин и посмотрел прямо в глаза. Сквозь этот мрак его глаза ловили тусклые отблески луны и казались ещё жутче. Он сидел, опустив обе руки вниз, а потом опустил и голову: — Ой, я занял всю кровать, и ты не можешь лечь? Извини, — он тут же подвинулся. Лань Хуань выдохнул: — Сичень из твоих уст звучит тоже не очень обычно. — Как же мне к тебе обращаться? Старший брат? Глава Лань? Что с моим голосом не так? Вэй Ин повозился, отвёл волосы с лица назад и шумно втянул воздух. На всё это на одном дыхании смотрел Лань Хуань и оставался неподвижным. — Наверное, я просто слишком привык к мысли, что грозный Старейшина Илина не может обращаться к людям так дружески. — Я не Старейшина Илина. Я просто Вэй Усянь. — Да, я это вижу. — Так в чём загвоздка? Ты не можешь перебороть свой страх передо мной? Перед повелителем тьмы? — Прекрати. Он не мог перебороть не страха, а чувства другого, которому не было объяснения. В правилах не прописано, как себя вести, если встретишь человека с таким незаурядным талантом, что одним взглядом может приковать собеседника к месту. Или это с самим Лань Хуанем было что-то не так. Он всё больше и больше уверялся в этом. — Мне трудно сразу перестать думать о тебе как о первостепенной угрозе, — ответил Лань Хуань. — Я знаю, что ты больше не стремишься завоевать наш мир… — Эй! Когда это я собирался его завоёвывать? Я тебе что, демон какой-нибудь? — А выглядел, как демон, когда подносил свою флейту к губам, а глаза горели огнём. Скажи, как бы ты назвал человека с такими отличительными особенностями? Вэй Ин не сказал. Вероятно, он и сам сравнивал себя с демоном. — Родители пугают своих чад историями о тебе. Наставники приводят тебя в пример, как образец злобы и порока. — Ну ничего себе! Когда это я успел столько нагрешить? — Вэй Ин насупился и снова бухнулся на подушку. Его волосы рассыпались по плечам, по подушке, по простыне. Одна прядка легла на пустую половину кровати, которую Вэй Ин освободил для спутника. Лань Хуань потянулся к ней и пригладил, прижал к кровати. Снова творит глупости. Он вздохнул: — Я предложил тебе спрятаться за моей спиной, но не подумал, как сам выстою под напором внешних обстоятельств. Давай начнём с малого: расскажи о себе. Что ты сейчас за человек? Чего от тебя ждать? Чем ты занимаешься? Есть ли у тебя окружение, которое может подтвердить, что ты больше не стремишься управлять тьмой. Хоть что-нибудь. Вэй Ин не ответил, притворился спящим. — Вэй Усянь. Хоть что-нибудь, — повторил Лань Хуань. — Как я смогу защищать тебя, если сам ничего не знаю? — Ты обещал отпустить меня. — Когда это я такое обещал? — Эй! — повторил Вэй Ин, снова приподнимаясь. — Не хочешь же ты сказать, что собираешься теперь постоянно держать меня под контролем? — Это моя первостепенная задача. Но я не знаю, как тебя удержать. Ты ведь будешь сопротивляться. Ты будешь нарушать столько правил, сколько я установлю для тебя. — Разумеется, — Вэй Ин поднял руку к глазам и поводил подушечкой большого пальца по остальным пальцам. — Поэтому я и спрашиваю: что мы можем сделать, чтобы я не опекал тебя? — Ты можешь выбрать самый лёгкий путь. — Выпустить тебя? Один день без него Лань Хуань провёл в тревоге. Что же будет, если он уйдёт совсем? Лань Хуань слишком волновался, как бы привычный мир снова не рухнул. Он пытался убедить себя, что Вэй Ин не раз доказал, что ему не хочется крови. Лань Хуань успешно убеждал и всё равно не спешил просто распрощаться. Казалось бы, куда легче просто повернуться каждый в свою сторону и расстаться по-дружески, чтобы никогда не встретиться снова. — Сичень, ты о чём так сосредоточенно думаешь? Не заметил, как Вэй Ин оставил свои пальцы в покое и снова уставился на собеседника. Слишком неуютно под его взглядом. Лань Хуань не смотрел в его коварные глаза. — Думаю, совсем ли невозможно доказать невиновность человека, если он сам не хочет защищаться, — и поднял голову. Зачем он это сделал? Он больше не мог отвести взгляда. — А-а-а, так ты считаешь меня невиновным? Я же преступник номер один. — Я не говорил о том, что ты творил, будучи приверженцем тьмы. Я говорю о том, что происходит сейчас. — Но ты говорил, что я должен попытаться объяснить свои прошлые поступки, чтобы показать их в другом свете. Ты велел мне защищаться. — Да… — Лань Хуань выпустил воздух из груди, — говорил… — Тогда ты веришь мне. Даже хочешь, чтобы я оказался не так виноват, как любят рассказывать родители детям или наставники ученикам. Почудилось, что Вэй Ин снова обижается. Если он на самом деле так думает, то, возможно, он и правда был не совсем верно понят остальными. Лань Хуань, никогда не задумывающийся об этой версии прежде, посчитал её достойной внимания. С какого-то момента, которого он уже не помнил, ему хотелось, чтобы этот человек ушёл оправданным. С таким характером он не мог замыслить вселенское зло. С другой стороны, им двигала тьма, которая меняет человека. Тьма пожирает душу. Тьма разрушает золотое ядро заклинателя… Лань Хуаня вдруг как громом поразило: — Вэй Усянь! Вэй Ин вздрогнул от резкого выкрика. — Вэй Усянь, — заставил себя сбавить тон Лань Хуань. — Твоя золотое ядро… Его ведь не могла не коснуться тьма. Оно должно быть разрушено, — пододвинулся. Опёрся руками о кровать и навис над собеседником. Вэй Ин стал совсем близким. С расширившимися от неожиданности глазами и ожидающим чего угодно. Но Лань Хуаню сейчас было не до его чувств. Он так волновался, что продолжил не сразу. — Если твоё ядро было разрушено тьмой, получается, ты… Ты наврал мне, говоря, что не знаком с организацией. Ты сам обращался к ней и заполучил новое ядро! — торжественно завершил монолог Лань Хуань. — У тебя богатая фантазия, — Вэй Ин ответил, потому что обязан был что-нибудь ответить. И слова его не выглядели весомыми. — Я не знаю, что происходит в организации. И кто тебе сказал, что моё ядро было разрушено? — Но тьма… — Я не выжил из ума и не убивал просто потому, что мне так захотелось. Я всегда сохранял свой разум… — Искалеченный разум. Человек меняется под воздействием тьмы, — перебил Лань Хуань. — Тогда вытащи её. Вытащи всю, до конца. — Вэй Усянь, скажи правду. Ты же можешь рассказать хотя бы только мне. Не позволяй из-за своего молчания орденам снова поднять оружие. Я не хочу новой войны. Никто её не хочет. Если ты согласишься быть связующим звеном… — Если соглашусь… — хмык. — Допустим, я знаю кое-кого из этой организации, — он поднял оттопыренный палец перед собой и подчеркнул. — Допустим. Как ты думаешь, поверят ли ордены словам чудовища-Вэй Усяня? Лань Хуань замолчал. Вэй Ин был прав. Остальные так и продолжали видеть в нём чудовище. Он отступил, вернулся на стул и перевёл взгляд на стену. Не получалось. Он не знал, что делать дальше. Что-то не так пошло с самого начала. Лань Хуань сразу должен был разоблачить Вэй Ина, а он никому и слова не сказал. И Вэй Ин был прав в основном: если ордены услышат, что организацию по перемещению золотых ядер поддерживает Вэй Ин, они сразу посчитают её злом. — Ты так искренне хочешь помочь мне? — Вэй Ин покинул свою половину кровати, потянулся к собеседнику и достал до его головы рукой, зачесал волосы с лица, а Лань Хуань не сопротивлялся. Наоборот, почувствовал себя немного лучше. Из отчаяния в тепло его рук. Обеих рук. Лань Хуань как будто специально подставил лицо и не пытался освободиться, пока Вэй Ин заправлял его непослушные волосы в пучок. Он неосторожно задел ленту, попал под неё пальцем, а Лань Хуань даже не дёрнулся. Прошли те времена, когда Вэй Ин играл с лентами клана Лань просто потому, что не понимал их сути. Лента осталась в безопасности. Зато Вэй Ин занялся пучком Лань Хуаня, встал с кровати, в едва освещаемой тусклым лунным светом комнате распустил шевелюру спутника и начал её расчёсывать. Ничего не сказал о ленте, хотя она мешала. Он аккуратно обходил её расчёской, чтобы случайно не сорвать. Он возился с волосами достаточно долго, чтобы под этим усыпляющим воздействием Лань Хуань почувствовал, что засыпает. Только от резко ворвавшегося в атмосферу довольного «Всё!» Лань Хуань очнулся и более осмысленно огляделся по сторонам. — Спасибо, — Вэй Ин внезапно обхватил оба его плеча своими большими ладонями и принялся мять, — за то, что волнуешься обо мне. А теперь давай спать. — Да, — Лань Хуань выбрался из-под его рук. Плечи горели огнём. Наверное, Вэй Ин применил какое-нибудь заклинание, о существовании коего не знал ни один орден. Он первым забрался под одеяло и перекатился на тот бок, где совсем недавно лежал Вэй Ин. Следом залез и он сам. Лань Хуань недолго слушал мерное дыхание спутника, ощущая не успевшую остыть от тепла его тела кровать. Он засыпал и не заметил, как потерялся в тревожных сновидениях. Вэй Ин не увидел ни одного знакомого лица. Тщетно он обшаривал город, его окрестности и даже ближайшие деревни. Только разделившись с напарником, он мог что-то сделать. Он давно должен был что-то предпринять, но всё, что он мог из-за постоянных задержек — это посылать письма. Он не получил ни одного ответа. Слухи ползли не слишком хорошие. Здесь они делились на две категории и обрастали подробностями. Одни говорили, что организация — это благословение Небес для тех, кто так и не смог сформировать золотое ядро. Другие — что это бич всего мира. Что если человек сам не смог сформировать ядра, то и делать ему нечего среди заклинателей. В итоге деятельность организации выглядела преступной и даже богохульной. Вэй Ин слушал и запоминал. И тревожился всё сильнее. И он нашёл ещё одного курьера, который не боялся покидать родной город и даже край. Он обязался доставить послание как можно скорее. Вэй Ин обязан остановить всё это. Он хорошо понимал, на что способны слухи. Они формировали неверное мнение у людей и вызывали ответную реакцию. Хорошо если эта реакция была на правду, но люди склонны действовать поспешно. Но слухи ползли не только с этой стороны. Они очень не понравятся Лань Хуаню. Вэй Ин истратил почти все свои деньги, щедро вознаградив посланца, а потом запил своё беспокойство вином. Всего один сосуд, который не мог повлиять на остроту его мышления. Они продержались в городе три дня, прежде чем Вэй Ин поставил спутника перед фактом: — У нас нет денег. — У тебя нет денег, — тут же поправил Лань Хуань. — Хорошо, сколько у тебя осталось? Лань Хуань вздохнул. Вэй Ин оказался прав. Им необходимо либо найти работу, либо вернуться. Выбор был очевиден в свете последних сплетен, но Вэй Ин рассчитывал на третий вариант. — Сколько ты уже не был в Облачных Глубинах? — спросил он, сидя за столиком перед одиноким кувшином вина. Лань Хуань подавил вздох — Вэй Ин отчётливо видел это. Он пододвинул к собеседнику вино. — Ты можешь не пить, но я тебе советую. Тогда ты хоть на некоторое время перестанешь думать, — объяснил Вэй Ин. — И ты сможешь делать, что хочешь? — Смогу, конечно. Я и сейчас могу. Но я вижу, что ты никак не найдёшь себе покоя. Хоть в такие вот минутки расслабляйся, — Вэй Ин снова отпил и вернул кувшин ему под нос. Лань Хуань долго смотрел на колышущуюся повехность жидкости, потом взял кувшин и сделал всего один глоток. — Тебе этого хватит? Я не потащу тебя в путешествие. Я могу просто побыть рядом, пока ты отдыхаешь. — Ты не обязан это делать. Но мне действительно хватит, — Лань Хуань решительно отставил вино от себя подальше. — Денег у меня и вправду почти не осталось. Что будем делать? — Я скажу что, — Вэй Ин одним залпом опустошил кувшин наполовину. Вино с устрашающей скоростью исчезало. Скоро и этот сосуд закончится, а Вэй Ин всё ещё чувствовал неудовлетворённость. — Ты слишком часто прикладываешься к вину, — неодобрительно заметил Лань Хуань. Возможно, одной чаши ему бы хватило, чтобы захмелеть, но от одного глотка он никак не изменился. Только щёки слегка разрумянились. Это хорошо. Значит, он сможет расслабиться, а то выглядел всё время настороженным, как будто ожидая нападения. Он и во сне напрягался. Вэй Ин успел присмотреться к нему и посочувствовать. — Боишься, сопьюсь? — Так что же мы будем делать? — проигнориовал Лань Хуань последнюю фразу. — Тебе придётся вернуться в Гусу, — ответил Вэй Ин легко. — Не пойдёт. Я ещё не понял, что с тобой делать. А судя по тому, как сильно ты желаешь от меня избавиться… — Дело не в этом! — перебил Вэй Ин и повторил уже тише. — Дело не в этом. Ты слушал, что говорят люди? — За этим ведь мы и прилетели сюда, — подозрительно. Лань Хуань уже понял, но ещё не соглашался. — Люди говорят, что глава Гусу исчез, что его, возможно, уже нет в живых. И другие ордены сильно беспокоятся, ожидая внутриклановых распрей за твоё место. — Что? — Лань Хуань явно этого не услышал в городе. Видимо, слушал он избирательно. — Только ты можешь это остановить. А Вэй Ин мог остановить что-то другое. У каждого из них была область, подвластная только им одним, по отдельности. — Не знаю, что за прения у вас с Цзян Чэном, — продолжил Вэй Ин, — но он готов поднимать армию и врываться в Облачные Глубины силой, если не получит исчерпывающего ответа. А потом пойти в другие ордены и точно так же ворваться в каждый из них, пока он не отыщет тебя и не стребует объяснений, — Вэй Ин допил остатки вина и не стал больше заказывать. — Что вы не поделили? За что он на тебя ополчился? Вэй Ин очень хорошо знал, как яростно может Цзян Чэн отстаивать свои позиции, прорубаясь мечом и кровью сквозь ряды врага. Если волнения не утихнут, беда снова могла нагрянуть на устоявшийся мир. — Поэтому тебе надо вернуться и уладить с ним все дела, — подтвердил Вэй Ин. — А ты? — спутник сник. Кажется, Вэй Ин только что затронул что-то неприятное, которое Лань Хуань постоянно откладывал, но понимал, что вечно бежать не получится. Он сам потянулся за кувшином, но он был пуст. Тогда Вэй Ин протянул к нему руку и прикоснулся к лежащему на столике рукаву, погладил его кончиками пальцев, как будто дотрагивается до кожи. — Не надо из-за меня делать всё это. Возвращайся, брат Хуань. Ты не можешь сопровождать меня вечно. И ты уже понял, что меня не стоит опасаться ни тебе, ни кому ещё. — Да, — подтверждение. Лань Хуань не отдёргивал рукава. Показалось даже, что он хочет, чтобы Вэй Ин прикасался не к рукаву, а к его руке. Вэй Ин попробовал. Только дотронулся и мягко повёл по его пальцам вверх, как Лань Хуань высвободился и опустил руки под стол. Ему было неприятно. Он даже не смотрел на собеседника. Обидно, что за столько времени они так и не нашли того общего, что сближает лучших друзей. Вэй Ин проникся к этому человеку симпатией. Ему было бы приятно принимать его в гостях и самому изредка наведываться. Но он также понимал, что это невозможно. Если они разойдутся, то насовсем. — Можешь… — Лань Хуань сделал паузу, внезапно сглотнул, как будто ему тоже было жаль, — ещё немного подождать меня? Что? Подождать? — Зачем? — Я так и не исполнил твоего желания. Я обязан был избавить тебя от тьмы внутри тебя. — Это не так важно. Я не чувствую её. И она не пытается проявлять себя. Это слабые остатки тьмы, которые не желают шевелиться. До определённого момента, пока снова какой-нибудь юный герой не возжелает, чтобы Старейшина Илина отомстил за него. Только ещё одного призыва Вэй Ин мог не пережить. — Но я обещал, — пауза. — И я хочу сделать это. Он поднял голову, и его взгляд казался другим. Слишком глубоким, чтобы Вэй Ин смог выдержать его. Он сам обратился к пустому кувшину и со стуком поставил его обратно. — Ради этого не стоит бросать орден, — произнёс он. — Давай разойдёмся и не будем оглядываться. Ты можешь даже оставить меня здесь. Я выпью ещё один кувшин вина и только тогда пойду. — Куда ты пойдёшь? — Вернусь домой. — Ты забыл, что твой дом в Юньмэн Цзян? — Это дом Вэй Усяня. Теперь… Теперь его зовут Сяо Синьсянь. Человек без первого имени. Лань Хуань не переспросил. — Хорошо, — кивнул он. — Но пообещай, что дождёшься меня хотя бы ещё только раз. — Я не могу этого пообещать. — Тогда я никуда не полечу. Ты хочешь, чтобы покой орденов нарушился? — Этого хочешь ты. Я предлагаю взаимовыгодные условия, — воспротивился Вэй Ин. — Выгодные для тебя. Мне важно, чтобы ты оставался рядом со мной, — он замолк, показалось, что дёрнулся, но заставил себя закончить. — Чтобы я мог контролировать твои передвижения. — Это нечестно. Я же не стремлюсь контролировать тебя. — Мне не от чего скрываться. А твоя жизнь может повиснуть на волоске, — парировал Лань Хуань. — Поэтому пообещай мне. Вэй Ин вздохнул, снова с тоской глянул на дно кувшина и дал это обещание, никому не нужное, особенно ему самому. Но что-то в Лань Хуане заставило пойти ему навстречу. — Хорошо. Я провожу тебя до границ твоего ордена. Но это в последний раз. Я уже столько шёл тебе навстречу, что в следующий раз придётся смириться тебе. — Спасибо, — Лань Хуань выдохнул. Как будто просиял. Да что с ним такое? Радуется, как будто мама купила ему конфету. С ним явно что-то происходило. Уж не Цзян Чэн ли виноват в этом? — Брат Хуань, — Вэй Ин наклонился над столиком и игриво подмигнул. — Ты ведь просишь моей помощи, чтобы я защитил тебя от Цзян Чэна? Лань Хуань снова дёрнулся. Нервничал всё сильнее и сильнее. Вэй Ин оказался прав: Лань Хуань сторонился Цзян Чэна. Но он же сказал, что Цзян Чэн — единственный, кто встал на его сторону. — Сичень… — Вэй Ин всегда называл его по-разному, никак не мог определиться, — что Цзян Чэн сделал тебе? Можешь сказать хотя бы сейчас? Я же пообещал, что пойду с тобой. Неблагодарно было бы ответить на твою помощь равнодушием. — Неважно. Он не сделал ничего плохого. — Но это не подходит клану Лань? — Это не подходит лично мне, Лань Сиченю. — Теперь мне стало ещё любопытнее. — Вэй Усянь, ты до вечера собираешься пытать меня? — Лань Хуань встал. Снова резко, снова как будто вынужденно. Он вообще стал вести себя неестественно. Ему было настолько неуютно, что Вэй Ин раз за разом задавася вопросом: зачем, в таком случае, он заставляет себя? Лань Хуань первым покинул помещение и ни разу не оглянулся. Вэй Ин помедлил. Думал проверить, насколько у него хватит выдержки, дождётся ли или вернётся с упрёком, но Вэй Ин сам не дождался. Так же стремительно он ринулся за ним и догнал уже в небе. Они даже не сговаривались, даже не подготовились. Они просто взлетели и повернули мечи к Облачным Глубинам.
М-да, а я то уж понадеялась, что нас познакомит с окружением Вэй Ина, видимо не судьба. Дико радует развитие их отношений с Лань Хуанем. Интересно, какая реакция будет у ЛЧ и ЦЧ на эту парочку?
Спасибо, автор, с нетерпением жду продолжения.
автор
>**Охико Хару**
>М-да, а я то уж понадеялась, что нас познакомит с окружением Вэй Ина, видимо не судьба. Дико радует развитие их отношений с Лань Хуанем. Интересно, какая реакция будет у ЛЧ и ЦЧ на эту парочку? Спасибо, автор, с нетерпением жду продолжения.

Думаю, знакомство с окружением Вэй Ина будет поверхностным. Слишком много людей, особенно ОМПшных и ОЖПшных - это, как бы, нагрузка для текста. Сведём их к минимуму, но всё-таки не получится избежать совсем. Пока я только предполагаю, я ещё не дописала до этого момента.
А ещё как ЛХ признается. Он же побоится прям сразу сказать, что увёл любовь у брата.
Но я над этим работаю. Судя по всему, фанфик обещает стать не просто макси, а мегамакси. По моим личным меркам - это за 350 вордовских листов, учитывая, что фикбук всё время показывает количество больше.
Реклама:
>**katsougi**
>Думаю, знакомство с окружением Вэй Ина будет поверхностным. Слишком много людей, особенно ОМПшных и ОЖПшных - это, как бы, нагрузка для текста. Сведём их к минимуму, но всё-таки не получится избежать совсем. Пока я только предполагаю, я ещё не дописала до этого момента.А ещё как ЛХ признается. Он же побоится прям сразу сказать, что увёл любовь у брата.Но я над этим работаю. Судя по всему, фанфик обещает стать не просто макси, а мегамакси. По моим личным меркам - это за 350 вордовских листов, учитывая, что фикбук всё время показывает количество больше.

Успехов вам! Очень объемный макси будет, но радует, что вы не забрасываете свой труд! Я вам безмерно за это благодарна!
автор
>**_Nabifly_**
>Успехов вам! Очень объемный макси будет, но радует, что вы не забрасываете свой труд! Я вам безмерно за это благодарна!

Да, объёмный - это точно. Лишь бы поменьше отвлекало всё в реальности. А пока только и делает, что отвлекает.
Вы потрясающе пишите! И отдельное спасибо, что не слишком рьяно мучаете Сиченя :)
Вдохновения и сговорчивой музы!
автор
>**Мара (Незарегистрированный пользователь)**
>Вы потрясающе пишите! И отдельное спасибо, что не слишком рьяно мучаете Сиченя :) Вдохновения и сговорчивой музы!

Помучить я люблю, поэтому пока не зарекаюсь. А вдохновение и муза всегда со мной, но они соперничают с реалом.
Тут до поцелуя еще идти и идти. Лань Сичень только осознал что не хочет отпускать Вэй Усяня , а до признания своих чувств еще далеко.
Вэй Ин вообще не думает об этом. Для него Лань Хуан просто приятный человек.
>**satoriset**
>Тут до поцелуя еще идти и идти. Лань Сичень только осознал что не хочет отпускать Вэй Усяня , а до признания своих чувств еще далеко. Вэй Ин вообще не думает об этом. Для него Лань Хуан просто приятный человек.

Вэй Ин по этой части, как мы знаем из новеллы, валенок х)
автор
>**satoriset**
>Тут до поцелуя еще идти и идти. Лань Сичень только осознал что не хочет отпускать Вэй Усяня , а до признания своих чувств еще далеко. Вэй Ин вообще не думает об этом. Для него Лань Хуан просто приятный человек.


>**MindNomade**
>Вэй Ин по этой части, как мы знаем из новеллы, валенок х)

И я пытаюсь представить этот момент. Пора уже как-то определиться. Я примерно знаю когда, но не знаю как.
По-моему, если Вэй Ину в лоб не высказать, он будет старательно не замечать.
Сама не заметила, как дочитала все имеющиеся главы. Безумно увлекательно и интересно. Давно слежу за вашим творчеством, Автор, и безумно рада, что вы тоже присоединились к этому фэндому.
С моим плохим зрением я не так прочла пары и когда начались переживания Лань Хуяня, я немного была в недоумении, но эта пара по-своему интересна. А вот Лань Чжаня с Цзян Ченом трудно пока представляю, но посмотрим еще как у них все будет.
Спасибо еще раз, Автор.
автор
>**Anesi**
>Сама не заметила, как дочитала все имеющиеся главы. Безумно увлекательно и интересно. Давно слежу за вашим творчеством, Автор, и безумно рада, что вы тоже присоединились к этому фэндому. С моим плохим зрением я не так прочла пары и когда начались переживания Лань Хуяня, я немного была в недоумении, но эта пара по-своему интересна. А вот Лань Чжаня с Цзян Ченом трудно пока представляю, но посмотрим еще как у них все будет.Спасибо еще раз, Автор.

Очень порадовало, как Вы назвали Лань Хуаня. Хихикала и улыбалась, как идиотина.
Да, с парами поднимался вопрос, поэтому я добавила пункт в примечания. Я не стала бы переписывать канон, если бы хотела оставить канонную пару. Всё это и так прекрасно описано.
Да, я соблазнилась и присоединилась и пока повисю в этом фэндоме. Долго или не очень, пока не знаю. Это как моей левой пятке вздумается.
Реклама: